Глава 17. Цена свободы
Артур прождал мистера Сент-Мориена в прихожей его пентхауса на протяжении часа.
Мужчина бесшумно стоял в уголке, прижимая к себе дипломат, пока из дальней комнаты доносились звуки, не предназначенные для посторонних ушей.
Он густо покраснел, покусывая губу. Линзы очков запотели, а по вискам струился пот.
К его облегчению, стоны, шлепки и прочее прекратились — теперь слышен был лишь плеск воды. Он выдохнул. Наконец этот психологический террор закончился.
Артур часто становился невольным свидетелем плотских утех работодателя, но привыкнуть к этому так и не смог.
Тяжёлая дубовая дверь со скрипом отворилась. В проёме возник Доминик — в одном банном халате, от которого исходил лёгкий пар. Его красно-каштановые волосы, потемневшие от влаги, небрежно падали на лоб, напоминая густые капли крови. А золотистые глаза мерцали удовлетворением.
«Кажется, он в хорошем настроении», — подумал было Артур, но встрепенулся, поняв, что слишком долго молчит.
— Доброе утро, сэр.
— Доброе.
Доминик, не обращая внимания на неловкого ассистента, прошёл в гостиную. По пути он вытащил из хьюмидора сигару и, громко вздохнув, устроился в кресле у панорамного окна. Хрипло, сонно спросил:
— Что тебя привело в такую рань, Артур?
— Сэр, семейство Аббот ждёт вас на ужине, — чётко сообщил тот и уже более мягко добавил: — Они надеются, что вы уделите им время.
Доминик промолчал. Его брови нахмурились, словно он обдумывал сложную дилемму. Затем, по-видимому, придя к какому-то решению, морщинки на лбу разгладились, а выражение смягчилось. Срезав кончик сигары, он сделал первую затяжку.
Артур сосредоточенно предвкушал его ответ.
Встреча с невестой и Абботами всегда вызывала непредвиденную реакцию, поэтому мужчина чувствовал себя неуютно.
Его взгляд ушёл за спину Доминика — туда, где под серой снежной вьюгой виднелись редкие мерцающие огоньки города.
— Что насчёт моего распоряжения? — вдруг прервал паузу Доминик.
Артур на секунду замешкался, но, уловив на себе выжидающий взгляд, понял, о чём речь.
— К вечеру всё решится, сэр.
— Замечательно.
— Доминии-и-ки... — послышался игривый женский щебет. — Ты где?
Артур машинально обернулся, услышав лёгкие шаги позади, но так же резко отвёл глаза.
Его взору предстала неприглядная картина.
Абсолютно обнажённая девушка подошла к сидевшему напротив Доминику, шепнула что-то ему на ухо и звонко рассмеялась. Тот же выглядел немного раздражённым.
Всё это время ассистент всеми силами старался делать вид, что не замечает их. Его щёки вновь залились румянцем, а к горлу подступила икота. Единственное, что он успел разглядеть, — это блондинистые волосы незнакомки.
«Ну ещё бы. Его любимый типаж. Но почему тогда он прицепился к той?» — роились в нём сомнения.
— Милая, ты смущаешь моего ассистента, — холодно отчеканил Доминик. — Тебе пора. Вечер был чудный, но в твоих услугах я более не нуждаюсь.
— Эй, ты меня выгоняешь?
— На кровати — плата.
— Я не дешевая шлюха!
— Безусловно. Я отнюдь не умаляю твоих способностей.
— Урод! — выплюнула она.
Разъярённая незнакомка, выкрикивая ругательства, выбежала прочь. Ничуть не задетый Доминик спокойно обратился к Артуру:
— Так на чём мы остановились?
— Мне подтвердить ваше присутствие на ужине?
— Естественно, что за глупости, — устало сказал Доминик, прикрывая веки.
— По расписанию на сегодня: в 12:00 у вас обед с генеральным прокурором касательно дела О'Райли. На 16:00 запланирована встреча с представителем торговой палаты.
Артур ещё какое-то время перечислял планы на день, пока Доминик слушал его с видом великомученика. Закончив, ассистент добавил:
— Ваш костюм готов, сэр. Машина внизу. Подарок для мисс Хлои отправлен на виллу. Выезжаем, как только вы соберётесь.
Доминик молча махнул рукой, намекая, чтобы его оставили. Артур не стал задавать лишних вопросов и удалился. Наседать на переменчивого господина перед важным событием — себе дороже.
Аккуратно прикуривая и наслаждаясь вкусом, хозяин апартаментов остался один. Вместе с выпущенными терпкими клубами дыма мысли уносились вдаль.
Этой блаженной ночью его изнуряющее терпение вознаградится, а невыносимый голод будет утолён. Он не сомневался в безупречности своего спектакля и в том, что актёры идеально исполнят отведённые им роли.
С упоением Доминик откинул влажные пряди и глубоко затянулся. На его лице играла загадочная, почти зловещая ухмылка.
...
Вечер был в самом разгаре. Члены семейства Аббот в полном составе собрались на загородной вилле.
