Глава 26
Лиса
— Какими судьбами, солнышко? Принцессы не ходят по таким местам, — Чонгук хищно улыбается, продолжает удерживать меня на месте, закрыв проем своим мощным телом. Мне даже не видно ничего, остается только вдыхать его запах, уткнувшись носом куда-то в твердую грудь.
— Это тебя не касается. Я не обязана отчитываться перед посторонним мужчиной.
— Да что ты говоришь? Посторонний, значит? Специально меня провоцируешь, малышка? — он толкает меня к стене, зажимает в капкане своих рук.
Чонгук наклоняется и ловит мои губы, я теряюсь на несколько секунд, наслаждаясь глубоким пошлым поцелуем, но потом все же крепко сжимаю зубы в знак протеста.
Он не имеет права вот так просто целовать меня.
— Отпусти меня. Здесь есть охрана, я закричу и тебе навсегда закроют вход в это место, — стараюсь держаться уверенно, с вызовом смотрю в его глаза.
— Покричать хочешь, Принцесса? Я могу это устроить.
Мир переворачивается с ног на голову. Я оказываюсь закинутой на мужское плечо, Чонгук поддерживает меня ладонью на ягодицах, пока я продолжаю возмущаться и бью его кулаками по спине.
— Куда ты меня тащишь? Отпусти! Сейчас же!
Никакой реакции.
Мы оказываемся в какой-то комнате с приглушенным освещением, Чонгук не слишком заботливо бросает меня на кровать и тут же ловит мою правую руку, чтобы в следующий миг окольцевать ее железным браслетом.
Щелчок и я уже не могу сбежать.
— Тише, не дергайся так. Следы останутся, — он ухмыляется, вытаскивает второе крепление, и я оказываюсь «окольцованной» с двух сторон. — Попалась, Принцесса.
Чонгук нависает сверху, оглаживает пальцами талию, а потом резко накрывает ладонью грудь и сжимает до болезненной волны, которая странным образом скапливается внизу живота. Я машинально сжимаю бедра, и он это замечает.
— Ты ведь будешь хорошей девочкой? Иначе придется оставить тебя без оргазма.
Я приехала сюда с целью узнать о камерах у Розе, а в итоге оказалась прикованной к кровати в полностью беспомощном положении.
До меня доносится звук расстегиваемой молнии, я не сразу понимаю, что Чонгук пытается снять с меня джинсы вместе с трусиками.
— Нет! — я хочу помешать ему, но все эти брыкания просто какой-то пшик по сравнению с его силой.
Чонгук легко удерживает меня на месте и осуществляет задуманное. На коже выступают мурашки, я изо всех сжимаю ноги, когда замечаю такие же, как на моих руках, браслеты в противоположной части кровати.
— Не сопротивляйся, солнышко. Бесполезно.
Лодыжки прошибает холодом. Металл прижимается к коже, я жмурюсь, но тут же чувствую поцелуи, дорожка из которых начинается чуть выше оков и ведет по направлению к коленке.
Когда обжигает внутреннюю сторону бедра, я заливаюсь краской. Чонгук рассматривает меня внизу, из-за креплений я не могу свести ноги, мне ужасно неловко и стыдно.
— Открой глаза, Принцесса, — его дыхание на моих губах, Чонгук переносит вес своего тела на одну руку, пальцами второй обводит тазовую косточку, подушечки щекочут выше, где-то в районе ребер.
Моя кофта оказывается задранной к подбородку, лиф скользит следом. Чонгук щелкает языком по твердому соску, а после втягивает его в рот, заставляя меня выгибаться ему навстречу, когда его зубы сжимаются на чувствительной вершинке.
— Что ты задумал? — шепчу охрипшим голосом, в очередной раз бесполезно дергаю руками. Нет, все-таки не выбраться.
— А ты не видишь? — усмехается, дует на сосок, и я всхлипываю, когда от этого простого действия напряжение скручивает меня сильнее. — Поиграем немного, солнышко?
Чонгук отстраняется, подходит к шкафу и возвращается с чем-то странным в руках. Мне удается понять, что два каких-то странных приспособления соединены не слишком длинной цепочкой.
— Что это такое? — меня немного пугает неизвестность, так что я дергаюсь, когда Чонгук упирается коленом в кровать и вновь склоняется надо мной.
— Зажимы, — равнодушно отвечает, поправляет мне съехавшие на лицо волосы. — Хочешь попробовать?
— Не хочу, — а сама заинтересованно разглядываю их. Все-таки любопытная вещь.
— Врешь. По глазам вижу, что хочешь. Будет больно, но тебе понравится.
Мужские пальцы скользят по моей груди. Обводят полушария, слегка сжимают их. Я чувствую, как внутри меня закручивается вихрь желания.
Приходится резко прикусить язык, подавляя вскрик, когда Адам закрепляет зажим на соске. Так плотно. Туго.
Но он был прав.
Мне нравится.
Нравится настолько, что я чувствую, как между ног проступает влага.
— Такая отзывчивая девочка, — Чонгук задевает кончиками пальцев низ живота, уводит их ниже, прямо к чувствительным складкам.
Обводит клитор по кругу, надавливает слегка, растирает смазку, пока я отчаянно пытаюсь сдерживать стоны.
Чонгук закрепляет второй зажим, оттягивает их за цепочку, и меня снова выгибает ему навстречу. Движения его пальцев между ног становятся резче, он развязно целует меня и глотает стоны, которые все-таки срываются с приоткрытых губ.
Я задыхаюсь от всплеска ощущений, от этого снежного кома, который и не думает останавливаться.
