New Life | KivMer

После дня рождения сына Омер снова обнаружил себя в растрепанных чувствах: рваное и непоследовательное общение с Кывылджим, которое мучило его на протяжении последних нескольких недель, не поддавалось анализу.
Сейчас он не знал, что было хуже: когда он тупо бился в закрытую дверь или когда их общение стало походить на биполярное расстройство от хаотично проявляющихся эмоций в отношении друг друга.

Он устал от качелей из плюса в минус: он не мог себя контролировать в моменте, когда видел жену, потому что чувства всегда бежали вперед него.
Он понимал, что единственный способ защитить себя - это дистанцироваться. Именно это он и сделал в общении с ней, когда она позвонила с просьбой о встрече.

После того, как он пригласил ее в офис, где в выходной день старался отвлечь свой мозг полезными делами, внутри него вопреки всему загорелась теплая надежда на то, что она передумает насчет развода.
Его сердце, которое желало верить в это, подкидывало ему воспоминания о прошлом вечере, когда Кывылджим попыталась поговорить с ним, но так ничего и не вышло.
Другая же его часть, которая отвечала за здравый смысл, гасила эту надежду, распаляя его злость на эту женщину. Она раз за разом заставляла его проживать палитру от восторга до разочарования, и настала пора прекратить это. Она не будет больше иметь столько власти над ним.

Он надел маску безразличия, как только она переступила порог его кабинета, и бесстрастно выслушивал то, что она говорила. По мере того, как он начал понимать суть ее просьбы, его тихая злость, скопившаяся внутри по отношению к ней, стремилась вырваться наружу.

Пару недель назад он был бы счастлив услышать от нее «да» в ответ на его предложение приостановить бракоразводный процесс ради Алев.
Но сегодня... после того, как до этого она сама отказалась от их брака и продолжала настаивать на своем... она не имела права рассчитывать на его помощь.

Сейчас он чувствовал себя использованным. И несмотря на то, что он понимал, насколько ей тяжело было прийти и сделать ему это предложение...
Несмотря на то, что она сидела перед ним ранимая и уязвимая...
Несмотря на то, что его сердце больше всего на свете стремилось ее обнять и не отпускать больше никогда...
Он должен был дать и ей почувствовать, каково это - быть использованной.

Он смотрел на свою жену, которая сидела в смятении и растерянности перед ним, и ни один мускул не дрогнул на его лице, когда он озвучил свой пункт договора.

О: Мое условие заключается в том, что все время, пока длится процесс, ты будешь моей любовницей.

Его слова оглушили пространство, и тонкая нить электричества между двумя людьми вспыхнула молнией от напряжения, выплеснувшегося наружу.

Кывылджим застыла на месте от неожиданности и шока. Она не могла поверить в то, что только что вылетело из его уст.

К: Ч-что? - только и смогла вымолвить она, чувствуя, как ее начинает лихорадить внутри.

О: Ты слышала. Но я могу повторить, чтобы сразу расставить все точки над i. Ты будешь моей любовницей на протяжении судебного процесса - до тех пор, пока не отпадет надобность в моей услуге, как фиктивного мужа. Я думаю, что это будет вполне эффективное сотрудничество.

К: Это... это такая шутка? - истерично усмехнулась она, чувствуя, что начинает терять связь с реальностью.

О: Нет, это не шутка. Это... желание, - серьезно произнес Омер, и эта фраза, которая эхом отозвалась из прошлого, заставила ее сердце пропустить удар.

Кывылджим, до этого момента казавшаяся беспомощной и встревоженной, постепенно менялась в лице, приобретая бледный оттенок. Ее зрачки, расширившиеся от потрясения, сделали глаза совсем необъятными. Ее руки, которые до этого были на коленях, теперь сжимали ручки кресла с такой силой, что побелели костяшки пальцев.

К: Ты... ты вообще осознаешь, что говоришь сейчас? - выдохнула она, все еще не отпуская надежду на то, что это ошибка.

О: Я не понимаю, чему ты удивляешься, Кывылджим, - произнес он уставшим голосом, как будто ему сотый раз приходилось объяснять что-то не очень способному к усвоению человеку. - Ты предложила сделку, я дал условия. Это обыкновенное партнерство, ничего личного.

К: Ничего личного? - она вдруг вскочила со своего места и начала кричать на Омера через стол, ударив по нему обеими руками. - Для тебя ничего личного??!! Ты... ты самый настоящий сумасшедший, если думаешь, что я приму это!

Он безразлично пожал плечами.

О: Ты можешь не принимать это, тогда сделки не будет. Мы взрослые люди, никто никого не принуждает.

К: Омер! - в гневе воскликнула Кывылджим, глядя на него глазами, полными слез. - Ты издеваешься надо мной?

Она не могла поверить в то, что происходит.
Этот чуткий и мудрый человек, который всегда поражал ее широтой своей души, терпимостью и добротой, сейчас сидел и говорил ей в лицо бесстыдные вещи.
Неужели это правда... Омер?

