Цена её прикосновений 18+

Хлипкая дверь захлопнулась. В нос ударил запах сырости и пыли. Зрение привыкло к темноте не сразу.

Стремительный подъём по лестнице подкосил колени. Пот стекал по вискам. В старой квартирке девушка почувствовала слабую защиту. Постепенно черты интерьера прорисовались под тусклым лунным светом.

Айви прошла на кухню и, набрав в стакан воды, залпом осушила его. Ей почудилось, будто находится здесь не одна. Она притихла. К счастью, ничего не изменилось, только завывание зимнего ветра в щели нарушало тишину. Подумав о том, что сходит с ума, девушка шлёпнула себя по лицу.

Неприятная сцена в кафе вновь всколыхнула её память. Едва тот мужчина вышел за порог, она заперлась, после осторожно выскользнула через служебный вход. На удивление, он легко поддался.

Поймав ближайшее такси, она доехала до дома. Её преследовала навязчивая идея. Казалось, он следит за ней. Там, в сумерках, украдкой кроется его зловещая фигура.

Она до скрежета стиснула стакан в руке. Его голос в голове твердил:

«Парой часов позже».

Вопросы, порождённые им, слились в огромный свинцовый шар. Он катился по сознанию. Что бы ни значили те слова, в одном Айви была уверена: Доминик не отступит так просто.

Ещё на работе она дозвонилась до больницы, предупредив о выдуманных обстоятельствах, по которым не придёт выписывать бабушку. На удивление, персонал отнёсся к ней с пониманием, пообещав позаботиться о пациентке.

«Если он знает про кафе, значит, где живу, тоже не составит проблем» — надуманное предположение не давало ей покоя.

Айви решила забрать документы и уехать из города. Возвращаться в этот район больше она не намеревалась. Беглянка спешила на автобус до Северной Каролины, где её могла приютить знакомая женщина.

Громко выдохнув, Айви распахнула комод. Вещи были в идеальном порядке, на том же месте, где она их оставила. Это даровало ей иллюзорное умиротворение, ведь взломщики обыскали бы тут всё.

Айви достала синюю спортивную сумку из-под шкафа. Неуклюже закинутая одежда свалилась мимо цели.

— Твою мать. Ладно, спокойно!

Она направилась к кровати. Прихватила плюшевого кролика. Потрепанная игрушка служила напоминанием о покойной матери. Её дешёвый подарок, протянутый с последним вздохом исхудавшей, сморщенной руки.

Воспоминания о потухших глазах, запахе лекарств, перемешанном со смертью, приоткрыли плотную завесу. Годами девушка пыталась закопать в себе эти видения.

Айви невольно нахмурилась и усиленно стряхнула глупый, накрывший некстати сентиментализм. Момент предаваться ностальгии — не тот. Она на автомате закинула горстку смятой ткани в нейлоновую сумку. Однако инородный предмет среди остального хлама приковал её взгляд.

— Что за?..

Она неуверенно потянулась к нему. Предчувствие неминуемой катастрофы кольнуло её. Воздух стал вязким, словно вакуум, поглотивший шум с улицы.

— Бах-бах-бах!

Три гулких удара.

Полуистлевшая сигара выпала из дрожащих пальцев. Кто-то яростно ломился.
Оцепеневшая на миг, Айви попятилась назад. Сердце подскакивало с каждым стуком. То стихающий, то возобновляющийся звук дополнился незнакомым голосом:

— Я знаю, что ты там...

«Кто это? Я закрыла защёлку? Закрыла же?»

Мысли понеслись галопом.
Второпях Айви забыла запереть замок. Осознав свою ошибку, она бросилась в коридор. Девушка неслась со всех ног, но застыла на полпути. С щелчком затвора дверь отворилась. Трое крупных, безобразных незнакомцев взирали на неё сверху вниз. На их лицах растянулся омерзительный оскал, а изучающие взгляды скользнули по ней.

— Заставила нас ждать. Нельзя так с гостями, — сказал мужчина посередине.

