ОРЛАН | Соня Кульгавая

Напишите, пожалуйста, что думаете❤️ Мне это очень важно❤️

Накрахмаленное постельное белье хрустит, охлаждая разгоряченную кожу, что не была закрыта тканью пижамы. Вика крутится с одной стороны на другую, все еще чувствуя «вертолеты» после выпитого алкоголя. Но все мысли занимал только тот поцелуй в кладовке, который произошел вообще неведомым для нее образом.

Просто произошел и все. Никаких предпосылок, разговора после или неловких переглядываний с Кульгавой. Он будто бы так и остался секретом того подвала, который никогда не выйдет за его пределы.

Но больше всего ее интересовала собственная реакция. Вика не испытывала шока от произошедшего, не накручивала себя, а просто прокручивала этот момент уже тысячный раз в своей голове, без какой-либо эмоциональной окраски. Возможно, утром она проснется, когда все выпитое останется лишь в головной боли и чувстве сумасшедшей жажды, она осознает все произошедшее. Но пока что это лишь тысяча первый раз, когда перед закрытыми глазами стоит образ Сони, целующей ее за той старой потрескавшейся дверью.

Она уснула лишь к утру и проснулась ближе к обеду, когда Мишель, не стесняясь соседок, включила музыку, пока старательно вырисовывала стрелку.

- Гаджиева, еб твою мать, - Софа накрыла голову одеялом, морщась от головной боли, - Единственный выходной, ты че подорвалась так рано?

- Половина первого, вообще-то, - Блондинка смеется, отрываясь от небольшого зеркала, - Скоро обед.

- Ну и хуй с ним, - Софа приподнимается на локтях, одним глазом оглядывая комнату, - Вода есть?

Следом в нее прилетает бутылка холодной минералки, которая казалась самым настоящим спасением в тот момент.

Цурская слушала подруг с закрытыми глазами, прислушиваясь к своим чувствам и, на удивление, никаких признаков похмелья не было. Неужели кто-то свыше смиловался над ней и позволил прожить этот день не в обнимку с обезболивающим и бутылкой воды.

- Я в душ, - Вика откидывает одеяло, тут же ощущая прохладу комнаты. Отопление так и не наладили.

- Погоди, я с тобой, - Софа поднимается следом, хватая полотенце со спинки стула, - Меня будто трактором переехали.

В это время душевые всегда свободны, поэтому можно спокойно погреться под струями горячей воды, без надоедливой очереди за дверьми. И как только Вика становится под поток воды, поджимая пальцы от ледяной плитки под ногами, каждая мышца в теле расслабляется, кожа краснеет и волосы тут же липнут к лицу.

В голову снова лезут мысли о вчерашнем, возвращая ее в ту кладовку. Она прикусывает нижнюю губу, вспоминая как это вчера делала Соня. И тут приходит осознание, что скоро им придется встретиться лицом к лицу. Помнит ли она вообще о вчерашнем? И что сама Кульгавая думает о случившемся? Думает ли?

За почти два месяца в школе они сблизились, проводили время в курилке по ночам, часто разговаривали на личные темы во время перерывов, вместе сидели на дополнительной алгебре и вместе прогуливали. Но никто из них и не мог подумать, что это могло привести их к тому, что случилось ночью.

Может, для Сони это вообще ничего не значило, очередной пьяный поцелуй с подругой, который случался практически с каждой. Но, пока шампунь с восточным запахом стекал по ее волосам, в голове пронеслась мысль, а что же сама Цурская думает об этом.

Она все еще не дала самой себе ответ, что это было для нее. Пьяный бред, случайность или она на самом деле хотела этого? Хотела бы повторить?

Из-за неприлично высокой температуры воды и контраста с холодным воздухом, все помещение заполнилось паром и стало немного тяжелее дышать. Тонкими пальцами она выкрутила кран на среднюю температуру, руками смывая шампунь с волос.

Махровое полотенце приятно царапало кожу, впитывая в себя лишнюю влагу. Блондинка быстро переоделась в спортивные штаны и худи, которые взяла с собой, и, завязав полотенце на голове, вышла из душевых, нараспашку раскрывая дверь.