О: А ты не издеваешься надо мной? - он невозмутимо склонил голову на бок, смакуя ее реакцию.

О: Сначала ты приходишь и говоришь, что отказываешься от меня и нашего брака, а потом, когда тебе это понадобилось, ты приходишь и просишь мою жизнь в аренду себе на неопределенный срок. Ты считаешь, что мир крутится вокруг тебя, или что я из-за своих чувств к тебе с радостью соглашусь на это?

К: Нет, но мы могли бы это обсудить... я не хотела тебя ранить этим...

О: Не хотела, но сделала, - констатировал Омер, и его тон был безапелляционным. - Мое условие не изменится, можешь принять его или разойдемся.

Кывылджим в ярости направила на него указательный палец, выплескивая в пространство свое возмущение.

К: Этого не будет ни-ког-да! Я никогда не соглашусь на это, ясно тебе?

Ее тело было взбудоражено, и она, не в силах больше смотреть на равнодушное лицо мужчины перед собой, вальяжно сидящего в кресле, развернулась к выходу и покинула кабинет, хлопнув дверью.

Омер продолжал сидеть на своем месте, как ни в чем не бывало, и на время ее отсутствия снова погрузился в отчеты.
Кывылджим не было в районе пяти минут, после чего она зашла обратно, немного успокоившись.
Ее лицо упало, когда она застала его, поглощенного документами. Его безразличие и жесткость не укладывались у нее в голове.

К: Давай обсудим другое условие, - твердым голосом предложила она, ненавидя себя за то, что до сих пор стоит в этом кабинете перед ним.

Омер поднял на нее взгляд и нахмурил брови.

О: Какое другое условие?

К: Попроси что-то другое вместо этого.

О: Вместо чего?

К: Хватит.

О: Ты не можешь произнести вслух слово любовница?

К: Омер, пожалуйста, не будь таким. Я понимаю, что, возможно, многого прошу, и ты зол на меня. Но давай будем разумными. Можно придумать что-то еще, чтобы я могла... как-то компенсировать твое время.

Омера забавляли ее попытки решить эту ситуацию, но он не показывал этого, продолжая оставаться невозмутимым в своей прямоте.

О: Кроме секса мне от тебя ничего не нужно. Я здоровый мужчина в расцвете сил, это естественная потребность, только и всего. Или ты думала, что я соглашусь играть в твои игры неограниченный срок, как обычно задвинув свои интересы?

К: Я не могу в это поверить, - разочарованно проговорила Кывылджим, всматриваясь в его лицо. Уже который день она не могла по нему ничего прочитать, и это означало лишь то, что существовавшая до этого связь между ними для нее была утеряна.

О: Что тебя не устраивает в моем варианте? Мне казалось, что ты получала удовольствие, когда стонала и получала оргазмы со мной, - резко произнес он, решив довести диалог до крайней точки.

Кывылджим задохнулась от его слов, и ее щеки мгновенно залились розовым цветом. Ее сердце билось, как сумасшедшее, когда она положила правую руку на грудь в попытке усмирить свое негодование.

К: Ты специально меня выводишь, но я не дам тебе того, что ты хочешь. Ты окончательно меня разочаровал. Я... никогда бы не подумала, что ты опустишься до этого.

О: В таком случае всего хорошего. Увидимся завтра в суде.

Омер открыл ноутбук, давая понять, что разговор окончен.
Кывылджим стремительно подошла к креслу, где лежала ее сумка, и, яростно сверкнув своими черными глазами, направилась прочь из этого кабинета. 

О: Кывылджим, - голос Омера заставил ее на секунду задержаться в дверях. - Если передумаешь, предупреди, чтобы мне завтра снова бестолку не приезжать на слушание.

Она возвела глаза к потолку, еле сдерживая бурю внутри и ругая себя за этот абсурд, в который сама себя поместила, и в сокрушенном состоянии скрылась за дверью.
Она чувствовала себя униженной.
Так унизить ее мог только человек, однажды возведший на пьедестал.
Она была зла и прибита произошедшим, тщетно пытаясь найти этому здравое объяснение.

____________________

Когда Кывылджим добралась до дома, она не хотела никого видеть. Она хлопнула входной дверью и сразу пошла к себе в комнату. Сонмез, Чимен и Мери, которые заметили лишь вихрь, пронесшийся по коридору, посмотрели друг на друга в замешательстве.

Ч: Что это было сейчас?

С: О боже, неужели опять что-то случилось, я этого не переживу!

М: Тетя, ради бога, не говори так! Давайте я с ней осторожно поговорю, не переживайте, - успокаивающе произнесла Мери, направляясь вслед за двоюродной сестрой.

Когда Мери постучалась к Кывылджим, но ответа не последовало, она аккуратно приоткрыла дверь и, увидев ее сидящую на полу у кровати в позе эмбриона, тут же зашла внутрь. Ее сердце сжалось от вида, открывшегося перед ней: то, в каком состоянии находилась сестра, не предвещало ничего хорошего.

