Часть 1. Разрушение
Кывылджим резко открыла глаза, внезапно пробудившись от тревожного сна. Ее сердце отбивало больше ударов, чем обычно, и она не сразу поняла, где находится.
Медленно приподнявшись, она всмотрелась в пространство, сканируя чужую обстановку. В тот же миг события прошлой ночи предстали перед ней, как оживший кошмар.
- Он не смог ее забыть и тогда назло Геркем вернулся к тебе!
- Как мне тебя жаль, тебе тоже досталось!
- Извини, дядя, но я должна это сказать...
- Кывылджим, все не так, как ты думаешь...
- Да как ты можешь теперь называться дядей!
Казалось, все силы покинули ее и без того слабое тело. Кывылджим опустила голову обратно на диван, и одинокая слеза скатилась по щеке, оставляя горячий след на коже. Ее виски пульсировали. На секунду перехватило дыхание, и грудь сдавила невыносимая боль. Она уже не понимала, действительно ли существует эта боль, которая разрывала ее внутренности на части. Ей было сложно дышать. Даже дышать. Неужели когда-нибудь она сможет снова спокойно дышать?
«Как же так, Омер... Что с нами произошло? Как так получилось, что мир, который мы создавали с такой любовью, вновь рухнул в один момент? Где мы ошиблись? В чем я промахнулась? Почему вновь доверилась любви?»
Нет, этот ад не мог быть правдой. Не в этот раз.
- Спроси у своего дяди, это он бегал за мной!
- Это было еще до Фатиха... что за бред ты несешь?
Кывылджим на ум пришел несчастный вид ее мужа, который изо всех сил пытался защитить себя в том доме. Его волосы растрепались. Страх и гнев сделали его лицо неузнаваемым. Он выкрикивал слова, не имеющие никакого смысла, и трясся от злости и беспомощности. Таким она его никогда еще не видела. Это был не ее Омер...
А существовал ли он в реальности - ее Омер?
Тот, новый Омер, вел себя так, как будто его разоблачили.
Это и было разоблачение. Фотография с той девушкой едко отпечаталась в памяти Кывылджим, как свидетельство призрачности и хрупкости того, во что она так сильно верила.
Она верила в Омера. Она верила в его любовь безоговорочно и полностью отдалась этому чувству, наконец растворив свою защиту в его сострадании и заботе. Она так горячо его любила. Это он научил ее любить. Неужели человек, который научил ее любить, мог ее так жестоко обмануть? В этом не было никакого смысла...
Тем не менее, Омер был разоблачен. Это значит, что все произошедшее было правдой.
Когда снова фотография и торжествующее лицо Ниляй вновь предстали перед ее глазами, она вдруг резко села, разбитая воспоминаниями.
- Я не скрывал от тебя жену, Кывылджим, я просто не сказал тебе, я боялся тебя потерять..
- Я солгал тебе о том, что влюбился в другую, чтобы ты построила свое счастье без меня. Я не хотел, чтобы ты расстраивалась!
- Нет, ничего такого нет с Геркем, почему вдруг она может мне не нравиться?
«Сколько раз? Сколько раз ты еще будешь верить этому человеку, который поднимает тебя на вершину и сбрасывает оттуда в самый неожиданный момент, Кывылджим?
Сколько еще раз он будет прикрывать свою ложь благими намерениями?
Сколько всего еще ты о нем не знаешь, слепо доверяя в иллюзии своего чувства?»
Никогда раньше она не чувствовала себя такой раздавленной. В тот день, когда Омер сказал, что любит другую, ее мир рухнул. Но сегодня... то, что произошло сегодня, было настолько унизительным, что ее начало подтряхивать от этих воспоминаний. Она чувствовала себя грязной.
Как так получилось, что далекая от интриг Кывылджим Арслан, оказалась в эпицентре этого позора с выставленным на всеобщее обозрение крахом ее личной жизни с человеком, которого она любила вопреки всем своим принципам?
Как так вышло, что члены этой семьи теперь смотрели на нее со снисхождением и жалостью?
И как теперь возродить внутри веру в людей и... в себя?
У нее не было ответов. Были только развалины до сегодняшнего дня прекрасной жизни и жгучая боль в грудной клетке, которая вырывалась наружу. Ее глаза высохли, но горели огнем, как и сердце. Медленно она запустила руку в волосы и одним движением избавилась от заколок в голове, заставив локоны рассыпаться по плечам.
