32.
Кейла
Каждый раз, когда я убеждаюсь в том, что ты плохой человек, как специально, ты доказываешь обратное.
Я едва могу соображать, когда пытаюсь вызвать такси. Мои руки трясутся от истерики, что просыпается изнутри. Точно знаю, что мне нужно попытаться уйти как можно дальше от главного входа, потому что я не хочу столкнуться ни с Итаном, ни с Джимом. Полагаю, они оба достаточно вытерли об меня ноги. Мне хватило.
Перехожу дорогу, чтобы оказаться в торговом центре неподалеку и спокойно уехать домой. Невыносимо больно. Не от того, что Итан выбрал другую девушку, а от потерянного доверия. Я была уверена в этом мужчине. Я знала, что он любит меня и не способен на предательство. Оказалось, что нет. Я как дура старалась поступать правильно, потакала его прихотям, всегда со всем соглашалась, не провоцировала конфликты и молчала, когда хотелось высказаться. В нем я потеряла саму себя. И от этого еще тяжелее.
Джим. Что касается этого человека, я совершенно не понимаю чего он хочет. В один момент Хандерс целует меня, в другой-говорит, что ужаснее меня никого нет. Когда он посмотрел в мои глаза, там в раздевалке, я видела как сильно он переживал. Неужели можно волноваться за того, кого ты не переносишь? Я увидела его впервые после выставки и могу сказать одно. Я скучала. Мне хотелось обнять его. Молча. Чтобы тот не открывал рта, лишь бы все испортить. Я нуждалась в Джиме. И мне стыдно за это перед собой. Как можно скучать по тому, кого терпеть не можешь?
Наконец нужная мне машина тормозит, и я быстро запрыгиваю в салон. Начинается дождь. Мы едем по оживленным улицам в бесконечных пробках. Водитель молчит, пока я хлюпаю носом. Я пытаюсь заставить себя продержаться еще немного, прежде чем отпустить эмоции, но слезы не слушаются и льются по щекам. Сама того не желая, погружаюсь в воспоминания, где мы с Итаном были счастливы. Казалось, что были...
Я не думала, что потеряю его. Морган, действительно, хороший человек, и я привыкла к нему. Больно отпускать людей, которые так или иначе оставили на сердце след. Крупные капли ливня барабанят по стеклам, вызывая мою улыбку. Я люблю дождь. А сейчас он словно отражает мое душевное состояние после сегодняшних событий. Ужасный день. И надеюсь не станет еще хуже.
Я выхожу возле дома. Замираю на месте, закрываю глаза, поднимая голову к небу. Вода смешивает мои слезы вместе с макияжем и портит прическу. Я быстро промокаю насквозь, но мне нравится ощущать холод, что приводит меня в чувства. Поднимаюсь в квартиру, стягиваю с тела мокрые вещи и захожу в душевую кабину. Теплая вода смывает кошмар сегодняшнего дня. Я закрываю лицо руками, скатываясь по стеклу на пол. Эмоции, что я усердно копила с утра, вырываются наружу. Я громко реву, обнимая колени руками. Пускай это глупо, но у меня нет другого способа справиться с разрушенной в одночасье жизнью.
Я слышу как разрывается от звонков телефон, но не хочу отвечать. Мои пальцы болят от того, как сильно я держалась за скамейку, но это ни что по сравнению с внутренней ломотой. Ощущение, будто меня избили палками и оставили истекать кровью. Я понимаю, что преувеличиваю, загоняю себя в мысленную клетку, из которой не выбраться. Бесконечно накручиваю и делаю из казалось бы, рядового случая, настоящую трагедию.
Мне приходится приложить не мало усилий, чтобы подняться на ноги, нанести на тело любимый гель, поводить по нему мочалкой и замереть в бессилии, ожидая что вода смоет пену самостоятельно. Когда я вытираюсь полотенцем и заворачиваюсь в приятный на ощупь халат, беру в руки айфон. Моя лечебная терапия по восстановлению внутреннего баланса заняла два часа. Надо же. Еще немного и я приняла бы облик ихтиандра. Итан звонил 7 раз. Джим 2 раза. Неужели непонятно, что ни с одним из них, я не собираюсь вести диалог?
Набираю Амелию, потому что мне необходима ее поддержка. И желательно большая коробка с банановым мороженным. К сожалению, подруга не отвечает, и я понимаю, что не должна впутывать Флорес в случившееся, поэтому обреченно вздыхаю и плюхаюсь на диван. В этот момент в квартире раздается звон. Я иду к двери, замечая в зеркале заплаканные глаза, но сейчас мне все равно. Нажимаю кнопку монитора, чтобы посмотреть кто пришел, и хватаюсь пальцами за переносицу, сдерживая порыв послать мужчину. Джим Хандерс собственной персоной. С большим букетом тюльпанов. Неожиданно. Он никогда не дарил мне цветы, да и не зачем, мы никто друг для друга.
Мое сердце отчаянно просит впустить его. Оно ускоряет стук, и я прикладываю ладонь к груди. Ни за что. Я уже не раз открывала ему душу, вопреки доводам рассудка. Но не теперь. Я не позволю чувствам управлять мной. Включаю микрофон и говорю.
—Уходи, Джим.
