ОРЛАН | Соня Кульгавая

Матрас проминается под весом их тел, простынь путается в ногах, пальцы оставляют красные отметины на оголенной коже. Смесь возбуждения и желания наполняет воздух, тяжестью оседая на легких.

Все мысли напрочь выбиты из головы жадными поцелуями, сейчас весь мир перестал существовать, а все ощущения сконцентрировались в этой комнате, в этом моменте.

Голова кружилась, когда оторвавшись от губ друг друга, девушки встретились взглядами. У Сони воздух выбило из легких, когда она смотрела в эти покрытые пеленой глаза, стеклянные под светом луны и выражающие только одно - сумасшедшее желание.

- Подними руки, - Кульгавая командует, хватаясь за край футболки девушки и резкими движениями срывая ее с хрупкого тела.

Глаза скользят по обнаженному телу, стараясь выжечь этот образ где-то в сознании, чтобы навсегда сохранить его. Грудь вздымается от тяжелого дыхания, Цурская нетерпеливо елозит на кровати, прижатая крепким телом. Несмотря на жгучее желание снова впиться в губы, Вика покорно ждет. Позволяет смотреть, буквально рассматривать себя по частицам, трогать, проводить ладонями по голой коже.

Невесомый поцелуй касается уголка ее губ, проходится по линии челюсти, плавно опускаясь на шею. Цурская выгибается, предоставляя больше пространства, и вздрагивает, когда по ее пульсирующей вене проходятся языком, после сразу же впиваясь губами.

Шумный вздох, отдаленно напоминающий стон, ласкает слух, когда Кульгавая переходит на ключицу, одной рукой бесстыдно исследуя ее тело, а второй удерживая себя, чтобы не завалиться всем весом на девушку.

Вика пообещала себе полностью довериться в этих отношениях, начиная от разговоров и заканчивая сексом. Она больше не хотела контролировать ситуацию, собственноручно выбрав подчиниться.

Пальцы ложатся на ее шею, чуть сдавливая горло, когда губы Сони возвращаются к ее собственным, грубо сминая их. Нехватка воздуха разжигала еще больше огня внутри ее тела, от макушки и до кончиков пальцев.

Будто горячий свинец разливался по венам, от осознания этой близости, когда не хочется быстрее закончить, лишь бы просто удовлетворить свои потребности и с опустошением уйти куда-нибудь, чтобы побыть в одиночестве. Соня оттягивала момент, полностью владела ситуацией, ей было слишком хорошо в этом моменте.

Она отстраняется первой, не разрывая зрительного контакта. Внимательно следит, как взгляд Вики следует за ее руками, девушка словно завороженно наблюдает за тем, как Кульгавая снимает кольца с пальцев, небрежно откладывая их на тумбочку.

Рваный вздох слетает с ее губ, когда чужие руки хватаются за край пижамных шорт, уже без ожидания одобрительного кивка потянув их вниз. Соня никогда не нарушала ее границ, каждый раз убеждаясь в том, что девушке комфортно от каждого ее действия. И это точно было новым этапом, когда разрешение уже не требовалось.

Она нарочно долго проводила пальцами по коже бедер, наслаждаясь этой безоговорочной податливостью.

- Подними ее выше, - Кульгавая бережно хватается за руку в гипсе, заводя ее за голову девушки, - Я боюсь задеть.

Соня удерживает себя на весу одним коленом и локтем, подталкивает бедро Цурской одной рукой, чтобы чуть шире развести ее ноги и целует сначала ее щеку, плавно переходя на губы. Сбивает с мыслей, вкладывая весь напор в поцелуй и улыбается сквозь него, когда чувствует, как она вздрагивает всем телом, выгибаясь в пояснице и шумно вбирая ртом воздух.

Неудобная поза совсем не беспокоит, когда она знает, что именно так она может ощущать ее стоны на своей коже, глядеть в закатывающиеся от ощущений глаза, целовать, пока Вика активно пытается вобрать в легкие как можно больше воздуха.

