Моя Эва 2

— Останься.

Сонным и хриплым голосом сказала Эва. Глаза по - прежнему были закрыты, рука крепко сжимала мое запястье, едва подтягивая на себя. Я снова ощутил наваждение. А может вовсе это было не оно. Так долго верить и ждать, молить о подобной просьбе когда - то было лишь надеждой. А сейчас эта просьба сорвалась прямо с ее уст. Огненный взгляд зелено - карих глаз вдруг уставился на меня, буравя. В комнате, полной отсутствия света мы видели, как горят наши глаза. Эти чувства сложно было описать. Будто время остановилось, никого в этом мире не существовало кроме нас двоих. Мысли пролетали в голове одна за другой, тревожа и нарушая покой. Я вдруг решил прервать наше молчание, делая глубокий вздох.

— Как - то однажды ты говорила мне про верность и преданность. Я хорошо запомнил наш разговор, и многое отметил для себя. Я всего лишь задам тебе один вопрос, и попрошу честный ответ на него. Насколько ты можешь быть жестока?

Эва потерла пальцами сонное лицо, немного приподнимаясь и облокачиваясь о спинку кровати. Мой вопрос заставил ее задуматься.

«Очевидно, ты ждала от меня что - то банальное.»

— Настолько, что сама не вижу берегов этой жестокости. С чего вдруг ты решил задать именно этот вопрос?

— Пытаюсь понять, что такого сделал Влад, как сильно разозлил тебя, как поступил с тобой, что ты так жестоко обошлась с ним.

— Нажаловался уже...

— Не жаловался, Эва. В том - то и дело. Я увидел этот страх в его глазах, смог лицезреть эту картину. Единственное, что он сказал, так это о силе, с которой ты работаешь. Только дурак бы не понял, что за тобой стоит вся преисподняя, ожидая твоих указаний. Силой нужно пользоваться во благо, а не растрачивать ее попусту. Что он сделал? Перечить тебе стал? Поэтому ты так с ним обошлась? А если я слово тебе не то скажу? Та же участь меня будет ждать? С какой целью ты обоих привязываешь к себе? Для того, чтобы потом уничтожить? Я ведь вижу, Эва. Вижу, что ты не плохой человек. Обстоятельства подталкивают, я понимаю. Но не нужно так обходиться с людьми, которые никогда бы не поступили так же с тобой.

— Ты, что же, защищать его вздумал? Снова спелись?

— Сплясались! Ты вообще слушаешь, что я тебе говорю?

— Выбирай выражения, Олег Шепс. Ты не с рабыней своей общаешься. Хочешь, чтобы я и тебя на место поставила?

— Мне мерзко, Эва. Мерзко от того, что сейчас слышат мои уши. Я не стану давить на тебя, уговаривать быть мягче и снисходительнее. Я всего лишь попрошу тебя об этом. Следовать моей просьбе или нет - твое дело. Но если я хоть что - то значу для тебя, то ты прислушаешься. Рано или поздно злоба овладеет тобой окончательно, ты потеряешь себя. Ты невероятная, и знаешь это. Так зачем затмевать эти прекрасные качества агрессией? Излишняя прямота - твой недостаток, но и твое же преимущество. Я думаю, что стоит вывести это качество в достоинство.

— Мне вообще похуй, что ты там думаешь.

— Именно такого ответа я и ждал. Что бы я тебе не сказал - все бесполезно. Зря ты сюда приехала. Будет сложно держаться от тебя на расстоянии, но я приложу к этому все свои силы.

Я был обеспокоен. Поднявшись с постели, я собирался уйти, но Эва вдруг подскочила и крепко обняла меня. От неожиданности я обомлел.

«Уйти мне не дает. Не хочет отпускать? Или это манипуляции?»

— Не уходи от меня.

— Не уйду, если пообещаешь вести себя сдержаннее, прекратишь давать злости овладевать тобой.

— Я...

— Пообещай мне, Эва. Если хочешь, чтобы я остался пообещай. Я сам не хочу уходить, но иначе поступить не могу. Я должен поставить перед тобой этот выбор, если хоть что - то значу для тебя.

— Обещаю.

— Говори, что именно ты обещаешь.

— Олег!

— Эва!

— Обещаю, что буду вести себя сдержаннее, прекращу давать злости овладевать мной. Все, теперь не уйдешь?

