Глава 31
Лиса
Иногда мне кажется, что Чонгук специально кружит мне голову, а потом пропадает на какое-то время.
Словно специально делает так, чтобы я думала о нем.
После моего первого раза мы разделили с ним одну пиццу на двоих, а вечером он по моей просьбе отвез меня домой. Я думала — надеялась — что на следующий день он хотя бы позвонит.
Но телефон молчал. Даже сообщений от него не было.
Зато звонил его брат. Чон Хосок поинтересовался вскользь моими делами, спросил о платье, о том, хочу ли я видеть его на следующей примерке. Я сослалась на плохую примету видеть невесту до свадьбы и мягко ему отказала. Не уверена, что он был огорчен.
На самом деле он звонил сказать о том, что у него есть два билета в театр на какую-то особенно ожидаемую премьеру, и он хотел бы заполучить меня в свои спутницы.
Я согласилась.
Это ведь просто театр, да?
В нем нет ничего плохого. Тем более что тоненькие девушки в балетных пачках меня всегда восхищали. Есть в их прыжках какая-то особенная завораживающая магия, от которой невозможно оторвать взгляд.
На следующий день Хосок с курьером прислал мне дизайнерское платье в пол глубокого насыщенного синего цвета. Он угадал с размером, но мне почему-то кажется, что к этому приложила руку моя мать.
— Не хочешь сегодня в клуб сходить? Потанцуем, отвлечемся от всей этой учебной фигни, — Джису складывает тетради в сумку, последняя пара закончилась полчаса назад, но нас отпустили только сейчас. — Для кого вообще придумывали официальное расписание, если нас то задерживают, то на перерывы не отпускают...
— Джису, я не могу. У меня уже есть планы, — приходится отказаться, хотя сегодня я бы лучше оказалась в шумном месте среди незнакомых людей.
Чем ближе час, когда за мной должен заехать Хосок, тем сильнее я начинаю нервничать.
— Какие это? — подруга удивляется, потому что чаще всего я поддерживаю все ее идеи. У меня обычно нет никаких планов.
— Меня пригласили в театр, — смущенно отвечаю, снова проверяю телефон. Ни-че-го.
— Твой красавчик на байке? Что-то не похож он на заядлого театрала, — Джису прищуривается, а я краснею под ее пристальным взглядом. — Или это какое-нибудь авангардное современное искусство?
Ну да, Чонгук действительно не похож на человека, который спокойно относится к мужчинам в обтягивающих лосинах. Я примерно представляю его комментарии по этому поводу.
Они точно были бы язвительными и саркастичными.
— Я иду не с ним, — не спешу расшифровывать, хоть Джису и продолжает пытливо смотреть. — Давай перенесем, хорошо? В субботу я свободна, мы сможем собраться у меня, а после уже поехать в клуб, — перевожу тему, но в ответ получаю лишь фырканье.
Вообще, Джису обычно отходчивая, так что долго дуться точно не станет. Она у меня любопытная, но понимает, что в некоторых ситуациях я бываю ужасно скрытной и обижаться на это не стоит.
Просто вот такой я человек — держу в себе то, что меня волнует.
Мы с Джису вываливаемся на улицу, блаженно жмуримся от свежего воздуха. Я здесь с самого утра — Джису пришла к третьей паре — и у меня уже голова распухла от количества информации, которое сегодня преподаватели попытались туда запихнуть. Половина все равно выветрится в ближайшие пару дней.
— Ну, подруга, опять твой рыцарь на железном коне, — Джису подмигивает, я прослеживаю за ее взглядом и поджимаю губы.
Мог бы позвонить и узнать, хочу ли я его видеть.
Кого я обманываю...
Конечно хочу.
— Я пойду, Лис. Разврат тут только не устраивайте. Декан увидит — завалит тебя потом на экзамене.
Джису обнимает меня на прощание, а я раздумываю над тем, подойти к Чонгуку или нет. Сам он в мою сторону не торопится.
Смотрит только так внимательно, что меня мурашки атакуют, улыбается, скрестив руки на груди. Ждет, что я кинусь ему в объятия.
