Глава 28 (Кайден)
Мою жену забрали у меня. Её похитили. Прошло восемнадцать часов, как её нет, я уже везде поискал, но её нет. Нигде нет. Чёрт. Чёрт. Чёрт.
— Брат, мы всех привезли. Что дальше? — спрашивает Дерек.
— Запустите вертолёты и пусть тело каждого этого ублюдка пройдёт через пропеллеры.
— Но, брат...
— Без «но», Нейт! Пока моя жена не вернётся ко мне в целости и сохранности, город будет купаться под кровавым дождём.
Я привык видеть смерть. Привык приказывать, решать, стирать людей с лица земли. Но сейчас… они взяли моё. Без неё мир не имеет смысла. Всё, что я построил, всё, чем владел, — пепел. Потому что без неё я — ничто. Без неё я — зверь, которому больше нечего терять. И если ради неё мне придётся сжечь этот мир — я подожгу.
— Хорошо, — отвечает Дерек, и они выходят на улицу.
— Готовьте вертолёты, — кричит где-то там Джон.
Я всего лишь хотел успокоиться, хотел всего на миг побить один. Но это стоило мне моей красавицы, моей жизни, моей богини. Пока я не найду её, весь город будет умирать. И мне всё равно, люди с какой территории.
И где-то там они держат её. Дышат рядом с ней. Трогают её. Эта мысль сводит меня с ума.
— Есть вести, — выбегают из машины Кетти Рей и Сара.
— С кем ты сотрудничаеш? — я хватаю за горло Кетти. — Имя сейчас же. Иначе твоё тело тоже пройдёт через вертолёты, — я начинаю душить её, и она краснеет.
— Что значит «через вертолёты»? — спрашивает Сара, и в это время на всех нас бризгает кровь.
Сара начинает орать, и скоро на землю падают маленькие частички плоти людей.
— О боже, это плоть, — её глаза округлились, и она чуть сознание не потеряла.
— Кет, назови имя, — моё внимание обращено на неё; я понимаю, что если она сейчас не ответит, я её убью.
— Брат! — бежит ко мне Нейт. — Отпусти её. Брат, отпусти!
— Пусть скажет имя! — ору я.
— Ты сначала дай ей сказать! Брат, посмотри на меня: если с ней что-то случится, Фария тебя не простит. Брат!
При одной мысли о моей жене я отпускаю её. Она начинает вдыхать воздух, и Нейт ей помогает стоять на ногах.
— Имя, Кетти Рей!
— Его зовут Фернандо. Он не из нашего острова, — протирает она горло, плача. — Он из Испании.
— Почему на твоё имя было переведено такая же сумма денег, как у поставок?
— Кемерон был сообщником Фернандо, они все свои грязные дела делали через меня, — плачет она. — Фернандо утверждает, что он мой дядя, — напоследок вздыхает она - Вот откуда я всё знаю.
— Где сейчас он?
— Ты думаешь, это он похитил Фари?
— Место, Кетти Рей!
— На второй улице после моего дома, — вздыхает Сара. — Я была там вместе с Кет.
— Если это он, мы пойдём с тобой, — говорит Кет. — Майкл уже в другой территории ищет Фари.
— Мне всё равно, что вы сделаете.
Я запрыгиваю в первую попавшуюся машину и гоню на улицу, которую сказала Сара.
Кровавый дождь усиливается. Небо, завешанно машинами, гул которых заглушал даже мои мысли. И в этой тишине мне виделась кровь, а именно кровь на лицах всех и каждого. Это видение наполняло меня облегчением и рвало на части одновременно.
Я не думал о моральных границах. Они стерлись. Осталось только одно — вернуть её или стереть тех, кто смел прикоснуться к моему миру. Моей жене. Моя ярость приняла форму приказа, и приказ приобрёл вес закона. А теперь, по закону, каждый будет умирать, пока я не найду свою жену!
Я выхожу из машины и бегу внутрь здания. Я распахиваю дверь, а там удивительная картина.
