Глава 25. Дикость.
Стафф.
—Маш, я очень много думаю о нём. — протяжно выдыхаю дым, расположившись на лавочке в каком-то небольшом парке.
Тут было ни сколько уютно, сколько спокойно. Лишних глаз не было, дети не кричали, мотоциклисты не гоняли. Ну чем не блаженство?
Всё вокруг — покрыто зеленью. И глаза, тупо разбегаются по всем этим деревьям, кустам, цветам, да и вообще по всей территории, где мы находимся.
Тёплый июльский воздух окутывает пространство, позволяя телу, перейти из напряжения — в лёгкость.
Но мысли давят. В прочем, как обычно. Это странно, когда снаружи ты вроде кажешься расслабленным, а внутри всё горит от вопросов, планов, мыслей, и просто от тревожки.
—Да, я заметила. — сказала она, закидывая ноги на мои.
Маша села вполоборота, опершись локтём о спинку лавочки. Пальцы невольно дотянулись до головы, и утонули в распущенных волосах.
—Просто.. — я сделал ещё одну затяжку. — Нравится он мне. И не просто нравится, а хочу его. Целиком, и полностью, понимаешь? — моя рука легла на её колено, слегка сжав его.
—Стэффи, да понимаю я. — она натянуто улыбнулась. — Что ж ты думаешь, не вижу ничего? Я ещё у тебя дома всё поняла.
И в этот момент меня словно осенило. Я перевёл на неё взволнованный взгляд, в котором она могла прочесть буквально всё: от паники до злости.
—А что ты поняла, будучи у меня дома?— спрашиваю медленно, заглядывая в её хитрые глаза.
—Я комнату твою нашла. Видимо, в которую не должна была входить. — она чуть хохотнула, достав из кармана пачку. — Блять.. Сиги кончились...
—Возьми мою. — я передал ей пачку, но взгляда не отводил ни на долю секунды.
—Спасибо. — она зажгла огонь, и закурила сигарету, томно выдыхая дым в мою сторону. — Ну чего смотришь то так? Дыру на мне просверлишь! — её смех, и самодовольная улыбка только усугубляли ситуацию. — Да, я побывала в твоей «тайной» комнате. Видела там схему с красными нитками, фотки Матвея всякие, альбом кажись на пыльном столике лежал.. Записи какие-то в тетрадях видела... — она немного притихла, а затем добавила — И ноутбук.. Причём открытый, с какими-то локациями с камер.. И голос чей-то услышала случайно..
—Маша!
—А?— она вновь выпустила дым в моё лицо, и продолжила улыбаться.
—Ты адекват?— я горько усмехнулся.
—А ты? — она говорила это без страха в голосе, и глазах. Совершенно спокойная, как и до этого разговора. Ноги не убирает, курит, смеётся. Я в недоумении.
—Да я-то понятно! — я чуть расслабился, сам теперь опираясь на локоть. — Знаешь что я делаю с непослушными девочками, которые влезают не в своё дело?
Она замерла на пару секунд, внимательно глядя на меня, будто пыталась понять, серьёзен ли я. А потом вдруг громко расхохоталась. Так резко, что я даже отпрянул и огляделся по сторонам. Мне на миг показалось, что она заметила что-то смешное за моей спиной, пока не понял — что смеётся она надо мной.
—Ты дура?— единственное что пришло мне на ум, перед тем, как я начал смеяться вместе с ней.
—Как вообще можно было что-то подобное сморозить, Стэффи?— спрашивает она, откидываясь назад всем телом. Теперь, она приняла горизонтальное положение, по прежнему удерживая ноги на мне. Руками она держалась за живот, пытаясь унять свой долгий смех.
—Не смешно!— я вернулся к проблеме. — Серьёзно, почему ты не испугалась?
Она приподнялась на локти, а затем и полностью. Спустила ноги на землю, и засмотрелась на обросшее травой здание — напротив. Это место напоминало заброшенный музей.