А я беру и иду в другую сторону.
Потому что мне не нравится, что я становлюсь зависимой от него.
Чонгук нагоняет меня на мотоцикле. Преграждает мне им дорогу, ловит, когда я пытаюсь обойти. Шлем у него на руле болтается, так что я вижу, как его губы вытягиваются в привычную ухмылку.
— Далеко собралась, Принцесса?
Нахал!
Самый настоящий.
На нас все смотрят, а он лапы свои к моей заднице тянет.
— Отпусти меня. Я не хочу, чтобы преподаватели потом на меня косо смотрели, — давлю ему ладонями на грудь, отпихиваю в сторону, но это же как скалу пытаться сдвинуть.
Сам вспотеешь и устанешь, а она ни на миллиметр не сдвинется.
— Да всем насрать, солнышко, — Чонгук отвечает в своей привычный манере, а я прислушиваюсь к себе и понимаю, что вот эта его грубость уже совсем не режет.
Есть мужчины, которым совсем не идет так выражаться. Передергивает, когда с их языка слетают подобные выражения. А есть такие, как Чонгук. У них это гармонично выходит. Вроде и не скажешь так в приличном обществе, но конкретно этого мужчину слушала бы и слушала.
И уши не сворачиваются в трубочку.
— Я тебя не ждала, понятно? И никуда с тобой не поеду.
— А я разве предлагал, Принцесса? — Чонгук притягивает меня к себе, кладет ладонь мне на затылок, удерживает и впивается в губы острым поцелуем, царапая зубами мою нижнюю. — Предлагал куда-то поехать со мной?
Я делаю шаг в сторону, когда он меня отпускает. И как-то так зябко становится от этих вопросов. Будто я сама себе что-то выдумала, а он просто мимо проезжал. Или приехал к университету совсем не из-за меня.
— Ну-у, солнышко, чего нос повесила? Сначала ляпнула, не подумав, а потом, когда я решил тебе подыграть, осознала? Иди сюда уже, Принцесса. За тобой я, можешь выдыхать.
Опять сгребает меня своими сильными руками, и я утыкаюсь носом в его кожаную куртку. Выдыхаю. Потому что и правда осознала, что он сейчас может легко уехать и я останусь в компании своей гордости с мокрыми от слез глазами.
А я так не хочу.
— Вот и надо было характер свой показывать? — как-то снисходительно говорит, волосы мои перебирает и вроде даже нюхает.
— Я соскучилась, — тихо выдыхаю куда-то Чонгуку в плечо и вздрагиваю, когда его губы мажут по моей щеке.
— Я тебя похищаю, Принцесса. Заедем к тебе, соберешь шмоток каких-нибудь, а потом за город рванем на все выходные. Из постели тебя не выпущу, кормить с рук буду. Там еще бассейн с подогревом есть — только в этот раз купальник я тебе сам выберу. Есть у тебя какой-нибудь, надеюсь, на этих ваших бабских завязочках, за которые постоянно дернуть хочется?
Черт, я прямо сейчас готова застонать.
Два дня наедине с моим персональным безумием, там, где нас никто не сможет увидеть... Ненавижу балет. Ненавижу!
— У меня не получится поехать... — голос звучит настолько тихо, что я вообще сомневаюсь, сможет ли Чонгук расслышать мой отказ.
— Почему? — он отстраняется, пальцами под подбородком заставляет меня слегка запрокинуть голову, чтобы смотреть точно в его глаза. Бездонные.
— Я иду в театр, — это срывается с языка быстрее, чем я успеваю подумать. Нужно было сказать что-то другое, придумать действительно важную причину и не приплетать сюда эту премьеру, потому что Чонгук наверняка сейчас спросит, с кем я туда иду.
— С моим братом, полагаю?
Он попадает точно в цель.
Мне остается лишь кивнуть и готовиться к взрыву.
— И как долго ты собираешься играть на два фронта, Принцесса?
— Я... Я тебе ничего не обещала. Мы п-переспали, потому что ты меня шантажировал.
