Егор Крид Зажигалки

В сотый раз набирая один и тот же номер, мужчина нервно постукивал пальцами по гладкой полированной поверхности стола, озабоченно хмурясь. Недоступен. Перед ним лежал контракт с одной-единственной подписью.
Вот уже который день подряд Аня не отвечала на звонки. Она даже не появлялась на работе - написав заявление и взяв отпуск за свой счёт, девушка отключила телефон, и связаться с ней не было теперь никакой возможности. После той ночи она больше не появлялась в офисе, придя сюда лишь раз - чтобы написать заявление. Клара поначалу не хотела отпускать такую ценную сотрудницу, но, заметив, в каком состоянии находилась Аня, без лишних слов приняла заявление.
Егор не мог понять, что же случилось. Аня словно пропала - прислав с курьером расторгнутый со своей стороны контракт, она перестала являться на работу и отключила телефон. Также ему пришло уведомление с банка, что на его счёт были переведены деньги.
Она не взяла ни гроша из этого миллиона. Более того, даже пакет вы купленных для неё акций вернула. Мужчина не мог понять, что послужило причиной такого поведения Ани. Он ведь старался быть осторожным, не причинил ей боли, был нежен и аккуратен...
Её томные стоны до сих пор звучали в мыслях, невольно заставляя напрягаться его мужское достоинство. Он ведь видел, как хорошо ей было, как страстно она отдавались ему, как в исступлении царапала своими ноготками спину, как жадно отвечала на ласки, прикосновения и поцелуи, как умоляла его не останавливаться, как изгибалась и двигалась под ним, как сильно сжимала его возбуждённую горячую плоть изнутри, как сладко стонала его имя... Ей понравилось - он был уверен в этом - быть с ним, понравилось заниматься сексом, отдаваться, чувствовать себя такой желанной... Так что же случилось, почему Аня так резко изменила своё решение? Егор не мог так просто закрыть на это глаза. Слишком долго он ждал, слишком настойчиво добивался, слишком дорого заплатил, чтобы вот так просто сдаться, когда, казалось, такая желанная победа была уже в его руках. Мужчина принял для себя решение, и отступаться от намеченной цели вовсе не собирался. Он добьётся её, обязательно добьётся, поедет к ней домой и всё раз узнает. Прямо сегодня.

***

Аня чувствовала себя последней шлюхой. Так мерзко и противно ей не было ещё никогда в жизни. Спать за деньги... Это так ужасно! Но ещё ужаснее был тот факт, что она не нуждалась в деньгах. Только шлюхи ведут себя подобным образом - готовы раздвигать свои ноги перед любым мужчиной, способным мало-мальски удовлетворить их неуёмную похоть. Желание переспать с кем бы то ни было сильнее нужды в деньгах. Их тело уже настолько привыкло отдаваться, что разум даже не соображает адекватно, не может дать ответа на вопрос о том, зачем они это делают. Эх Просто привычка. Плевать, за деньги или нет - они уже привыкли к этому. Привыкли к такому образу жизни, получая наслаждение от мысли о том, что их кто-то имеет.
И Ане казалось сейчас, что она - самая грязная, мерзкая, конечная шлюха, которую волнует только трах и ничего больше. Зачем ей эти деньги? Она ведь не нуждалась ни в чём, получая более чем приличную зарплату. Дура. И надо было соглашаться на секс за деньги? Да ещё и с кем? С самим начальником! Как теперь работать? Как смотреть ему в глаза?
Получив долгожданное место в отделе аналитики, Аня обязана была непосредственно контактировать с боссом, иногда даже по нескольку раз в день. Уволиться девушка не могла тоже - слишком долго и упорно она мечтала попасть на эту работу, да и вряд ли где-то платят больше, чем здесь, ведь все знали о щедрости Булаткина, который никогда не скупится на оплату труда своих подчиненных.

Булаткин... Самым ужасным было то, что Ане понравилось. Понравилось быть с ним, понравилась его неистовая страсть, понравилось то, как он овладевал её телом - быстро, смело, по-хозяйский, показывая, кто был главный. И он был абсолютно прав: её участь - подчиняться, уступать, быть ведомой в постели, в то время как он будет властвовать над ней, над её телом, которое он так страстно и жадно обласкивал, не сдерживая себя. И от этих мыслей ей становилось ещё хуже.
Взяв себе отгул, Аня старалась проводить эти дни так, чтобы навязчивые мысли о таком ужасном поступке были забыты, стерты, изгнаны из памяти. Магазины, ночные клубы, парки, кафе, и обязательно - напиться. До чёртиков, до отключки, до крайнего состояния, когда уже сознание не в состоянии понять, кто ты, где ты, что с тобой происходит...
Отключений телефон завалился куда-то, но он и не был нужен. Да и зачем? Навряд ли он станет звонить ей, а если и позвонит - о чём им говорить? Ане перевёрнутая лишь от одной только мысли, что она услышит его голос. Нет, он не был неприятен - наоборот. И именно это ещё сильнее отталкивало девушку.