А в следующее мгновение я чувствую язык Чонгука на самом сокровенном месте, и весь мир разлетается на песчинки.
— Ч-что ты делаешь? — мой голос охрип от яркого желания, сконцентрировано в животе.
Оно обволакивает, затягивает в свои сети. Мешает мыслить. Все, чего я хочу — чтобы Чонгук позволил мне дойти до финала.
— Боишься, Принцесса?
Это так...пошло.
Его голова между моих раздвинутых ног, ладони лежат на моих бедрах. Чонгук сжимает пальцы, лишая меня возможности двигаться. Удерживает на месте, натягивая меня, словно струну, своими неспешными дразнящими движениями.
— Боюсь... — выдыхаю, бросаю взгляд на закованные в металл руки.
Беспомощность ощущается особенно остро.
Чонгук подтягивается так, чтобы накрыть меня своим телом, мягко заставляет меня откинуться полностью на спину. Я чувствую, как в меня упирается затвердевший напряженный член.
Кончик его носа скользит по моей щеке. Обманчиво нежный жест, перед тем как его рука быстро сдавливает грудь и пальцы, задевшие крепкий зажим, выбивают из меня новый несдержанный стон.
— Меня боишься, девочка? — он будто специально выбрал этот пробирающий до мурашек гипнотизирующий тон. Его пальцы ложатся на влажные складки, он осторожно обводит вход и слегка надавливает, раздвигая тугие мышцы.
Киваю.
В ответ раздается усмешка. Его забавляют мои реакции.
Чонгук целует меня. Жадно, глубоко. Ладонь возвращается на грудь, кожа краснеет под его грубыми ласками, но эти волны легкой боли сливаются в единую лавину порока.
Я хочу еще.
Еще сильнее. Еще больше откровенных касаний, от которых поджимаются пальцы на ногах.
Его губы неожиданно оказываются на моей шее, влажные отпечатки слегка холодит, и я вновь покрываюсь мурашками, которые собирает его язык. Большая мужская ладонь мнет грудь, Чонгук тянет за цепочку, которая соединяет зажимы, и я вновь и вновь стону, не боясь, что меня могут услышать.
— Ты такая трусишка, Лиса.
В эту же секунду он делает толчок бедрами, и я всхлипываю, вздрагиваю от неожиданности, когда его член плотнее прижимается к внутренней стороне бедра.
— Зачем ты меня приковал? — кончики пальцев жжет он желания провести по его бугрящимся мышцам.
— Чтобы у тебя было меньше возможностей сопротивляться, солнышко. Иначе ты бы не позволила мне осуществить задуманное, — Чонгук отвлекается, смотрит мне в глаза.
Его губы скользят по моей груди, спускаются к ребрам. Мне немного щекотно, когда Чонгук пересчитывает их пальцами слева, оставляя одновременно новое космическое пятнышко с другой стороны.
Он вновь касается меня снизу, проталкивает палец внутрь, надавливает на горячие стенки. Я машинально пытаюсь свести ноги, и Чонгук хищно ухмыляется, когда в воздухе раздается звон металла. Из-за браслетов на моих щиколотках, от которых отходят цепи к столбикам кровати, я не могу закрыться от него.
— Тесная и мокрая. Тебе ведь нравится все, что я с тобой делаю.
Не вопрос. Утверждение.
Влажный язык скользит по контуру пупка, ладонь ложится на подрагивающий от прерывистого дыхания живот, Чонгук давит, когда я начинаю крутиться, чувствуя его дыхание возле промежности.
— Не пытайся сопротивляться, Лиса, — жесткие вибрации в голосе отзываются во мне новым тягучим спазмом, который расходится по всему телу от позвоночника.
Щеки горят от стыда, когда Чонгук прокладывает дорожку поцелуев от лобка к изнывающему лону. Язык скользит по выступившей смазке, ударяет по клитору, и я тут же вскрикиваю, не в силах удерживать это внутри себя. Я кусаю губы до боли, царапаю ногтями ладони, когда язык в быстром темпе кружит вокруг пульсирующего бугорка.
— Чонгук... Я н-не могу...
— Только твои стоны, Принцесса, — он прерывается, заменяя язык пальцами, чтобы сказать мне это. — В крайнем случае — мое имя.
Чонгук растягивает меня изнутри уже двумя пальцами, ловит мой расфокусированный взгляд и продолжает делать эти невероятно потрясающие вещи своим языком. Я приподнимаю бедра ему навстречу, извиваюсь под усилившимся напором его ласк, задыхаюсь, когда сдерживаться становится практически невозможно.
Еще несколько умелых движений, несколько толчков внутри... Мышцы во всем теле натягиваются и каменеют от невероятного напряжения, с губ срываются бесконтрольные стоны, всхлипы и крики. Свободной рукой Чонгук дергает за цепочку между зажимами, и это становится моим финалом.
Оргазм похож на свободное падение. Несколько секунд невесомости, когда отпускают абсолютно все эмоции, голова будто набита ватой, и ты можешь только хватать губами воздух, чтобы не задохнуться. Так немыслимо хорошо, что в уголках глаз выступают слезы.
Чонгук резко снимает зажимы с сосков, я хнычу от боли и изо всех сил дергаю руками.
— Тш-ш, Принцесса, сейчас пройдет, — он успокаивает пульсацию пальцами, касается губами острых припухших вершинок.
Освобождает сначала одну руку, затем вторую. Перемещается к ногам, после двух прозвучавших щелчков я оказываюсь полностью свободной. Тяну на себя простынь, закрываюсь от пронзительного заинтересованного мужского взгляда. Смущение накрывает новой горячей волной.
— Понравилось, Лиса?