Теперь она знала, что ей нужно, чтобы избавиться от этого огня в груди. Когда решение было принято, сердце замедлило прежний ритм. Ее гнев сошел на нет, уступив место холодному расчету на месть. Неслышными шагами она продвинулась к коридору в спальню. Спальню человека, которого она видела впервые в жизни. Который протянул ей руку помощи в ее сложный момент.
Утренние лучи слабо пробивались сквозь задернутые шторы, напоминая о том, что жизнь неумолимо движется вперед. Ее холодные пальцы нашли застежку на брюках и плавно расстегнули ее, давая одежде свободно упасть на пол. Ничего уже не будет, как прежде. Набрав в легкие воздуха, она сделала еще один шаг вперед, избавляясь от блузки. Воздух окутал ее тело холодным безразличием. Уверенным и неспешным движением она открыла дверь в спальню мужчины, выходя на свет перед ним.
«...Интересно, что ты чувствовал, когда был с той девушкой? Трепет и нежность? Страсть и похоть? Чувствовал ли ты надежду и любовь?
Как ты целовал ее? Горело ли при этом твое тело, как каждый раз, когда мы занимались любовью? Была ли между вами та связь на уровне душ, которую чувствовали мы с тобой, прикасаясь друг к другу? Заставлял ли ты ее тело покрываться мурашками и дрожать от желания, прислоняясь к шее жадными поцелуями?»
Кывылджим больше не могла терпеть эти мысли. Ее глаза сверкали, а грудь вздымалась вверх-вниз в чуть ускоренном темпе. Мужчина на кровати неуверенно поднялся, пытаясь сообразить, что происходит. На его лице читалось легкое удивление и смущение. Он медленно подошел к обнаженной перед ним женщине и перевел дыхание. Она смотрела ему прямо в глаза. В них было отчаяние. Он сглотнул. Она была такой красивой в утренних сумерках, и такой израненной. Он изо всех сил старался не смотреть на ее тело, пытаясь прочитать ее мысли во взгляде.
Сердце Кывылджим пропустило удар в тот момент, когда Джемаль понял ее намерения. Она осознала, что в этот миг попрощалась с Кывылджим Арслан, которой была долгие годы. В этот миг она предала ее. Она предавала ее с каждым шагом, который делал мужчина на пути к ней. Ее огонь внутри, до этого направленный на Омера, вдруг обратился внутрь нее самой.
«...Неужели ты это сделаешь, Кывылджим?»
Назад пути нет. Только так она могла окончательно растерзать свое сердце и убить все чувства, что в нем остались. Она должна поставить точку в отношениях с Омером. Она должна отомстить за себя. Она должна перестать чувствовать себя преданной и запачканной ложью.
Джемаль поднес руку к лицу Кывылджим и слегка провел по ее щеке пальцами. Его рука была холодной и шершавой. Когда его взгляд блуждал по ее лицу, она чувствовала, что внутри у нее все сжимается в тугой узел. Это все было чужое, будто ненастоящее. Это все было продолжением кошмара.
«Руки Омера всегда были теплыми и мягкими. Его прикосновения заставляли мое тело дрожать. Его взгляд настолько давал мне почувствовать глубокий уровень нашей любви и привязанности, что я улетала на небеса, наслаждаясь нашим зрительным контактом.
Чего ты хочешь, Кывылджим? Смирись с тем, что ты никогда уже не испытаешь ничего подобного».
Осознание этого пронзило ее с новой силой, открывая следующий пласт боли. Она не могла больше выдерживать взгляд этого мужчины. Она отвернула лицо. Она не могла поступить так со своими прекрасными воспоминаниями. Она не могла поступить так со своей любовью. Она не могла поступить так с собой.
Мужчина будто почувствовал ее состояние. Он двинулся в сторону и достал откуда-то плед, который тут же накинул на плечи женщины.
Д: Ты сейчас не в себе. Завтра ты будешь жалеть от этом.
Он смотрел на нее с состраданием. Когда она осознала, что все закончилось, ее тело, до того натянутое, как струна, вдруг благодарно расслабилось, и из глаз полились слезы облегчения. Джемаль сочувственно кивнул и произнес: «Все пройдет, не переживай. Я сейчас выйду и принесу твою одежду, хорошо? Заодно сделаю нам кофе, а ты пока успокоишься».
Кывылджим еле заметно двинула головой и осталась стоять на месте, пока мужчина выходил из комнаты. Он принес ее одежду, которую нашел в коридоре, и осторожно положил ее на кресло.
Д: Все, я пока оставлю тебя одну. Можешь быть здесь, сколько хочешь.
Как только он закрыл дверь, Кввылджим начала глубоко дышать, положив обе руки себе на шею и грудь.
