18 part.
***
Утро. Вероника проснулась от первых лучей солнца, мягко пробивавшихся через тюлевые занавески. Она потянулась, потёрла глаза и взглянула на часы. 7:30. Ещё не так рано, но и не поздно. Точно хватало времени, чтобы спокойно позавтракать и подготовиться к дню.
Она вышла из кровати, пощёлкала выключателем, включив свет в ванной, и посмотрела на себя в зеркало. Легкие сумерки всё ещё не успели рассеяться, и её лицо казалось немного размытым, как и её утреннее настроение. Вероника не была ранней пташкой, но утро всё равно всегда начиналось с её ритуала: горячий душ, чашка кофе и лёгкий завтрак. И вот, после того как она помылась и умылась, Вероника вернулась в свою спальню и, привычно потянувшись, взяла мобильный.
Она наткнулась на пропущенный звонок от Глеба. Это было странно, ведь они с ним редко связывались рано утром. Он ведь всегда был занятым человеком, увлечённым работой, и часто прерывал все свои утренние занятия, чтобы дать ответ на важные вопросы. Может быть, он всё-таки на работе? Ведь, как правило, ему не удавалось перезвонить сразу. Вероника набрала его номер, но трубку никто не поднял. Это её не сильно удивило, ведь Глеб часто не отвечал, когда был занят.
Наверное, опять репетиция или запись, — подумала Вероника, убирая телефон обратно в карман джинсов. — Он ведь всегда так увлекается.
Сегодня у неё был выходной. В планах — провести время с сестрой Викторией. Они давно не виделись, и Веронике хотелось не только пообщаться, но и немного отвлечься от своей повседневной рутины. Виктория всегда была её лучшей подругой и источником вдохновения. Хотя Вероника тоже активно занималась своим делом, сестра её в этом поддерживала.
Привела себя в порядок, захватила сумочку и вышла из квартиры. У Виктории была квартира недалеко, всего в 15 минутах ходьбы. Пока шла, Вероника размышляла о Глебе. Он был её другом, а может, даже больше — чем другом. Её чувства к нему становились всё более запутанными, и хотя она старалась держать свои эмоции под контролем, не могла не думать о нём. Он был её режиссёром, и их отношения всегда оставались профессиональными, но что-то в их взглядах, в тех тихих, почти незаметных касаниях, когда их руки случайно встречались, не давало ей покоя.
Придя к сестре, она сразу почувствовала, как ей стало легче. Виктория всегда умела зарядить позитивом. Она открыла дверь, радостно улыбнулась и сразу обняла её.
— Привет! — Виктория сказала, проводя Веронику в комнату. — Я так рада тебя видеть!
— Я тоже! — ответила Вероника, снимая пальто. — Не видели друг друга целую вечность.
Они сели за стол и начали пить чай. Виктория, как всегда, была полна идей и планов. Она быстро начала делиться последними мыслями о новом проекте, над которым работала, и как она готовится к предстоящим съёмкам. Вероника слушала её с интересом, но мысли всё время возвращались к Глебу. В какой-то момент она решилась поделиться с сестрой тем, что давно её беспокоило.
— Ты знаешь, Глеб... — начала Вероника, немного замявшись. Она не была уверена, как это сказать. — Я думаю, у нас с ним что-то большее, чем просто профессиональные отношения.
Виктория подняла брови, заинтригованная.
— Как это? — спросила она, отставив чашку. — Ты говоришь, что у вас есть чувства друг к другу?
Вероника кивнула.
— Да. Я не могу точно объяснить, что происходит, но иногда мне кажется, что это не просто работа. Он как-то... не так смотрит на меня. Иногда я чувствую, что он что-то скрывает, но одновременно ведёт себя очень осторожно, как будто ждёт, что я сделаю первый шаг.
Виктория задумалась.
— Ты говоришь, что он тебе нравится?
— Да. Мне нравится, как он смотрит на меня, как он разговаривает, как он чувствует, что я думаю, даже когда я этого не говорю. Но... — она помолчала, не зная, как продолжить. — Но ведь он же мой режиссёр. Всё это так сложно. Я не могу просто сказать ему, что чувствую. Это всё нарушит баланс.
Виктория кивнула, внимательно выслушав её.
— Ты права. Знаешь, иногда отношения между режиссёром и актёром бывают очень сложными. Но ты не должна бояться чувств. Я думаю, если бы Глеб действительно что-то чувствовал, он бы сам тебе сказал.
Вероника вздохнула, оглядывая сестру.
— Я не уверена. Может быть, он тоже боится, что это всё слишком рискованно. Он всегда очень закрытый человек, знаешь? Я даже не уверена, что он готов признаться в этом перед собой.
— Ты права, — согласилась Виктория. — Но всё равно ты должна быть честной с ним, если ты хочешь, чтобы что-то изменилось. Не нужно бояться сказать, что ты чувствуешь.
— Ты думаешь, я должна ему сказать? — Вероника посмотрела на сестру, как будто пытаясь понять, какой совет ей лучше принять.
— Да, я думаю, что да. Ведь если это не ты, то кто? Он, наверное, не решится. У него слишком много проблем и страхов. Но ты, Вероника, можешь быть той, кто покажет ему, что не стоит бояться быть собой.
Вероника задумалась, принимая слова Виктории к сведению. Они оба сидели молча, погружённые в мысли. Время шло, но её беспокойство не оставляло её. Почему Глеб не отвечал на звонки? Это было так нехарактерно для него.
Виктория заметила её растерянность.
— Всё в порядке? Ты как-то задумалась.
— Да, просто... — Вероника немного отвела взгляд. — Я думаю, мне нужно вернуться домой. У меня странное ощущение. Я не могу связаться с Глебом, и мне это не нравится. Он всегда перезванивает. Я знаю, что он не мог бы просто так забыть. Это очень странно.
Виктория взглянула на неё с тревогой.
— Тебе стоит пойти домой, да. Я понимаю, что ты переживаешь. Может, всё в порядке, но лучше проверить.
Вероника кивнула, чувствуя, как в груди поднимается беспокойство.
— Спасибо, что выслушала. Ты всегда знаешь, что сказать.
Она встала и направилась к двери. Её шаги стали быстрее, как будто интуиция подсказывала, что что-то действительно не так.