Мери опустилась на пол рядом с Кывылджим и осторожно положила руку ей на плечо.

М: Дорогая... посмотри на меня. Ты немного испугала нас. Что-то произошло?

Кывылджим запустила пальцы в волосы, откидывая их назад, и подняла лицо, на котором читалась безысходность. Она посмотрела на Мери и хотела было что-то сказать, но не смогла. Она поднесла ладонь к губам, чтобы остановить свой порыв дать волю слезам.

К: Кывылджим. Ты можешь мне довериться, все будет хорошо.

Мери притянула ее к себе, и они крепко обнялись, разговаривая на языке поддержки в немом диалоге. Через пару минут они отстранились друг от друга, и Кывылджим собралась с мыслями.

К: Омер, - коротко произнесла она.

М: Так, - с любопытством кивнула Мери, разглядывая Кывылджим. - Что с ним стряслось?

К: Я не знаю, что делать, Мери. Он... он сделал нечто отвратительное.

Мери удивленно подняла брови, явно не ожидая таких слов от сестры. На самом деле она наоборот рассчитывала, что от Омера придут хорошие новости, так как вчера Чимен ей вкратце рассказала об их взаимодействии на празднике.

М: Расскажи, что произошло, и мы вместе найдем решение, дорогая.

Кывылджим глубоко вздохнула и начала излагать Мери суть случившегося. Никто из семьи не знал о решении, которое она приняла относительно своего брака в надежде получить больше шансов в борьбе за опеку. В процессе слушания лицо Мери выразило целую палитру эмоций от одобрения и надежды до глубокой встревоженности.
Когда Кывылджим приступила к рассказу об их встрече с Омером, Мери от неожиданности поднесла пальцы к губам, но по мере того, как ее сестра становилась все более эмоциональной в своем возмущении, Мери стало сложно сдерживать непроизвольную улыбку, которая расползалась по ее лицу, и в конце концов она в голос засмеялась, за что мгновенно была испепелена убийственным взглядом.

К: То есть ты считаешь это смешным? - от эмоций, переполняющих ее, Кывылджим вскочила на ноги и принялась ходить из стороны в сторону, приложив руки к вискам. -  Мери, ты вообще понимаешь, как он унизил меня в тот момент, когда я пришла за помощью?

М: Вот это Омер, браво, я не ожидала от него такого хода, это... очень романтично.

К: Мери, ты в своем уме?

М: Дорогая, на самом деле я не понимаю, почему ты так злишься, - произнесла Мери с улыбкой, которая никак не сходила с ее лица. - Этот человек является твоим мужем, и у вас и так с ним интимные отношения. Что в этом такого?

К: Нет, Мери, нет! - воскликнула она. - Как ты не понимаешь? Этот человек разрушил нас, разрушил мою веру в людей, мы с ним разошлись, как в море корабли, и в момент моей уязвимости он решил снова сравнять меня с землей - для чего?
Чтобы я почувствовала свою зависимость от него? Чтобы я прогнулась под него? Не бывать этому никогда!
Я просто в шоке от того, как можно быть таким... двуличным. Он так себя вел со мной сегодня, Мери... как будто презирает меня. Человек не может так быстро измениться.

Ее глаза наполнились слезами от этого воспоминания, но она резко вытерла их, не давая себе слабину.

К: Мое главное разочарование в том, что я когда-то считала этого человека порядочным. Хотя о чем мы говорим, он во всей красе продемонстрировал свою порядочность отношениями с женой своего племянника!

Внутренности Кывылджим закипали от того, что она сама все сильнее разгоняла себя. Мери наблюдала за ней молча, стараясь понять ее чувства. Для нее все было очевидно, но вот как это правильно донести до Кывылджим?

М: Послушай меня. Мне кажется, ты немного преувеличиваешь. Омер разве такой человек,  который будет пользоваться этой ситуацией? Он же так сам переживает за госпожу Сонмез, он поддерживал тебя, Кывылджим.

К: Что это тогда такое по-твоему?

Мери глубоко вздохнула перед тем, как озвучить свои мысли.

М: Кывылджим, попробуй посмотреть на ситуацию его глазами. Ты приходишь к нему со своей просьбой: это было не что-то маленькое и незначительное. По факту это то, что меняет его жизнь. И в твоей картине мира он - тот человек, который поможет тебе с опекой. То есть ты заранее ожидаешь от него подобного. При этом сама не желаешь платить цены за это решение.

К: Цены? - переспросила Кывылджим, находясь в прострации.

М: Да. За любой выбор ты заплатишь цену. Омер озвучил тебе свою. При этом он тебя сильно любит...

К: Пытаться насильно склонить меня к сексу - не любовь, - упрямо бросила Кывылджим, закрывая лицо руками.

М: Дорогая... он настолько тебя любит, что не отказал в таком непростом деле. Ты проанализируй, что на самом деле ты ему предложила. Играть в семью с любимой женщиной, которая будет при этом на расстоянии. Для любящего человека это настоящая пытка.