«Что это только что было? Как ты могла на такое решиться? Что было бы, если...»
Холод пробежал по ее спине при мысли о своей мести. Она не хотела оставаться ни минуты более в этом доме. Чувство стыда разливалось по венам внутри, заставляя ее испытывать отвращение к себе. Реальность в один момент придавила ее своей тяжестью.
«Кто ты? Ты Кывылджим Арслан или неведомый глупый человек? Как можно было пойти к незнакомцу домой ночью? Как можно было раздеться перед этим мужчиной? Как можно было решиться на секс ради из желания расквитаться? Разве это уменьшит твою боль?»
Злость на себя привела Кывылджим в чувство. Она скинула с себя одеяло и начала быстро одеваться. Она поднесла руки к щекам, избавляясь от остатков слез. Она промокнула глаза подушечками пальцев и сделала глубокий вдох. Все позади. Хуже уже не будет.
С этими мыслями она твердым шагом направилась из спальни в зал, где нашла свои разбросанные туфли. Она наклонилась, чтобы поднять их, когда Джемаль заметил ее.
Д: Кывылджим, я приготовил тебе кофе, ты в порядке? - спросил он с легкой улыбкой.
Она посмотрела на него. Ей повезло, что она встретила по-настоящему порядочного человека в такой уязвимый момент. Она слегка улыбнулась уголками губ, делая шаг навстречу.
К: Джемаль, я... спасибо тебе большое за все, что сделал для меня сегодня. Я очень ценю твою доброту. Правда. Но сейчас мне пора идти, пока ситуация с нами совсем не испортилась.., - ее губы скривились в досадной неловкой улыбке.
Д: Кывылджим... не преувеличивай. Любой на моем месте поступил бы также. Мы должны помогать друг другу, когда попадаем в беду, верно? - он подошел к ней и протянул руку.
Она кивнула в ответ и пожала его руку. Он в ответ ободряюще погладил ее по плечу.
К: Да, ты прав, но все же...еще раз спасибо. Я пойду. Благодарю
За заботу и кофе, но мне пора.
Джемаль махнул рукой в сторону выхода, провожая ее, и открыл дверь.
Д: Как пожелаешь. Береги себя и помни: такая красивая и невероятная женщина, как ты, не должна грустить долго. Пообещай мне.
К: Хорошо) обещаю, - выдохнула Кывылджим, поворачиваясь к выходу. Она сделала несколько шагов, прежде чем услышала звук закрывающейся двери.
Она будет в порядке. Она справится с этим. Она знала, что настанет момент, когда время вылечит ее раны, и она снова станет прежней Кывылджим Арслан. Единственное, чего она желала - это приблизить момент, когда произошедшее за последние сутки перестанет быть ее реальностью.
Мужчина внутри своей квартиры в задумчивости облокотился на дверь. Он был в замешательстве от поднявшегося внутри него волнения. Он давно не испытывал таких ощущений. Женщина пробудила ту его часть, которая, как ему казалось, давно была похоронена под тяжестью его прошлого. С того момента, как она переступила порог его дома, к нему пришло знание, что это новая глава в его жизни.
Он улыбнулся своим мыслям. Он отправился в свой кабинет. Он достал ноутбук, расположив его четко посередине стола, добившись четких линий. Он вбил в поиск имя Кывылджим Арслан. Легкое предвкушение плавно текло по его венам, возбуждая новый интерес к жизни. Он почувствовал себя влияющим и значимым. Теперь все в его руках.
______________________________________
Омер ждал ее дома уже несколько часов. Он настойчиво отбрасывал прочь страшные мысли, приходившие ему в голову после очередного прослушивания длинных гудков телефона своей жены.
«Где же ты, Кывылджим? Куда ты могла пойти? Одному богу известно, в каком ты сейчас состоянии».
Его сердце металось в груди от страха и беспомощности. Он проклинал себя тысячу раз за то, что поехал в больницу за своей семьей вместо того, чтобы быть рядом с женой несмотря ни на что.
*воспоминание*
Когда он попытался объясниться с ней в том самом доме... доме, который однажды стал свидетелем начала их отношений, и который стал безжалостным зрителем вчерашнего позора... , она даже ни разу не посмотрела на него, глядя перед собой пустым безжизненным взглядом.
Он не мог видеть ее такой. Ему так хотелось обнять ее, освободить ее от этой боли и чудовищной лжи, в которую ее заставили поверить этой ночью. Он забрал бы все на себя, он бы дал ей утешение, он бы забрал ее домой... но когда он попытался приблизиться к ней, между ними возникла Доа.