—А чего бояться, то? — на её лице засветилась неуместная улыбка. — Я за эти три недели проведённые вместе, узнала тебя с другой стороны, более мягкой. Мне бояться нечего.
—Ты уверена?
—В чём?
—Что я такой хороший, каким кажусь тебе?
—Ты не кажешься мне хорошим, Стэффи. Ты живёшь в криминале, как и я, неужели ты думаешь, я испугаюсь обычного преследования? Я и похуже людей видела, и больше тебе скажу: я была одной из таких людей. Мне приходилось не просто следить за объектом, передо мной стояла задача: убить.
Она посмотрела на меня.
—А ты не страшен. По крайней мере, ты не собираешься от него избавиться — затем её глаза прищурились. — Или собираешься?
—Совсем что-ли?— я покрутил пальцем у виска. — Нет конечно.
—Ну вот. А если не собираешься убивать, тогда действуй уже.
—Как?
—Каком к верху попробуй. — она опять хохотнула. — Не задавай глупых вопросов, реально не понимаешь что делать?
—Ну.. Типа..
—О-о.. Понятно!
—Что тебе там понятно?— я немного толкнул её.
—Да всё! Ты себя видел сегодня?— она поднялась с лавочки, поворачиваясь ко мне. — Стоял там, напротив Матвея своего, кипятком обсыкался! Что за спектакль вы оба разыграли я не знаю, но мне кажется, это крайне странным, после всех твоих махинаций. Ты следишь за ним зачем? Материал собираешь для чего? Чтоб просто дрочить ночами? — она подняла руки к верху. — Тогда мне реально нечего сказать.
—Притормози! А что мне надо было делать? Трахнуть его за барной стойкой, или что?
Она искоса посмотрела на меня, а затем поставила руки в боки, и недовольно прикрыв глаза, спросила:
—Ну сначала поведай, на каком этапе вы сейчас находитесь? Типа.. Где-то между дружбой, знакомыми, или.. Что-то большее?
—Э-э.. — я почесал затылок.
—Проще: сосались?
—Ага.. — сначала я улыбнулся, а затем резко сменил выражение лица на более серьёзное. — Так! Это что за вопросы такие?
—Серьёзно? Вы сосались, и ты до сих пор не знаешь куда вырулить? — она с презрением взглянула на меня. — Да это бешеный сигнал, что он тебя хочет!
—Не гани. Кто там хочет? Ты видела его глаза? В них кроме отвращения ничего нет.
—Ага, особенно после моей фразы, что ночка вчера выдалась жаркой! Он аж побледнел от услышанного. Люди, которым всё равно — даже ухом не поведут.
—Мы пьяные были, когда цело..
—И что?— перебивает на полу слове. — Это тоже засчитывается.
—Ну.. Он больше не даёт себя поцеловать. Только обнимать позволил.
—Ну это уже что-то. Блин, Стэффи, да вы уже не просто на старте, вы уже ускакали в невиданную даль! Бери себя в руки, и сходи сейчас к нему.
—Ага, ещё чего не хватало.
—Я серьёзно говорю, иди. Возьми нам кофе как раз, и задержись с ним там.. Подольше. У тебя так много шансов, а ты их все на потом откладываешь!
—Нет, это недопустимо..
—А какой тогда план? Дальше собирать о нём информацию, для всеобщего развития?
—Хотя бы.
—Глупый ты парень, оказывается.
—Ты тут это.. Не того, ясно?
—Не ясно. Пока ты будешь здесь сопли жевать, его склеит кто-то вроде Русика!
Я резко поднялся с места, не веря своим ушам. Такой теории я даже не успел предположить... Этот додик реально выглядит сомнительно, а вдруг и правда..
—Нет. У Матвея есть девушка.
Маша сложила руки у груди, и закивала головой, словно ей всё равно на мои слова.