Обхватив ладонями лицо девушки, я заглянул в ее слегка покрасневшие от подступающих слез глаза, и сказал:

— Эту просьбу нужно не только впустить в свою голову, дать обещание, но еще и выполнить. Я уйду сразу же, как только пойму, что ты решила ослушаться. Обиды после не держи на меня. И я злым быть могу, но все же держу себя в руках. И ты держи.

Эва смиренно сложила на мое плечо свою голову, теребя рукава кофты. Оставив легкий поцелуй на ее макушке, я вновь задумался.

«Я хочу верить в то, что ты выполнишь обещанное. Но стою ли я того, чтобы ты заглушила свою злобу, которая манипулировала тобой каждый день? Можно ли перестать дышать когда ты знаешь, что без этого погибнешь? Можно ли отказаться от того, что в твоей жизни присутствует день ото дня? Лишь преданные и очень сильные чувства, боязнь потерять человека могут это исправить. Но я уверен, ты еще напомнишь мне о том, что я поставил перед тобой этот выбор.»

Наши взгляды встретились, и пали на губы друг друга. Нервно сглотнув, я позволил воспоминаниям пронестись вихрем по моему сознанию. Губы по - прежнему помнили вкус пухлых губ Эвы. Облизнувшись, я придвинулся ближе, едва касаясь губами женского подбородка. Подбородок сменился краешком губ, плавно смещаясь из одной области кожи на другую. Ни один миллиметр не оставался без моего внимания, и чем дальше я заходил, тем поцелуи становились более влажными и требовательными. Я знал к чему веду, намеренно обжигая губами ледяную женскую кожу. Эва вдруг засмущалась, покраснела от немыслимой близости, будто все это происходило впервые. Она позволяла моим губам изучать ее лицо, целующим все, кроме самих губ. С ее уст сорвался едва слышный стон, стоило мне коснуться именно этой области. Я чувствовал, она тоже хочет большего, но я намеренно не исполнял ее требования. Руки припали к длинным вьющимся волосам, запутываясь в пальцы. Слегка подтолкнув Эву, я придавил ее тело к кровати, нависая сверху.

«Вот теперь время точно остановилось.»

— Если пожелаешь, чтобы я остановился - я остановлюсь. А нет, то придется потерпеть. Я терпел, теперь твоя очередь. Я жаден, Эва. Я смиренно ждал, знал, что рано или поздно это непременно произойдет. И вот, о чудо, свершилось. Несколько десятков раз ты облизнула свои сухие губы, ожидая поцелуя. Столько же раз ты тяжело вздохнула, словно вот - вот задохнешься от нетерпеливости. Я замечаю каждое изменение на твоем лице, готов даже список предоставить сколько раз ты моргнула когда смотрела в мои глаза. Мне только личного дневника не хватает, чтобы вести в нем отчет. Делал ли так кто - то, кроме меня? И сделал бы? Уверен, что нет. Даже сейчас я не поспешу совершить то о чем так долго мечтал. Я запечатываю каждый момент, чтобы потом напомнить тебе о них, отрицай ты это. Не одна ты ведешь игру, и не одна ты выстраиваешь в голове тактику. Я знаю твои шаги, знаю где гордо и уверенно пройдешь, а где обязательно споткнешься. Но упасть я тебе не дам. Нет, дело не в тебе. Это мой личный интерес.