К: Ты слишком... романтизируешь Омера.

М: Пусть так, но я говорю то, что вижу. Его условие - это вызов. Но это не более чем попытка рассердить тебя, так как ты, вероятно, тоже разозлила его. В конечном счете... тебе нужно быть немного похитрее. Ты слишком прямолинейна.

К: Мери, о чем ты говоришь. Что значит похитрее? Я не умею притворяться или лгать, и никогда не буду этого делать.

М: Но сейчас ты задалась целью получить опеку, Кывылджим. И если ты готова идти до конца, то должна принимать чужие правила игры. Просто будь помягче, просто согласись на это условие. Попробуй быть не такой категоричной. Я уверена, что никто не будет тебя ни к чему принуждать, особенно Омер. И возможно этот вопрос сойдет на нет, когда вы оба будете заняты жизнью. Или..., - многозначительно произнесла Мери, искривляя рот в довольной улыбке, - или в процессе исполнения вашего соглашения ты примешь решение наслаждаться страстным сексом с человеком, по которому до сих пор сходишь с ума.

Кывылджим, которая начала было приходить в себя после успокаивающих речей Мери, снова вспыхнула и запустила в сестру подушкой. Мери тут же дала ей отпор, попав прямо в макушку, и  они какое-то время продолжили борьбу, в итоге рухнув от смеха на кровать.

К: Спасибо тебе, дорогая, мне стало легче.

М: Я рада. А ты меня повеселила от души.

К: Но больше не смейся.

М: Не буду.

К: Мери?

М: Ммм?

К: Ты всерьез думаешь, мне нужно согласиться? То есть... сделать вид, что я согласилась?

М: Кывылджим, это твое решение. Я ничего советовать не могу. Но ты должна решить для себя, что сейчас в приоритете, потому что то, что ты задумала с Алев, не будет чем-то простым от начала и до конца.

К: Ты думаешь, я слишком многого прошу? От Омера. Просто он мне сам предлагал этот вариант, поэтому я подумала... что это будет приемлемо для него.

М: Кывылджим, этот человек делал это с целью вернуть тебя, не забывай об этом. Это разные ситуации.

К: Это невозможно, Мери. И он... уже сам не хочет этого. Я не понимаю, зачем ему этот цирк. Мог бы просто сразу отказаться.

М: Ты как маленькая, ей богу. Не видишь того, что у тебя под носом. Он не откажется от тебя.

Кывылджим сделала паузу, не желая продолжать тему их болезненных отношений с Омером. Как бы она хотела простого решения, которые всегда принимала, опираясь на свою логику и принципы.

К: Я просто не знаю, как поступить. У меня слишком мало времени.

М: На самом деле ты знаешь. Как бы там ни было, постарайся решать проблемы по мере поступления. Ты не можешь знать наверняка, состоится ли ваше... соглашение. Но сейчас ты можешь сделать большой шаг в сторону того, чтобы Алев росла со своей семьей.

Они еще немного поболтали, лежа на кровати, после чего Кывылджим решила принять душ, чтобы привести в ясность свои мысли.
Горячая вода успокаивала ее в точности как рассуждения Мери, и спустя некоторое время она почувствовала, что окончательно пришла в норму.

В глубине души у нее поселилась надежда на то, что Омер просто решил испытать ее: насколько далеко она сможет зайти. Наверняка он сказал про любовницу, чтобы ее разозлить, и это у него получилось.
На самом деле Омер не такой человек, чтобы добиваться чего-либо силой. Она знает его. Он не сможет ее ни к чему принудить, даже если она согласится на его пункт соглашения.

Время показывало 19:15, когда она отправила сообщение со своего телефона.

«Хорошо. Я принимаю твое условие».

_________________________
*на следующий день*

Джемаль оторвался от ноутбука, когда его прервала секретарь, позвонив на внутренний номер.

С: Джемаль Бей, Кывылджим Ханым только что пришла.

Д: Спасибо, Суна, - удовлетворенно кивнул он и с воодушевлением направился в ее кабинет, прихватив с собой пакет свежей выпечки.

Д: Тук-тук, - весело постучал он в открытую стеклянную дверь, и Кывылджим обернулась к нему, успев повесить верхнюю одежду в шкаф. - Доброе доброе утро! Как насчет вкусных круассанов? Это на случай, если ты забыла позавтракать.

К: О, вот это сюрприз! Спасибо, это я люблю, - с радостью кивнула она, забирая себе вкусности. - Ты будешь? А то я могу съесть все.

Д: Нет, приятного аппетита, это для тебя.

Он засмотрелся, как она с удовольствием поглощает угощение. Его желание видеть эту картину каждое утро, казалось, достигло критической точки. Он вел себя достаточно сдержанно все эти месяцы, но искренне рассчитывал на прогресс в их общении.

Д: Какие планы? В 15:00 у нас подведение итогов, ты будешь?

