Под сеткой любви [ЗАКОНЧЕНА]

Соня.

Я дура? Абсолютно точно!

Я снова поддалась чувствам, рассказала Роме все, как есть. Но в тоже время... разве это плохо?

Он не ругался на меня, наоборот, сказал, что нужно было обсудить все сразу. А я как дура молчала, пыталась избегать его, забыть. Но как такого человека можно забыть? Он мне в душу влез, в сердечко мое! А как он касался меня сегодня, помогал обуть кроссовки... Я очень сильно старалась делать вид, что мне все равно. Но после моего «душераздирающего» признания все было понятно.

И либо я сошла с ума, либо Рома и правда хотел меня поцеловать. Наверное, тогда бы я точно отдалась чувствам.

С этими мыслями я ехала практически всю дорогу. Лишь иногда залезала в телефон, чтобы посмотреть сообщения. Антон и девочки очень волновались за меня, но команда все равно благодарила за победу. Мой удар был решающим.

Но все равно я не чувствую вкуса победы. Понимаю, что испортила себе жизнь. Как сказал Рома — я больше не смогу играть.

Но, наверное, лучше вообще не играть, чем быть самым слабым игроком, который мало, что может.

— Ты меня иногда называла Дьяволом. Почему? — вырывает меня из мыслей Рома.

— Ну... не знаю. Как-то случайно назвала и привыкла уже.

— Я так на него смахиваю? — он пытается злобно улыбнуться, но в итоге все равно получается милая мордашка.

«Как я могу говорить это про мужика, которому уже тридцать?! Идиотка».

— Почти. Когда ты злишься, твое лицо становится страшным. И красным, будто ты прямиком из ада.

На это Волков громко смеется.

— Я и не замечал, что краснею от злости.

— Почаще в зеркало смотри.

Рома пропускает это мимо ушей.

— Тогда... ты — Ангел.

— Это еще почему? — удивленно спрашиваю я, поворачиваясь к нему лицом. Интересное заявление.

— Ну, я Дьявол, ты Ангел. Это как из мультика. Раф и Сульфус не могли быть вместе, потому что она ангел, а он — демон.

— Ты смотрел этот мультик?! Ты меня удивляешь.

— Да ладно! Он вышел, когда мне было пятнадцать лет. Многие девочки в школе говорили про этот мультик. И меня пару раз заставляла смотреть моя подруга.

— А ты любитель мультиков, как я погляжу, — хихикаю я, не сдерживаясь от подкола.

— Эй! Я не по своей воле смотрел, — Рома щипает меня за ногу, а я тихо шикаю, но все равно смеюсь.

Мы немного помолчали, а потом я все же решила спросить:

— Из-за запретов они в итоге не начали встречаться?

Ответ последовал не сразу.

— Ради любви они сделали многое. В итоге Раф и Сульфус начали отношения. У них было что-то типо «запретной» любви.

Я не стала ничего говорить.

Это смахивает на нашу ситуацию.

Из-за статусов мы не можем быть вместе. Но, может быть, у нас выйдет такая же «запретная» любовь?

Больше мы не разговариваем и уже через десять минут въезжаем в город.

Я уже подумала, как вкусно поем дома, поэтому мой живот заурчал. Как-то не вовремя он!

— Ты есть хочешь? — заметил Рома, краем глаза посмотрев на меня.

— Не то чтобы...

— У вас тут есть шаурмичная?

— Мне ничего не надо покупать, тут до дома чуть-чуть осталось.

— Где? Говори адрес, я есть хочу.

В этот момент мои уши краснеют. Рома сам захотел поесть.

Я просто показываю ему дорогу, так как прекрасно знаю свой город.

Мы доезжаем до единственной шаурмичной в городе и останавливаемся.

— Я быстро, подожди меня тут, — Рома уходит, не забыв запереть машину. Видимо, чтобы меня никто не украл.

Я засела в телефоне, поэтому время прошло незаметно. Рома вновь садится в машину, протягивая мне один пакет.