А у Цурской сводит ноги, трясутся колени и голова кружится как после американских горок. В перерывах между поцелуями она до боли кусает свои губы, вертится в разные стороны, лишь бы не быть слишком громкой. Она затыкает саму себя, практически скулит, когда Кульгавая ускоряет темп, вдавливая ее в матрас.

- Сонь, - С трудом проговаривает даже одно слово, запрокидывая голову назад.

- Что? - Дыхание Кульгавой так же сбито, но она продолжает упорно смотреть в глаза.

- Можешь, - На выдохе произносит, перебивая саму себя очередным сдавленным стоном.

- Я много могу, что ты хочешь? - Усмехается, глядя на нее с неприкрытым восхищением. Одно осознание что все, что сейчас происходит с этой девушкой - дело рук Сони, напрочь сносило крышу, - Ну? Какие пожелания?

- Блять, - Вика почти рычит, закрывая глаза, пока мысли путаются, - Грубее можешь?

Цурская сильнее зажмуривает глаза, краснея от собственной фразы. Она слышит тихий смешок, не рискуя взглянуть на Кульгавую, знает, что поплывет еще сильнее, если увидит ее сейчас. С растрепанными волосами, ухмылкой и в полумраке комнаты.

Просьба была выполнена тут же и она выгнулась еще сильнее, содрогаясь всем телом. Пытаясь ухватиться за что-нибудь, она дергает руками, с глухим ударом врезаясь гипсом куда-то в висок девушки.

- Прости, - С трудом проговаривает, наконец распахнув глаза.

- Все нормально, - Кульгавая улыбается, даже не обратив внимание. Обе руки Вики ложатся на ее плечи, сползая чуть ниже.

Мышцы на ее предплечьях горели от напряжения, но она наклоняется ниже, находя ее губы и, из последних сил ускоряет темп еще сильнее, двигаясь грубо и жестко. Голова Вики снова запрокидывается на подушку, открывая шею.

Кульгавая оставляет багровый засос, всем телом ощущая то, как трясет сейчас Цурскую. Было плевать на все происходящее вокруг, мир ограничился только этим моментом. Она прокладывает дорожку поцелуев к ее уху, не обращая внимание на неприятные ощущения в мышцах, они ушли на второй план.

- Давай, громче, - Шепчет на ухо, обдавая кожу горячим дыханием. Соня знала, что она делала с ней и через секунду после ее фразы Вика буквально вскрикивает, моментально кусая собственную руку.

Все тело вмиг тяжелеет.

                                            ***

- Я думаю вы все понимаете, как это мероприятие важно для репутации нашей школы, - Директор уже десять минут говорил нудную речь, собрав всех старшеклассников в библиотеке.

Вечер воскресенья обычно проходил без подобных собраний, но впереди был приезд представителей министерства образования, отчего был объявлен срочный сбор.

Вика сидела на стуле, безучастно уставившись в одну точку. В теле все еще ощущалась слабость, а ноги были словно из ваты. Сейчас ей хотелось только вернуться в кровать и просто лежать, утопая в этом приятном ощущении.

- Виктория, Вы меня слышите? - Она дернулась, когда почувствовала толчок в плечо от Давида и свое имя, слетевшее с уст директора.

- Я? - Она удивленно хлопала глазами, пытаясь понять, что от нее хотят.

- Да, - Мужчина сдержанно вздохнул, - Я назначаю Вас ответственной за подготовку мероприятия. Возьмите, пожалуйста, план, - Он держал в руках стопку бумаг, протягивая их перед собой.

Пропустив всю информацию мимо ушей, она тихо ругнулась себе под нос, поднимаясь со стула и немного пошатываясь.

- Че это с ней? - Григорьева, сидевшая по левую сторону от Сони, чуть наклонилась, провожая подругу взглядом.

- Устала, наверное, - Кульгавая опустила глаза в пол, закусывая нижнюю губу, чтобы скрыть улыбку.

Вика взяла в руки бумаги со сценарием их будущего мероприятия, даже не стараясь вчитаться в смысл слов. Не было сил протестовать, поэтому она смирилась с этим, по ее мнению, непонятным выбором ответственной и направилась обратно к своему стулу.