Д: Брат Омер... сейчас не время. Дай ей прийти в себя, пожалуйста. Ты видишь, в каком она состоянии. Просто... дай ей немного спокойствия, мы сейчас поедем к нам домой. Если хочешь приезжай позже, но не сейчас. Не здесь...
Взгляд Доа был встревоженным, но твердым. Омер коротко кивнул и отстранился, давая им место. Он с горечью посмотрел на свою жену, которая растаяла у него на глазах за одну ночь.
Д: Брат Омер, пожалуйста. Иди. Дай нам побыть наедине. Я должна помочь своей матери.
Тяжесть вечера с новой силой обрушилась на Омера, когда он ватными ногами дошел до своей машины. Внутри пахло его женой.
Он вспомнил, как они вместе ехали на этот ужин, держась за руки.
Как он поднес ее руку к своим губам и, вдохнув запах, поцеловал ее, согревая теплым дыханием.
Как она посмотрела на него своими блестящими глазами, полными любви и умиротворения. Их глубокая эмоциональная связь витала в воздухе, распространяя одновременно спокойствие и радостное волнение в груди.
Он вспомнил, как перед выходом из машины она мягко поцеловала его губы своими мягкими губами, задержавшись на них чуть дольше обычного, что пробудило в нем желание побыстрее покинуть этот скучный вечер, чтобы наслаждаться ею всю ночь в их спальне. В их доме. В их мире, который они обрели спустя столько времени в разлуке.
Он поднес руки к глазам и потер лицо. Он был опустошен после всего, что произошло. Он чувствовал вину. Вина поглотила все его существо, и он срочно должен был сделать хоть что-то, что бы облегчило его ношу.
Он завел машину и отправился в больницу, куда увезли Геркем. Он должен был получить хорошие новости, чтобы его вина в конец его не раздавила.
Да, его обвинили незаслуженно. Вся его семья смотрела на него с отвращением и отвернулась при первой кризисной ситуации, даже не выслушав, даже не пытаясь понять. Он не мог смириться с тем, что он один оказался во всем виноват.
И вместе с тем он чувствовал свою ответственность за произошедшее. Он должен был убедиться в том, что все худшее - позади.
Ожидая новостей возле больницы, он позвонил Кывылджим. Она уже должна быть дома. Длинные гудки настойчиво и беспощадно давили на его состояние. Когда он позвонил Доа и узнал, что Кывылджим не вернулась с ней домой, он почувствовал леденящий холод в груди.
О: Как это не пришла домой? Вы же были вместе?
Д: Омер, она захотела побыть одна. Когда я спустилась с Джемре, чтобы снова попытаться ее уговорить, мамы уже не было. Она уехала на такси, и я не знаю куда. Она просто написала сообщение, чтобы я не волновалась.
О: Как же так, Доа? Где она может быть?
Д: Омер, Послушай... когда мы говорили в последний раз, она была нормальной. Я думаю, с ней все хорошо, просто ей нужно время.
Он не мог найти себе места. Он приехал к дому Арслан и прождал в машине до утра, безуспешно пытаясь дозвониться до жены. Внезапно ему в голову пришла мысль о том, что она может вернуться в их дом, и он принял решение ждать ее там.
*конец воспоминания*
Резкий поворот ключа в замочной скважине заставил сердце Омера пропустить удар. Он тут же встал с дивана, устремив взгляд в коридор.
Кывылджим стремительно вошла в зал, глядя перед собой. Как бы она хотела не встречаться с ним здесь. Как бы она хотела не встречаться с ним больше нигде и никогда... он бросила короткий взгляд на него, когда услышала беспокойный голос.
О: Кывылджим! Где ты была? Я так боялся, что с тобой что-то случится.
Внутри нее поднялась масса противоречивых чувств, но она не могла себе позволить выплеснуть их наружу.
К: Нет необходимости бояться. Я пришла за своими вещами. Соберу их и уйду.
О: Нет, что ты говоришь? Кывылджим, давай сядем и поговорим, позволь мне объяснить...
К: Что конкретно объяснить, Омер? - ее голос был низким и строгим. - Что ты мне снова солгал? Что ты развлекался на стороне, играя со мной в игры? Что ты позволил Фатиху жениться на своей возлюбленной, чтобы чаще с ней встречаться?
Омер в ужасе смотрел на свою жену, не веря своим ушам.
О: Кывылджим, пожалуйста... все не так! Поверь мне, это полная чушь! Все, что тебе наговорили - все это неправда.
Кывылджим удовлетворенно кивнула, искривляя рот в хищной улыбке. Ее глаза сверкнули ненавистью и злорадством.