— Далеко собрался, Фернандо? Границы же закрыты.
— Ты... Ты Кайден? — мужчина уроняет чемодан и бросается на колени. — Я не знаю, где твоя жена. Клянусь.
— Кто сообщил, что я ищу жену?
— Чт... Что? — волнуется мужчина, и это меня веселит.
Услышав мой смех, он отходит назад.
— Неужели я так плохо смеюсь?
— Брат, это не смех, а сама смерть, — говорит Дерек, который зашёл за мной.
— Где моя подруга, ублюдок? — Кет и Сара забегают вперёд, и Кетт даёт ему пощёчину пистолетом.
— Я же твой дядя, — кричит на неё Фернандо.
— Это ещё не факт, и вообще мне плевать, кто ты, где моя подруга? — скалит Кет.
Но в это время в дом врывается охрана. И я с удовольствием позволяю Кет веселиться.
— Мы с ними разберёмся, а ты по душам поговори с дядей, снежная королева, — бросает Нейт, и мы начинаем по очереди убивать каждого.
— Она в... — как только Фернандо заговорил, в его голову выстрелили.
— Выходи, трус! — орёт Кетти, и Сара бьёт оружием одного из охран.
— Ёжик, этим оружием стреляют, а не бьют, — смеётся Дерек, выстрелив в нескольких мерзавцев. — Вот что бывает, если трогат нашу злюку. Нашу семью.
Я на секунду перевожу взгляд на Кет, в надежде увидеть выстрелившего в Фернандо, и в меня прилетает кулак. Пацан ударяет в челюсть, и в момент ока я бью его голову об стену, и когда она обмякла, отпускаю.
— Убирайтесь отсюда, — выходит ещё один старик из другой комнаты, прячась за телом женщины.
— Трус долбанный, это ты убил Фернандо? — рычит Кет. — Да, ещё за женщиной прячешься, ублюдок!
— Отпусти меня, пожалуйста, — умоляет женщина. — Я же твоя жена, Рафаэль, — она начинает сильно плакать.
То, что он так поступает с женщиной, злит меня ещё больше, и выхватив оружие у очередной охраны, стреляю в руки мужчины, и женщина убегает обратно в комнату.
— Где моя жена? — я подхожу к нему и ставлю стол ему в рот. — Где. Моя. Жена?
— Она у туманных, — усмехается Рафаэль.
Туманные — это люди, уставшие от жизни; они не боятся смерти, им нечего терять, и они просто делают, что им велят. Им просто нравится жажда мести и приключения.
— Кто их нанял?
Он смеётся как сумасшедший:
— Как кто же, если не твоя мамаша, — усмехается он.
— Ублюдок! — я стреляю и поворачиваюсь к братьям. Вся охрана на полу, а мы все в крови.
— Это наша вина, — глухо говорят те. — Мы не должны были скрывать от тебя.
— Об этом поговорим, когда я найду Фаре, — я направляюсь к выходу. — Молодец, Кетти Рей. Если хотите, можете поиграть со всеми ублюдками города.
— Как раз этим и займёмся, — усмехается она - Но для начала поможем той женщине - она указывает в комнати куда убежала женщина.
Я выхожу на улицу и стою, смотря на небо. Плоть и кровь падают прямо на людей, и даже это меня не успокаивает.
Я чувствую, как тьма поднимается внутри. Медленно, но неотвратимо. Она шепчет, зовёт, требует ещё больше и больше крови. И я не сопротивляюсь. Я хочу этого. Я хочу, чтобы они все страдали — каждый, кто хоть пальцем прикоснулся к ней, кто хоть взглядом коснулся моей жены.
Моя Фаре. Моя дорога. И пока она не со мной, с споду с этой дороги, и это уничтожает меня изнутри и снаружи.
Из-за капель крови стекло машины испачкано и не видно ничего, поэтому я, сломав всё стекло в машине, еду домой. Мои люди и вертолёты на каждой территории, во всём острове. Но это ничего не даёт: моей жены всё ещё нет. Я не могу найти эту женщину и решить всё.