Гостиная для приёма была поистине роскошной, напоминая более изысканную версию эпохи рококо.
Золотистая отделка на кремового цвета интерьере придавала лоска. Несколько массивных хрустальных люстр грушевидной формы ярко озаряли огромное пространство.
Дорогое вино лилось рекой, живая музыка струнного квартета ласкала слух. Стол ломился от различных блюд, однако между участниками торжества витала едва уловимая напряжённость.
Супруги Аббот и Хлоя многозначительно переглядывались между собой. Каждый пытался угадать настроение Доминика, не проронившего ни слова. Он отрешённо засмотрелся на уродливую картину на стене.
Лоуренсий подал молчаливый сигнал жене, словно предлагая вскользь начать разговор. Миссис Изабель-Мария Аббот, хозяйка имения, по совместительству мать Хлои, громко кашлянув, сказала:
— Доминик, дорогой, ты не притронулся к еде. Возможно, тебе что-то не понравилось?
Явно скучающий мужчина сидел во главе стола как почётный гость. Напротив, у другого конца, расположился тесть. Слева — потенциальная свекровь, справа — невеста. И все трое, как потерянные цыплята, заглядывали ему в рот, словно матери-наседки.
Он повернулся на голос женщины и обворожительно улыбнулся.
Доминик умел завоёвывать симпатию собеседника, особенно хорошо это работало на женщин.
— Всё безупречно. Во всяком случае, вечер восхитителен, но не более, чем вы.
— Спасибо, ты очень любезен.
Изабель зарделась. Она потёрла шею, касаясь её пальчиками, обтянутыми в кружевную перчатку.
Её игривая реакция не прошла мимо Доминика.
«Хах... эта женщина себе не изменяет».
— Ах да, я слышала, Оскар обзавёлся третьим ребёнком? — неуверенно спросила она. — Большая семья — это замечательно. Надеюсь, и у вас с Хлоей будет как минимум трое.
В памяти неосознанно всплыл момент из прошлого, когда одиннадцатилетний Доминик застукал двадцатилетнего брата с матерью Хлои прямо на этом месте. Только сейчас он вспомнил, откуда так знакома ему эта картина.
«Ох, и крики же издавала она тогда, а братец-то не промах».
Их порочная связь длилась вплоть до женитьбы Оскара. Доминику стало интересно, знает ли Лоуренсий о проделках жены.
Чуть не сорвавшись на смешок, он благоразумно подавил его. Решил немного потрунить над утомительной особой:
— Ах, помню... помню, вы были весьма близки с братом.
Женщина побледнела. Её плечи напряглись, будто корсет сжал диафрагму. Она смогла выдавить из себя лишь короткое:
— Что?
Изабель бросила мимолётный взгляд на супруга. Даже молчаливая Хлоя заметила странное поведение матери.
— Кажется, вы давали ему частные уроки? — он задумчиво потёр подбородок. — Фортепиано, я имею в виду?
Повисла пауза. Воздух пропитался ядом.
Доминик ощутил на себе пожирающий взгляд Лоуренсия.
«Знаешь, значит».
— Ха-ха, ты помнишь? Ты был совсем маленький, — она сделала большой глоток вина, — я просто дала пару советов.
— Только советов? — его брови изогнулись. — Я слышал столь завораживающие звуки из этой комнаты. Даже неопытный мальчик не спутает их ни с чем.
Внезапно громкий стук приглушил беседу. Вибрация от удара прокатилась по поверхности стола. Стаканы и приборы подскочили и затряслись.
Доминик перевёл взгляд на источник шума.
Посиневший от злости Аббот скрежетал зубами. Если бы не расстояние или приличия, он вцепился бы в его глотку.
— Доминик!
— Дорогой тесть?!
Абботу потребовались нечеловеческие усилия, чтобы обуздать гнев. Он поправил без того идеальный галстук и сказал:
— Слышал, ты вложил крупную сумму в колледж?
— Юные умы должно щедро вознаграждать.
— Мой жених всегда поддерживал образовательную сферу, — втесалась Хлоя. — Ах, мама, как же так, ты не поздравила Доминика с успешным завершением того дела?
Изабель тут же подхватила инициативу дочери.
— И вправду. Ужасное преступление. Однако Доминик, ты действительно блистательный адвокат. Такой выдающийся человек восславит наш род, — она уверенно заявила. — Хлоя станет тебе отличной женой. Ты знаешь, ведь мы придерживаемся традиционных ценностей.
Доминик лишь кивнул. Его выражение оставалось нечитаемым. До недавних пор мысли о браке не доставляли ему дискомфорта, однако сейчас что-то изменилось. По его телу будто прошёл ток отвращения. Он скривился.
— Мама, прошу, — неловко окликнула её дочь.
Не обращая на неё внимания, женщина восторженно добавила:
— Ах, твой подарок просто прекрасен. Хлоя была невероятно счастлива.
Доминик не сразу понял, о чём речь, затем медленно перевёл взгляд на Хлою, спустился к её шее. Он смутно припомнил о подарке, о котором сообщил ассистент ещё утром.