К: Конечно неправда. Я верю тебе. Давай, расскажи свою версию, я жду, - усмехнулась она, вопросительно вскинув бровь и скрестив руки перед собой.
О: Жизнь моя, пожалуйста... не будь такой, - у Омера исчезли все слова и аргументы, которые он прокручивал сотню раз в своей голове этой ночью. Он был сбит с толку холодностью и враждебностью своей жены. Она пронзала его своим пепелящим взглядом, разрубая нить взаимопонимания на части.
О: Послушай, - он сделал шаг вперед, чтобы прикоснуться к ней, но она тут же отступила.
О: Послушай...- Омер держал руки навису, стараясь придать себе уверенности, - я познакомился с Геркем еще до Фатиха, когда мы с тобой не были вместе. Это была одна ничего не значащая ночь, после которой я внезапно обнаружил, что она оказалась нашим новым партнером. После мы стали общаться исключительно по работе. Я бы никогда не смог предать тебя, Кывылджим, я тебя не обманывал. Я так счастлив с тобой в нашей семье, неужели ты этого не видишь?
Кывылджим холодно наблюдала за его попыткой оправдаться. Она на мгновение прикрыла глаза и сделала вдох. Она откинула прочь мысль о том, чтобы прислушаться к нему здесь и сейчас. Она разозлилась на свое секундное сострадание и сомнение в принятом решении. Она сверкнула глазами с еще большей яростью и заговорила, повысив голос на несколько тонов.
К: Я видела это, Омер. Я думала, что мы действительно счастливы. Но вдруг оказалось, что ты ведешь двойную игру и обманываешь меня. ОПЯТЬ! Ты думаешь, я просто так закрою на это глаза? Ты хоть понимаешь вообще, что произошло? Окей, пусть это было до Фатиха. Но твой племянник женится на женщине, с которой ты спал! Как это вообще возможно для тебя? - Кывылджим приблизилась к Омеру, не в силах больше сдерживать свои порывы. Она направила свой указательный палец на мужчину и начала отмерять им свои слова, обозначая разочарование каждым жестом.
К: Ты - тот, кто был образцом нравственности, позволил племяннику жениться на женщине, с которой спал! И единственное объяснение этому - тебе это было на руку, так?
О: Нет, Кывылджим, послушай меня! - Омер начал повышать голос, чувствуя, что теряет контроль над ситуацией.
О: Сколько раз я пытался поговорить с Фатихом, чтобы он не женился на этой женщине, но он меня не слушал...
К: Все верно, - Кывылджим ударила по рукам, - и когда он тебя не послушал, ты продолжил свои уговоры, только теперь уже советовал ему развестись. Браво!
Она смотрела на него с победным сожалением, и его жалкий вид лишь усилил едкий гнев, распространявшийся по ее телу. Он не имел права выглядеть таким разбитым! Это он виноват во всем. Он виноват...
К: Я не могу тебя больше терпеть, - выдавила она со вздохом, и повернувшись, направилась в комнату, чтобы собрать вещи.
Омер сошел с ума. Он не мог ее потерять, не мог. Только не сейчас, только не таким образом, только не в этой ситуации, когда он ни в чем не виноват.
Он сделал шаг, резко развернув жену к себе лицом и взял ее плечи в свои руки, стараясь вернуть контакт.
О: Ты никуда не пойдешь и выслушаешь меня, Кывылджим! Как ты можешь верить в то, что говоришь? Мои слова - это пустой звук для тебя? Поверь мне: как только я встретил эту девушку в качестве делового партнера, я понял, что она ненормальная. Она просто меняет образы. Я не знаю, что ей нужно от нас, но... но как я мог прямо сказать об этой связи, Кывылджим? Я боялся разрушить вновь обретенные отношения с тобой, как я по твоему должен был поступить? Когда все это произошло, мы не были вместе...
Кывылджим одним движением освободилась из его хватки, решительно подаваясь вперед.
К: Ты побоялся и решил, что лучше посадить ее со мной за один стол, так? Да что ты вообще несешь? Как можно было поставить меня в эту ситуацию и делать вид, что ничего не было, Омер? Я спрашивала тебя несколько раз, что с этой девушкой не так, и ты лгал мне. Как ты объяснишь это? Как ты объяснишь то, что советовал Фатиху развестись и бегал за ней, Омер...
О: Я никогда не бегал за ней! Эта девушка - сумасшедшая. Она все выдумала в своей больной голове. Я посоветовал Фатиху развод только тогда, когда он поделился проблемами в своих отношениях, Кывылджим!