—Есть девушка, а целуется и обнимается с кем-то вроде тебя, да? Сомнительно это всё, не замечаешь? — она наклонилась к моему лицу, почти касаясь моего носа своим. — Ох зря ты его недооцениваешь! Не с тобой, так с другим замутит. Последний ты что-ли?
Я сначала застыл как вкопанный, переосмысливая все её слова на ходу. А затем двинулся с места, сказав на последок:
—Жди здесь. Я вернусь.
И ушёл.
Идти тут было недалеко. На выходе с парка, сразу налево. Там начинается его район, и кафейня в которой он работает.
***
Маша права конечно, но.. Почему-то стало неловко от того, как сильно она пыталась мне помочь справиться с вот этими сомнениями и трусостью. Я реально загнал и себя, и его в тупик. Мы и не поговорили нормально после последней встречи, да и спокойно побыть наедине не смогли.. Хотя, я хочу признаться, что за время моего отсутствия в его жизни — я скучал.
Я не спорю, три недели это через чур, но у меня не было выбора. Во первых, всю первую неделю после нашей разлуки с Матвеем — я провёл в лютейшем запое вместе со своей бригадой и Машей. А что? Я глаза открывал, напивался, и снова засыпал. Все действовали по этой схеме, и никто не жаловался.
Вторая, и третья неделя пролетели в рабочих моментах. Товара было достаточно много, и весь его отбор — требовал усилий. Нас с Машей и другими парнями отправили на точку, где мы сами это всё распаковывали, и перекладывали с места на место.
Но за всё это время, проведённое с Машей — я отметил, насколько с ней легко. Она действительно понимает меня с полу слова, даже если я просто молчу. Ей хватает одного взгляда, чтобы понять — что внутри меня происходит. И она всегда почему-то попадает в самое ядро. В самый нерв.
Да что уж там говорить, она просто моя женская версия. Возможно не настолько отбитая, но почти такая же.
Я не утверждаю, что доверяю ей целиком, но.. Она вызывает во мне какие-то такие... Смешанные чувства. Даже чем-то напоминает мою давно умершую сестру...
***
Я шёл к кафейне наверное минут десять, не смотря на то, что она и в правду находилась близко к парку, где мы с Машей остановились.
Увидев нужное мне место на горизонте, я облегчённо выдохнул, вспоминая как пару дней назад переслушивал все записи, которые записались в его квартире. Там услышал всю главную информацию случившуюся в моё отсутствие, и успел насладиться голосом Матвея, буквально игнорируя всё остальное.
Оттуда я и пришёл к неким выводам:
—Он уволился с прошлой работы, и устроился сюда.
—Его не приняли в универ.
—Яна устроилась на работу в салон красоты.
—Матвей завёл новые знакомства.
—Матвей ни разу не упомянул меня. Как обычно.
А не надо ребята, в слух свои идеи произносить, и проблем никаких не будет! Даже дома стоит быть на чеку.
Что ж, сфокусировавшись на цели — я ловко открыл дверь, перешагнув через порог. Теперь же, оказался внутри, чувствуя различные ароматы кофе и десертов.
Взгляд остановился на Матвее. На через чур довольном Матвее. А сзади него, как я понял — причина такого хорошего настроения. Этот гад Руслан, прижимался к Матвею со спины, удерживая наглые руки на его прессе.
Они смеялись до того момента, пока не увидели меня. А потом, Руслан отпустил его, и улетучился куда-то в угол.
Я почувствовал как по телу рассыпалось неприятное ощущение. Будто меня предали. Будто растоптали, и выбросили. Ну неужели слова Маши так быстро подтвердились на счёт этих двоих? Ну как? Как она это всё видит?
Я застыл, переваривая увиденную картину. Матвей тоже застыл, глядя прямо в мои глаза. И я не мог пока проронить ни единого слова из-за того унижения, которое только что испытал.
Предательство. Чистой воды предательство.