Звонок в дверь пробудил от крепкого сна. С трудом разлепив тяжёлые веки, девушка открыла глаза и тихонько простонал, ощущая головную боль. Она знала, кто это. Внутреннее чутье подсказывало ей, что там, за дверью, стоит тот, из-за которого Аня потеряла внутренний покой. Ей вовсе не хотелось ни видеть его, ни слышать. Егор продолжал настойчиво звонить в дверь. Протяжный долгие звонки отдавались пульсирующий болью в висках, и она решилась открыть ему. Рано или поздно это должно произойти. Уж лучше поговорить сейчас, чем выяснять отношения на работе.

Отыскав домашний халатик среди наваленных в кучу вещей, не включая света, Аня неспешно направилась в прихожую. Она даже не стала смотреть в дверной глазок.

- Аня, с вами всё в порядке?

Обеспокоенный голос, внимательный сосредоточенный взгляд этих голубых глаз... Аня отвела взгляд, не желая смотреть на мужчину.

- Всё в порядке. Просто мне нужно немного отдохнуть, - тихо ответила она.

- Я бы хотел поговорить. Позволите войти? - последовал следующий вопрос, но девушка отрицательно покачала головой.

- Нет, простите. Я сейчас не настроена принимать гостей.

Егор покорно остался стоять на пороге, сжимая в руках небольшой букет, про который он забыл, увидев Ане. Помятая, заспанная, немного лохматая и... такая милая. Даже этот простенький домашний халатик был ей к лицу, ничуть не портя внешнего вида. Он не мог понять, что же произошло с ней.

- Аня, что всё это значит? Ваш телефон отключен, вы не появляетесь на работе, вернули все деньги и контракт... Это из-за меня? - он с тревогой смотрел на неё, заранее зная, что услышит положительный ответ, но до последнего отказывался в это верить. - Я что-то сделал не так? Прошу вас, ответьте! Не томитье меня. Вам не понравилось?

- Всё нормально, - повторила она, чувствуя, что начинает волноваться. Неприятно было говорить на эту тему.

- Нет, не нормально, - он повысил голос, - вы игнорируете меня, вернули контракт...

- Я не шлюха, Булаткин! - уверенным тоном прервала его Аня, - понимаете? Я не могу так. Простите, но... Мне ничего от вас не нужно. Ни денег, ничего. Я всё верну вам, все деньги, которые вы на меня потратили. Пришлите мне счёт или вычтите из зарплаты. Не хочу быть обязанной вам в чём-то.

Повисла тяжёлая пауза. Егор нервно поиграл желваками, не сводя глаз с той, которую так долго добивался, и которая так быстро свела его с ума, подарив одну лишь только ночь. Он видел, что Аня была настроена категорично. Так быстро отказалась от столь выгодной сделки... Поначалу он думал, что в ней, как это бывает обычно у молоденьких девушек, попросту взыграла гордость, но сейчас, видя, как она решительно отвечает ему, с какой твёрдостью смотрит в глаза, понял, что проблема в другом. Она и правда чувствует себя оскорблённой. Нет смысла говорить что-то, убеждать, приводить доводы - решение уже принято, и назад пути нет. - Вы уверены?

- Да. Не хочу больше жалеть, господин Булаткин.

- Жалеть? - словно удивившись чему-то, переспросил мужчина, невольно делая шаг вперёд, - вы жалеете о том, что произошло между нами? Вам было плохо со мной?

- Вы слишком самоуверенны,Булаткин, - Аня шагнула назад, - или привыкли, что девушки сами укладываются в штабеля перед вами? Я не из таких, и никогда такой не стану. И позвольте мне не отвечать на ваш вопрос. Хочу оставить своё мнение при себе.

- Простите, если задел вас или обидел. Право же, мне крайне неудобно перед вами из-за того, что заставил вас почувствовать себя... м-м-м... - он помолчал, - в таком положении. И можете не переживать и возвращаться к своим обязанностям - поверьте, на работе это не отразится. Всего доброго, спокойной ночи и простите ещё раз.

- Простите, - отчего-то чувствуя себя виноватой, проговорила Аня, когда мужчина уже собирался уходить, - дело не в вас. Просто... просто я так не могу, поймите. Чувствую себя вещью.

- Неужели я давал вам повод для этого? - повернувшись к ней, спросил Егор, - Аня, вы меня удивляете.

- Ладно, не будем об этом, - применительно сказала девушка, понимая, что этот разговор может затянуться надолго. - Завтра я выйду на работу, господин Булаткин.

Она так и не взяла цветов. А он и не стал настаивать, понимая, что это бесполезно. Всю дорогу мужчина сосредоточенно смотрел в окно, словно пытаясь найти там ответы на свои многочисленные вопросы.

Закрыв дверь, Аня энергично потрясла головой и включила свет. Нужно было наводить порядок - в квартире, в своей голове, в жизни, наконец. Так больше нельзя. Это хорошо, что они так легко и просто обо всём договорились. Девушка думала, что не сможет так просто отделаться от Егора, но, на удивление, всё случилось быстро. Даже чересчур быстро. Она думала, что он будет уговаривать её, настаивать, принуждать, или даже пригрозит увольнением, но, к чести Егора, этого не произошло. Он действительно оказался человеком слова. Но знала ли тогда она о том, что уже спустя каких-то пару недель сама придёт просить о помощи? Знала ли, что ей так сильно понадобится этот злосчастный миллион? Конечно же, нет.