К: Я больше никогда... никогда не смогу тебе поверить. Ты разрушил все, что было между нами, Омер. Не рассчитывай больше видеть меня в компании и своей жизни. На этом все, позволь мне спокойно уйти.
Холодный взгляд Кывылджим остановил его следующую попытку заговорить. Он отступил, давая ей пространство, и обхватил голову руками. Омер не мог в это поверить. Как его любимая жена так просто отказывалась от них, не давая ему возможности все исправить?
Проводив ее силуэт глазами, когда она скрылась за дверью в спальню, он с трудом опустился на пол там, где стоял. Его голова походила на огромный пульсирующий шар. Мысли одна за другой проносились в его сознании, мешая сосредоточиться. Единственное, что он знал наверняка - он не допустит ее ухода. Однажды он сам разрушил их брак, и это было его самой большой ошибкой. Теперь он будет бороться до конца, чего бы ему это ни стоило, пусть даже сейчас он понятия не имеет, как достучаться до женщины, которую любил.
Кывылджим вихрем влетела в их комнату и закрыла за собой дверь. Она открыла шкаф и достала чемодан. Она открыла чемодан и начала закидывать в него вещи, которые первыми попадались под руку. Она не могла подойти к этому процессу осознанно.
Если бы она только остановилась на минуту и перевела дыхание, она бы не смогла продолжать.
Она бы рухнула прямо на пол от невозможности справиться с воспоминаниями. В этой комнате пахло счастьем. Этот запах спокойствия и любви теперь был для нее, как отрава, напоминающая о том, что ее жизнь подошла к концу.
Она бы стала оплакивать свою мечту, находившую отражение в каждом предмете этой комнаты.
Она бы впитала в себя последние минуты нахождения в ИХ ДОМЕ.
Она бы не сдерживала слез, а дала бы им выход, чтобы освободиться хоть чуть чуть от своей тяжести.
Но она не могла себе позволить остановиться. Она должна была продолжать, чтобы скорее уйти отсюда без колебаний. Холодная и собранная часть ее личности хорошо помогла ей в стрессе.
В последний раз она посмотрела на себя в зеркало в ванной.
Кто эта женщина перед ней?
Обычно ее отражение здесь было другим. Обычно она сияла от счастья или излучала спокойствие.
Обычно Омер подходил к ней сзади, когда она приводила себя в порядок, скрещивая руки у нее на животе и прижимая к себе. Он щекотал ей шею дыханием и шептал всякие глупости на ухо, отчего они оба смеялись и любовались отражением друг друга.
Кто были эти двое сумасшедших влюбленных?
Они вообще когда-нибудь существовали?
Она с силой открыла дверь и на секунду замерла, увидев мужчину, сидевшего на полу в коридоре. Он тут же поднялся, с тревогой и мольбой наблюдая за ее движениями. Она отвела глаза в сторону, надев отсутствующий взгляд, и двинулась вперед, преодолевая последние метры. Когда они поравнялись, он с трепетом снова обратился к ней.
О: Кывылджим, прошу, пожалуйста, не уходи. Не сбегай от меня. Не делай этого с нами. Все можно решить, давай просто спокойно поговорим. Я понимаю, что все выглядит ужасно, но я никогда не хотел иметь дела с Геркем. Я никогда тебе не изменял! Посмотри на меня...
Он приблизился к ней и нежно взял ее щеки в свои ладони. Его зрачки отчаянно пытались отыскать проблеск надежды в ее безразличной пустоте. Кывылджим смотрела на него своим прямым и холодным взглядом. Она глубоко вздохнула. Она приняла решение.
К: Только вот я изменила тебе, Омер. И сделала это сегодня ночью. Так что ничего уже не получится решить.
Омер был поражен. Как будто жизнь в один миг вдруг покинула его тело. Его лицо за секунду побледнело. Он не отрываясь смотрел на свою жену, которая не отдавала себе отчет в том, что говорит. Он не знал, что старался разглядеть в ее глазах, но не мог оторваться от них.
О: Т-ты... Ты врешь. Этого не может быть. Ты бы никогда так не сделала, ты говоришь это, чтобы меня расстроить.
Кывылджим слегка улыбнулась уголками губ.
К: Я тоже была такого мнения о тебе, Омер. Но я ошиблась. Наше отличие в том, что я не терплю ложь и прямо говорю тебе о том, что произошло. Нас теперь нет, Омер!
Она твердым движением убрала его руки подальше от себя. Ее сердце готово было вырваться из груди, но он видел только холодную горечь в ее облике.