Эва смотрела в мои глаза, словно завороженная. Грубо впившись в ее губы, я позволил себе отключить все ненужные мысли, поддаваясь лишь чувствам. Женские ноги тут же сцепились в замок за моей спиной, прижимая тело ближе к себе. Наши голые души разделяла лишь эта никчемная ткань, что зовется одеждой. Секунда, и она бы в миг оказалась на полу. Спешка была ни к чему. Я знал, что утром это волшебство для нас двоих закончится, придется вновь погрузиться в будничную рутину. Эта ночь была нашей путеводной звездой, нашим маятником, нашем спасением. Еще никогда я бы не посмел думать о подобных чувствах к кому - то. Все это казалось мне фальшью, небылицами, фантазиями обреченных судьбами людей. Но сейчас, целуя эти губы, касаясь этой кожи, касаясь этой души и сердца я умирал и заново рождался. Сердце бешено стучало, молило пощадить его, быть милостивым. То, что было вымыслом - стало смыслом жизни. Я ни раз думал о том, что мы связаны. Мы не были знакомы раньше, не питали друг к другу таких чувств. Но наши души... Они словно искали друг друга долгое время и вот наконец нашли. Точно переродились и сплели друг друга своими нитями в этой жизни. Ладони, точно кипяток проходились по женским изгибам, лаская каждую часть тела. Все это время мы ни на секунду не отрывали друг от друга глаз. Пальцы в спешке потянулись к вещам, что уже сильно натирали тело, и одна за другой валились на пол. И вот мы были друг перед другом полностью обнаженные. Обнаженные не телами, а душами, что так в этом нуждались. Я спустился ниже, коснулся пальцами женских коленей, разводя ноги шире. Эва снова покраснела, теперь уже отвела взгляд. Пальцы пали ниже, коснулись ложбинки меж ног, от чего Эва тихо простонала. Кончики пальцев коснулись клитора, нежно массируя его. Один из ответов на мои вопросы был получен. Эва желала меня так же сильно, как и я ее. Влажность меж ее ног доказала мне это, не просто дала подсказку или ответила. Прильнув туда губами, я больше не мог остановиться. Эва тут же обхватила руками мою голову, от чего я больше углубился в нее языком. Подняв на нее свои глаза, я увидел, что она тоже смотрит на меня. Глаза горели так же, как и всегда когда она смотрела на меня. Вырисовывая на ее губах самые невероятные и зрелищные узоры я все больше углублялся, чувствуя ее изнеможение. Словно вулкан, она вот - вот хотела взорваться, но я не давал ей эту возможность. Приподнявшись, я грубой хваткой вцепился в ее ноги, раздвигая их так широко, как только можно. Пальцы и мой язык сменились половым органом. Обхватив его рукой, я осторожно провел им по ее интимному месту, намеренно изводя Эву. Мне нравилось наблюдать за тем, как она требует продолжения, как кричит от желания большей близости, но не получает ее. Немые просьбы были еще более желанными. Я едва мог совладать с собой, ждал ее просьбы. Я помнил ее слова.

«Ты так смиренно ждешь меня, ни на одну глупость не решаешься, силой не берешь меня. Любой другой бы уже давно воспользовался шансом, но не ты. Умный всегда будет ждать, зная, что рано или поздно получит свое, а глупый полезет на рожон, совершив кучу ошибок. Хищное животное не станет нападать сразу, подвергая себя опасности. Оно сперва подождет, выберет подходящее время, а после нападет, разрывая добычу на куски.»

— Олег...

— Я тебя слушаю.

— Я словно в бреду. Я чувствую тебя. Чувствую о чем ты думаешь, чего хочешь. Даже сейчас, имея надо мной власть ты продолжаешь ждать моего одобрения. Я готова.

Этих слов было достаточно для дальнейших действий. Я осторожно вошел в нее, издавая томный вздох. Эва тут же выгнулась, тихо вскрикивая от удовольствия. Эйфория наполняла наши тела, которые сгорали в этом огне. Толчки усиливались, как и наши с Эвой стоны. Обхватив руками женскую грудь, я прильнул к ним, цепляясь в них губами и зубами. Затвердевшие от возбуждения соски стали еще более твердыми, и женское тело покрылось мурашками. Каждый миллиметр ее тела не остался без моего внимания. Я изучал ее, трогал везде, где только пожелал, как и она меня. Желание было слишком большим, время не остановилось, а лишь наоборот ускорилось. Казалось, прошло всего несколько секунд, а на деле несколько часов. Тела стали влажными, во рту была невероятная сухость. Мы едва держались из последних сил, и вот наконец кончили. Тела обмякли, и мы позволили друг другу передохнуть. Голова легла на женскую грудь, чувствуя сильное сердцебиение. Эта ночь никогда не сотрется из моей памяти. Эва запустила свои пальцы в мои волосы, приятно поглаживая голову. Глаза окончательно сомкнулись, и мы оба уснули в таком же положении. Этой ночью я наконец смог спать спокойно, не думая о чем - то, не забивая голову дурными мыслями, не чувствуя наваждения, не беспокоясь о ней. Она была рядом, этого было достаточно.