— Рома, я же говорила... Давай я деньги хотя бы скину.

— Давай так... Ты открываешь свой ротик сейчас только чтобы поесть. Приятного аппетита, — свой пакет он кладет себе на колени, заводит машину и выезжает на дорогу.

Спорить бесполезно. Либо я сама поем, либо он насильно затолкает еду... Тем более, я не ела с самого утра. А время уже пять вечера.

Достаю шаурму, сразу же ощущая шикарный запах. Никак не удержаться, поэтому я откусываю приличный кусок, закатывая глаза от удовольствия.

— Боже, нет ничего лучше, чем шаурма, — говорю с набитым ртом, стараясь все прожевать.

Рома мило улыбается, убивая этой улыбкой.

— Ну вот. Не отказывайся, когда я что-то покупаю. и вообще, это пустяки какие-то. Главное, чтобы ты была довольна, Ангел.

Я давлюсь и кашляю, Ангел... как это красиво звучит. И этот Ангел — девушка, которая уминает шаурму за обе щеки. Я больше похожа на хомяка, нежели на Ангела.

— С тобой вообще спорить бесполезно...

— Вот именно. Сама же все знаешь.

Опять повисает тишина. Хочется что-нибудь спросить.

— Ты даже не злишься, что мы выиграли?

— Немного. Но моя голова была забита тем, что тебе плохо. Я потом привезу тебе медаль, хорошо?

— Это обязательно?

До сих пор не чувствую какой-то радости от победы.

— Ты заслужила, Сонь. Конечно, в итоге ты пострадала, но заслужила эту медаль.

Я ощущаю, как Рома едва касается моей ноги подушечками пальцев, поглаживая открытые места. Не хочу противиться. Мне слишком приятно.

— Спасибо. Твоя поддержка помогает.

— Всегда рад тебе помочь, — Рома мило улыбается.

Мы уже подъезжаем к моему дому. Надеюсь, что родителей нет, и я побуду с Ромой немного дольше.

Я старалась не показать улыбки, когда он сказал, что будет приезжать, чтобы Артем был доволен. Мы вместе будем проводить время. Но чем это все закончится?

— Приехали. Сейчас помогу тебе с сумкой.

Рома глушит машину и выходит из машины. Он мне открывает дверь, протягивая руку. Я с радостью принимаю ее и осторожно вылезаю из машины.

Наверное, в своем городе мне было немного спокойнее находиться рядом с Ромой. Хотя кто знает, кто тут встретить может. Удивительно, что слухи о моем «женихе» еще не расползлись и не дошли до моих родителей. Видимо, Влад испугался Рому.

Волков берет мою сумку, а я иду впереди, открывая ворота. На нас тут же налетает Юля, но первым делом лезет к Роме, гавкая и передними лапами упираясь в его ноги.

— Милая, ты меня видишь всего лишь второй раз! Она ко всем так относится? — смеется Рома, одной рукой почесав собаку за ухом.

— Удивительно, но нет. Только к тебе она так относится. Видимо, она считает тебя хорошим, — я усмехаюсь. — Дьявол.

Мужчина поднимает на меня взгляд, как будто готов разозлиться. Но в итоге он смеется! Никогда не догадаешься о том, что у него в голове. Своя головоломка.

— Хоть кто-то считает меня хорошим. Вот Юлю я буду называть ангелочком.

— Очень смешно, — закатываю глаза, открывая дверь в дом. Сегодня Артем ушел на день рождение своего школьного друга.

— Мам? Пап? — на всякий случай спрашиваю я.

Ответа не последовало.

Я наклоняюсь, чтобы снять кроссовки (хотя бы попытаться, пока Рома возится с собакой). Через пару секунд на моей пояснице оказываются чужие ладони, поднимаясь выше к лопаткам и останавливаясь там.

— Опять не можешь попросить о помощи? — слышится бархатный и приятный шепот сзади. Я вообще теряюсь.