Омер вдруг почувствовал, что не может дышать.
Его жена его никогда не обманывала.
Но его жена бы никогда его не предала.
Что она делает прямо сейчас с ним?
Он отогнал мысли, которые мешали ему ровно дышать, и попытался совладать со своими чувствами.
О: Кывылджим. Я понимаю тебя. Ты хочешь сделать мне больно. Но это... это не решит проблему. Мы должны сесть и поговорить спокойно, как двое взрослых. Я... я никогда не поверю в то, что ты была с другим мужчиной. Ты... ты не такая женщина.
К: Теперь это уже тебя не касается, Омер. Ты просишь меня послушать тебя, но сам отказываешься слышать то, что я говорю.
О: Потому что ты говоришь чушь! - Омер не выдержал и повысил голос до крика. - Это невозможно - разрушать наши отношения из-за того, что было в прошлом, когда мы были врозь, Кывылджим!
К: Не кричи на меня!
О: Я буду кричать, раз ты не понимаешь по-другому!
К: Это ты не понимаешь, Омер. Я говорю, что изменила тебе, у тебя что, совсем гордости нет, а? Я - не ты, Омер. Я никогда уже не буду с тобой после того, как была с другим!
Кывылджим в гневе выкрикнула последнюю фразу и вздрогнула от того, как Омер хлопнул ладонью по стене рядом с ее затылком. Казалось, он терял себя.
О: Перестань нести этот бред, этого не было!
Кывылджим злорадно улыбнулась, будто празднуя победу в сражении. Ее боль и обида сосредоточилась в этой улыбке, которая переворачивала в нем все вверх дном.
К: Ты можешь тешить себя иллюзиями сколько угодно. Но я больше не буду. Ты сам разрушил нас, Омер.
Она повернулась к нему спиной, намереваясь исчезнуть из этого дома, но Омер резко приблизился сзади, обхватывая ее своими гигантскими руками.
О: Пожалуйста..., - хрипло прошептал он. Сейчас он готов был на все, что бы она ни сказала. Только бы она была рядом. Он не мог дышать без нее. - Кывылджим, не оставляй меня...
К: Отпусти меня сейчас же! - воскликнула женщина, изо всех сил пытаясь выпутаться из его хватки. Она сильно толкнула его локтями в живот, но он еще сильнее прижал ее к себе так, что она почувствовала его дыхание на своем затылке. - Что ты делаешь, ты сошел с ума? Я не хочу тебя, слышишь?
О: Я не верю ни единому твоему слову, - запыхавшись от борьбы, произнес он. - Ты моя жена. Моя жена. И я люблю тебя. А ты любишь меня. Мы никогда не расстанемся, даже не мечтай!
К: Ты теперь решил удерживать меня силой, серьезно? Извращенец! Я сказала хватит! - выдохнула она, пытаясь разъединить его руки, сцепленные в районе ее груди.
О: Если ты меня не слушаешь по своей воле, я заставлю тебя выслушать.
К: Я больше никогда тебя не послушаю, - выпалила Кывылджим, продолжая попытки освободить себя.
Они какое-то время боролись друг с другом, пока их тела не устали от напряжения. Гнев Кывылджим постепенно сменился беспомощностью. Единственное, чего хотел ее разум - уйти.
Единственное, чего хотело ее сердце - потеряться в объятиях этого мужчины, приняв за правду то, во что хотелось верить.
Ее тело обмякло от его прикосновений. Ее тело предавало разум.
Кто и с кем здесь боролся? Она уже не понимала, что происходит внутри и снаружи.
Она не могла больше стоять и медленно поползла вниз. Омер спустился с ней на колени и развернул к себе. Глаза их обоих были полны невысказанных эмоций, и он притянул ее на грудь, гладя по голове. Она вновь почувствовала себя маленькой в его огромных руках. Она больше не могла сопротивляться в этом моменте. Она запыхалась и нуждалась в успокоении. Она чувствовала учащенное дыхание Омера, который как щит обволакивал ее со всех сторон.
О: Дорогая моя, я все тебе объясню. Я не могу видеть нас такими. Один раз я уже потерял тебя, отдав своими же руками другому человеку. Этого больше не повторится. Я..., - Омер запнулся, переводя дыхание. Ему сложно было совладать с собой, когда ее запах проникал так глубоко в легкие, дразня надеждой совместного счастья. Ее волосы щекотали его нос, и он на мгновение зарылся в них, прогоняя шок от сегодняшней ночи. Он крепко держал ее и чувствовал, что она все еще его. Он не верил ее лжи и он жаждал с ней объясниться.
