Кашенцов. Сущность

 Университетская аудитория гудела, как улей перед дождём. Сквозь этот шум до Руслана долетела обрывчатая фраза:
— Этот Данила вечно нелюдимый, — голос был женский, чуть раздражённый, но с ноткой любопытства. Руслан, шатен с цепким взглядом, сидел за партой и слушал одногруппника, который с жаром излагал очередной план по уклонению от военкомата. Однако слова о Даниле перетянули его внимание, словно магнит.
— Я сколько раз пыталась с ним заговорить, — продолжала девушка, — а он то ли философ недоделанный, то ли «Евангелион» пересмотрел и теперь молчит, как персонаж оттуда. — Она вздохнула, и в этом звуке чувствовалась усталость от собственных попыток пробить стену чужого молчания.

Руслан чуть повернул голову, чтобы лучше слышать. Впереди, через пару парт, сидели две девушки: Лена, та самая, что жаловалась, и её подруга, которая тут же подхватила:
— Лен, ну что ты в нём нашла? Рост под два метра — это ещё не повод для романа. У нас тут парней на любой вкус, а ты залипла на этом молчуне. — Подруга закатила глаза, и её тон был смесью насмешки и искреннего недоумения.

Шатен невольно усмехнулся. Ему нравилось подслушивать такие разговоры — не из праздного любопытства, а потому что они давали пищу для размышлений. Кто такой этот Данила? Почему он так выделяется, что о нём говорят даже те, кому он, судя по всему, не отвечает взаимностью?
— Рус, ты чего, на Лену запал? — одногруппник, Влад, прервал его мысли, ткнув локтем в бок. В его голосе сквозила ухмылка.
— Нет, — Руслан слегка вздрогнул, возвращаясь к реальности. — Просто интересно, о чём они трещат. Удивительно даже, что на нашем потоке девушки есть. Я бы на их месте давно ушёл куда-нибудь... ну, ногти там делать, а не лекции высиживать. — Он говорил тихо, чтобы не привлечь лишнего внимания, но его взгляд то и дело скользил то к девушкам, то к тому самому «нелюдимому», что сидел у окна.
— И о чём тогда болтают? — Влад прищурился, явно заинтригованный.
— Да Лену этот рыжий отшил, похоже, — ответил Руслан, и уголок его губ дрогнул.

Влад едва сдержал смех, прикрыв рот рукой.
— Ну и вкусы у них, — выдавил он, когда смог говорить. — Могла бы Абдулу выбрать, тот хоть в Таджикистан свозит. А этот... как фарфоровая кукла, бледный, тощий, из дома небось только на пары выползает.

Шутки про одногруппников из других стран были в порядке вещей — никто особо не обижался, да и не принято было. Но стоило Владу упомянуть «фарфоровую куклу», как рыжеволосый парень у окна резко повернулся. Его взгляд, голубой и острый, вонзился прямо в Руслана. Это не было случайностью — он явно услышал. Шатен замер, чувствуя, как по спине пробежал холодок.
— Что такое? — спросил он громче, чем хотел, перекрывая шум аудитории. Ответа не последовало. Данила, не меняя выражения лица, отвернулся обратно к окну, будто ничего и не было.

Влад вопросительно глянул на друга.
— Он прямо на меня уставился, — пояснил Руслан, нахмурившись. — Как он вообще услышал? Тут гвалт, как на базаре. — Шатен продолжал смотреть на затылок рыжего, словно пытался разгадать его мысли.
— Ну так пойдём, спросим, — предложил Влад с лёгким вызовом.

Руслан кивнул. Вдвоём было не страшно, да и любопытство подогревало. Они поднялись и, лавируя между партами, подошли к Даниле. Сели за парту впереди него и развернулись лицом к лицу.
— Ты чего-то хотел? — начал Руслан без лишних церемоний, скрестив руки на груди. Его тон был ровным, но в глазах мелькала искра интереса.
— Ничего, — ответил Данила тихо, не отрывая взгляда от окна. Его голос был спокойным, почти безэмоциональным, как будто он говорил о погоде.
— Тогда зачем так пялился? — вмешался Влад, добавив напора. — Не стесняйся, мы не кусаемся.

Рыжий даже не шевельнулся, игнорируя их, как назойливых мух. Влад открыл было рот, чтобы продолжить, но Руслан хлопнул его по плечу, останавливая.
— Ладно, странный он, — сказал шатен, поднимаясь. — Но ты тоже не перегибай. — В его голосе мелькнула нотка примирения.

Они вернулись на свои места. Влад всё ещё ворчал:
— Ну и что он молчал? Я же нормально спросил.
— Да какая разница, — отмахнулся Руслан, доставая тетрадь и ручку. — Хотя... — Он замялся, заметив, что Данила снова бросил на него короткий взгляд. — Он опять пялится.
— Ну всё, теперь о каждом его движении докладывай, — хохотнул Влад, но Руслан только закатил глаза и уткнулся в телефон. Пары тянулись как обычно — скучно, долго, до зевоты. Уйти он не мог, хоть и устал ещё с утра.