— Хотела сама попробовать... отойди, — хочу уйти, но тут же пальцы Романа впиваются в мои бедра, а другая его рука ложится на живот, давая мне выпрямиться.

— Стой смирно, — уже в ухо шепчет мужчина, обходя меня и опускаясь на колени.

Боже, сколько раз за сегодня он это сделал?

Я вытаскиваю ноги из кроссовок, снова краснея.

— Будешь чай? Сумку тут оставь.

— Буду, конечно, — с лукавой улыбкой говорит Дьявол, идя за мной на кухню.

Вспомнить бы еще, где что лежит. Открываю верхний шкафчик, находя там обычный черный чай.

— Ты пьешь... — я не до конца произношу предложение, понимая, что Рома стоит впритык ко мне сзади и дышит в затылок. Тяжело и горячо, — чай черный пьешь?..

— Пью, — он упирается ладонями в столешницу, полностью ограничивая меня в движениях.

— Что ты делаешь, Рома?

— Я... я не знаю.

Кое-как поворачиваюсь лицом к нему, носом сталкиваясь с подбородком мужчины.

Вблизи он еще красивее...

— Рома, это неправильно, — шепчу я, уже еле сдерживая себя.

Мои взгляд направлен на его губы, а дальше поднимается к глазам. В них читается жажда и желание.

— А мне плевать, я уже говорил это. У нас должно быть, как у Раф и Сульфуса, Ангелок. Я устал от твоего вранья. Сдайся мне.

Я не в силах что-то ответить. Мы находимся так близко друг к другу, одни дома, и никто нам не помешает.

Сама не замечаю, как медленно киваю, соглашаясь.

Я сдаюсь. Больше не могу.

Видимо, у Ромы просто срывает крышу. Он резко впивается в мои губы поцелуем, но потом понимает, что это слишком, поэтому немного замедляется.

Я таю и отдаюсь ему.

Кладу холодную и дрожащую руку на его немного колючую щеку, отвечая на поцелуй. Он получается тягучим, медленным, но в тоже время очень страстным. По крайне мере, для меня.

Этим поцелуем мы показываем все свои чувства, которые так долго не могли подарить друг другу. В большей степени это было из-за меня.

Я жалею, что не сделала этого раньше. Ведь сейчас ощущается такое спокойствие, когда мы наконец-то целуемся.

Рома старается не так сильно прижимать меня к себе, чтобы моей руке не было больно. Он немного углубляет поцелуй, перемещая руки на бедра. При этом он целует уже напористее, проникая языком в мой рот.

Только из-за него у меня в животе порхают бабочки, вызывая приятные эмоции и чувства.

Я даю ему возможность делать то, что он хочет. Даже тут доверяю ему. Запускаю руку ему в волосы, немного разлохмачивая их и сжимая пальчиками.

— Вот это кадр...

Детский голос заставляет меня вернуться в реальность. Я быстро отталкиваю от себя Рому, ошарашенно смотря на Артема.

— Какого черта?! Ты специально так тихо пробрался? — ругаюсь я, потирая свои красные щеки и пытаясь отдышаться.

— Вы даже не слышали, как я уронил ключи. Тетя Света подвезла меня до дома, а тут такие страсти, — хитро улыбается Артем, проходя на кухню.

Рома как статуя продолжает стоять и смотреть в одну точку. Разлохмаченные волосы, дикий взгляд и отдышка... Дьявол! По-другому не назовешь.

Я подхожу к брату, наклоняясь ближе и практически шипя на него:

— Скажешь родителям — никакого подарка на день рождения, понял?

— Соня! Ну какая разница? Ты же уже взрослая и имеешь право делать то, что хочешь, — он опускает взгляд на мою руку, удивленно смотря на бандаж. — Что с тобой случилось? Соня, ты упала? Ты себе что-то сломала?

— Вот когда у тебя появится девушка, и ты скажешь про это родителям — поймешь, — щелкаю мелкого по носу, улыбаясь. — Не переживай. Я просто немного повредила руку на соревнованиях. Скоро все пройдет.

