Глава 9
Тень поведала Димитрису, что убила Адама и впитала его память. Могла принять его облик до мельчайших подробностей, даже говорила, как он. Приходила к нему ночами в постель. Смотрела, потом стала прикасаться. Он едва не переспал с ней. Вовремя проснулся. Запретил. Она потом еще месяц дулась и пряталась. Удивительное существо.
Иногда показывала картинки своей жизни. Она была маленькая, когда произошел большой взрыв. Все, кого она знала, погибли. Домом она называла большую белую лабораторию из стекла и металла. Она выжила чудом, забилась в темную щель и спала, ждала смерти от истощения. Когда ее обнаружил Владыка, она была едва живая. Он взял ее с собой, спас, откормил, приручил, дал дом.
Теперь она служила Димитрису. В отличии от Владыки, Он был человеком, у него даже были детеныши, но мечтал о серых глазах. Адама она могла воссоздать очень хорошо, потому что он был последним и самым ярким. Его чувства и воспоминания были очень вкусные. Тень иногда ощетинивалась и ворчала от тех приятных ощущений. Ей снились сны, где она с Новым Господином голая, открытая, такая беззащитная отдавалась, принимала яростные толчки. Выкрикивала его имя. И приятное тепло разливалось по телу. Она затихала и жадно ловила те ускользающие чувства.
С Дораном было все не так. Мужчина хотел не ее, он страдал от любви к тому мальчику, который не жилец. Владыка тоже страдал, она видела, но прочитать его не могла. Хозяин был всегда строг с ней. Мог наказать. Она его боялась. Воланд позволял ей многое, но не все. Прикасаться к парню было строго запрещено. Доран мог, и только под жестким надзором. Владыка требовал отчет и она показывала все, что происходило в его отсутствие. Она помнила, как Владыка злился, когда понял, что Доран касался парня ртом. И тот приказал пристегнуть его, чтоб он смотрел на то, как Владыка играет с парнем, тыкается в него своей ... Чем-то. Доран страдал, стонал и кричал. Потом уже она поняла, что мужчине не больно, ему очень нравится смотреть, его палка такая твердая и горячая, дрожащая и мокрая, текла. Тогда Тень впервые попробовала повторить то, что так много раз видела в казармах. Она всосала палку и мужчина едва не умер от удовольствия. Вот тогда она узнала, чем отличаются эти пытки. Забавлялась с мужчиной много раз. Впитывала его желание, стала более охочей до наслаждения, это было вкусней и полезней.
Димитрис в руки не давался, скучал за парнем, смотрел грустно, но не подпускал. Она знала все его чувства. Когда касалась его во сне, передавала ему картинки по памяти. Однажды она легла рядом, гладила его спину, он что-то говорил во сне. А потом подмял под собой. Как же приятно было ощутить его сильные руки, жадные поцелуи, тяжесть обнаженного мужчины, большую палку упирающуюся в ее тело. Когда Димитрис пришел в себя, то жутко разозлился и выгнал.
Они называли ее Тенью. Она не понимала значение этого слова, считала его своим именем. У нее не было имени раньше. Они были неудавшимся экспериментом. Существа, что пришли уничтожить ее дом, погибли тоже. Много памяти было, просто магическими сгустками лежали, отравляли землю. Питаясь ею они менялись, просыпалась агрессия, несвойственная их сущности. Поэтому она решила умереть, но не превратиться в это.
Эриксен был таким чудным детенышем, когда он понял, что она повторяет слова, но не понимает их смысл, стал ее обучать. Так все сложно. Каждая вещь имеет свое имя, каждое чувство тоже. Она никогда не интересовалась знаниями тех кем питалась, ее всегда интересовали сильные чувства, переживания. У последнего парня было много ярких воспоминаний. Она долго переваривала их. Прошло так много времени, а она не отпускала его. Держалась, хотела узнать, прочувствовать.
Так днем она стала Тенью Эриксена, а ночью приходила к Димитрису. И вот однажды войдя в спальню она увидела, что в постели он был не один. Женщина человечка спала в его объятиях. И так ей стало больно от увиденного, словно арканом поймали. Рвали тело. Когда Димитрис услышал шорох он открыл глаза, возле постели стоял Адам, по его прекрасному лицу текли слезы. Димитрис встал и приблизился к ней.
- Ну все, чего ты? Тише.. идем. - он вывел ее за собой, провел по галерее в сад. Сам сел на диван и усадил, почти Адама, рядом.
- Почему плачешь? - Он тер лицо, приходя в себя.
Тень смотрела во все глаза и не понимала. Димитрис вытер ее слезы и показал ей мокрые пальцы.
- Если бы ты была Адамом, он чувствовал бы себя так же. Ему было бы очень больно. Почему болит тебе, я не понимаю... Ты не он. Почему ты плачешь?
- Я не знаю ... Словно вот здесь ударили.
- У людей в этом месте сердце, а что у тебя там болит? Ты ведь не человек.
- Я могу быть Адамой.
- Хм нет, не можешь. Он погиб и его больше нет. Не я любил его, но это тело, сердце тоскует. Понимаешь?
- Нет. Разве тоскуешь это плохо?
- Не плохо, просто болит вот здесь! Понимаешь, что его нет, и это насовсем. Мне больно видеть его. Ты могла бы не показывать его лицо? Я хочу забыть, хочу чтобы стало легче.
- Я думала, что тебе будет хорошо его видеть. Он бы хотел.
- Откуда ты знаешь? Разве он тебе это сказал? Его уже нет, просто воспоминания, как фотоальбом или видеокассета на память. Понимаешь?
- Я могу показать его воспоминания о тебе. У него их очень много. Для него ты был словно весь мир, очень важным.
Димитрис смотрел на свои руки, он не хотел бередить прошлое. Его словно разрывало между любимыми. Катенок и Адам. Так все непросто.
Дмитрий никогда не думал про парней в таком ключе. Видел на примере брата, что бывает когда встретишь своего человека. Адама хотелось. Он был особенным, словно яркая звезда горела, освещала его тьму. Началось правда все с Эдвина, неправильные чувства родились в тот момент, когда он затраханный лежал на постели брата. Парень был словно Соблазн в чистом виде. Адам взял его своей пылкостью, нежностью, терпением. Простил его худшие поступки, смог сделать счастливым. Он знал, что больше не полюбит так, не сможет. Это чувство было особенным, уникальным. Хотели ребенка своего, даже подыскали подходящую мать. Не успели ...
- Тень, отпусти его, дай его душе покоя. Не знаю как у вас это происходит, давай попрощаемся с ним и больше никогда не будем тянуть его образ.
- Ты хочешь чтобы он исчез?
- Он исчез, давно. Он погиб в этой жуткой войне. Этот образ в тебе нужно отпустить в небо, к звезде той, которая самая яркая. Ему там самое место. Я буду смотреть в ночное небо и тосковать. Сможешь?
- Уверен?
- Да, я готов.
Тень встала в полный рост. Трепетала на ветру. Потом обратилась Адамом. Нежная улыбка коснулась его губ и глаз. Парень сделал несколько шагов от него, замер в полуобороте, взглянул вверх на небо и исчез превратившись в маленькую звёздочку. Она взлетела высоко в ночное небо и ярко блеснула на небосводе и растворилась во тьме. Димитрис видел его любимую улыбку. Действительно хорошо получилось. Ему на небосводе самое место...
- Спасибо. - Он заплакал. Почему и сам пока не знал.