- Воротник подтяни, - Соня наклонилась к ней чуть ближе, тихо произнеся фразу.

- Что? - Цурская продолжала витать в облаках, хлопая глазами.

- Говорю, воротник выше подними, - Краем глаза Кульгавая еще раз взглянула на яркий засос, который торчал из-под водолазки девушки.

Рука Вики быстро схватилась за собственную шею, нервно натягивая ткань выше.

                                          ***

Уже утром понедельника она смогла прочитать сценарий, мысленно проклиная вчерашнюю себя за то, что не сделала хоть что-нибудь, чтобы отказаться. Найти ведущих, собрать первоклашек и написать речи было несущественным по сравнению с тем, что там был отдельный пункт про оздоровление и физкультуру.

До мероприятия было всего три дня, поэтому сбор основных участников нельзя было откладывать на потом. И во время большой перемены, пока все отдыхали по комнатам, Вика уже шла в сторону спортивного зала, мысленно отсчитывая пройденные шаги.

Внутри все еще сжималось неприятное чувство, но в этот раз она была настроена гораздо смелее. Страх сменился раздражением.

- Здравствуйте, Антон Юрьевич, - Она уверенно открыла дверь, а ее голос отражался эхом от стен спортзала.

- Цурская? - Мужчина удивленно нахмурил брови, отвлекаясь от журнала.

Вика прошлась взглядом по его телу, замечая замотанную в бинт кисть руки.

- Я по делу, - Она выбросила лишние мысли из головы, твердо отчеканив и встав напротив учителя, - У нас через три дня приезжает министерство, будет мероприятие, от Вас нужна речь о физкультуре в школе и несколько учеников, кто готов к ГТО.

- Тебя заявить? - Мужчина усмехается, кивая в сторону гипса на ее руке.

- А на Вас? - Она смело смотрит в ответ, встречаясь с непониманием в его глазах.

- Что?

- Я говорю, на Вас заявить? - Проговаривает совершенно спокойно, - Если этот аттракцион юмора закончен, мы можем по делу поговорить?

- Откуда столько смелости?

- Вы по существу ответите или так и будете нести хуйню?

- Соблюдай субординацию, Цурская, - Он делает шаг вперед, скрещивая руки на груди, но встречается лишь с упрямым взглядом и таким же шагом навстречу.

- На ГТО кого заявляем? - Она проговаривает по словам, смотря точно в глаза мужчине. Из-за зарницы в росте приходится задрать голову.

- Григорьева и Кульгавая от девочек, Бородин и Троепольский от мальчиков.

- От Вас речь про физкультуру, - Она бросает уже через плечо, направляясь к выходу из зала.

- Напоминаю, что наши условия в силе.

- Напоминаю, что я помню, - Она оборачивается, прижимая бумаги к груди, - Главное, Вы не забывайте.

                                          ***

- Курочки, не отдавливаем ноги дамам, - После очередного девичьего визга Аркадий устало вздыхает, стоя в центре зала, - Давайте, перерыв пять минут и еще раз с самого начала, - Парень хлопнул в ладоши, отходя к подоконнику.

Вика отпустила руку Ромы, с которым они упорно изучали новые движения в танце и вместе с парнем прошла к лавочке, устало усаживаясь на нее.

- Ты какой-то задумчивый сегодня, - Она по-доброму улыбается, проверяя телефон на наличие новых уведомлений, - Что-то случилось?

- Не, все хорошо, - Отмахнувшись, он натянул слабую улыбку на лицо, открывая бутылку воды.

- Ну, я же вижу тебя тревожит что-то, - Цурская заметила изменения в поведении парня еще с самого утра, но не хотела беспокоить его, - Ты можешь поделиться, если хочешь. Я тебя выслушаю.

- Ты будешь считать меня параноиком, - После небольшой паузы, парень все-таки подает голос, стараясь выглядеть более расслабленным, но напряженные плечи выдавали его состояние.