Не хочу мучать брата своими проблемами, чтобы он потом переживал. Маленький еще.

Он с недоверием смотрит на меня, но все же уходит в свою комнату, оставляя нас с Дьяволом наедине.

— Ты в порядке? — я щелкаю пальцами перед его лицом, и Рома наконец-то отмирает.

— Мы это сделали... — шепчет Волков, проводя пальцам по своим губам.

— Ничего не говори. Мне и так стыдно. Прости.

Рома резко хватает меня за запястье, притягивая к себе и пристально смотря в глаза.

— Почему ты извиняешься? Ты ничего не сделала, — шепчет он, ведя носом от моего виска до щеки, оставляя легкий поцелуй на линии подбородка.

От этих действий кожа покрывается мурашками.

— Я столько времени мучила тебя. Прости, — повторяю извинения.

Меня тянет к Роману. Не могу ничего с собой поделать. Закрываю глаза и даю ему волю действий. Он заслужил это. И я, думаю, тоже.

— Но теперь-то ты сдалась. Все эти ссоры были не зря, — он коротко целует в губы, поднимая мою голову за подбородок. — Софья, ты будешь моей?

Я распахиваю глаза, удивленно смотря на мужчину.

Конечно, все шло к этому, но это все равно было немного неожиданно. Не отвергать же мне его после всего, что произошло?

— Это так... резко, — тихо говорю я, отводя взгляд в сторону.

— Да ну. Ангелок, я так плохо целовался? Так давай повторим.

Кажется, В Роме просыпается какая-то другая сущность, которая заставляет меня краснеть от любых его слов.

Я толкаю его в грудь, немного отстраняясь.

— Дурак! Я не это имела ввиду.

— Значит, поцелуй был хорошим? — он ухмыляется, играя бровями.

Я еще больше заливаюсь краской.

— Иди к черту!

Есть только один способ заткнуть этого Дьявола.

Я снова подхожу к нему и прижимаюсь своими губами к его. Ничего не делаю, просто стою, а спустя пару секунд отстраняясь.

— Считай это моим ответом. Чай будешь?

Впервые замечаю, как Волков краснеет не от злости, а от смущения. Этот старик смущается, боже мой!

— Буду, — мужчина слабо улыбается, садясь за стол.

Пока делаю чай, я очень много думаю про всю эту ситуацию.

То есть, мы уже официально стали парой? Теперь нужно как-то скрываться, чтобы нас не спалили? Это надо обговорить. Я теперь понимаю, что даже на шаг не хочу отходить от него. А скоро он уедет обратно в город, а потом и к своим родителям. Что мне делать все это время? Довольствоваться переписками, конечно.

Я ставлю две кружки с горячим чаем на стол, а еще какие-то печенья.

Сажусь рядом с Ромой, переводя на него взгляд. Он это заметил.

— Что-то не так?

— Все так.

— Ты смотришь так, будто тебе что-то не нравится.

— Нет, просто... мы же теперь пара?

— Глупышка, — Роман одной рукой обнимает меня за плечи, притягивая к себе и целуя в макушку. — Конечно же.

— А что делать с универом? Я уже говорила, что мы даже на улице не можем находиться вместе. Мне это не очень нравится. Я не хочу, чтобы тебя потом уволили.

Прижимаюсь виском к плечу Ромы и тяжело вздыхаю. Даже не представляю, что делать в такой ситуации. Но если он будет ждать, то и я тоже. Хотя, два года... не угаснут ли чувства за такое долгое время?

— Я все понимаю. Давай просто наслаждаться летом, гулять в твоем родном городе и все? Я попозже все решу, — он снова целует меня в макушку, попивая чай.

— А что ты можешь решить?

— Все узнаешь. Это мои проблемы, поэтому не переживай.

Мы сидим так до того момента, пока не слышим открывающуюся дверь.

Артем уже побежал к родителям.

— Наконец-то вы купили что-нибудь вкусное!

— И тебе привет, сынок, — смеется мама, проходя на кухню.

