Я за тобой - хоть по лезвию!

Даниил.

Ещё первого июля, в ночь перед рабочей сменой — мне вдруг позвонила начальница Анюта, с которой я всегда был в дружеских, тёплых отношениях, и сообщила мне очень неприятную новость. Новость, которая напрочь выбила меня из реальности. Сказала, что парикмахерская, в которой я работал больше двух лет — закрывается. Говорит, мол в Тольмезе был её старт по карьерной лестнице — а теперь пора двигаться дальше, и открывать собственную сеть сразу в столице. Конечно, я растерялся. Конечно, запаниковал. Ведь таким неожиданным заявлением — она перечеркнула всю мою стабильность. Парикмахерская «Чёрные Лилии», была для меня чуть ли не вторым домом. Она буквально находилась на моём районе, через две улицы. Мне было легко добираться до неё, легко следить за сестрой, и ещё успевать заниматься хозяйством в обеденный перерыв. Здесь было хорошо, уютно, и комфортно. Обалденный коллектив, крутые корпоративы, забавные рабочие моменты, и стабильная зарплата с ежемесячными премиями. Анюта была замечательной начальницей, которая ценила каждого сотрудника и клиента. Она входила в положение, всегда выручала, никогда ни с кем из нас не ругалась. Идеальный начальник, идеальный график работы, идеальное место с приятной атмосферой. И тут, в один момент — «Прости, мы закрываемся! Поехали со мной в столицу, продолжим работать вместе».

Предложение заманчивое, не спорю, но тяжёлое. Я не мог поехать. Во первых, я только в этом году, пристроил сестрёнку в местную школу, которая опять же находилась на нашем квартале, близко к работе. И уже в сентябре, она пойдёт в первый класс. Во вторых, у меня здесь своя, на личные деньги купленная квартира, с отличным ремонтом. В третьих, это мой родной город, в котором я вырос, состоялся, и обзавелся близкими людьми. Здесь была моя жизнь. Школа, в которой я отучился девять классов, и окончил с отличием. Колледж, в котором я отучился на парикмахера, успешно прошёл практику, и после окончания — устроился на свою первую работу.

Нет.

Тольмез я бросить не мог.

Я может и любил свою работу, но не настолько, чтобы бежать за начальницей по всему миру.

Поэтому, получив последнюю зарплату на карту, и рассчитавшись с Чёрных Лилий — я стал усердно искать новую работу по интернету.

Пол месяца поисков пролетели незаметно. Все парикмахерские, которые я находил — не внушали доверия. Одна распологалась на краю города, где-то в глуши. Вторая только открылась, и активно набирала сотрудников, но находилась аж под посёлком, где жила моя бабуля. Ну, короче говоря, не доезжая до посёлка, где-то между маленьким ларьком с продуктами, и заброшенным журнальным магазином. Я не решился даже позвонить на указанный номер, потому что место мне не подходило. Сколько ж я бензина тратить буду? Да и потом, какая там прибыль? Смех один.

В общем, искал везде. И в интернете, и через знакомых, и через рекомендации прошлых клиентов.

В итоге, мне крупно повезло, когда я познакомился с девчонкой Яной. В день знакомства, мы как-то хорошо разговорились, и я рассказал ей о своей проблеме. Конечно, она мне не поверила, когда я сказал что работал парикмахером, но в итоге, мне удалось её убедить фотографиями, сделанными на работе. Там были эскизы, манекены, на которых мы с сотрудницами репетировали делать причёски, да и даже диплом квалифицированного специалиста показал. Фото в галерее завалялось с позапрошлого года, когда Ане отсылал, вот и сейчас оно как бы пригодилось.

А Яна как раз поведала о том, что работает в салоне красоты администратором. Мы купили по мороженому, и прогулочным шагом, добирались до того самого места, под названием «MILKBLEND».

Всю дорогу, девчонка, которая мне с первого взгляда приглянулась в автобусе — щебетала о начальнице Василисе. Мол, какая она добрая, как с ней легко дружить, и как она умело владеет бизнесом.

Мы болтали весь день. И с каждым новым предложением, я становился смелее. Сначала я не знал, как с ней нормально заговорить, потому что стеснялся. Она была красивой, абсолютно в моём вкусе, и я растерялся сразу, как она ответила мне в автобусе. А потом, гуляя с ней — я понимал, что становлюсь всё разговорчивее.