- Я сама параноик, так что давай, выкладывай.

- Меня уже второй раз вызывают на сдачу крови, - Рома упирается локтями в свои колени, не замечая, как Цурская удивленно раскрывает рот, - Странное предчувствие, будто что-то не так.

- Куда тебя вызывают?

- В медкабинет, - Парень спокойно отвечает, - И вот, че то я загрузился из-за этого. Может там не все в порядке.

- А что родители говорят? С ними же, наверное, должны были связаться, - Цурская задерживает дыхание, стараясь выглядеть как можно более расслабленной.

- У меня нет родителей, - Вика прикрывает глаза, вспоминая все их разговоры и отмечая, что парень действительно никогда не упоминал свою семью, - Они погибли, когда мне девять лет было.

- Прости, что спросила, - Девушка аккуратно кладет руку ему на плечо, чуть сжимая, - Ну, а опекуны?

- Не, у меня никого нет. Я в детском доме был, потом благодаря учебе меня сюда перевели. Ты извини, что я раньше не говорил, не люблю делиться этой информацией, все сразу жалеть начинают.

Парень перевел на нее взгляд и ей не оставалось ничего, кроме как сделать вид, что она совершенно спокойна и понимающе кивнуть.

- Блин, девочки написали, попросили срочно подняться в комнату, - Взглянув на пустой экран, Вика придумала первое, что пришло в голову, - Я скоро вернусь.

Цурская вскочила на ноги, пулей вылетая из спортивного зала. Мысли в голове путались и, пройдя до угла коридора, она разблокировала телефон, сразу же заходя в список контактов.

- Ты где сейчас? - Как только она услышала голос Сони, сразу же задала вопрос, нервно кусая палец.

- В курилке, что-то случилось?

- Будь там, я сейчас приду.

Она быстро сбрасывает, перепрыгивая через ступеньки на лестнице. Приходится уворачиваться от встречных людей, практически переходя на бег.

Дверь распахивается и она врезается взглядом в Кульгавую, сидящую на подоконнике с сигаретой и Юлю, которая стояла у другого конца подоконника, докуривая свою.

Была понятно, что своим появлением, Цурская прервала какой-то диалог и, судя по лицу Сони, не самый приятный.

- Ты закончила? - Увидев, как сигарета брюнетки оказалась в мусорном ведре, Вика перевела на нее взгляд.

- Допустим.

- Можешь оставить нас одних?

- Так и быть, доставлю тебе такое удовольствие, - Юля самодовольно усмехается, немного задерживаясь на месте, - Договорим потом, Сонечка, - Она делает акцент на последнем слове, отчего Кульгавая только закатывает глаза, шумно выдыхая.

- Я объясню, - Соня виновато смотрит на Цурскую, когда дверь уборной хлопает.

- Потом, - Вика отмахивается, даже не придав значения словам брюнетки, - Ты просила, чтобы я сразу шла к тебе, если вдруг что.

- Что случилось?

- Рома, - Она вздыхает, прикрывая глаза, - Он из детского дома. И у него зачем-то уже второй раз берут кровь тут.

- Подожди, давай по порядку, - Соня кладет руки на ее предплечья, притягивая чуть ближе к себе, - Откуда ты это узнала?

- Он сам рассказал. Мы сейчас на репетиции были, он все время был какой-то нервный. И на перерыве рассказал, что его уже второй раз вызывают сдавать кровь, - Цурская нервно закусывала губу, - Тебе хоть раз здесь брали кровь?

- Нет, - Соня машет головой, хмуря брови, - Прививки только делали, но это еще в начальных классах было.

- Вот и меня это напрягло. Я аккуратно спросила про родителей и он сказал, что он из детского дома и что его перевели сюда.

- Он может что-то знать еще?

- Я не знаю, - Она устало выдыхает, утыкаясь лбом в плечо девушки, - И мне надо вернуться на репетицию.

- Иди, когда вернешься, поговорим, - Кульгавая целует ее в висок, поглаживая по спине.

Кажется, что эта история не закончится никогда.