- Куда так летим? - Она чуть ли не снесла с ног Соню, которая стояла рядом, с зубной щеткой в руках и таким же полотенцем на голове.

- Ой, прости, - Вика делает шаг назад, все еще крепко держась за ручку двери. Щеки вновь вспыхивают красным, пока она наблюдает за усмешкой девушки напротив.

- Как себя чувствуешь? - Кульгавая облокачивается плечом на стену, без зазрения совести рассматривая собеседницу, и ей явно нравилось ее смущение. Помнит.

- Кстати, на удивление, нормально, - Вика чуть расслабляется, отгоняя навязчивые мысли, - Я думала я умру после вчерашнего.

- До или после подвала? - Цурская точно не могла понять смысл этого вопроса и, несмотря на ощущение собственного сердцебиения в районе горла, она всеми силами старалась показать свое тотальное спокойствие.

- После коктейля с вискарем и ликером, - Они обе смеются, вспоминая все те «зелья», которые мешали вчера.

- Ну, то есть, после подвала все было хорошо? - Она приподнимает бровь, уже выигрывая в этой игре, правила которой знала только она сама. Цурская проиграла, как только вышла из этого чертового душа.

- Более чем, - Выдает на последних силах, заталкивая как можно глубже ощущение тревоги и пульсирующих висков.

- Странно, потому что там уже было гораздо интереснее, - Натянутая улыбка сползает с лица, а щеки окрашиваются в пунцовый. Что она делает сейчас? - Вы мешали водку с виски.

Кульгавая выдает это с победной улыбкой, отталкиваясь от холодной стены. Она получила желаемую реакцию.

И как теперь смотреть в глаза?

***

Воскресенье всегда был днем отдыха, но преподаватели часто придумывали разные активности, чтобы ученики не проводили время за абсолютной прокрастинацией. И теперь вся школа готовилась к балу, посвященному Хеллоуину.

Вика, которую отправили в столовую за чесноком для ожерелья Григорьевой, которая была вампиром. Никто до конца не понимал идею этого костюма, но спорить с ней не решались, проще было сделать так, как этого хотела подруга.

Уже выучив планировку здания, Вика медленным шагом шла мимо кабинетов начальных классов, замечая какое-то движение в одном из них. В обычный день это не привлекло бы ее внимание, но сегодня не было уроков и все дети давно были в своих комнатах, наряжаясь в костюмы.

Рука аккуратно легла на дверь, пока она присматривалась к тому, что происходило за ней. В помещении были четверо девочек, лет восьми, в нижнем белье и майках на бретельках. Они по очереди становились к стене, после чего срабатывала вспышка.

- Что за херня? - Блондинка говорит себе под нос, едва ли слышно.

Это не было похоже на медицинское обследование или обычную школьную фотосессию. Кому вообще придет в голову фотографировать детей в нижнем белье?

Сторона человека за объективом не была видна через небольшую щель в двери, поэтому пришлось тихо отойти, все еще прижимая к себе пакет с чесноком. Теперь состояние полного спокойствия было смещено мыслями, сменяющими друг друга. Стоило ли зайти в кабинет и самой узнать что происходит? А может это вообще стандартный протокол?

- Ну наконец-то, я думала я не дождусь, - Григорьева забрала из рук подруги пакет, как только она зашла в комнату, - Ты сама придумала кем будешь?

- Что? - Все еще витающая в своих мыслях, Цурская встрепенулась, - А, я не знаю, Мишель обещала что-то придумать.

- Она будет ангелом, - Гаджиева взяла подругу за руку, утягивая к своей кровати, где была выложена вся ее косметика, - У меня есть белое платье, вообще идеально будет.

- Я бы не доверяла ее энтузиазму, - Подала голос Кульгавая, поправляя на себе темно-зеленый парик, - Она сказала я буду очень красивой.