К: Конечно, я помню. Как раз успею закончить 2 дела. Ко мне скоро на встречу приедет писатель, с которым мы должны были увидеться еще неделю назад. Обсудим с ним итоговый формат перед утверждением редакции.

Д: Супер. Я рад, что ты поглощена делом, - проговорил Джемаль, сделав паузу в диалоге. - Значит, настроение хорошее?

К: На самом деле... да, все хорошо.

Глаза Джемаля скрыто блуждали по женщине перед ним. Ему не давало покоя сообщение, которое вчера она отправила Омеру. Он не понимал, что между ними за общение. Он знал об их встрече накануне в офисе Unal Holding, но информации было настолько мало, чтобы собрать общую картину, что в конце концов он решил действовать напрямую.

Д: Я помню, что сегодня у тебя слушание..., - произнес он, участливо глядя на Кывылджим, - если ты захочешь отвлечься от всего вечером, я буду рад составить тебе компанию за ужином. Что скажешь?

Кывылджим отвела глаза в сторону, не желая развивать личную тему. Пока что ей не хотелось распространяться насчет своих планов на будущее.

К: Дело в том, что сегодня не будет слушания.  Мы... мы с Омером решили приостановить бракоразводный процесс. По крайней мере на время.

На лице Джемаля не дрогнул даже мускул, несмотря на то, что внутри мгновенно начала закипать злость. Была бы его воля, он бы разнес этот кабинет в клочья, но вместо этого лишь улыбнулся понимающей улыбкой.

Д: Я рад за вас. Значит, воссоединение.

К: На самом деле все не совсем так. Честно говоря, это все непросто, Джемаль. Я не хочу вдаваться в подробности. Но пока... пока мы решили не разводиться.

Он дружеским жестом дотронулся до ладони Кывылджим, давая понять, что он на ее стороне.

Д: По крайней мере я рад, что ты улыбаешься. Но имей в виду: ужин все равно состоится. Подумай о том, когда тебе будет удобно. Твой муж ведь не будет против?

К: Нет, это не проблема. Спасибо тебе, - мягко улыбнулась она.

Д: Отлично, тогда до встречи на совещании, - с задором проговорил Джемаль и вышел из кабинета, параллельно набирая номер доверенного человека.

Он не мог больше выжидать, потому что ситуация слишком сильно вышла из-под его контроля.
Он узнает, что за договоренность сейчас между Кывылджим и Омером.
Это нужно сделать в первую очередь, чтобы в правильной последовательности запустить события, которые приблизят его к этой женщине. Которые заставят ее увидеть в нем единственный вариант для себя.

Когда у него все получится, в ее жизни больше не будет Омера Унала. В ее жизни будет только Джемаль Исламоглу.

______________________
*через пять дней*

Омер и Кывылджим сидели в офисе адвоката Кенан Бея. Это была их первая встреча после произошедшего в офисе. Они собрались вместе для обсуждения деталей дела, чтобы в ближайшее время подать иск.

Всю эту неделю Омер был поглощен рабочими процессами, которые отнимали много энергии. Ему пришлось бороться с непопулярными решениями, которые в последнее время принимал совет директоров во главе с Фатихом. До сих пор у Омера не получалось отстаивать свои решения из-за внезапной вынужденной слепоты своего брата. Омера раздражало то, что Абдулла во всем потакает своему неразумному сыну, и он лишь надеялся на то, что однажды благоразумие возьмет верх над упрямством.

Все эти перипетии в компании отвлекали его от непрерывных мыслей о новом этапе отношений с его женой. После ее короткого согласия, которое он получил тем вечером, его общее настроение непроизвольно улучшилось. Он понимал, что они прошли точку невозврата, и ничто уже не будет, как прежде.

Ему было очень любопытно, как состояние Кывылджим, но он выбрал тактику минимального контакта с ней.
Ему хотелось верить в то, что ее согласие на его условие означает больше, чем стремление во что бы то ни стало выиграть дело. Что она все еще оставляет за ними шанс к воссоединению. Для него было очевидным то, что они должны продолжать жизнь настоящей семьей.
Но ее упрямство в отношении очевидных фактов раздражало его. Поэтому он планировал и дальше провоцировать ее в расчете на то, что чувства одержат верх над логикой.

Кывылджим сидела напротив Омера в строгом бежевом костюме, ее локоны переливались на свету оттенками огня, а ее взгляд сосредоточенно избегал контакта с ним.
Не смотреть на нее было для него сложной задачей, но он справлялся с ней, сосредоточив все внимание на господине Кенане.

Кен: Итак, я хочу вас поздравить. Рад, что вы разрешили ваши разногласия, и теперь мы сможем выстроить нашу линию. Я посмотрел документы, которые вы подготовили в качестве доказательств инцидента с препаратом. Мы сможем использовать это, поскольку есть официальное подтверждение инцидента. Есть ли помимо вас еще свидетели, которые смогут дать показания в отношении ситуации с няней?

