XIX.
—Я не отец, у меня нет ребенка. Но я имею хоть какое-то представление о человеческом отношении. - сбавляя тон произнес брюнет. —Это ты хочешь чтобы она участвовала везде. Так иди и сам свети ебальником перед камерой, и не заставляй это делать ее. Она боится тебя, потому и не может сказать что-то наперекор.
Грудь мужчины быстро вздымалась от частого дыхания. Он смотрел на Матвеева с такой же злостью, что и тот. Казалось, они сейчас просто набросятся друг на друга.
Отец грубо отпустил руку девушки. Дима повернулся к ней и осмотрел ее, положив руки ей на предплечья. Брюнет в последний раз посмотрел на мужчину, и пара ушла.
—Вы ещё пожалеете, что так себя повели, - с недоброй ухмылкой сказал отец вслед.
***
Они зашли в номер. Когда дверь закрылась Даша облокотилась на нее спиной и сползла вниз, на пол.
—Чш-чш-чш, - испуганно произнес чернокнижник опускаясь рядом. —Все в порядке?
Ее тело дрожало, а глаза заблестели. Она кивнула, соглашаясь с тем, что с ней все хорошо. Но он видел, что это не так. Он знал, что это не так. Дмитрий нежно обнял ее, прижимая к себе. От бессилия брюнетка обхватила его в ответ, и, уткнувшись в мужскую грудь, заплакала.
Сейчас слезы лились так, как тогда. Когда пришло это злополучное письмо с вылетом парня. Когда она поняла, что это конец. Конец всего.
Брюнет дал ей время выплеснуть эмоции. Он не торопил, не винил и не давил на нее. Его татуированные руки просто гладили, успокаивая этим жестом.
Она хотела прижаться, обнять сильнее, но резко остановилась. Матвеев посмотрел на нее, не понимая, что произошло. Вишневская убрала руку и стала понятна причина такой неожиданности. На бледной коже остались красные следы от крепкой хватки пальцев отца. Дима аккуратно прикоснулся к больному месту, еле касаясь, чтобы не причинить боль. Место нагрелась и покраснело.
—Горит да? - спросил он поглаживая руку.
—Мг, - кивнула девушка.
—Нужно охладить чем-то, - осматриваясь вокруг чернокнижник искал что-то холодное, что можно приложить к руке.
Он поднялся с пола и подошёл к небольшому холоднику, что стоял рядом с туалетным столиком. К его счастью там оказалась бутылка воды, что была довольно прохладная.
Вернувшись к подруге, он вновь присел, и приложил холодный пластик к коже. К этому времени, Дарья уже под успокоилась и смотрела за всем происходящим тяжёлыми глазами. Тушь давно поплыла, помада смазалась, но даже в таком виде она оставалась самой красивой для него.
—Бутылка все равно толком не поможет, нужен гель охлаждающий, - тревожно произнес Дмитрий. —Я быстренько схожу в аптеку, посидишь тут?
—Давай я с тобой, - предложила брюнетка.
—Бусинка, тебе нужно отдохнуть и расслабиться. За сегодняшний день думаю хватит всякого стресса, - смотря ей в глаза сказал парень. —Я быстро, обещаю. Ты даже глазом моргнуть не успеешь.
Она понимала, что все равно не сможет переубедить его. Но в нем явно читалась забота и переживание за нее. За ее состояние, как моральное, так и физическое.
Брюнет аккуратно поднял ее и перенес на кровать. Бутылка воды практически остыла, потому нужно было искать новое средство. Недолго думая, Матвеев переместился в санузел. Там он смочил холодной водой небольшое полотенце, видимо для рук, и вернулся с ним к подруге. Приложил его на больную часть и погладил.
—Хочешь чего-нибудь? Покушать, попить? Я по дороге заскочу, - спрашивал парень, продолжая гладить руку. В его черных глазах не было той искры, что была сегодня при разговоре с отцом. Но зато была другая...
—Нет, не хочу, спасибо, - кратко поблагодарила она.
—Если захочешь что-то — напиши. Я скоро вернусь, - сказал тот и поцеловал в висок.
Они заулыбались друг другу и в скором времени чернокнижник покинул номер.
Он старался как можно быстрее идти, паралельно ища по карте ближайшую аптеку. После того как нашел, уже не шел, бежал. Хотел по дороге зайти ещё в пару мест.
Иногда поглядывал в навигатор, чтобы убедиться, что двигается в правильном направлении. Дыхание сбивалось из-за неравномерного бега, да и курение тоже сказалось на этом.
Первая точка. Аптека. Пытаясь отдышаться, Матвеев спросил у фармацевта охлаждающий гель и валерьянку. Женщина подошла к каким-то полкам и стала искать там нужные средства, что попросил брюнет. Она достала оттуда небольшие, вытянутой прямоугольной формы, коробочки. Когда тот рассчитался за товары, вышел из аптеку в следующий пункт.
На руку сыграло то, что совсем неподалеку был цветочный магазин. Туда и зашёл ещё парень. Купил там объемный букет темно-красных роз и покинул бутик. После него направился к «Вкусно и точка», где также сделал заказ.
Со всем арсеналом он торопился обратно в отель, к подруге. Лифт, казалось, ехал предательски долго. Но он не бесконечен, к счастью, и Матвеев вскоре открыл заветную дверь номера.
Чернокнижник разулся и с улыбкой прошел к девушке. От одного его вида, его улыбки, сразу заулыбалась, прежде чем заметила букет. Он протянул его ей и сел на край кровати рядом.
—Спасибо большое, - смущённо улыбалась та, принимая цветы.
—Не за что, бусинка, - поглаживая по спине улыбался тот.
Он переоделся и сел к подруге, с рюкзаком в руках. Оттуда достал и остальное, что купил.
Нежно нанес гель на руку, стараясь не нажимать сильно на больной участок. Далее, за просмотром легендарных мультиков с испорченными шутками, они кушали, сидя бок о бок. Так и не скажешь, что сегодня произошло что-то очень тревожное.
Но ближе к ночи, Вишневская все же вспомнила про утренний инцидент. Она лежала на коленях Дмитрия, пока тот гладил ее по волосам.
—Дим, прости за то, что отец наговорил..., - негромко произнесла брюнетка.
—Ничего страшного, это не цепляет, - успокоил ее тот. —Как твоя рука лучше расскажи. Полегче стало?
—Да, так прохладно, - посмеялась девушка.
—Это самое главное, - улыбнулся Матвеев, перекладывая ладонь ей на щеку, поглаживая.
—Спасибо тебе за все, правда, - поднялась она и села рядом с парнем.
Он обнял ее, стараясь резко не касаться больной руки.
—С цветами угадал, - чуть тише обычного произнесла Даша. Ее голова лежала на его плече, а взгляд устремлён на красный букет.
—Ты говорила, что тебе нравится такие, я помню, - его внимательность к таким деталям грела душу. Хотя, может жар шел прямиком от его тела. Но его забота и в правду очень радовала и поражала.
Молчание вновь повисло между ними. Но сейчас она смущала чуть больше, чем обычно. Вспоминая весь день от и до, Дима помнил и их, хоть и краткий, но до боли эмоциональный поцелуй.
Ее холодные губы на моих. Такая же прохладная ладошка на щеке, с трепетом сжимая кончики волос. До сих пор на теле те мурашки, что прошли тогда...