1
Автор: Адель. АМ
Рики, не прерывая дыхания, продолжал методично скользить по извилистым поворотам своей личной тренировочной базы. Каждый участок трассы был знаком ему до мельчайших деталей, но это не мешало ему на полную силу вжимать педаль газа, заставляя двигатель реветь, как дикий зверь, вырывающийся на свободу.
Он не чувствовал времени — ощущение скорости, когда она пересекает все возможные границы, поглощало его. 100... 130... 150... 200... 250... Каждая цифра на спидометре была как отдельная победа над собой, но все равно недостаточно, чтобы насытить его жажду скорости. Вибрации руля передавались в его тело, в его сердце, каждое ускорение было как шаг в неизведанное, словно Рики двигался по тонкой грани между контролем и хаосом.
Машина, казавшаяся тяжелой и непокорной для большинства, стала для него продолжением самого себя. Она слушала его команды с точностью хирурга, легко входя в повороты, как танцор, который давно освоил свои движения. Но Рики знал: ни одна трасса не может быть покорена, пока не победишь самого себя в этой безумной гонке.
После еще нескольких крутых поворотов Рики резко снизил скорость, позволяя двигателю немного остыть. Он скользил по трассе, чувствуя, как его сердце бьется в унисон с пульсом машины. Проехав несколько последних метров, он плавно свернул на боковую дорожку, где его уже ждал Акиро с инструментами и комплектом новых шин.
Рики вышел из машины, не выражая эмоций. Его лицо было все таким же холодным, как и всегда, но в глазах горела непреклонность. Он подошел к колесу, внимательно осмотрев шины, которые должны были быть установлены.
— Эти новые шины не годятся, — сказал он, не оглядываясь на помощника, все еще сдерживая дыхание от скорости. — Ставь старые.
Акиро, не спеша, подошел к Рики, держа в руках новые колеса. Он замедлил шаг, осторожно обдумывая свои слова, но не мог не заметить уверенности в голосе своего босса. Он был опытным, и знал, что Рики никогда не ошибался в таких вещах.
— Но, Рики... эти шины лучшие на рынке, — сказал Акиро, подавая их, — Они дают больше сцепления и долгосрочную стабильность.
Рики посмотрел на него с холодной решимостью, не поднимая головы. Его взгляд был острым, как лезвие ножа, и в нем не было ни тени сомнения.
— Я сказал — старые, — его голос был настолько строг, что Акиро не осмелился возразить. Он видел, как Рики всегда добивался своего, и знал, что его опыт не поддается обсуждению.
Без лишних слов Акиро молча повернулся и принялся за работу. Рики стоял рядом, наблюдая за каждым движением, и когда колесо было снято, он вновь проверил каждое старое колесо, как будто оно могло выдать ему какую-то недосказанную правду.
Шины, которые он выбрал, не были самыми новыми или лучшими по характеристикам. Но для него они были идеальными. Они знали его стиль, его манеру вождения. И с этим он был непреклонен.
Гараж, в котором тренировался Рики, был настоящим произведением искусства. Просторное помещение, освещенное мягким, теплым светом, который отражался от полированных металлических поверхностей, создавая атмосферу высокого класса и безупречного порядка. Приятный запах свежей резины и масла витал в воздухе, а пол был идеально чист, словно только что вымыт. По бокам располагались машины — в их линиях чувствовалась элитность, каждое авто было как произведение инженерной мысли, в том числе его собственный Lamborghini Aventador S, который стоял в центре, как король среди других.
Дорогие инструменты аккуратно разложены на полках, а на стенах — массивные мониторы, показывающие данные о скорости и улучшениях, вносимых в автомобили. Высокие окна давали возможность видеть просторы за пределами базы, где тренировочные трассы петляли, как змеи, идеальные для оттачивания мастерства. Всё здесь было олицетворением того, что можно достичь только на вершине — совершенства и богатства.
В этот момент в гараже появился Минато Хару, менеджер Рики. Он был низким, с хитрой улыбкой и вездесущим чувством самодовольства. Легким движением он похлопал Рики по плечу, всегда делая это так, как будто его жест был настоящим проявлением заботы, но на самом деле, каждый раз это вызывало у Рики лишь чувство раздражения.
