Глава 14 (Кайден)
Теперь моя. Вся моя. Она в моих объятиях, что ещё может быть лучше? Ничего!
Когда она отправила то фото в платье, я понял, что это конец. Эта женщина поставила меня на колени ещё тогда, когда я её впервые увидел, и с тех пор я мечтал лишь о том, чтобы сделать её своей. И сейчас она здесь. Со мной. Я никогда не верил в мечты или надежды, но Фария Девкова это изменила. Она стала моей мечтой и надеждой на лучшую жизнь.
Уже утро, и с тех пор, как она уснула, я не сомкнул глаз. Не хочу, чтобы эта картина исчезла. Я глажу её руки и целую её прекрасные шёлковые волосы с запахом лайма и дыни. Эти прекрасные глаза, в которых каждый раз тону. Этот прекрасный носик, который краснеет каждый раз, когда она нервничает. Эти мягкие щёчки, в которых появляются ямочки, когда она натягивает улыбку. Эти губы, в которые хочу прижаться и никогда не отпускать.
— Ммм...
— Доброе утро, красавица из всех красавиц.
— Уже утро? Ты ведь не спал?
— Кто сказал, что не спал?
— Я, может, и спала, но всё почувствовала, — лучезарно улыбается она, и это чудо — увидеть такую красоту.
— Да? А что ты почувствовала? — я целую её за щёки.
— Ты меня целовал и не отпускал, — смущённо переводит взгляд.
— Как целовал? Может, вот так? — целую глаза. — Или так? — целую носик. — Или так? — целую в губы.
Она улыбается и прячет лицо руками.
— Кай...
— Что?
— Нам надо поговорить.
— Хорошо, — я немного отстранился и сел. — Скажи мне одно, Фаре: ты жалеешь?
— Я... я не знаю, Кай. Я... просто... — она заправляет волосы за ухо и, прикрывшись одеялом, села. — Кай... мы даже не знаем друг друга хорошо.
— Я знаю тебя хорошо!
— Но я — нет! — она злится. — Ты узнал обо мне всё, но я о тебе нет! Кай... я просто хочу...
— Я тебя не отпущу, Фаре. Я тебя не потеряю, — перебиваю её. — Если хочешь, можешь отстраниться, жалеть, ненавидеть — у тебя есть на это право, Фаре. Но я тебя не отпущу. — слова выходят суровее, чем хотелось бы. Но это правда: если она хочет бросить меня... я этого не позволю.
— Кай... — она улыбается и, встав на колени, прижимается к моим губам. — Я хочу узнать тебя. Хочу узнать всё!
— Это приказ, жёнушка? — усмехаюсь, не веря услышанному.
— Если хочешь, посчитай так.
Я притягиваю её к себе и страстно целую.
— Нельзя, — стонет она и отстраняется. — Тебе сначала придётся пройти мои испытания, засранец, — усмехаясь, целует в щёку.
— Испытания? — усмехаюсь её серьёзному виду.
— Не смейся! Так нужно!
— Кто сказал?
— Нууу, девочки говорили, что если пара готова быть вместе... ну то есть в телесном смысле... ну то есть... — она вся красная, теряется в словах.
— Что это за испытания и что я должен сделать, чтобы пройти их?
— Что? — она вскидывает бровь от удивления. — Ты правда хочешь пройти их? Ну то есть...
— Если ты этого хочешь, то да!
— Хорошо, — она глубоко выдохнув, улыбается. — Ты должен ответить на три вопроса. Но только честно! Иначе ни поцелуя, ни прикосновения.
— Спрашивай.
— Первое: чего ты на самом деле хочешь от меня — не на словах, а внутри? Второе: чего ты боишься больше всего? И третье... если бы ты знал, что это наша последняя встреча, что бы ты сказал? Знаю, вопросы странные, но ответь!
— Ну? — тихо спросила она, увидев мой пристальный взгляд. — Почему молчишь?
— Потому что впервые не знаю, что сказать, чтобы это не прозвучало слишком просто.
— Тогда не говори красиво, — тихо перебила она. — Говори честно.
Я глубоко вздохнув, начал отвечать:
— Я хочу тебя... не только как женщину, а тебя, как будто ты — последняя точка покоя. С тобой я не думаю о том, кем должен быть. Я... просто есть. Боюсь, что однажды скажу что-то лишнее — и ты исчезнешь. И если бы это была наша последняя встреча... я бы только попросил тебя остаться. Хотя бы на минуту. Но последней встречи не будет, потому что я тебя никогда не отпущу!
Она молчала. Долго.
— А почему ты женился на мне? — хрипло произнесла она.