Яна провела мне максимальную экскурсию по своему кварталу. Показала где живёт, рассказала предысторию, как сюда со своим парнем переехала, поводила меня по улицам, рассказывая об уюте этого района. Но прикол был в том, что я знал каждую деталь района. Я здесь в своё время, в лет так восемнадцать, обожал зависать с подростками на минке. Мы гоняли в футбол, баскетбол, волейбол, и прочие спортивные игры для души. Район действительно был хорошим, однако об этом салоне MILKBLEND, я и не вспомнил. Хотя, вполне возможно, что он открылся позже.

Но я не перебивал Яну. Наоборот, мне нравилось её слушать. Она так увлечённо рассказывала обо всём, что мне хотелось вникать во все подробности. Даже в те, которые я уже знал до неё.

Салон кстати, оказался достаточно светлым, и приятным. Стены молочного цвета, потолки высокие с кучей ярких лампочек, зеркала здоровые, кресла прочные. Зал большой, даже больше чем в Чёрных Лилиях. Сотрудники как парни, так и девушки, приветливо встретили меня, думая что я новый клиент. Здесь же, была и хозяйка. Мне значит повезло.

Василиса и в правду, как сказала Яна, была добродушной. Почти сразу пригласила в кабинет, и мы поговорили о будущей стажировке. Я предоставил ей информацию о прошлой работе, дал данные Анюты. Но судя по всему, молодая начальница салона, уже планировала взять меня к себе. Она протянула мне визитку, и попросила перезвонить на следующий день.

В итоге, третьего августа, после окончания недельной стажировки — Василиса приняла меня на работу, и подписала заявление. Мы поговорили о графике, выбрали для меня самый удобный 5/5. Поговорили об условиях, добавили меня в беседу сотрудников.

***
Каждое стажировочное утро, я приезжал на работу на своём красном ланосе — и угощал Яну вкусным капучино из проверенной кофейни. Мы пили кофе на пороге салона, и болтали о чём-то неважном. И так продолжалось всю неделю. Рабочие дни как никак сближали нас.

Яна нравилась мне с каждым днём всё больше. Но я прекрасно помнил о том, что где-то там, неизвестно где, затерялся её парень. Парень, который ни разу не показался на глаза за всё это время, ни разу не позвонил ей, не встретил с работы. Он даже не стоял на обоях её телефона. Следственно, мне не было известно кто он такой, и с чем его едят. Да, подкатывать к занятой девушке было неправильно, но.. Кого кого, а меня это почему-то не волновало.

Каждый день, ну или, через день, я дарил ей цветы. Всегда по разному: полевые, ромашки, розы. Я дарил их под предлогом «для хорошего настроения, хорошему другу». Хотя друзьями здесь и не пахло.

От неё, у меня внутри всё сжималось. Её взгляд, проницательный и изящный — заставлял моё тело по неволе покрываться мурашками, и порой, даже судорогами. Её голос оживлял, смех заражал. Глаза у неё красивые, добрые. Внешность приятная, нежная. Девочка она притягательная, зацепила за живое. Не могу справиться с собой, нравится до дрожи.

В один день, когда родители позвонили нам с Ягнёнком по видеосвязи — они сразу заметили, что во мне что-то изменилось. Правда, пока мама без устали щебетала о том, как у неё всё гладко складывается по бизнесу — папа всё чаще замечал мою не заинтересованность. Но это не из-за того, что мне реально не интересно, а из-за того, что я сидел в телефоне, откинувшись на спинку дивана, и переписывался с Яной. Я непривычно сиял, и от этого появились вопросы. Семья начала расспрашивать о моём хорошем настроении, а Ягнёнок как назло, оповестила горячо любимых родителей о случившемся.

Да, она знала Яну.

Я уже успел их познакомить.

Буквально на пятый день стажировки.

Ведь стажировка длилась чуть меньше трёх часов, и после неё, я сразу поехал за Яной, которая в тот день, была выходная.

Яна тогда была неотразимой. В момент, когда она села в мою машину, салон наполнился свежестью её духов. Она оделась в чудесный розовый костюм, нанесла неброский, но очень гармоничный макияж, и собрала короткие волосики в маленький хвостик, оставляя пушистую чёлку на лбу. Янчик покорила моё сердце, и это было очевидно.

Я моментально протянул ей кофе, и мы поехали в деревню к бабуле, забирать сестру.