— Руку, — коротко сказал Рики, не повернув головы.
Минато застыл на мгновение, удивленно подняв брови. Он отступил, но смех его был таким, словно он никогда не мог бы понять, что именно его жест раздражает.
— Что? — засмеялся он, будто в негодовании. — Да ты что, совсем что ли?
Рики спокойно обернулся, его взгляд был ровным и холодным.
— Я сказал, руку, — его голос не выражал ни малейшего намека на мягкость. Быстро и резко он сбросил руку Минато с плеча, не давая ему возможности что-либо возразить.
Минато слегка склонил голову, поддаваясь молчаливому доминированию Рики.
— Наша главная звезда уже готова к новому сезону? — его голос был настойчивым, с привычной долей высокомерия, будто он просто обязан был быть частью этого шоу.
Рики взглянул на своего менеджера, и в его глазах промелькнуло короткое воспоминание. Его карьера была невероятной — с самого начала все начали называть его «Ники». Это прозвище быстро прижилось, и все в мире гонок знали его как "Ники", парня, который с первого заезда стал настоящей сенсацией. В 2015 году, когда он впервые в жизни выехал на трассу, Рики не просто участвовал — он одержал победу на своем дебютном этапе, и сразу стал фаворитом. От момента его появления на «Vessel» все ожидали чего-то большего. На каждом этапе сезона, независимо от сложности трассы или условий, он пересекал финишную линию первым. Его стиль вождения был уникален, и все, кто пытался его догнать, понимая, что это невозможно, начинали восхищаться его мастерством.
Сезон под названием «Vessel» стал знаковым не только для Рики, но и для всей гоночной индустрии. Это были гонки не для слабых, здесь ставки были высоки, а победа — это не просто титул. Это была возможность войти в историю. Трассы были разнообразными и сложными, от серпантины горных дорог до высокоскоростных участков на пустынных шоссе, каждый этап становился настоящим испытанием для всех участников. Но Рики, несмотря на все трудности, всегда был впереди, его автомобиль словно сливался с дорогой, а его манера вождения оставалась непревзойденной.
С каждым этапом сезона он становился только сильнее, выигрывая все больше и больше. И вот, теперь, он стоял здесь, в своем гараже, готовясь к следующему сезону, понимая, что этот путь был лишь началом для чего-то более грандиозного.
Рики медленно обошел машину, его шаги были точными и решительными, словно каждое движение было частью большого механизма, который всегда вел его к победе. Он не отвлекался на пустяки, сосредоточенно изучая машину, её детали, проверяя, как все работает. Но вопросы, которые он задавал, были короткими, не поддающимися эмоциям.
— Сколько новеньких на трассе? — его голос был холодным, как сталь, и не оставлял места для сомнений.
— Десять, — ответил Минато, не дождавшись, чтобы Рики повернулся к нему. Он знал, что все будет по-своему, и ему не стоит тратить время на попытки перехватить внимание Рики.
— Есть выдающиеся? — Рики продолжил обход машины, его глаза не сводились с капота, но напряжение в воздухе становилось заметным.
— Двое, — Минато ответил с уверенностью, понимая, что разговор сейчас станет важным.
— Кто они? — Рики остановился, но не повернулся. Его взгляд был все тем же, острым и проницательным, как если бы он искал что-то, чего не мог увидеть сразу.
— Один гонщик... и... как называется девушка... что участвует в гонках? — Минато немного смутился, но не позволил себе долго колебаться. Он привык отвечать быстро.
— Ошибка, — резко сказал Рики, не давая возможности продолжить, его голос прозвучал как приговор. Он обернулся, взгляд его был непреклонным. Это не была шутка, как думал Минато.
Менеджер рассмеялся, но этот смех был только попыткой скрыть неловкость. Он подумал, что Рики просто немного разыгрался, но его каменное лицо не оставляло места для подобных мыслей.
— Имена? — снова спросил Рики, его пальцы легли на капот машины, будто он проверял что-то важное, не замечая шума вокруг.
Минато, по привычке, уже держал нужную информацию.
