Глава 4. Исповедь на берегу
15.03.25
Утро в Майами всегда было стремительным. Солнечные лучи настойчиво пробивались сквозь жалюзи, разнося по комнате густое, почти осязаемое тепло. Я потянулась, и воспоминания о прошедшей ночи нахлынули разом: шумная вилла, смех, холодная вода бассейна и его взгляд, полный раскаяния и дерзкого вызова. И этот предстоящий обед.
Я поймала себя на том, что дольше обычего выбираю одежду. Остановилась на простом, но элегантном льняном платье песочного цвета и удобных босоножках на плоской подошве. Никаких сложных образов, только лёгкость.
Ровно в час под окном плавно затормозил Костин серый 911 порш. Сердце ёкнуло. Я сделала глубокий вдох, взяла сумку и вышла.
Он уже ждал меня, облокотившись на дверцу машины. В простой чёрной футболке и тёмных шортах он выглядел… обычным и оттого ещё более неотразимым. Никакого пафоса, только уверенная расслабленность.
- Точный как швейцарские часы, - улыбнулась я, подходя.
- Стараюсь, - он открыл передо мной пассажирскую дверь, - Особенно когда есть ради кого.
Мы поехали. В салоне пахло свежестью и его парфюмом - древесным, с нотками цитрусовых. Он не стал включать громкую музыку, лишь фоном играла какая-то ненавязчивая мелодия.
- Итак, куда ведёшь свою жертву? - спросила я, глядя на мелькающие за окном пальмы.
- В место, где нет мохито, шебутных друзей и бассейнов, - он бросил на меня быстрый взгляд, - По крайней мере, в зоне досягаемости.
Он привёз меня в уютный ресторанчик прямо на берегу залива. Не пафосный и многолюдный, а скорее скрытый от глаз туристов, со столиками на пирсе, почти у самой воды. Шум прибоя заменял здесь музыку.
Мы заказали морепродукты. И за этим обедом, под крики чаек и плеск волн, с нами произошла странная ситуация. Исчезло напряжение игры, пропал флирт ради флирта. Мы просто говорили. Говорили о детстве и учёбе. После я рассказывала о первых провальных и успешных кастингах, а он - о том, как создавал свой первый сервер и не спал трое суток, пытаясь закончить всё в срок.
В этот момент он не был тем «шалунишкой» с вечеринки. Он был настоящим. Сложным, умным и по-настоящему интересным.
Когда мы уже возвращались к машине, я вдруг остановилась.
- А не прогуляться ли нам по пляжу?
Он ответил согласием, и через пару минут мы босиком шли по тёплому, утопающему песку.
Вода набегала на ноги, смывая остатки суеты. Мы нашли спокойное место и сели, наблюдая, как лучи солнца играют на гребнях мелких волн. Разговор тёк сам собой - плавно и глубоко.
В какой-то момент, глядя на его профиль, озарённый светом, я не удержалась.
- Ты совсем не похож на того гулящего парня, каким тебя выставляют ребята.
Он усмехнулся, но в его глазах не было веселья.
- Да я и сам не назвал бы себя таким. Просто сейчас… такой период, - он взял с песка идеальную белую ракушку, повертел её в пальцах и резким движением кинул в воду.
- Ну, так может, ты расскажешь о нём? О этом периоде? - тихо спросила я.
Он вздохнул, уставившись на линию горизонта, и начал говорить. Голос его был ровным, но в нём слышалась застарелая боль. Он рассказал о девушке, с которой расстался полгода назад. Она была его противоположностью - жаждала вечных огней, тусовок, внимания толпы. А он, отстроив успешный бизнес, мечтал о тишине, о семье, о доме, где ждут.
- Она сказала, что я стал скучным. Что живу как старик, - он произнёс это без эмоций, но было видно, как это его ранило, - И после расставания я попытался стать "весёлым". Начал водить разных девушек по клубам, напивался до потери сознания. А потом просыпался дома и… ненавидел себя до следующей рюмки. Замкнутый круг идиота.
Он резко оборвал себя и повернулся ко мне, его взгляд был серьёзным и пронзительным.
- А у тебя? - спросил он, - При твоей-то внешности и образе жизни, наверное, за тобой выстраивалась очередь из желающих. Был кто-то особенный?
Вопрос был прямым и неожиданным. Я посмотрела на океан, собираясь с мыслями. Как сказать этому уверенному, многое повидавшему парню, что все его предположения неверны?
- Знаешь, - начала я, перебирая песок пальцами, - Когда ты с детства постоянно в разъездах, на съёмках и кастингах, когда твой график расписан по минутам, а всё общение - это милые, но поверхностные разговоры в команде… Ни на кого не оставалось времени. Ни на кого настоящего.
Я рискнула поднять на него глаза. На его лице не было ни насмешки, ни недоверия. Лишь глубокая, сосредоточенная задумчивость. Он всё понял. Понял, что за образом успешной, самостоятельной модели скрывается девушка, которая в чем-то даже более одинока, чем он.
- Любовь - самая ценная валюта, - наконец сказал он, - И тратить её на кого попало - преступление.
Мы ещё долго сидели на песке, разговаривая уже о чём-то простом и лёгком, но эта нить откровенности, протянувшаяся между нами, уже не рвалась. Когда стало совсем людно, он отвёз меня домой.
- Спасибо за проведённый день, - сказала я, выходя из машины, - И за откровенность.
- Спасибо тебе, что выслушала, - он вышел и обошёл машину, чтобы попрощаться, - До встречи.
- До встречи, - кивнула я.
Он не стал настаивать, чтобы проводить меня до двери, просто стоял и смотрел, как я ухожу. А я шла и понимала: сегодня мы оба сбросили по маске. И под его маской «шалунишки» оказался раненый, уставший от одиночества мужчина. А под моей маской «уверенной в себе модели» - девушка, которая только начинает узнавать, каково это - по-настоящему пускать кого-то в свою жизнь.