Яна возмущалась какое-то время, совала мне деньги, предлагала закинуть на карту, но.. Я лишь усмехнулся, навалил музыку погромче, и не желая ничего слушать — ехал дальше. Было смешно. Брать деньги за кофе с девушки которая нравится чуть ли не до потери пульса — глупость. Какой мужчина на такое способен?

В итоге, она успокоилась. Деньги предлагать перестала, замолчала, и тихонечко пила свой кофе, поглядывая в окошко.

С Ягнёнком, они познакомились обнимашками.

Когда мы с Яной вышли из машины, Ягнёнок подбежала ко мне, запрыгивая на руки, а затем взглянула на "розового ангела". Прошептала мне на ухо «Кто она?», а узнав имя, спрыгнула с меня, и бросилась к ней. Обняла так крепко, будто вечность были знакомы. Яна к слову, удивлённой не выглядела, отнюдь, подхватила её на ручки, и закружила.

Я улыбнулся. Попрощался с любимой бабулей, и сев в машину, мы поехали.

Ягнёнок в тот день, отказалась ехать на своём положенном месте сзади — вместо этого уселась к Яне на ручки.

Я не возражал. Пускай так. Слово Ягнёнка для меня закон. Порой мне кажется, я позволяю ей слишком многое, осталось только мне на голову сесть, и ножки свесить.

Вот так весь день, мы и провели все вместе. Ягнёнок, Яна, и я. Поехали в наш парк, погуляли там. Покормили уточек в небольшом прудике, купили каждому сладкой ваты, и даже покатались на аттракционах. Правда, аттракционы были совсем детскими, ни чуть не страшными. Так, чисто, сели на детский поезд, и он покатил нас по кругу, лишь изредка ускоряя темп. Ничего страшного, но Ягнёнок побаивалась. Она боялась выпасть, даже не смотря на то, что мы крепко зажали её между собой.

И теперь, когда мама с папой ждали от меня ответа, почему я сижу такой удовлетворённый, Ягнёнок вскрыла все карты.

—Да он Янке пишет! — говорила сестрёнка, а я смущался, — Влюбился он! А она красивая. — теперь, Ягнёнок уселась поудобнее на прохладном полу, и размахивая руками, рассказывала о моём секрете. — Они милые. Ватой друг с другом делились! Данька даже усы себе сделал, вот так вот!— она скрутила губы уточкой, и изображала меня. — А ещё.. Мы ели мороженое! И.. и ещё.. Катались на актркацинах!

—Аттракционах. — поправил я, убирая телефон в сторону.

—Дань, я рассказываю. — сестрёнка стрельнула по мне карими, недовольными глазами, и вновь перевела взгляд на камеру. — А Яна знаете какая? Она.. — малышка поднесла палец к губам, и задумавшись, прищуренно посмотрела наверх. — Она.. Забавная, весёлая, добрая, и.. И даже.. И даже.. Этот.. Ну, в общем, она мне понравилась. С ней круто. Не то что, Данькина Алина. Бррр — перетрусило младшую.

—Ну ты вспомнила.. — шепчу ей на ухо, и хохочу.

—А что?— она сложила руки на животе, игнорируя родителей. — Что скажешь, не правда? Алина твоя, меня бесила всегда! Она постоянно сидела в своём телефоне, и никогда ничего не говорила, когда мы ходили гулять!

—Ну да, конечно, это в корни меняет дело. — я улыбнулся.

—Не конечничкай!— воспротивилась малая, ткнув меня пальцем. — Алина плохая, а Яну к нам забирай.

—Ого-го.. — усмехнулся довольный отец, виртуально пожимая мне руку. — Агнесска, да ты молодец, держишь брата в кулачке!

—А то!— детский смех заполнил пространство. — Данька с Яной каждый день, ага! Они даже работают вместе! Он мне сам вчера сказал.

—Ягнёнок..— я виновато закрылся руками, упираясь локтями в колени. — Зачем ты всё это говоришь?

—Потому что маме с папой интересно!— она показала мне язык, кокетливо улыбнулась, и продолжила болтать с родителями.

—Ничего, ничего!— усмехнулась мама. — Агнессушка, будь на чеку, всё нам докладывай. Вдруг бабой с дедом станем — ты хоть маякни!

И после этой фразы, меня окончательно унесло. Я предпочёл откланяться, и покинуть комнату в обнимку с телефоном.