К: Да, есть. Это моя сестра Мери. Она с самого начала находилась рядом с малышкой и заметила странности в ее состоянии. Это продолжалось несколько дней. После этого она поговорила с господином Абдуллой, и он установил в доме камеры. Тогда как раз все и вскрылось.

Кен: Понимаю. Это хорошо. Давайте перейдем к следующему вопросу. Вы должны понимать, что есть определенные требования к опекунам ребенка и месту его пребывания. Что касается вас, как опекунов, будет браться в расчет финансовое положение и стабильность, чтобы обеспечить безопасность ребенку.

К: Что касается финансовой стабильности, она есть.

Кен: Насколько я помню, вы ранее говорили, что работали в Unal Holding на господина Абдуллу. Сейчас у вас новое место работы?

К: Да, но какое это имеет значение? - раздраженно спросила Кывылджим, чувствуя себя слегка уязвлянной поднятой темой.

Кен: Частая смена работы не сыграет в нашу сторону, вы должны это понимать. К тому же, господин Абдулла владелец серьезного бизнеса.

К: Но..., - начала было Кывылджим, когда Омер перебил ее.

О: Тот факт, что мне принадлежит половина компании Unal Holding, полностью решает эту проблему, не так ли? - произнес он, обращаясь напрямую к адвокату.

Кывылджим гневно сверкнула глазами после этих слов, но Омер даже не посмотрел в ее сторону.

Кен: Эмм... да, конечно, это решает проблему. Это было немного неожиданно.

О: Абдулла Унал мой родной брат.

Господин Кенан на секунду поднял брови в замешательстве.

Кен: Понимаю. Таким образом получается, что вы оба, - он поочередно посмотрел на Омера и Кывылджим, - приходитесь родной тетей и дядей этому ребенку?

О: Это так.

Кен: Что ж, должен признать, у вас... необычная семья, - произнес он, перебирая документы. - Тогда предлагаю перейти к последнему пункту: это место жительства ребенка. Я дам вам список требований, которые обычно предъявляют органы опеки, и вы сможете соответствующим образом организовать пространство.

К: Хорошо. С этим не должно возникнуть проблем, у нас в доме до сих пор все сохранилось с тех пор, как у нас жила Джемре...

Омер пристально посмотрел на свою жену и снова прервал ее резким тоном.

О: Это исключено. Алев будет жить с нами в нашем доме.

Кывылджим закатила глаза и покачала головой, выражая свое отношение к его мнению.

К: Омер, этого не будет. Алев будет жить в нашем доме, рядом с моей матерью. Не нужно создавать сложности.

О: Мне кажется, я выразился достаточно понятно, - Омер склонил голову на бок, сканируя ее ледяным взглядом. - Это не предложение, а утверждение. Наша семья будет жить отдельно в нашем доме и точка. Это не подлежит обсуждению.

Омер, силящийся сдержать раздражение внутри, снова повернулся к Кенан Бею, продолжая с ним разговор. Он не мог спокойно смотреть на свою жену, которая снова придумала какие-то глупости. Ее откровенное желание по-минимуму соприкасаться с ним заставило его почувствовать себя ненужным пятым колесом, которое достают лишь при необходимости.

Обсудив еще несколько моментов с адвокатом, Омер и Кывылджим закончили встречу, пожав ему руки, после чего вышли на улицу, встретившую их вечерней прохладой. Они оба были напряжены. Кывылджим прокручивала про себя варианты, как она могла бы договориться с Омером на свои комфортные условия, потому что то, что предлагал он, не вписывалось в ее картину мира.

К: Нам нужно поговорить, - первой  произнесла она, пытаясь встретить ускользающее внимание Омера. Он был таким чужим и безучастным, что она не понимала, как подступиться к нему, чтобы установить элементарно дружеский контакт.

Он утвердительно кивнул и жестом пригласил ее в машину.

К: Мы будем разговаривать в машине?

О: А ты хотела бы, чтобы я пригласил тебя в кафе? - он удивленно вскинул брови, направляя на нее оценивающий взгляд. - Я думаю, для разговора подойдет и машина.

Кывылджим проследовала за ним на парковку, и он открыл ей дверь пассажирского сиденья. Пару минут они сидели в тишине, после чего Омер заговорил.

О: Сегодняшняя встреча с адвокатом явно показала, что мы с тобой находимся на разных полюсах в этой истории.

К: Да, поэтому я и хочу, чтобы мы обо всем договорились на берегу. Чтобы... ни для кого не было неудобств.

О: Согласен.

К: Омер... то, что ты предлагаешь нам обеспечить место для Алев в твоем доме... это, мягко говоря, нам не подходит. Я не хочу дополнительных проблем. Не будем же мы жить в одном доме, это утопия.

О: На мой взгляд утопия - это то, что ты до сих пор пытаешься использовать меня по своему усмотрению. Мое согласие помочь тебе в этом вопросе определяет то, на каких условиях это будет происходить. Сейчас мы проясним каждый пункт по очереди.