Их вид без труда дал понять, зачем они явились. Инстинкт выживания забил тревогу. Девушка рванула на кухню за ножом. Она почти добралась, когда её дёрнули за ворот кофты. Тонкая горловина натянулась, сдавив трахею.

Айви впечаталась в стену, затем хрупкое тело с грохотом рухнуло на пол. Чтобы смягчить падение, девушка ухитрилась выставить ладонь вперёд. Провал. Кисть с хрустом вывернулась в неестественную форму.

— А-а-а!..

В следующую секунду раздался истошный крик подстреленной птицы. Тело пронзила острая боль. Слёзы хлынули горячей волной.

Окружившие мечущееся в агонии тело мужчины весело загоготали. Гордый своим поступком коллектор застиг её врасплох. Он намотал прядь волос на кулак и поволок Айви по земле. Девушка, превозмогая боль, с остервенением царапала его предплечье, брыкалась ногами.

— Отпусти! Отпусти!

— Блять, не рыпайся!

Ублюдок швырнул её, как мешок с мусором.
Она живо сгруппировалась. Забившись в крошечный закуток у шкафа, подтянула к себе колени. Её зрачки забегали по насмешливым физиономиям.

Айви потёрла ушиб. К счастью, это было всего лишь растяжение.

— Гребанная девка, какого хрена не отвечаешь на звонки? — рявкнул лысый мужчина.

Она не смогла выдавить из себя ни звука. В горле образовался ком. Грудь жгло от страха. Девушка судорожно прикидывала шансы на побег.

— Когда собралась возвращать долг? Ты знаешь, сколько мы потеряли из-за ваших с стариком махинаций?

— Берите всё, — выпалила Айви. — Я верну до цента, мне нужно немного времени.

— Конечно вернёшь. Ты-то хоть знаешь,
сколько должна?

— Знаю.

— А вот и нет. Малышка, твой долг — полмиллиона.

Её будто стукнули молотком, она открыла и закрыла рот. Абсурд. Заём не мог вырасти за месяц на сто пятьдесят процентов. Бобби выдал меня? Продал? Что вообще произошло?

Заметив недоумение Айви, мужчина засмеялся и оживлённо произнёс:

— Гляньте, а девочка-то действительно не понимает, в какое дерьмо вляпалась. Погасить должна в течение трёх дней.

— Три дня?

Лысый вплотную приблизил свою раскрасневшуюся рожу. Его зловонное дыхание отравило лёгкие, а жёлтые зубы обнажились под дёснами. Остальные двое переворачивали квартиру вверх дном. Бесцельно раскидывали, громили, ломали.

В Айви загорелась и потухла надежда. Соседи могли отреагировать на шум. Впрочем, в этом районе никто не рискнёт вызвать полицию. Девушка и сама не раз становилась свидетельницей подобных сцен, однако не вмешивалась. Может, это карма за её безразличие?

Первое, что она услышала, — это дребезжащий звук. Затем кожу защипало.
С другого конца комнаты что-то прилетело и разбилось в метре от Айви. Осколки разлетелись на мелкие кусочки, порезав скулу. Девушка запоздало отшатнулась.

— Мелкая дрянь. Хватит с ней возиться. Тащи её в машину. Девка симпатичная, продадим в бордель. Пускай отрабатывает, — возмутился самый грузный.

— Захлопнись, придурок. Она знает, что плохие дяди не шутят, — лысый поддел её локон, обвил вокруг пальца и вдохнул их аромат. — Ты же не хочешь, чтобы бабку пустили на органы, а тебя заставили развлекать сброд. Но если так, я буду клиентом.

Айви сглотнула. Парализующее отвращение склеило позвоночник. Она понимала, что нужно бежать. Куда угодно. Просто бежать.

— Свалите, я первый.

На свернувшуюся калачиком девушку надвинулся бросивший стакан мужчина. Он скорчил до жути похабную ухмылку. Облизнулся и с лязгом отстегнул ремень.

Айви вжалась в стену. Её дыхание спёрло. Желудок затянуло в тугой узел, проталкивающий рвоту к глотке. В чернильных зрачках бился ужас.

