КОНЕЦ
Парень все еще держал меня, но молчал, опаляя шею горячим дыханием. Я, в свою очередь, тоже не предпринимала никаких действий. В горле стоял тугой ком, который, как ни старайся, мне проглотить не удавалось. Не смогла. Вновь не смогла признаться. Как же глупо все получается. Сказать три простых слова — для меня почти подвиг.
В следующее мгновение чувствую, что хватка ослабевает, а затем и вовсе исчезает. Повернувшись, удивленно приподнимаю брови. Учитель истории смотрит на меня с минуту, а затем на его лице расползается улыбка. Я хмуро смотрю прямо в его карие бездонные глаза, а потом внезапно приходит осознание. Раскрыв рот, выпучиваю глаза, ослепленная своей шокирующей догадкой.
Нет... Не может быть... Лукаво улыбаясь, Мистер Уолдер делает шаг по направлению ко мне, и я, мозгом осознавая, что надо бежать, телом остаюсь совершенно неподвижна. Вдруг стало очень интересно, что же будет дальше? Подойдя ко мне вплотную, мужчина обвивает руками мою талию, мягко прижимая к стене. А затем, наклонившись, шепчет в ухо:
— Я знал...
— О чем? — делая как можно более беспечный голос, спросила я. Да, косить под дурочку — наше все.
— Ты прекрасно понимаешь, — усмехнулся учитель, спускаясь от уха к шее, — я знаю в совершенстве три иностранных языка, и литовский входит в их число. Однако и без него не сложно было догадаться, что я тебе нравлюсь...
— Это... неправда, — пискнула я, осознавая собственную беспомощность.
В душе поднялась такая волна обиды и разочарования, что захотелось взвыть. Меня раскрыли, обезоружили... За своими мыслями совсем забываю про учителя и тут же оказываюсь наказана:
— Не отвлекайся, — шлепок по заднице. Судорожно вцепившись в плечи мужчины, приоткрываю рот в немом стоне. Парень это замечает и, нагло ухмыльнувшись, шепчет: — Тебе нравится...
— Заткнись, — выдыхаю я, изо всех сил пытаясь собрать последние крупицы разума.
Но Мистер Уолдер впивается поцелуем мне в шею. Чувствую, как его влажный горячий язык скользит по коже, и от этого действия у меня предательски подкашиваются ноги. Закусив губу почти что до крови, стараюсь не издать ни звука. Когда парень, спустя минуты две, отрывается, я не могу удержаться от облегченного вздоха. Дьявольски усмехнувшись, учитель, глядя мне точно в глаза, хрипло выдает:
— Бессмысленно сопротивляться. Ты хочешь этого. Мы оба хотим этого .
— Нет...
— О да, моя маленькая извращенка, — глаза парня сверкнули, — я видел, как ты пялилась на мой зад. Прямо во время уроков... Не стыдно же тебе было...
— И вовсе не пялилась! — возмущенно завопила я, но щеки предательски покраснели, выдавая ложь.
Ухмыльнувшись, мужчина приблизился к моим губам, и я заворожено посмотрела в его глаза. Они притягивали, манили, искушали...
— Ты врешь мне, Мартел, а врать — это очень, очень плохо. Похоже, мама не учила тебя этому...
— Так научите Вы, Мистер Уолдер, — с вызовом произношу я.
— О, не сомневайся, так и сделаю, — парень резко впечатывает меня в стену, сильнее придавливая своим телом, и я выдыхаю, чувствуя, как в животе все сводит.
Руки парня проходятся по спине, опускаясь ниже, пока, наконец, не доходят до...
— Ох, черт, — томно вздыхаю, когда моя задница оказывается собственнически зажата в сильных руках.
— Знаешь... я бы имел тебя так, что ты потом не смогла бы ходить, — мурлычет мне на ухо Каин, и от этих пошлостей непроизвольно вырывается стон, молящий, призывающий к действию.
Уговаривать дважды учителя не проходится, поэтому в следующую секунду он со всей страстью впивается в мои губы. Не ожидая такой прыти, я удивленно приоткрыла рот, и парень не преминул этим воспользоваться. Он запускает свой язык внутрь, исследуя десны и проходя по кромке зубов, а затем, наконец, сплетается с моим собственным языком.
От такого страстного поцелуя у меня закружилась голова, и я невольно обвила руками шею парня, цепляясь за нее, словно за спасительную соломинку. Вот только вряд ли эта самая соломинка спасет меня...
Да и хочу ли я вообще спасаться? Однозначно нет. Слишком долго пришлось сдерживать себя. Теперь тот вихрь чувств, что я так старательно прятала, вырвался наружу, грозя перейти в настоящий ураган. Оторвавшись от моих губ, мужчина спустился к шее, покусывая и тут же зализывая место укуса.
Прикрыв глаза от наслаждения, запускаю руку в мягкие пряди его волос, а затем резко сжимаю их в кулаке, оттягивая назад. Зашипев, парень нехотя отрывается.
— Захотелось поиграть? — ухмыляется он, — что ж, я не против.
В следующий момент меня подхватывают, перенося в собственную спальню. Уже будучи там и раскинувшись под мужчиной, я слабо постанывала от его горячих, сводящих с ума поцелуев. Да долго он будет мучить меня своей медлительностью?