— Тебе очень идёт, дорогая, — ласково сказал он.
— Благодарю, ты всё же помнишь, — она теребила ожерелье. — На самом деле ужин в честь нашей годовщины. Родители хотели отпраздновать с нами. Надеюсь, ты не возражаешь?
«Ах, вот оно что», — подумал он.
— Нисколько.
Доминик ловко увернулся от докучливой ситуации.
Он долго всматривался в блестящий предмет.
Под тёплым светом ламп бриллиантовое колье, огибающее тонкую шею невесты, показалось ему ошейником.
Бриллиантовым ошейником.
«Безвкусица», — прошептал он.
Тем не менее, на миг он представил в нём Айви.
Полностью обнажённая, она стоит перед ним на коленях, покорно ожидает его на шёлковых простынях, а после исполняет любую развратную фантазию.
Очаровательный образ.
Он тяжело сглотнул. Внизу заныло, а ладони зачесались, но видения не прекращались.
— В последний месяц ты занялся расследованием какого-то дела, связанного с клубом?
Противный голос вывел его из тумана.
Доминик смахнул сцены в голове и сцепил руки в замок перед собой. Насмешливо вкушая беспокойство Аббота, ответил:
— Слухи распространяются слишком резво.
Лоуренсий вытер рот салфеткой, откинулся назад, принимая непринуждённый вид. Как бы невзначай уточнил:
— Что-то интересное?
— Безумно. Давно не испытывал такого азарта.
— Не поделишься?
— О, вы узнаете об этом первым. Лично сообщу подробности. Позже.
Неугомонный мужчина хотел было продолжить допытываться, но вошедший ассистент Доминика перебил его.
Артур извинился за вмешательство, затем шёпотом известил о чём-то своего господина.
Дослушав его, тот грациозно поднялся, поправил пиджак и сказал:
— Прошу прощения. Боюсь, мне необходимо покинуть вас.
...
Под тёмным небом крохотная забегаловка источала яркий, манящий свет...
Маятник для заблудшего путника.
Подгоняемые грозным ветром, блестящие снежинки буграми падали на промёрзлую землю. Вихрем закручивались вокруг, словно пытались отпугнуть незваного гостя, защитить нежное существо.
Грязные стеклянные витрины чудились аквариумом без воды, где он запер свою невзрачную рыбку. Однако она оказалась весьма скользкой. Достать её оттуда потребовало некоторых усилий.
Покинув утомительный приём с полчаса назад, Доминик безмятежно следил за Айви через окно своего автомобиля.
Тонкая фигура девушки активно трудилась, выполняя наказ владельцев.
Её мельтешащий силуэт выглядел забавно.
«Какая прилежная. Ради меня также потрудишься?» — промелькнула у него лукавая мысль.
— Господин, вы не войдёте? — с переднего сиденья нарушил тишину голос Артура.
В отсутствие приболевшего Рауля он взял на себя обязанности водителя.
— Подождём ещё немного.
— Разумеется, сэр.
Только вот чего он ждал, Доминику и самому было невдомёк.
Отсюда девушка помещалась в его ладонь. Ему безмерно нравилось это ощущение. Этот умиротворяющий процесс походил на верную дозировку для наркомана, однако Доминику требовалась передозировка.
Поразительно: один взор на неё смог вернуть его в человеческое состояние, как если бы она была колодцем, из которого он жадно испивал, дабы жить вечно.
Все эти недели вдали его мучила бессонница, сильная головная боль, переходящая в кластерную. Его нюх всюду улавливал призрачный аромат её кожи, а руки тлели в желании коснуться. Секс с другими женщинами стал механическим процессом для разрядки, но мозг...
Мозг воспротивился, устроил бунт, посеял изъедающую, кусок за куском, идею. Она так крепко вцепилась в Доминика, что обычно устойчивый к своим импульсам, он сдался.
За месяц он решил парочку раздражающих факторов, а главное — подготовил идеальную почву. К счастью, всё прошло до смешного просто. Теперь отвлекаться не придётся.
На следующий день после ночи с Элеанор Картрайт он отправил Артура по важному заданию — проверить полученную от детектива информацию.
Заплатив сверх основного долга триста тысяч долларов, он приобрёл Айви у коллекторского агентства. Имея все юридические права и личные основания, он всё же благородно решил предоставить ей возможность самой выбрать участь.
К удивлению, эта невинная банальность ничуть не доставляла скуки Доминику. Наоборот — возбуждала.
Покрыть будущую упущенную прибыль, забрать её оказалось сверхлёгкой работой. Завидев кругленькую сумму, грязные крысы были готовы благоверно преклоняться и выполнить любое поручение.
Одно у него как раз для них имелось.
Вступит оно в силу в зависимости от неё. Ведь лишать человека свободы — не по нраву Доминика.
«Цена тебе — пятьсот тысяч», — вывод напросился сам собой.
— Отправляйся, Артур — с этими словами Доминик вышел из салона.