— Угомонись. Придёт ещё твоя очередь. Забыл правила?

Его прервал мужчина рядом с ней. Нечестно. Низко. Обидно. Тем не менее Айви испытала благодарность.

— Блять. Весь кайф обломал. Богач сам разрешил, — тот недовольно пробурчал и отступил.

— Схерали, придурок?

— Как ты меня назвал? Лысый говнюк.

— Нарываешься?

— Прекращайте дурью маяться...

Трое отвлеклись на пустую болтовню.
Айви слушала их вполуха. Улучив возможность, она метнула взгляд за спину. Тихо спрятала кусок стекла под рукавом. Безрассудство подтолкнуло на отчаянный шаг, но фраза одного из них заставила её прислушаться.

«Богач?» — мелькнуло у неё смутное подозрение.

«Нет, к чёрту. До выхода всего несколько метров».

Не раздумывая дольше, она набросилась на человека перед собой. Воткнула осколок в его бедро и подорвалась с места. Тот завопил. Джинсовый материал окрасился в багряный.

Разъярённый коллектор поймал её за лодыжку. Айви пошатнулась, затем упала на колени. Мужчина шустро подскочил и снова потянул её за волосы. Вспышка боли резанула скальп. Виски загудели. Всхлипывая, Айви взмолилась:

— Хватит, пожалуйста...

— Тварь!

Он ослабил хватку. Наклонился. Пощёчина — звонкая, хлёсткая — обожгла её кожу. Девушка ощутила дезориентацию. Металлический привкус крови заполнил рот, а в ушах зазвенело. Голова безвольно повисла. Айви оперлась на локти, борясь с желанием упасть в обморок. Если она позволит себе слабость, несложно предугадать последствия.

Тук-тук-тук.

Под плавной поступью заскрежетали половицы. Затуманенными глазами она различила чёрные лакированные туфли.

******

— Господин, вы не вмешаетесь? — встревоженно спросил Артур.

Уже полчаса этажом выше доносятся леденящие душу мольбы. Потасовка между тремя мужчинами и одинокой девушкой сотрясала всё здание. Ассистент несколько раз чуть не сорвался на помощь. Однако бесстрастное поведение своего начальника пугало его не меньше.

— А должен? — невозмутимо ответил Доминик. — Стоит ли мешать невинной игре?

— При всём уважении, это неправильно, сэр.

Доминик глубоко затянулся. Искрящийся кончик сигары был единственным источником света в непроглядном подъезде. Затхлый смрад щекотал ноздри, хотя приятный запах табака перекрывал эти неудобства.

— Ты можешь подождать снаружи. Не принуждай себя.

Артур стушевался. Его мучила дилемма: терпеть безутешные возгласы или ослушаться. Он внимательно посмотрел на человека рядом. К сожалению, его твёрдости не хватило возразить. Он закусил губу и безропотно последовал указу. Спустился вниз, как можно дальше.

Доминик остался один. Его выражение было безмятежным. Он прикрыл веки, вслушиваясь в приторный, щебечущий тембр девушки. Извращённое наслаждение согрело его нутро.
Странная примесь любопытства и удовольствия от её визгов возбуждала.

«И вправду больной», — усмехнулся он про себя.

Безусловно, он мог ухаживать за молодой девушкой, притворяясь влюблённым романтиком. Дарить цветы, драгоценности и прочую ерунду. В итоге это приведёт к получению желаемого.

Досадная правда в том, что это не разбавит его скуку. Не привнесёт в пресную жизнь красок. Не заинтригует.

В тот вечер, связавшись с помойными крысами, Доминик лично распорядился не гнушаться любых методов. Возможно, подкинул пару вариантов. Неважно. Главное — результат.

Он не стремился ненароком кого-то убить или покалечить, лишь припугнуть. Его способы достижения цели воспринялись бы окружением дикими, безнравственными, но сам он так не считал. Скорее был убеждён в том, что человек сам подталкивает себя к краю. С ней так же.

— Тебе стоило просто принять меня. К чему было усложнять?

