Глава 40
Не знаю, зачем я позвонила Руслану. Помню, что Геннадий запретил, но после разговора с братом, пальцы сами набрали номер, который я знала наизусть. Когда я услышала его «слушаю», захотелось закричать от счастья, как же мне его не хватает, даже голоса. Душу переполнили эмоции, я окончательно осознала, что Руслан в моей жизни не просто так, для меня он уже стал родным и самым дорогим мужчиной. Моим мужчиной. Неся ахинею, про какую - то Юлию, я знаю, что он узнал меня, услышала, как сменился его голос, он стал немного дрожать, хотя он всячески старался сдержаться. А как ещё разговаривать с незнакомкой, которая набрала не тот номер? Холодно и отстраненно.
Удалив, с памяти телефона свой вызов, я спустилась на кухню. Герман ждал меня, я отдала ему смартфон.
- Как брат? – поинтересовался мой телохранитель.
- Поправляется. Врачи довольны его результатами.
- Думаю, нам сегодня лучше остаться дома.
- Почему? Что – то случилось?
- Нет. Но перестраховаться не помешает. Срок, который отведен Руслану на обдумывание истекает, и сейчас его оппоненты будут искать способы влияния на него. А это ты. Поэтому, лучше не светиться.
- Хорошо, останемся в домике. Телевизор показывает? – спрашиваю я, так как сам телевизор я видела, а вот в рабочем ли он состоянии я не знала.
- Да, там еще приставка есть, тридцать каналов, это не так много, но и не мало.
- Вот и хорошо. А я посмотрю какой – нибудь фильм наверху по планшету.
- Хорошо. Если понадоблюсь, зови.
- Обязательно.
Вернувшись на второй этаж, я прилегла на кровать, достала планшет и загрузила турецкий сериал, выбрав его лишь по принципу, что серий в нем обозначено неимоверное количество. На неделю хватит, если не больше. Через три часа просмотра я поняла, что мне скучно. И не в фильме дело, сюжет и постановка, костюмы, декорации великолепны, но я не привыкла вот так валяться на кровати столько времени. Мне не хватает движения. Отложив планшет, я спустилась на пол, решила размяться. Но переделав все известные мне упражнения, я осознала, что прошло всего лишь пятнадцать минут.
- Вот, черт – прошептала я, вставая на ноги.
Снова спустилась на кухню, подошла к двери, которая отделяла меня от Германа, осторожно постучала.
- Что случилось? – настороженно спросил он.
- Тоска – ответила я – Чай пить будешь?
- Буду – улыбаясь, расслабленно сказал парень.
Герман присел за стол, я разлила кипяток по кружкам. Пока я нарезала фруктовый рулет, он опустил в воду пакетики с чаем.
- Нервничаешь? – интересуется он, отпивая горячий чай.
- Я даже не знаю, как описать свои ощущения. Нет во мне страха, я уверена, что Руслан со всем справится.
- Это правильно, женщина должна верить в своего мужчину. Этим она очень сильно его поддерживает. Мужчина это чувствует.
- Думаешь?
- Знаю, точно. Если это не страх, то, что тогда?
- Ритм жизни, я привыкла жить в постоянном движении, я минимум сплю, и максимум в работе. А тут, совершенно, делать нечего. Понимаю, надо расслабиться и получать удовольствие. Но я устала уже от отдыха. Возможно, ты скажешь, что мое нытье это полная херня.
- Не скажу. Я тебя понимаю. Ты не умеешь расслабляться, потому, что никогда этого не делала.
- В точку.
- Могу помочь.
- Будешь учить меня расслабляться?
- Типо того. В шахматы играешь?
- Нет.
- А в шашки?
- Неа – улыбаясь, отвечаю я.
- Лото?
- Играла в детстве с родителями.
- Карты?
- С дедушкой в «дурака», но сейчас, наверно, правила не вспомню.
- Вот видишь, скольким интересным играм я могу тебя научить.
- Но для этих игр нужен реквизит, шахматная доска, фигуры, карточки для лото, нет?
- Здесь всё есть – я вопросительно уставилась на него, и он пояснил: - Видимо Демьян привез сюда весь хлам, который вроде выбросить жалко, но дома точно не понадобится.
- С чего начнем? – спрашиваю я, убирая со стола пустые кружки.
- Тебе решать.
- Давай с лото.
- Я сейчас – он убегает в свою комнату, и через пару минут возвращается со старой потрепанной коробкой, на которой уже стертыми буквами написано «ЛОТО» - Сколько тебе карточек?
- Давай, я начну с двух.
Герман берет себе пять карточек, мне выдает две, перемешивает бочонки. А ещё он выдает мне деньги, по сто рублей разными монетами.
- А что играть будем на деньги?
- А как по – другому? Лото, между прочим, относится к азартным играм.
- Серьезно? А родители мне говорили, что лото развивает ум, память и внимание.
- И это тоже, спорить не буду. Но играть без интереса не интересно. Прости за тавтологию.
- А давай заменим деньги другим интересом?
- Каким, например.
- Мы с родителями играли на смешные истории.
- Это как?
- Тот, кто проигрывает, рассказывает о себе что – то смешное.
- Давай попробуем. Но, думаю, что на деньги было бы безопаснее.
- А на рассказ интереснее. Начинай.
- Тридцать пять, сорок два, семь, восемьдесят три – громко говорит мужчина.
- Слишком быстро – перебиваю, не успевая найти указанные цифры.
- Таковы правила. Сейчас я могу доставать по несколько бочонков сразу. Но после того, как у кого – нибудь из нас закроется одна строчка на карточке, то необходимо сказать ...
- «Квартира» - это я помню.
- Хорошо. После этого я буду брать из мешка только по одному бочонку.
- Поехали.
Невероятно, но четыре часа игры, пролетели, как десять минут. Не зря мы установили правило, что проигравший рассказывает о себе, какую – нибудь смешную историю, я в жизни столько не смеялась. Герман проиграл восемь раз из девяти, и восемь раз я хохотала до коликов в животе.
- Всё, я больше играть не могу – говорю я сквозь смех – Рот уже болит от смеха.
- Тогда, ужин и спать?
- Согласна.
Герман убрал игру в коробку, а я разогрела суп, который с утра приготовила. Нарезала хлеб и накрыла на стол.
- Очень вкусно – хвалит мой суп Герман, уплетая уже вторую тарелку.
- Спасибо – благодарю я, смотря на окно, которое Герман зашторил наглухо - Как ты думаешь, мы здесь надолго?
- Завтра будет ясно.
- Я боюсь спать – честно признаюсь я.
- Я могу лечь с тобой. Не в кровать, конечно, я постелю себе на полу, но ты будешь не одна.
- Думаю, – я замолкаю, прислушиваясь к своим ощущениям - что мне было бы уютнее и спокойнее рядом с тобой.
- Тогда договорились. Доедай, а я пойду за матрацем.
- Спасибо, Герман.
- Твоя безопасность и спокойствие – моя работа.