И что дальше? Уйти? Нет, как-то слабовато. Истерику здесь закатить? Слишком по-детски. Попробую другой метод.
Мой взгляд тревожно метался по пространству, пытаясь зацепиться хоть за что-то, куда можно отлучиться с Матвеем. Мне нужен был он, один. Без лишних ушей и глаз. И на примете оказалась знакомая дверь в конце кафейни. Кажется, это был туалет.
—Матвей, за мной! — приказал я, ускоряя шаги. — У тебя две секунды, иначе я здесь всё разнесу.
И он пошёл. Мне не пришлось уговаривать его, или выманивать какими-то иными способами. Он быстро въехал в суть.
Дойдя до двери, я резко распахнул её, входя внутрь первым. Шаги Матвея послышались сразу за спиной, и я услышал лёгкий щелчок. По моему, он закрыл нас на замок.
—Это что было?— я поворачиваюсь к нему. — Не смотри на меня такими непонимающими глазами! Что происходило только что за стойкой?
Глаза мои горели от злости, а воздух словно становился гуще, лишая меня возможности нормально дышать.
—Матвей, отвечай мне!— я словно озверел, рассматривая его вблизи.
Когда он в очередной раз решил проигнорировать меня, я не выдержал. Врезал ему такую громкую, и явно болючую пощёчину, что аж рука загудела.
Матвей после неё свалился на пол, моментально хватаясь за лицо.
Обстановка накалялась, и всё что происходило в данную минуту — не вызывало во мне ни жалости, ни милости. Он злил меня, и провоцировал. Каждый его "всхлип", каждая слеза, падающая на кафель — всё раздражало.
—Сюда смотри!— я вдруг наклонился, и схватил его за щёки, возвращая фокус на себя.
За дверью уже во всю торобанил Руслан, пытаясь видимо выдернуть ручку. Он кричал что-то невнятное, вроде связанное с охраной. Но мне было наплевать. Я был занят другим.
Матвей не смотрел на меня, взгляд приковался к кабинке. И этот жест вызвал во мне не просто гнев, а целую бурю эмоций. Я безжалостно поднял его за фартук, и швырнул в ту самую кабину, на которую он так внимательно поглядывал. Он не успел среагировать, и врезался в неё всем своим телом и головой, скатываясь на пол.
Меня это немного даже забавляло.
—Матвей, Матвей.. — я заметил здесь зеркало, и подойдя к нему ближе, стал изучать свой внешний вид. — Эх, не знаю что с тобой ещё сделать.. Тебе реально нравятся такие пидорасы как этот «Рус»? Мне что, ёбанными татушками руки забить по самую шею? Патлы отрастить себе, или... Может, бороду? Может мне линзы как у него приобрести? — я пнул его ногой, когда заметил попытку уползти от меня. — Что думаешь, Матвей? А? Годную идею я подкинул? — я снова переходил на крики, хватая его за плечи.
Но он всё ещё молчал. На лице появились небольшие раны, с которых стекали маленькие струи крови.
—Скажешь хоть слово — и может удастся избежать побоев. А будешь молчать — я трахну тебя, прямо здесь, в этом ебучем туалете. А что?— я схватил его обеими руками за воротник. — Этому пидору тебя лапать можно, а мне нет?
Я заметил в его насыщенно серых глазах навернувшиеся слёзы, и меня опять накрыло.
Но накрыло иначе.
Я бы сказал — возбудило.
Я наплевал на всё, на то: где мы находимся, в каком положении, в каком состоянии.. Стало всё равно, будто мои действия не имели бы последствий.
Я просто навалился сверху. Всей своей силой, всем напором.
Мгновение, и между нами проскакивает волна сильного напряжения. Он смотрит на меня почти умоляюще, почти кричаще. Я вижу в нём фразу «Не надо, не трогай»
И я целую.
В губы.
Не позволяя ему рыпаться.