К шести вечера учёба закончилась. Руслан быстрым шагом шёл на остановку, огибая толпы студентов. Майский ветерок мягко касался лица, но после душной аудитории это не радовало. В голове крутился только один вопрос: где поесть? Конечно, можно было, как типичный студент, слепить ужин из того, что есть дома, но зачем? Работа позволяла кушать в хороших местах. Эта мысль вызвала лёгкую улыбку, тут же сменившуюся вздохом. Зачем притворяться тем, кем не являешься?

Рядом с домом было полно кафе и ресторанов — выбор огромный. За годы учёбы он обошёл почти все, но сегодня решил зайти в проверенное место. Джаз тихо играл на фоне, свет был приглушённым, и Руслан, устроившись за столиком, наслаждался одиночеством. Его пиджак, сшитый на заказ, сидел идеально, подчёркивая уверенность и достаток. Он не любил кричащую роскошь, но умел выбирать вещи, которые говорили сами за себя.

Через час он уже был дома — в своей квартире среднего класса, где всё было продумано до мелочей. Никаких золотых статуэток или дорогущих картин, только функциональность и комфорт. Достичь такого после ухода из богатой семьи было непросто, но к двадцати трём годам Руслан справился. Начальный капитал в миллионы рублей позволял не работать всю жизнь, если не сорить деньгами направо и налево. Он и не бедствовал, но тратил с умом. Опускаться до дешёвых, но неудобных вещей? Нет, это не про него.

Детство в элите оставило след: он разбирался в технике, знал тренды, хоть и не гнался за ними. Если что-то ломалось, сначала пытался починить сам — не из экономии, а из интереса. В детстве прислуга часто мешала, боясь за свою работу, но он всё равно лез в механизмы, пока не разобрался.

Скинув одежду на кровать, Руслан сел рядом в одном белье, откинувшись на руках. День прошёл без подвигов, но тело ныло, а взгляд блуждал по стене. «Сегодня же ночная смена, — подумал он с тоской, — как неохота».

---

Полночь. Бар в стрип-клубе гудел своей жизнью. Руслан стоял за стойкой, разливая шоты пьяному посетителю, который нёс очередную чушь о своих бедах. Шатен кивал из вежливости, хотя ему было плевать. Сегодня не его смена — попросили выйти за другого, и от этого желание работать стремилось к нулю. Особенно когда знал, что придут «особенные гости».

«Гости» — слово, которое начальство произносило с таким пафосом, что хотелось скривиться. Какие гости? Дилеры, киллеры, всякий сброд, что крутился в этом подполье. Руслан давно привык к подобному — ещё с детства, когда отец не успевал спрятать следы своих дел. Натирая стаканы, он бросал взгляды на стриптизёрш, что поднимались на подиумы, танцевали и снимали всё, кроме белья. Их лица были пустыми, усталыми, и он невольно думал, что они такие же заложники обстоятельств, как и он сам. Официантки в откровенных нарядах сновали между столиками, разнося заказы, а воздух пропитался смесью алкоголя и дешёвых духов.

За стойку сел парень. Руслан поднял взгляд и узнал его сразу — рыжие волосы Данилы мерцали в свете стробоскопов. Он выглядел чужим среди этого хаоса, но в то же время вписывался — спокойный, слегка отстранённый, как будто пришёл сюда не развлекаться, а по делу.
— Что желаете? — спросил Руслан, сохраняя профессиональную холодность. На работе он не имел права на личные разговоры, даже с одногруппниками.
— Скотч, — коротко ответил Данила, как всегда, без лишних слов.

Руслан кивнул, приступая к заказу. «Первый раз его тут вижу, — подумал он. — Один. Может, кого ждёт?» В этом баре сделки были обычным делом, и тихий парень вполне мог быть замешан в чём-то тёмном. Пока он смешивал напиток, официанты подносили новые чеки. Один из них привлёк внимание — подписанный, с пометкой: «Парень молодого возраста, заказ: скотч, может капнуть».

«Капнуть» — код для убийства. Руслан замер, краем глаза глянув на Данилу. Никто другой под описание не подходил. Ужас холодной волной прошёл по телу. Нельзя обслуживать своих, но это было не просто правило — это был инстинкт. Но он не мог допустить, чтобы рыжего убрали прямо у него на глазах.

По таймингу оставалось минут пять. Руслан продолжил готовить, стараясь не выдать себя дрожью рук. Решение пришло быстро — он «случайно» плеснул скотч на Данилу. Тот поднял взгляд, спокойный, но с лёгким недоумением.
— Простите, — тихо сказал Руслан, избегая его глаз. — Можете пройти в уборную, привести себя в порядок.

Данила кивнул, вытер рукой пятно и встал, направляясь прочь. «Уходи совсем», — мысленно молил Руслан, но рыжий лишь скрылся за дверью. Шатен выдохнул, но облегчение длилось недолго — за спиной возник менеджер, и его взгляд не сулил ничего хорошего.