- Ой, не пизди, на тебя хоть мешок от картошки надень, будешь соской, - Григорьева недовольно сморщилась, насаживая чеснок на нитку, - Че тебе не нравится?

- То, что вы вампир, Харли Квин и ангел, а я утопленница, как вариант.

- Мне надо было куда-то деть свой парик, - Мишель, не отрываясь от макияжа Вики, буркнула в ответ.

- И почему это именно я?

- Потому что мне он не подходит, а Софа отказалась, - Вика посмеивается из-за очередной перепалки, не двигаясь.

- А был вариант отказаться? - Кульгавая отрывается от телефонной игры.

- У тебя - нет, - Софа громко вздыхает, - Тем более какая тебе разница?

- В смысле?

- Ну, я хочу пойти такой горячей вампиршей, чтобы Давид ахуел уже и подкатил, Мишель спалила, что ее ненаглядная будет Джокером, а тебе то че?

- То есть, ты считаешь, мне не к кому подкатить и поэтому можно сделать меня ебаной утопленницей? - Соня усмехается, откидывая телефон в сторону.

- А че, есть к кому? - Григорьева делает удивленный взгляд, отвлекаясь от своего ожерелья, - Ну-ка, оповести подруг.

- Это образно, - Соня играет бровями, лукаво улыбаясь.

- После этих твоих «образно» мы ещё по полгода отходим от твоих интрижек, - Мишель смеется над фразой подруги, явно вспоминая какие-то ситуации из прошлого, - И вообще, не наводи кипишь, ты самая разъебная утопленница из всех.

В голове у Цурской же, в это время был полный сумбур из мыслей о прошлой ночи, встречи в душе, разговора в данный момент и того, что она увидела по дороге в комнату.

- Слушайте, - Когда мысли уже разрывали черепную коробку, она подала голос, - Я пока шла сюда, увидела кое-то очень странное. Я не знаю, нормально это или нет, но в кабинете у началки кто-то фоткал девочек.

- В каком смысле фоткал? - Софа, уже нацепившая на себя чеснок, влезала в черное платье.

- В нижнем белье, я не видела кто, - Все в этот момент уставились на подругу, с недоумением на лицах.

- Чего? - Кульгавая нахмурилась, внимательно смотря на одноклассницу, - Еще раз, что ты видела?

- Ну, в кабинете у мелких, которые на первом этаже, там были четыре девочки, я не знаю, может второй класс, их кто-то фоткал там в майках и трусах.

- Ебать, что? - Мишель опустила руку с кистью, пачкая одеяло пудрой, - Детей?

- Какая-то конченая хуйня, - Григорьева переглянулась с Соней, которая тоже была в шоке от услышанного, - А как ты поняла, что их фоткают?

- Там вспышка была.

- Это во сколько было? Можно по камерам посмотреть кто заходил в кабинет, - Софа уселась на свою кровать, подхватывая с тумбочки телефон.

- Минут за пять до того, как я пришла.

- Давайте посмотрим камеры.

***

- Че скучаешь? - Соня подсаживается к Вике, которая безучастным взглядом наблюдала за танцующими подростками, - Ты весь вечер какая-то загруженная.

- Да что-то настроения особо нет, - Она вновь окидывает взглядом толпу, - Как там говорят, дофаминовая яма? После вчерашней пьянки.

Соня тихо смеется, складывая руки в замок. На щеках появляются ямочки, на которые бессовестно залипает Цурская.

- Пойдем покурим, - Она хватает одноклассницу за руку, выводя из огромного посещения библиотеки, набитого старшеклассниками.

Они обсуждают неловкие попытки Софы привлечь внимание Давида, смеются над исчезнувшей Мишель, которая в самом начале праздника выцепила девушку, на которую положила глаз и в сотый раз вспоминают нелепый костюм исторички.

Кульгавая пропускает ее вперед в свою комнату, чтобы забрать сигареты, и когда за спиной закрывается дверь, Вика чувствует на запястье крепкую хватку.

Она поворачивается, чтобы понять причину, но в ту же секунду встречается с мягкими губами. Которые размазывают темную помаду по ее бледным.