Голос Омера звучал ровно и холодно, отчего Кывылджим почувствовала себя заложником ситуации. Ее сердце начало учащенно биться от осознания того, что ее планы и спокойствие в самом скором времени снова будут нарушены.

О: Что касается организации пространства для малышки Алев: оно будет создано у нас дома, - он сделал акцент на последней фразе, - соответственно мы с тобой, как ее опекуны, будем жить вместе с того момента, как господин Кенан подаст иск в суд.

К: Омер... этого не произойдет.

О: Произойдет. Это условие моего сотрудничества.

К: Мы это не обсуждали.

О: Поэтому обсуждаем сейчас. Я не собираюсь подстраивать под тебя свою жизнь. Надеюсь, мне не нужно объяснять, что органы опеки непременно заинтересуются, почему примерные муж и жена, борющиеся за ребенка, не живут вместе. Тебе пора понять, что не получится отделаться малой кровью в этом вопросе.

Кывылджим молча анализировала его слова. Он был прав... Она пока еще не забегала так далеко в своем планировании. В глубине души надеялась, что сможет обойтись формальностью, пригласив Омера к себе в дом на время проверки. Теперь, после сегодняшней встречи и озвучивания его позиции, она осознала, насколько непродуманным был ее расчет.

К: Нам... нет необходимости сразу жить вместе. Это будет неудобно для нас. Мы можем это сделать ближе к проверке.

О: Нет не можем, Кывылджим, - улыбнулся Омер, понимая, к чему она клонит. Он сделал небольшую паузу перед тем, как перейти к щекотливому для нее вопросу.

О: Как ты планируешь исполнять свои обязанности, находясь со мной в разных домах?

К: Какие... обязанности? - в замешательстве пробормотала она, начав всерьез переживать об исходе начавшегося разговора.

О: Я хочу, чтобы моя любовница ночевала со мной в одном доме каждую ночь. Это не получится реализовать, если мы будем находиться в разных местах.

Этот безразличный будничный тон оглушил Кывылджим, не оставляя и шанса на то, что она сможет свести условие Омера на нет. Его слова бросили ее в жар, разбудив внутри до этого успокоившиеся эмоции.

Она гневно посмотрела на мужчину перед собой, готовая разорвать его на части, а затем рывком открыла дверь машины и буквально выскочила на улицу. Зеркало дальнего вида показывало Омеру, как она ходит из стороны в сторону, сжав ладони в кулаки.

Он дал ей минуту справиться с чувствами и вышел за ней, занимая положение напротив.

О: Мы не закончили.

К: Ты всерьез будешь настаивать на этом, чтобы реализовать свои больные фантазии? Ты сошел с ума?

О: У меня такое ощущение, что ты не относишься к нашему уговору серьезно.

К: А у меня такое ощущение, что тебе доставляет удовольствие унижать людей. Ты уже однажды сделал меня своей любовницей, одного раза оказалось мало?

Омер рассмеялся от этой параллели и с весельем посмотрел на жену, которая была похожа на взъерошенную кошку, планирующую атаку на своего обидчика.

О: Это совсем разные ситуации. Тогда у нас были чувства друг к другу, а сейчас мы просто оказываем услуги друг другу. Но... зато твои принципы, о которых ты так печешься, не будут нарушены: все формальности соблюдены, раз мы женаты.

Небрежность его слов заставила ее потерять контроль, когда ее правая рука встретилась с щекой Омера в звонкой пощечине. Через секунду она пожалела о том, что не сдержалась, и она отвернулась от него, сдерживая слезы. Она не могла до конца понять, почему все это приносило ей столько боли.

Когда он переживал о ней, она хотела его равнодушия. Когда он был равнодушен, она хотела его участия и заботы. Она не понимала себя. Она только чувствовала сильную обиду, которая отравляла ее, мешая здраво мыслить.

К: Извини, я... не хотела так поступать, Омер, - произнесла она после недолгой паузы.

Он смотрел на нее сверху вниз, даже не представляя весь спектр ее переживаний. Он понял, что зашел слишком далеко в своем стремлении задеть ее. Ему было тяжело видеть ее расстроенной, тем более из-за него. Он хотел ее утешить, но не мог сдвинуться с места от противоречивости своих мыслей.

О: Ты можешь не делать этого, просто притормози процесс.

Она горько усмехнулась, глядя на него своими бездонными глазами.

К: Это так просто? Похоже, для тебя все это просто такая забава? Я не могу принять это, Омер, это действительно ты?

О: Мне жаль, если ты до сих пор считаешь мою готовность помочь забавой. Мне также жаль, что ты не видишь, что на самом деле значит для меня возможность вернуть ребенка туда, где он и должен быть. Мне очень жаль, что ты видишь все только со своей стороны. Это тебе присуще - игнорировать мою сторону. Но больше... я этого делать не дам. Поэтому все будет так, как я сказал.

Кывылджим глубоко вздохнула, наполняя воздухом легкие, положила руки в карманы пальто и посмотрела в сторону, прищурившись от яркого солнца, склоняющегося к закату.