— Аниель Де Град, и... — он замедлил речь, чувствуя напряжение в воздухе.
— Знакомая фамилия, — Рики перебил его, поднимая голову и слегка нахмурив брови. — Это её первая гонка?
— Да, — ответил Минато, ощущая, как его слова не нашли отклика в лице Рики. — Она еще новичок.
Рики не ответил сразу. Он стоял, его взгляд был направлен в пустоту, словно он думал о чем-то далеко, за пределами текущего разговора. Каждое новое имя, появляющееся в гонках, было для него еще одной переменной, которую следовало учесть. И он знал, что всегда должен быть готов, если кто-то из этих новеньких решит побороться с ним на трассе.
Рики бросил быстрый взгляд на Акиро, который уже начал снимать старые номера и готовил машину к сезону. Было видно, как его руки уверенно и быстро действуют, занимаясь последними штрихами: менял номера на гоночные, наклеивал пленку с логотипами, проверял технические детали. Вся работа была поставлена так, чтобы не было ни малейшей ошибки. Рики не мог себе позволить беспорядка, даже в мелочах.
Когда он прошел вдоль коридора, его шаги звучали громко в тишине гаража. Он открыл дверь и направился к выходу, не обращая внимания на тот факт, что Минато, его менеджер, поспешно бежал за ним. Все эти разговоры о спонсорах и ставках его не интересовали. Но Минато не сдавался, продолжая за ним следовать, словно постоянно пытаясь привлечь внимание Рики к чему-то, что, как он считал, важно.
— У нас новые спонсоры, — Минато догнал Рики, тяжело дыша. Его голос был на удивление настойчивым.
— Мне плевать, — коротко отрезал Рики, не замедляя шаг. Он не любил такие разговоры, тем более когда они касались чего-то такого бесполезного, как деньги или рекламу.
— Рики, это важно, — повторил Минато, его голос становился все более напряженным. Он явно хотел, чтобы Рики понял, как сильно это могло повлиять на его карьеру.
Рики остановился на мгновение, не оборачиваясь. Он знал, что Минато не отстанет, пока не услышит ответ, но в его словах не было даже намека на интерес.
— Компании? — спросил он, не оборачиваясь, лишь слегка повышая бровь.
Минато быстро выдохнул, словно победив, и начал перечислять:
— Верно.Rolex , Supreme, Malboro, и ставки — огромные!
Рики застыл. Он почувствовал, как его глаза сузились, а его лицо снова приняло ту же ледяную выражение, как всегда, когда его что-то раздражало.
— Вместо того чтобы тратить деньги на себя, на свой имидж, их ставят на меня? — Рики не смог скрыть сарказма в голосе. Он никогда не понимал, как можно ставить ставки на человека, это ему казалось глупым и бессмысленным. — Это тупо.
Минато не сдался и попробовал объяснить:
— Знают, что ты не продуешь. Ты стал символом, Рики. Все уверены, что ты победишь, и ставки на тебя — это гарантированное возвратное вложение.
Рики встал, не двигаясь, и его взгляд стал еще более холодным, как если бы он уже не слышал этого разговора.
— Пусть ставят, — наконец произнес он, без какого-либо выражения в голосе. — Это их деньги, не мои.
С этими словами Рики направился дальше, оставляя Минато с его бессмысленными попытками объяснить важность спонсоров и ставок. В его мире всегда существовала только одна реальность — победа на трассе, и все остальное было лишь шумом на фоне.
Сев в свою новенькую Bugatti Divo, сверкающую темно-синим кузовом и улавливающей каждый отблеск вечернего неона, Рики мягко нажал на газ. Машина откликнулась на его прикосновение мгновенно, будто только и ждала команды. Рёв двигателя прорезал воздух, и он рванул с места — быстро, уверенно, с тем самым контролем, который был у него в крови.
Путь к дому проходил через улицы Токио, где стеклянные высотки и бесконечные рекламные огни создавали свой ритм жизни. Он ехал по Аояма-дори, затем свернул на Омотэсандо, где в ряд стояли бутики и шоурумы люксовых брендов, — именно здесь Рики любил ехать медленно, просто наблюдая за городом, который знал его имя.