Я и Рома сидим уже друг напротив друга, молча и нервно выпивая чай. Лишь бы нас не спалили.

— Привет. Я тебе вообще-то звонила, Сонь. Потом позвонила Артему, и он сказал, что ты уже дома... с Романом, — мама специально выделяет имя.

— Здравствуй, больная молодежь, — заходит папа на кухню, пожимая Роме руку. — Ну, и не только молодежь.

Мама все рассказала, понятно.

— Кхм. Ну, я, пожалуй, пойду. Всем приятного вечера и спасибо за чай, — Рома косится на меня, а потом встает, поправляя костюм.

— Снова убегаешь? — интересуется отец, приятно улыбаясь.

— Простите, но дела не ждут. Обещаю, скоро мы познакомимся нормально. Анг... Софья, проводишь? — осекается Рома, кашляя.

— Да, провожу.

Я встаю из-за стола, быстро уходя за Ромой.

Мы скрываемся в коридоре, и я сразу же обнимаю мужчину за шею здоровой рукой, утыкаясь лицом в его грудь.

— Я буду скучать, — шепчу немного смущенно, пытаясь спрятать свое красное лицо.

Слышу вздох Ромы, и он сразу же обнимает меня, упираясь подбородком в мою макушку.

— Какая ты, оказывается, милая. Не переживай, скоро приеду, чтобы погулять с Артемом и с тобой.

— А раньше я не была милой? — поднимаю голову, нахмурено смотря на мужчину.

— Я такого не говорил.

— Дьявол.

— Ангел?

Я хихикаю и целую его в губы. Хотела сделать это быстро, но он кладет ладонь на мой затылок, не давая уйти. Рома углубляет поцелуй, неожиданно кусая меня за нижнюю губу. Отстраняясь, он с ухмылкой облизывается.

Никогда еще я не ощущала такого влечения к мужчине. Оказывается, он очень соблазнительный.

— Обещай, что долго не задержишься.

— Обещаю. Мне осталось принять зачет у нескольких групп, заполнить некоторые документы, и я буду свободен. Приеду сюда на денек, а потом к родителям. Но я обещаю, что мы с тобой еще увидимся, — как-то хитро говорит Рома, поглаживая меня по волосам.

— Буду ждать тебя. Пошли, провожу и закрою за тобой дверь.

Мы на улице еще чуть-чуть болтаем. Роман даже успевает быстро чмокнуть меня в губы так, чтобы из окна никому не было видно.

Я захожу домой с улыбкой до ушей, но быстро прячу ее, когда замечаю две пары любопытных глаз и хитрый взгляд мелкого.

— Как твоя рука, Сонечка? Вот ты умудрилась опять в волейбол играть, — говорит отец.

— Уже не так болит. Я уже поняла свою ошибку! Мама, поможешь мне сделать укол? Уже пора по времени.

Ненавижу уколы, но что не сделаешь ради своего здоровья...

— А ты еще ничего не хочешь сказать? — спрашивает она, вставая из-за стола.

Я напрягаюсь.

— А... нет, а что должна?

— Я тебя еще никогда не видела такой довольной. И отец тоже.

Ну все, приплыли. Вру я не так хорошо.

— Мама, если ты думаешь...

— Мы не думаем, мы знаем, — врывается в разговор папа, улыбаясь.

Артем сидит за столом и хихикает. Гад, рассказал все.

— Так, это моя личная жизнь. Что хочу, то и делаю. Только без нотаций, хорошо?

— А мы и не собирались. Просто давай осторожнее.

— Как обычно, мам. Буду-буду, — закатываю глаза, прихватывая уколы и препараты, которые мама заботливо купила мне.

Прежде чем выйти, я пристально смотрю на младшего, одними губами шепча «ты получишь».

Никогда ему ничего нельзя доверить.

Но зато я осталась без ненужных нотаций и очень счастливой.

Теперь Рома мой парень. Дьявол стал моим.

Предупреждаю! Вас ждут еще 4 главы и эпилог. Готовьтесь морально)