Мужчина смотрит в камеру и, я прикрываю рот ладонью, замечая его разбитую физиономию. Не знаю, что стряслось, но меня это не касается. Пусть сам разбирается со своими проблемами.
—Давай поговорим?—лаского произносит он, абсолютно надломленным голосом, отчего мне становится только сложнее.
—Не о чем.
—Я хочу извиниться. Я был не прав.—его, казалось бы, искренние намерения подкупают меня, умоляя в очередной раз поверить.
—Мне не нужны извинения, Джим.—гнусная ложь. Я хочу услышать, как Хандерс берет свои слова назад, потому что я совершенно не такая, какой он меня считает. Но я не собираюсь доказывать...
—Позволь мне быть рядом. Прошу.—он прижимается лбом к железной двери, а внутри меня что-то переворачивается. Мне до невозможности тяжело противостоять притяжению между нами.—Я соскучился, детка.
Я запускаю пальцы в волосы, борясь с накатившими злобой и нежностью одновременно. Я готова разорвать мужчину на куски, также как и крепко обнять, вдыхая его запах. Он не имеет права приходить сюда и говорить подобное, не после случившегося.
—По той, кто думает только о себе и не годится для отношений?—я хватаюсь за замок, замирая ногтями на щелчке.
—Открой и поговори со мной. Я буду рад, если ошибаюсь.
Я не выдерживаю, распахивая дверь настежь. Джим тут же впивается в меня глазами. А во мне бурлит безудержный гнев, не смотря на желание обработать его раны.
—Поговорить? Почему же ты не обсудил все, что хотел на выставке? Ах да! Ты хотел унизить меня и дать понять, что я недостойна быть счастливой. Но у тебя ничего не выйдет! Я хороший человек, понятно? Если ты не увидел этого сразу, я не обязана показывать тебе свои лучшие стороны, чтобы заслужить одобрение. Пошел ты к черту, Хандерс!—я замолкаю, осознавая, что повысила голос и возможно сейчас устраиваю шоу для соседей. Джим молчит, бегая глазами по моему лицу.
—Ты плакала из-за меня или из-за него?—говорит мужчина, и в моем животе просыпаются бабочки. Это невероятное ощущение. И я бы не хотела, чтобы именно Джим вызывал внутри меня такой трепет, но ничего не могу с этим поделать.
—Это не твое дело.
Джим кивает. Протягивает мне букет, но я складываю руки на груди, намекая, что не возьму. Хотя цветы бесподобны. Тогда он демонстрирует коробку с мороженным, что находится в другой руке. Я удивленно распахиваю глаза, потому что оно банановое. Мне хочется ударить капитана. Откуда он знает о моих предпочтениях? Все мое тело тянется к лакомству, но я стойко держусь, давая ему понять, что мне не нужны его подачки, извинения, разговор, да и он сам...
—Ладно. Я уйду. Но послушай...—Джим кладет цветы и мороженное на пол. Делает шаг ко мне, пронзительно рассматривая.—Я виноват. Я пытался оттолкнуть тебя, потому что не смотря на сексуальное притяжение, мы разные. Мы не подходим друг другу. Ты считаешь меня лгуном, но это не так, я всегда говорил правду. И мне жаль, что я обидел тебя, но это мое мнение. Наверное, я могу ошибаться, потому что не успел узнать тебя лучше.
Он замолкает всего на секунду, прежде чем стать тем Джимом, которого я знаю. Мужчина подходит еще ближе.
—Но, честно, мне плевать. За эти дни я понял, что мне необходимо твое присутствие. Особенно после выставки. Потому что ты вызываешь во мне такую бурю, какой я никогда не испытывал. Ты хотела попробовать. Я тоже хочу. И неважно куда это приведет.
Сердце пропускает удар. Я сохраняю дистанцию только потому что слышу отголоски сознания. Мы не можем стать ближе. Я только что потеряла Итана, черт возьми! Он сам не понимает, что говорит!
—Напомню, ты считаешь меня шлюхой, которая изменила своему парню, как только ей стало скучно. Неужели ты предпочтешь меня Эмбер?
Джим обхватывает ладонями мое лицо, оказываясь критически близко. Мне очень хорошо с ним. Но как я могу быть с кем-то, кто боготворит другую девушку?
—Плевать на них. Итан мудак. А Эмбер...она заслуживает лучшего отношения. Я больше не могу игнорировать твое влияние на меня.—Джим гладит мое лицо большими пальцами, я кусаю губу. Я разделяю его чувства. Но, он дурак, если думает, что получит меня.
—Тебе пора, Джим—я убираю его руки, обхватывая себя за плечи.—Я была права, когда назвала тебя самовлюбленным эгоистом! Ты говоришь о своих чувствах, когда тебе все равно на мои! Ты пришел сюда не со словами поддержки, хотя мне чертовски паршиво, а чтобы переспать со мной! Я тоже заслуживаю лучшего отношения, Джим! Так что уходи!
Я хватаюсь за ручку двери, чтобы закрыть ее, но Джим не дает. Он входит в квартиру и обхватывает меня руками, пытаясь прижать к себе. Я колочу по нему кулаками, бью, что есть сил. По лицу, по шее, по груди. Везде, где могу. Но мужчина крепко обнимает меня и терпит избиение. Мои эмоции берут верх. Я оседаю в сильных руках, громко рыдая. Джим гладит мои волосы, не отпуская и не давая упасть.