Лучшая защита — это нападение.
А я — беспросветная дура, которая абсолютно точно ляпнула лишнего.
— Шантажировал, говоришь? — Чонгук сжимает кулаки, я делаю еще один шаг назад на каких-то инстинктах. Он выглядит пугающе. — А если я прямо сейчас братцу содержимое флешки скину? И не только ему, Принцесса.
Чонгук щурится, а я не нахожусь с ответом.
Две минуты назад все было хорошо, теперь же все скатывается совсем не в ту сторону.
Резкий звук мотора заставляет меня вздрогнуть, тяжелый мотоцикл срывается с места, и я остаюсь стоять в одиночестве — глотаю пыль и думаю о том, что весь сегодняшний вечер мне предстоит улыбаться, когда на самом деле кричала бы от обиды.
Платье хоть и выглядит красиво, но я не чувствую себя собой в нем. Хосок на машине с водителем подъезжает точно к оговоренному времени, распахивает для меня дверь. Уже в салоне он на моих глазах открывает бархатную квадратную коробочку, и я позволяю застегнуть колье на моей шее.
От его прикосновений кожу нестерпимо жжет. Хочется прямо на ходу выпрыгнуть из машины.
— Ты прекрасно выглядишь, Лиса. Уверен, что мне будут завидовать, — произносит ровным безэмоциональным голосом.
— Спасибо, — сухо благодарю в ответ и отворачиваюсь к окну, стараясь не мять пальцами атласный подол платья.
Нужно хотя бы попытаться унять выдающую мою нервозность дрожь.
Мне неуютно от мужских взглядов, которые я ловлю на себе в фойе. У Чон Хосока билеты на какие-то привилегированные места с отдельным входом, он интересуется, не хочу ли я выпить шампанского перед началом, и я соглашаюсь, выиграв для себя пять минут хоть какого-то подобия спокойствия.
Я с трудом подавляю желание вызвать такси и сослаться на что-нибудь вроде головной боли.
Где-то справа раздается звонкий женский смех, и я машинально оборачиваюсь на источник звука. Брюнетка откидывает голову, мужчина, похожий по комплекции на Адама, вычерчивает на ее шее губами какие-то узоры.
Жмурюсь, чтобы это наваждение пропало, но, стоит мне открыть глаза, реальность обрушивается на меня водопадом.
Это он.
Чонгук.
Его рука лежит на тонкой талии девушки с мягкими плавными формами, он прижимает ее к себе, как еще сегодня днем прижимал меня.
Наши взгляды сталкиваются.
Я стараюсь держать себя в руках, чтобы не отшатнуться назад, потому что даже на таком расстоянии начинаю задыхаться. Горло сжимается, я машинально приоткрываю губы, но легким по-прежнему не хватает кислорода.
Чон Хосок возвращается с двумя бокалами шампанского, о чем-то спрашивает меня, но я слышу лишь гул в собственной голове.
— Надо же... — кажется, он тоже заметил Чонгука. — Меня уверяли, что сюда пускают только приличных людей.
— Что он здесь делает?.. — растерянно спрашиваю скорее саму себя, но Хосок конечно же принимает это на свой счет.
— Сейчас выясним. Он как раз идет сюда.
Я зачем-то разглядываю девушку, которой Чонгук подставил свой локоть.
Невольно сравниваю себя с ней.
У меня грудь куда скромнее, бедра уже и талия не так выделяется. Знаю, что иногда девушки специально удаляют ребра ради таких параметров. Может, это как раз тот случай? Или же я завидую ее генетике.
Почему я жалею о том, что не записалась к профессиональному визажисту? Возможно, у меня тоже был бы такой ровный цвет лица и идеальная растушевка на веках. И волосы тоже стоило бы доверить кому-то, чтобы они рассыпались по плечам и спине ухоженными волнами.
Чонгук больше не смотрит на меня. Словно хочет показать, что я — лишь приложение к статусному мужчине. Не достойна внимания.
— Ну здравствуй, братец.
Назревает буря.