Я думал встретиться с этой женщиной. Хотел выслушать её. Но сейчас зная что это она похитила Фаре... Я убью её, если найду.
Я выхожу из машины и замечаю Мелоди, стоящую с зонтом.
— Есть вести?
— Нет. Зайди в дом! — слова выходят резкими, чем я хотел, но это заслуженно.
— Брат, пожалуйста... Ты смотри, во что превратился. Разве Фария одобрила бы такое? Ты весь в чужой крови, весь город в крови и плоти. Это ненормально! — с мольбой говорит она.
— Пока я не найду свою жену, весь город будет купаться в крови друг друга, ангел, а теперь зайди в дом, и не высовывайся.
— Ты и с трубами что-то сделал?
— Что за трубы?
— В моей комнате из труб, то есть из стен, выходят разные звуки и стуки.
— Я ничего с трубами не делал, и сейчас это не важно. Зайди в дом, Мелоди!
Я теряю себя: моей жены всё ещё нет! Я бью окровавленными руками стену, и костяшки начинают болеть, но из-за злости и адреналина я ничего не чувствую.Я закрываю глаза и вижу её — напуганную, израненную, но живую. Ради этого я готов утопить весь город в крови. Ради того, чтобы вернуть себе дыхание.
Скоро, красавица моя... скоро я тебя найду...
(Фария)
Как я поняла, уже второй день как я здесь. Мне приносят еду и уходят; я до сих пор не дотронулась до них и чувствую, как тело истощается от жажды и голода. Я несколько раз перечитала все записи на стенах и уже слез не осталось, чтобы выплакать. Я каждую ночь стучу об трубы, надеясь, что кто-то там услышит и спуститься вниз, но это маловероятно. Я даже не знаю, где этот подвал находится.
— Так... так... — опять дверь открывается. — Фария, где ты? Неужели здесь настолько сильно понравилось, что не хочешь выйти?
Этот голос невозможно спутать ни с чем.
— Рыжая? — я выхожу к ней. — Вот это да. Ты, Кемерон, Мелисса, кто ещё замешан в этом?
— Здесь замешаны все, кто хотят твоей смерти, красавица Кая, — смеётся она.
— Ты больная, Сиси, — я смотрю на выход, и то, что там не видна охраны, так и манит рискнуть и убежать отсюда.
— Я то знаю, что я больная... но я счастливая, — опять смеётся она.
Да, она ненормальная, и этим нужно воспользоваться.
— Ты права, ты правда, счастливая, Сиси. Знаешь, я даже тебе завидую, — я начинаю кружиться вокруг неё, смотря на выход.
— Правда?
— Да - рядом с дверью замечаю железную трубку.
— Да, я... милая, — улыбается она и направляется в сторону дальней камеры.
В это время я быстро выбегаю и, схватив трубку, иду к Сиси.
— Знаешь... — она поворачивается ко мне, и я со всей силой бью железной трубкой ей в голову.
— Ты больная, Сиси, — говорю её лежащему телу и выбегаю на выход. Вижу в левой части лестницу и поднимаюсь вверх.
— Что будет делать теперь?
Слышу голоса мужчин и прячусь сзади противоположной стены.
— Но кровавый дождь — это прикольно, — смеются они. — А кто сейчас на страже Фарии?
— Какая-то рыжая. Вроде подружка Мелиссы, — говорит кто-то из них, и я задерживаю дыхание.
— Надеюсь, не рыжая с каре?
— Она самая. А что?
— Дурак. Она сумасшедшая! — один из них даёт подзатыльник другому, и они все бегут в подвал.
Я изо всех ног бегу на выход и, выйдя на воздух, чуть сознание не теряю от увиденного.
— Я что, умерла и попала в ад? — спрашиваю пустоту.
Всё вокруг в крови и плоти. Звуки вертолётов отдаются отовсюду. Что здесь происходит?
— Нет! — замечает меня Мелисса с зонтиком. — Ловите её! — кричит она двум парням, которые стоят рядом с ней.