Не выдержав такой пытки, хватаю его за отвороты рубашки и резко дергаю их. Оторванные пуговицы с характерным для них звуком летят в разные стороны. —
Это была моя любимая рубашка, — с наигранным недовольством произносит парень, а затем ухмыляется, — но ты вполне можешь ее отработать.
Усмехнувшись в ответ, затыкаю его поцелуем и, сняв ставшую теперь ненужной тряпкой рубашку, провожу по плечам. Господи, какой же он... идеальный. А как от него пахнет... В следующее мгновение, зарычав совершенно не по-человечески, он буквально срывает с меня несчастную майку, тут же принимаясь за трусики.
Когда пала и эта преграда, меня вдруг резко переворачивают на живот, приподнимая бедра и заставляя прогнуться в спине. Краснея и недовольно сопя от смущения, я все же раздвигаю ноги. Парень довольно урчит, пристраиваясь сзади. Минуточку, когда это он успел раздеться полностью?
Додумать дальше я не успеваю, потому что слышу шелестящий звук. Не составило труда догадаться, что это презерватив. Щеки вспыхнули, стоило мне только представить, какой вид открывается сейчас парню. Мысленно сосчитав до пяти, я более или менее упокоилась.
Но только до того самого момента, когда почувствовала палец, проскальзывающий в меня. Из горла невольно вырывается стон удовольствия, и прямо над ухом я слышу шипение:
— А ты мокрая... Интересно, это обычная реакция на меня?
— Заткнись, — чувствую, как к первому добавляется еще и второй палец.
Ухмыльнувшись, мужчина продолжил растягивать меня, делая так называемые "ножницы". Через минуту я поняла, что долго не выдержу, и жалобно проскулила:
— Давай же, хватит меня мучать.
Ответом мне послужил смешок:
— О, детка, это еще не все мучения, которые тебе предстоит испытать...
А затем пальцы исчезли, заставляя меня разочарованно выдохнуть:
— Ненавижу тебя...
— А я тебя, — спокойно отвечает мне учитель.
— Взаимность так прекрасна, — скалюсь, а затем сильнее раздвинув ноги, призывно покачиваю бедрами.
Знаю, что он и сам еле сдерживается, вот только играет в неприступного пай-мальчика. Мои манипуляции, как я и рассчитывала, даром не проходят, потому что в следующий момент он хватает меня чуть ниже талии и одним резким движением входит.
От неожиданности я вскрикиваю. Мужчина, казалось бы не обращая внимания на меня и мои стоны, постепенно набирает темп. Сдерживаться нет сил, и я почти что кричу. Схватив меня за волосы, Каин тянет их назад, заставляя прогнуться еще больше и запрокинуть голову.
— Кричи, кричи громче... Хочу слышать твои мольбы...
И я молила. Молила, чтобы он не останавливался, чтобы трахал меня как последнюю шлюху. Его тихие стоны, похожие на рык, сводили с ума. Комната пропиталась запахом секса. Так, что даже воздух будто стал горячее. А какие стояли звуки...
Господи, такого мои уши еще не слышали. Стоны, тяжелое дыхание и шлепки плоть о плоть... Хотелось выть — так было хорошо. Да и как тут, собственно, вообще молчать, когда тебя буквально втрахивают в несчастную кровать? Колени уже начинали саднить, а голос — хрипеть от надрывных стонов.
Почувствовав приближение оргазма, я закусила губу, за что тут же получила сильный шлепок по ягодице.
— Не смей молчать, — раздался сзади сиплый голос.
А потом парень еще больше увеличивает темп, что, казалось бы, уже невозможно, и я, не выдержав столь сладкой пытки, наконец отпускаю себя — сжимаю внутри член, тем самым заставляя его следовать за собой.
***
Спустя десять минут, после столь ошеломляющего оргазма, мы вроде как пришли в себя. Мужчина коснулся моей руки, тут же переплетая пальцы, и я блаженно улыбнулась.
Так тепло и спокойно мне еще не было. Повернувшись, я утыкаюсь в его грудь, вдыхая божественный запах. Не парфюма, нет. Другой запах, его личный...
В следующий момент сильные пальцы зарываются в мои волосы, пропускают их через себя, и я, закрыв глаза, чуть ли не мурлычу от удовольствия. Мне всегда это нравилось.
— Так это правда? — звучит внезапный вопрос.
— Что именно? — лениво уточняю у парня.
— Твое признание насчет меня.
Насупившись, открываю глаза.
— Разумеется. Тебя это напрягает?
Каин хмыкнул:
— С чего ты взяла?
— Не знаю. Мне так показалось... — озвучила я мысли, терзавшие меня последнее время.
— Знаешь, что надо делать, когда кажется? — задал риторический вопрос мужчина, и настала моя очередь хмыкать.
В комнате на какое-то время воцарилась тишина.
— В школе подумают, будто я люблю тебя, — вдруг снова раздается насмешливый голос.
— Ну, — беспечно вздыхаю я, — людям свойственно ошибаться.
В ответ на это мужчина широко улыбается:
— Не в этот раз.
Как вам? Наверное по сериалам фф больше не будет(