Последний поворот вывел его на Роппонги-дори, и именно здесь взгляд Рики зацепился за кое-что неожиданное. Ferrari SF90 — ярко-красная, агрессивно низкая, явно выпущенная совсем недавно — резко тормознула у перекрёстка. Манёвр был грубым, лишённым плавности, как у тех, кто не чувствует машину, а лишь играет с ней. На треке такой манёвр мог бы дать преимущество... но на улице он выглядел опасным и глупым.
Рики, нахмурившись, плавно спустил окно Bugatti. Его тёмные глаза сузились, пристально изучая водителя Ferrari. Машина остановилась неровно, передние колёса почти выехали за стоп-линию, как будто водитель в последний момент вспомнил, где находится.
Он прищурился. Его интерес был не в машине — он видел сотни подобных. Его внимание привлекло неумелое поведение... и лицо за рулём.
Кто-то слишком самоуверенный... или просто новичок, решивший поиграть в гонщика в самом сердце его города.
За рулём действительно сидела миниатюрная девушка — настолько, что в объятиях массивного спорткара она казалась почти игрушечной. Узкие плечи, тонкая шея, руки — на одной из них блестело кольцо, возможно помолвочное или уже обручальное, тяжело было сказать. Руки держали руль с напряжением — неуверенно, почти испуганно, что сразу бросалось в глаза Рики. Она явно не принадлежала этой дороге.
На ней была черная рубашка с аккуратно застёгнутыми пуговицами, виднелись строгие, возможно, классические брюки. Левый профиль выдавал сразу три родинки на щеке — словно нарисованные, необычно расположенные, и оттого запоминающиеся. Её брови были прямыми, европейскими, без изгибов. А длинные коричневые волосы мягко спадали на плечи, с плавным, выгоревшим мелированием, которое выдавало то, что в уходе она знала толк. Ресницы — длинные, тени подчёркивали взгляд, но сама она почти не двигалась, будто боялась кого-то задеть даже взглядом.
Рики усмехнулся. В его пальцах появилась трубка — изысканная, дорогая, с гравировкой, которую можно было разглядеть только при ближайшем рассмотрении. Он поднёс её к губам, прикурил, выпуская лёгкое облачко дыма, которое растворилось в вечернем воздухе.
«Наверняка её муж — какой-нибудь директор или владелец компании. Только таким дарят Ferrari, не спрашивая цену,» — мысленно отметил он, глядя на неё не без снисходства.
Она не похожа на японку — ни по манере, ни по выражению лица. Взгляд — немного потерянный, в нем сквозила какая-то мягкость, не свойственная местным. «Иностранка. Может, наполовину. Его вкус, видимо, особенный...»
Рики откинулся в кресле, наблюдая, как девушка суетливо поправляет зеркало. Он чувствовал не раздражение, нет — скорее, лёгкое презрение, перемешанное с циничным интересом. Эта сцена казалась ему почти фарсом. Но что-то всё же заставляло его не убирать взгляд.
Девушка резко нажала на газ, и Ferrari рванула вперёд, оставляя за собой короткий визг шин и аромат перегретого асфальта. Рики даже не шелохнулся, лишь проводил её взглядом, лениво выдыхая дым из трубки.
Машина обогнула поворот, но он успел заметить то, что не ускользнуло бы от его внимания даже в слепой темноте — блестящие номера:
"DE GRAD."
Он прищурился.
Где-то...
Где-то он уже слышал эту фамилию.
Рики убрал трубку и откинулся в сиденье, всё ещё глядя на угол, за которым исчезла машина.
"De Grad..." — повторил он себе под нос, словно пробуя это имя на вкус. Оно было знакомым, как песня, услышанная в детстве, но забытая с годами.
Мысль будто на секунду зацепилась, но тут же ускользнула, оставив после себя лёгкое напряжение в висках. Он знал это имя. Вопрос лишь в том — откуда.
Он завёл двигатель своей Bugatti. Мотор зарычал, как зверь, просыпающийся после сна. И хотя он не прибавил ни капли эмоции, внутри будто что-то сместилось.
Значит, она — Аниель De Grad.
Теперь всё стало куда интереснее.