— Я...
— Нет, не отвечай! — быстро меня перебила.
И хорошо, что она перебила: сейчас я не готов сказать ей правду. Если скажу это как-то не так, она может исчезнуть, и эта маленькая частичка надежды на лучшую жизнь потухнет.
— Пожалуй, испытание ты прошёл.
— И что теперь? — спросил я, стараясь не улыбаться.
— Теперь моё, — она коснулась моей щёки.
— Твоё испытание?
— Моя очередь отвечать, — она чуть улыбнулась. — Чтобы шансы были честными.
— Давай, жёнушка.
— Что я хочу от тебя? — она чуть улыбнулась. — Чтобы ты был настоящим со мной. Чтобы поделился со мной со всеми своими бедами.
— Чего я боюсь... — она на мгновение прикрыла глаза. — Боюсь привыкнуть. Потому что привыкание — это опаснее любви. От любви можно уйти. А от привычки — нет. Я не хочу влюбиться в тебя.
От её слов сердце сжимается, но я, не перебивая, слушаю.
— И если бы это была наша последняя встреча... — она улыбнулась уголком губ. — Я бы всё равно подошла. Всё равно посмотрела бы на тебя. И, возможно, сделала бы то, чего сейчас всё ещё не решаюсь.
— И что же это? — спросил я почти шёпотом.
Она прижалась к моим губам и начала целовать. Мир вокруг будто растворился — остались только мы. Я провёл пальцами по её бёдрам, и она не отстранилась; усадил её себе на колени и начал ласкать её тело.
Всё происходило медленно и неизбежно — как вдох после долгой паузы: дыхания смешались, но время словно замерло; между движением и поцелуем, между словами и тишиной.
Я поднял её, не отрывая поцелуй, и зашёл в душ. Включил тёплую воду и прижал жену к стене:
— Тебе всё ещё больно? — желание накрывает меня волной, и мне плевать, что она ответит.
— Нет, — тихо, почти шёпотом, говорит она.
— Хорошо. Но сейчас будет больно, — я резко вхожу в неё, и она вскрикивает моё имя. — Вот так, красавица моя. Вот так. — Я медленно выхожу и быстро вхожу обратно.
— Кай... остановись! Мне больно! — стонет она.
— Но твоя киска не хочет этого, красавица из всех красавиц. И ты чертовски тугая, для меня, красавица.
(ФАРИЯ)
Моё тело горит от желания. Боль смешивается с удовольствием. Кай таранит меня своим членом, и от удовольствия я готова провалиться сквозь землю. Как только приближается оргазм, он останавливается.
— Кай...
— Сначала я попробую тебе, дорогая.
Он укладывает нас на землю, и от жара внутри холод кафеля приятно ощущается на коже.
— Кай, пожалуйста... я не выдержу.
Он накрывает моё тело своим и начинает пальцами ласкать клитор.
— Считай это твоим испытанием, Фаре.
От каждого его прикосновения я теряю здравый смысл. Он начинает кусать и целовать каждый сантиметр моего тела, одновременно лаская между ног. Он впитывается туда и начинает лизать.
— Если остановишься, я тебя убью, Кай! - стону.
Он усмехается и вводит сразу два пальца. От резкого толчка я кончаю, и он прижимается к моим губам.
— Попробуй ещё, Фаре... — шепчет в губы.
— Что?
Он резко входит в меня своим огромным членом, и от удовольствия я закатываю глаза. Это нереально. От этого чувства я никогда не устану. От его резких толчков волна возбуждения накрывает меня, и я опять кончаю, на этот раз вместе с ним.
— Мне всегда будет тебя мало, Фаре, — шепчет он, тяжело дыша.
— Засранец, — я цепляюсь за его шею, и он, поднимая нас, встаёт под душ.
Я отпускаю его и позволяю ему купать меня, а сама наблюдаю за этим произведением искусства. Я впервые разглядываю его так близко голого, и мой взгляд цепляется за его достоинство. И в правду... такое... грех не звать достоинством.
— Если не прекратишь пялиться, пробежимся по второму кругу, — рычит он, намазывая моё тело гелем для душа. И целуя шею и лицо.
Я поднимаю глаза и замечаю его шрам на сердце. Слова Мелоди сразу приходят в голову. И как я вчера могла не заметить его.
— Больно? — спрашиваю, проводя пальцами по шраму.
— Нет. Это уже не важно, — он злится. — Фаре... — он берёт моё лицо и чмокает в носик, а потом в губы. — Это было давно, и это уже не имеет смысла. Оно просто как напоминание... напоминание о том, о чём я не должен забывать. О том, насколько я был никчёмным.