Отряхнув пепел, мужчина выдохнул густой дым. Он разошёлся в пространстве, пополняя спёртый воздух. Доминик выкинул окурок, смял его подошвой и лениво двинулся наверх. Настала пора встретиться.

— Слух приласкала. Услади же теперь мой взор, милая.

******

Айви неторопливо подняла голову.

Он.

Он здесь.

Доминик.

Огромный, безмолвный силуэт накрыл её целиком. Отбрасываемая тень холодила всю сущность.

Мужчина прошёлся по ней равнодушным взглядом, в котором не было ни сострадания, ни сочувствия. Ему явно нравилась развернувшаяся картина. Об этом свидетельствовала промелькнувшая усмешка.

Трое мужчин позади замолчали. Их брутальная уверенность исчезала без следа, сменившись напряжённостью. Лысый, вообразивший себя хозяином ситуации, инстинктивно отпрянул. Доминик прямо обратился к коллекторам:

— Господа, не соизволите оставить нас наедине?

Они зашептались, но выполнили... приказ?

Айви вытаращилась на него. Энергия иссякла.
Её реакция притупилась. Происходящее никак не укладывалось в реальности. Она даже запамятовала о ноющей ране.

Мужчина в дорогом костюме присел около неё и абсолютно безучастным тоном спросил:

— Тяжелая ночь?

Он нежно коснулся её алеющей щеки.

— Тц-тц-тц... — притворно сморщился. — Бить женщину, какая низость.

— Давно стоишь? — неуверенно отозвалась Айви.

— Предостаточно. Удручающее зрелище.

— Понравилось?

— Обидно. Бессмысленное насилие никогда не забавляло меня.

Поведение Доминика настораживало.
Её разум усиленно работал, складывая недостающие части пазла.
Сигара? Машина? Долг? Коллекторы?
В мыслях проносились образы всего, что с ней случилось. Наконец всё обрело смысл.

— Твоих рук дело? Ты позвал этих ублюдков? Ты испортил машину?

Доминик промолчал. Он пристально смотрел на неё. Атмосфера накалилась. Закусив губу, Айви готовилась к оглушительной правде.

— Помочь собрать доказательства? — издевательски предложил он. — Адвокат к вашим услугам.

Её ожидания не оправдались. Мужчина просто глумился над ней, однако без слов ответ очевиден.

— Больная тварь.

— Ха-ха-ха, некрасиво. Желаешь составить компанию мне или этим джентльменам?

— Предложение действует без ограничений, — напомнил он.

Айви пожирала его взглядом, а душу терзали сомнения. Девушка размышляла, не лучше ли выплачивать ему, чем жить под гнётом угроз своей жизни и бабушки.
В конечном счёте ему нужен просто одноразовый секс.

— Ну, ничего не поделать.

Доминик пожал плечами и поднялся с места. Развернулся, но замер. Он опустил заинтересованный взгляд и, выгнув бровь, перевёл его на жалостливое создание у своих стоп. Крошечная, дрожащая ладонь цеплялась за край его брюк.

Тлея от унижения, Айви твёрдо произнесла:

— Насколько сильно ты хочешь меня?

Возвышаясь, словно идол над несчастным паломником, Доминик ответил вкрадчиво, почти шёпотом:

— За любую цену.

Согласившись на его помощь, Айви отчётливо увидела себя со стороны.
Она капитулировала.
Выбрала известного дьявола вместо безликой стаи гиен.
Она потерялась.

Потерялась в замке, что сама возвела. Её ветхая крыша обвалилась, колонны разрушены, окна треснули. Девушка бегала по заведомо безвыходному лабиринту в поиске свободы, но все пути завалены обломками, кроме одного.

За ним её ждал он. Всегда он.

Всё это время Айви думала, что топор над шеей держит кто-то другой: бабушка, коллекторы, долги, Доминик. Но оказалась неправа. Подняла себя на эшафот и занесла его над собой она сама. Палач и жертва в одном.

В мгновение, когда топор готов был выпасть из ослабевших рук, Айви открыла клетку и ступила в его бездонные объятия. Усталые веки сомкнулись. Мир погрузился во тьму.

Спаслась ли она?