Глава 35
Салат вкусный. Мясо ещё вкуснее.
Допиваю вино, сонно моргаю, наелась и меня разморило.
Смотрю на его спину в помятой рубашке.
Он стоит у раковины, моет посуду. Уже заканчивает. Сейчас, похоже, пойдет переодеваться и в душ.
Мерно плещется вода, позвякивают приборы, за окном такая тишина, что долетают слабые голоса.
Кто-то из соседей.
- Спать будем? - вытягиваюсь на диване, вставать лень.
- Да, завтра надо рано проснуться, - он поворачивает кран. Вытирает руки фартуком, развешивает его на спинке стула.
Плюхается ко мне на диван, мои ноги складывает у себя на коленях.
Свечи ещё горят, слушаю, как слабо трещит пламя на сквозняке, ветерок наклоняет огоньки.
- А я всегда рано просыпаюсь, - ерзаю, ложусь удобнее. - Двойняшки же.
- Хорошо, - он улыбается.
- Что там за квартира у твоего знакомого?
- Обычная квартира. Все поместимся.
- А за нами не приедут? В другой город.
Он слегка поворачивает голову. Смотрим друг на друга, полумрак смазывает черты, он кажется почти незнакомцем.
- Я сегодня договорился, - отвечает Алан, помолчав. - На счёт новых документов. Поэтому. Нет, никто за нами не приедет.
- Прям новых?
- А что? - он откидывает голову на спинку, косится. - По старым нас найдут. Не хочешь новые?
- Хочу, - торопливо заверяю.
Он задумчиво гладит мою ногу. Дрожу, ощущаю, что между нами неловкость висит, нам что-то планировать на двоих непривычно, странно, и столько сложностей сразу всплывает.
- А ты...- начинаю и замолкаю.
Он смотрит прямо перед собой и медленно тянет меня за ногу.
Кожа дивана поскрипывает, волосы путаются, я качусь к нему, он словно не замечает, даже не поворачивается.
- Что делаешь, - хихикаю, опираюсь на руки. Ловлю его краткий блестящий взгляд и порыву поддаюсь, вырываюсь и сама залезаю на него сверху.
Наши лица рядом, его ладони на талии, пара секунд тянутся бесконечно. Внутри все успевает перевернуться с ног на голову, и дом раскачивается, под напором его губ я терплю крушение, землетрясение, гибну.
Крепче обнимаю его за шею, вплотную к нему прижата, его руки гладят кожу под кофтой, спину иголками колет. В глубоком поцелуе дышать перестаю, есть только он, от этого жара теряю рассудок.
- Юля, - чувствую, что он поднимается вместе со мной. Висну на нем, не даю себя снять, ногами сдавливаю его бедра. Он сжимает в ответ ягодицы, с силой. Ресницы распахиваю, смотрю на него. - Постой пять секунд, - выдыхает он. Отцепляет меня от себя, ставит на пол, в его глазах туман, серая дымка, пухлые губы блестят, взглядом мечусь, все и сразу в нем впитываю.
- Больно сжал, - жалуюсь, хватаю его за рубашку. Пячусь к дверям, хочу в спальню.
- Киса нежная, - он выпутывается из моих рук, мне не подчиняется. Одним толчком опрокидывает меня на диван. Длинные пальцы щёлкают пуговицей, он тянет одежду вниз, вместе с бельем, вытряхивает меня из джинсов.
По голым бедрам бегут мурашки, кожу холодит ветер.
Алан быстрым движением расстёгивает брюки, брякает пряжка.
Пульс долбится в висках, от волнения подбрасывает, комната вокруг расплывается.
Я так долго заново привыкала к мужу, и теперь вот опять с другим мужчиной, собираюсь заниматься сексом.
Его зовут Алан, и я его хочу. Как раньше. И я его люблю, но меня это на части рвет.
Наша фамилия, наша семья.
Опускаю глаза на выпрыгнувший член, поднимаю взгляд к лицу. Уши закладывает, кажется, он меня просто во все места отымеет сейчас, так голодно он смотрит, замер, как перед рывком.
- Надо поговорить, - в горле сухо, сжимаю ноги. Натягиваю кофту на бедра, пытаюсь чувства в порядок привести. - Налей ещё вина.
- Киса, тут тебе не бар. И не кабинет психолога.
- Я знаю.
- Ничего ты не знаешь.
Горят свечи, по стенам пляшут тени, он стоит в расстегнутых брюках, пристально смотрит.
- Может, время нужно, - избегаю его взгляда, понимаю, что не этого он ждал, мы ведь уже разделись. - Может...
- Трёпка тебе нужна, Юля, - он надвигается, от него волнами разбегается злость. Тихо взвизгиваю, когда он резко разворачивает меня, коленями ставит на диван. Взвизгиваю ещё раз от обжигающего шлепка по ягодицам. - Ну как, получше? - он шепчет. Между ног упирается твердая головка, собирает смазку. - Ещё надо?
Дрожу, ногтями впиваюсь в кожаную спинку.
- Нет. Мне лучше, - отпечаток его ладони саднит, пощипывает. Между голыми людьми все разговоры заканчиваются, это ясно.
- Точно хватит? - член раскрывает складки, медлит.
Стою, замерев, слова выдавить не могу.
- Разговаривать будем? - он не отстаёт, мучает меня, скользит у входа, медленно погружает горячую головку .
Трясу волосами, не буду я разговаривать.
Он усмехается за спиной. Шумно выдыхает.
И резким толчком врывается внутрь. До упора меня пробивает.
Пошатываюсь, с громким стоном врезаюсь в диван, под кожей восходит солнце, закипает моя кровь.
- Кис.
Он обнимает, дыханием жжет затылок.
- Я в тебе. Ты моя. Наконец-то.
Чувствую его и лбом упираюсь в холодную стену, тело трясется до сих пор, вокруг него сжимаюсь и всхлипываю.
- Кричать не надо, - его губы касаются уха, кусают мочку. Он чуть двигается во мне, его шепот срывается, - дети спят.
Член плотно трётся внутри, нетерпеливо наращивает темп. Толкается в меня, с оттяжкой вклолачивается. Не могу не кричать, в отчаянии кусаю губы, завожу руки назад, царапаю Алана, хоть как-то выплеснуть пытаюсь свою горячку, свое безумие, во мне огонь, во мне скользит он, я изнемогаю.
- Скучала по мне? - его рука зарывается в мои волосы, путает, он вжимает меня в себя, мнет меня, с каждым толчком мои стоны все громче становятся, с его низким голосом смешиваются.
Надо ещё.
Зубами раздираю израненные губы, выгибаюсь в спине, в себя его вбираю, нужно ближе, слиться в одно, прошлая жизнь без него меркнет, твержу: да-да-да, я для него целиком, и он для меня, да.