Ну что ж, пришло время проверить мои навыки бойца.
Они набросились на меня одновременно, и я ударила одного по голове, другого в пах этой железной трубкой. Когда они упали на землю, добила их ещё несколько раз.
— Теперь твоя очередь, стерва. Я покажу тебе, как ты разбила моего мужа, — она пытается бежать и бороться одновременно, но когда я бью её в ногу трубкой, она падает и теряет контроль. Капавший дождь украшает её лицо алым цветом. — Не ожидала, женщина? Смотри-ка, твоя невестка оказывается настолько сильная, — я бросаю трубку и даю ей пощёчину, тащу её за волосы. — Это тебе за всё то, что ты заставила пережить моего мужа, семью. Ты больше не приближишься к ним даже на шаг, — я бью её до того момента, пока её лицо не озаряется её же кровью. — Мелоди, Дерек, Нейт, Кай... это всё за них. Я тебя предупреждала, женщина, — я срываю ей волосы и ещё раз бью со всей силой. — А это за меня!
Кай был прав. Иногда пытка — единственный язык, на котором этот мир понимает, что ты всерьёз.
Она теряет сознание или умирает — не знаю, но я, выхватив трубу, бросаюсь в бег. Но тут меня замечают ещё два её человека.
— Чёрт! — я бегу со всех ног, но когда один меня чуть не догоняет, кидаю трубку ему в голову и попадаю точно в цель. Оказывается не просто так я получила звание бойца.
Я бегу со всех ног и наконец понимаю, где я. Этот подвал на северной части дома. На этой части почти ничего нет, поэтому редко кто выходит сюда.
— Кай! — кричу во весь голос в надежде, что он услышит.
— Сука.
Меня догоняет другой парень и хватает за ногу; я падаю на землю и ударяюсь челюстью о камень. Я пытаюсь бороться с ним, но парень бьёт меня кулаком, из-за чего звёзды пролетают перед глазами. Он начинает душить меня, и как только я пытаюсь сделать последний вздох, слышится выстрел, и парень ослабляет хватку. Я поднимаю глаза и сталкиваюсь с его взглядом: его глаза безжизненные. Я отталкиваю его с себя и торопливо встаю. Пуля пробила парню мозги. Я поднимаю глаза, чтобы увидеть стрелявшего, и вижу того, кого меньше всего ожидала увидеть...
— Мелоди... — слова выходят рыданием, и я бросаюсь в её объятия. — Ты спасла меня. Спасла...
— Ты жива, — она обнимает меня в ответ.
— Мелоди, что происходит? — спрашиваю еле дыша.
— Это дела рук брата: он сходит с ума, — торопливо отвечает она.
— Где он? Он в порядке? Кемерон сказал, что он умер, — плачу я.
— Брат опять кого-то пытает. Кемерон что, жив? — рассеяно спрашивает она.
— Да... Мне нужно увидеть Кая.
— Пойдём.
Мы бежим с ней в сторону ворот и видим Кая под кровью; я останавливаюсь на месте. Я перевожу взгляд по всем, кто стоит у ворот, и все они полностью с ног до головы покрыты кровью.
— Фария? — они замечают меня, и я, смеясь, начинаю дрожать.
— Кай... — я бросаюсь в его объятия.
— Красавица моя, ты в порядке? — он начинает разглядывать меня.
— Кроме того, что я вся в крови, я в порядке, — усмехаюсь я, и челюсть начинает болеть. Я смотрю ему в глаза, и память о парке возвращается. — Ты... Риз...
— Что? Ты... ты вспомнила? — хрипло спрашивает он.
— Да. Я люблю тебя, засранец.
— А я тебя люблю, упрямая, — усмехается он. — Всем сердцем.
Я улыбаюсь своему мужу, и тут раздаётся выстрел; я поворачиваюсь и сталкиваюсь с теми парнями из подвала.
— Кай, они пришли за мной.
— Это мы сейчас решим красавица.— говорит Кай и я теряю сознание.
Главное — теперь я снова с ним.
.