О: Когда в новогодний вечер я увидел тебя за руку с Эртугрулом, я не мог этого вынести. В тот день не стало прежнего Омера, Кывылджим.
Воспоминание того момента заставило его почувствовать ком в горле, и одинокая слеза выскользнула из-под ресниц.
О: Я... Я был потерян и не знал, как мне жить дальше, в чем найти утешение. В то время я начал ходить в бар и попробовал алкоголь. На какое-то время мне это помогало забыться. Однажды я встретил там Геркем. Она представилась другим именем, и в ту ночь все произошло. Это не было для меня чем-то... важным. Я просто настолько потерял свои ориентиры, что пытался за что-то ухватиться. Я... я никогда о тебе не забывал. Это невозможно для меня, Кывылджим. Но тогда у меня не было прав разрушать твое счастье. Я думал, что ты счастлива, и наблюдал издалека. То чувство, которое ты пробудила во мне, оно... оно сильнее всего в моей жизни, и так и останется...
Она слушала его историю на груди, отпустив себя полностью. Она настолько устала, что не могла сдерживаться. Ее лицо было солено от слез.
Она прожила с Омером его эмоции в этом признании. Это было большим утешением. Было утешением на мгновение избавиться от своего кошмара, погрузив себя в чужой сон, законно сбросив груз ответственности за неотвратимое будущее.
Она подняла голову и посмотрела на мужчину своими сверкающими глазами. Она любила каждую его черту. Ее глаза блуждали по его лицу в стремлении запомнить каждый изгиб.
Она неуверенно поднесла свои пальцы к его щеке. Омер смотрел на нее с огромной нежностью, желая исцелить все ее раны. Он обхватил лицо жены руками, избавляя его от слез. Они глубоко смотрели внутрь друг друга, будто заново создавая контакт. Их тоска была невыносимой, словно прошла не ночь, а вечность.
Омер приблизился к жене нос к носу. Он нежно провел большим пальцем по ее губам.
О: Я не могу больше терпеть тебя так близко, моя любовь.
Он медленно и твердо взял ее губы в свои, выпуская свой огонь и нежность по отношению к ней. Она немедленно ответила на поцелуй, запустив пальцы в его волосы, параллельно лаская шею. По ее телу пробежали мурашки, когда его рука проникла ей под пиджак. Они целовались неистово, как студенты после долгой разлуки, и их кожа стала невыносимо горячей, электризуя все части тела.
Внутренности Омера тряслись от нарастающего желания. Он остановился на секунду, всматриваясь в лицо своей жены. Они оба глубоко дышали, ловя запах друг друга. Ее губы пульсировали от резкого контакта с его небритостью, пробуждая в нем что-то звериное. Его руки притянули ее плотнее в жажде максимального сближения. Каждое его движение давало ей понять, что он принадлежит ей, а она ему. Он провел языком по раскрасневшимся губам жены, а затем переключился на шею, заставляя ее дрожать от прикосновений. Она снова теряла связь с реальностью от его поцелуев и готова была отдаться забвению всем своим существом...
Осознание этого вдруг вернуло ее в момент.
Она не могла так с собой поступить.
Сейчас она должна выбрать себя.
Она приказала себе остановиться, будто от этого зависела ее жизнь.
Затуманенный взгляд Омера говорил о том, что он с трудом осознавал себя, когда она вдруг отстранилась.
На несколько секунд ее рука зависла в воздухе в немой просьбе перевести дух.
В последний раз она позволила себе посмотреть на него с трепетом, который шел от сердца.
Она потрогала его ямочки, которые всегда так ей нравились.
В этот момент внутри себя она прощалась со своей любовью. Она запомнит эти эмоции навсегда и будет хранить в своей душе.
Она слегка улыбнулась сквозь полные глаза.
Решение было принято.
Никакая любовь - даже та, что возносит ее к небесам, - не важнее ее самой.
Кывылджим медленно встала с колен и выпрямилась, стряхнув с себя безумие и нежность пережитого момента. Ее вид стал твердым и уверенным, как это всегда было присуще Кывылджим Арслан. Она смотрела на него сверху вниз своим королевским взглядом, лишенным прежнего блеска ярости и любви. Ее черты стали жесткими.
К: Я не смогу, Омер. Ничего уже не исправить.
Неотвратимость принятого ею решения разлилась по комнате холодным молчанием.
К: Мне очень жаль. Береги себя.
Не медля больше ни секунды, она потянула собранный чемодан, открыла дверь и шагнула в новую главу своей жизни, оставляя позади себя мужчину, которого любила.