К: Я... более чем хорошо поняла твои намерения. Значит, когда господин Кенан подаст иск.

О: Все верно. Когда господин Кенан подаст иск.

Она развернулась и, даже не взглянув на него, направилась в сторону своей машины.

______________________
*спустя 3 дня*

Метехан покинул квартиру Омера после того, как узнал об их воссоединении с Кывылджим. По крайней мере, он думал об этом, как о воссоединении, потому что Омер не стал вдаваться в подробности и просто сказал сыну, что они с женой приостановили дело о разводе и снова будут жить вместе.
Метехан был очень рад за них, поэтому на время съехал в квартиру своей девушки, у которой и так жил периодами.

Сегодня вечером Омер ждал Кывылджим, поэтому пораньше приехал из офиса.
Он постарался привести внешний облик квартиры в порядок и подготовил для нее отдельную комнату, чтобы ей было комфортно.
Он немного переживал за то, в каком настроении увидит жену, поэтому решил совершить пробежку по кварталу, проветривая мысли.

Его воспоминания возвращались к тому моменту, когда она после ужина в доме Уналов собрала чемодан и оставила его одного в оглушительной пустоте дома, наполненного лишь воспоминаниями о ней. Тогда он прожил один из самых сложных периодов, поглощенный чувством вины и безвозвратно утерянной чистоты их отношений.

Прошло время с тех пор, и ситуация стала другой. Их взаимоотношения стали другими, приобретя вкус новых обид, разочарований и надежд.
Надежд...
Несмотря на сгусток подавленных эмоций, которые он гасил в себе, чтобы держать дистанцию с Кывылджим, в нем все равно теплилась надежда на то, что все наладится.
Он пойдет до конца, чтобы она осознала свою ошибку и дала им еще один шанс.

Видимо ей, чтобы понять, сначала нужно потерять.

Он пробежал 4 километра и вернулся в квартиру.
Он принял душ и надел футболку и шорты.
Он ответил на пару рабочих запросов, параллельно заварив зеленый чай.
На часах было 19:50, когда он услышал звонок в дверь.

Омер увидел на пороге Кывылджим с чемоданом позади, и его сердце на минуту остановилось от осознания важности момента.
Он не смог сдержать улыбку, которая бесконтрольно образовалась на его лице, и жестом пригласил ее зайти, помогая с вещами.

О: Привет, - мягко сказал он, не спуская с нее глаз.

К: Привет, - улыбнулась она, и они задержались взглядами друг на друге чуть дольше, чем это было необходимо.

Кывылджим сняла черное пальто, оставшись в свитере и джинсах, и прошла за Омером в гостиную, где чуть больше двух недель назад поставила точку в их отношениях.

Сейчас, стоя здесь, переполненные воспоминаниями, они не знали, что сказать друг другу.

О: Модет быть, ужин? - поинтересовался Омер. - Чай или кофе?

К: Нет, спасибо, я... мне нужно немного отдохнуть, - произнесла она, - где я могу разместить свои вещи?

О: Я подготовил для тебя комнату для гостей. Ту, которая напротив... моей.

Кывылджим усмехнулась, услышав его последнюю фразу.

К: Надо же, ты поступил по-джентельменски. В стиле... старого Омера. Я удивлена этому поступку.

О: Нечего удивляться, - раздраженно дернул плечами Омер. - Мы с тобой здесь для дела. Поэтому каждому из нас должно быть комфортно. Я не буду вторгаться в твое личное пространство, не переживай.

К: Как скажешь. Тогда если позволишь, я пойду в свою комнату.

Омер развел руками, давая ей полную свободу действий.
Он направился на кухню, чтобы в одиночестве насладиться вкусным свежим чаем.
Игра только что началась, и он находился в предвкушении того, что будет дальше.

Кывылджим зашла в комнату для гостей и плотно закрыла за собой дверь.
Она глубоко вздохнула и вытерла о джинсы вспотевшие ладони.
Она совсем измучилась от того, что не знала, чего ожидать от Омера.
Она приложила руку к сердцу, чтобы успокоить его ритм.

Слава богу, она может побыть одна.
Теплый свет ночной лампы слегка освещал пространство. Она редко бывала в этой комнате, когда они жили вместе, но здесь все было также, как и в последний раз.

Она достала телефон и написала сообщение Мери: «Я у Омера, не переживай. Все хорошо».
Она подошла к окну и приоткрыла его, чтобы свежий воздух проник в комнату.
Она подошла к кровати и потрогала шелк покрывала, когда ее взгляд упал на небольшую квадратную черную коробку, лежащую в районе изголовья.
Она открыла ее и замерла от шока, мгновенно поразившего все ее существо.

Внутри лежало прозрачное кружевное нижнее белье белого цвета и записка, содержащая всего несколько слов.

«Сегодня в 21:30 в моей комнате я сниму с тебя этот комплект. Постарайся быть красивой для меня и не опаздывай».

____________________

Друзья, открываем новый тотализатор: что произойдет этой ночью?😁