— Кай... ты не такой, — капли воды смешиваются со слезами.
— Если будешь плакать, не получишь шоколадного торта, — сменяет тему. — Но для начала...
Он поворачивает меня спиной к себе и резко входит, целуя шею. Я запрокидываю голову назад, и он начинает массировать мою грудь. От таких удовольствий я теряю себя в этом мгновении.
И так повторяется по нескольку кругов.
--------------------------------------------------------------
Я выхожу из больничной комнаты, где меня осматривал гинеколог. Оказывается, после потери девственности нужно провериться, чтобы убедиться, что всё хорошо. А об этом у меня позаботился муж.
До сих пор не могу поверить. Неужели это правда произошло? Да ещё и по несколько кругов.
Я спускаюсь по лестнице, кусая щёки из за смущения.
— Доброе утро! — улыбаясь, встречает Мелоди у выхода. Она одета в розовый комбинезон, а волосы собраны в высокий хвост, завязанные лентой. — Кто это, женщина? — указывает она на гинеколога, которая ушла.
— Доброе... это... — и как мне это сказать? Если скажу прямо, она всё поймёт и...
— Это гинеколог! — спускается Кай с лестницы. Футболка облегает его тело, и в голову приходят воспоминания, как это тело было на мне...
— Как это? — голос Мелоди уносит все мои мысли на второй план, оставляя красное лицо. — Всё, хорошо?
— Всё прекрасно, ангел, — Кай подходит ко мне и, притянув к себе, целует. — Если сегодня вечером наденешь то платье, умрут очень много людей, жёнушка, — шепчет он и уходит, оставляя меня с лицом, красным как помидор.
— Вы... — Мелоди прищуривается. — То есть... Ооо... Ну... я знала, что что-то случится, когда брат узнает про твою ревность, но такое... — она определённо всё поняла. — У нас сегодня день уборки, поэтому если хочешь, можешь помочь, — быстро сменяет тему - Пока Сиси нет дома.
— То есть вчера вечером ТЫ сказала ему про то, что я узнала об их связи с Сиси? — еле сдерживаю усмешку, смотря на её шокирующий вид.
— Будешь помогать с уборкой? — кусает она губы из-за неловкости.
— Умху, — киваю и направляюсь за ней, на кухню.
— Доброе утро, Фария, — встречает Сюзи, и я замечаю братьев, которые завтракают.
— Доброе.
— Доброе утро, невестка, — братья поворачиваются ко мне, и Нейт, допивая кофе, уходит.
Странно. Мелоди не хотела со мной разговаривать, но получилось так, что братья, оказывается, не хотят.
— Я хочу помочь вам с уборкой, — обращаюсь я к Сюзи.
— Не надо, дочка. Ты лучше сначала поешь. Ты, наверное, голодная? Ты хорошо себя чувствуешь? Что сказал гинеколог? Всё-таки, как я поняла, это был твой первый...
— Кх, кх, кх, — Дерек поперхнулся водой, а Мелоди начала бить его в спину.
О боже...
— Если хочешь, я уберусь в вашей комнате. Ты, наверное, устала... — продолжает Сюзи, не обращая внимания на Дерека.
— Сюзи, всё! Я сама уберусь. — останавливаю её.
— Извини, я просто не хочу, чтобы ты чувствовала себя одиноко здесь. Если хочешь поговорить, я рядом. Ты не обращай внимания на этих капризных взрослых малышей, — указывает она на Мелоди и Дерека.
Сюзи как свекровь, о которой все мечтают. Она всегда старается всем угодить и сделать всё как можно лучше. Нереальная женщина.
- Хорошо - я киваю.
— Извините, — Дерек весь красный выходит из кухни.
А Мелоди, смеясь, ест виноград. Я присоединяюсь к ней и, плотно позавтракав, иду убираться в комнату. Сменяю постельное бельё и, увидев следы прошлой ночи, ноги подкашиваются. Я должна это как-то девочкам сказать, но как? Я набираю девочкам одновременно, и они сразу отвечают:
— Приветик, девочка, — Кет красит ресницы.
— Привет, Фари, — Сара в каком-то кафе.
— Привет, девочки! Как у вас дела? — это ужасная идея. Может, при встрече рассказать?
— Готовлюсь к банкету, — заканчивает красить ресницы она.
— Что за банкет? — спрашивает Сара.
— Кет, ты идёшь на банкет?
— Да. Да. Да.
— Что за банкет? — опять спрашивает Сара.
— Клан Билек устраивает банкет, — кратко отвечает Кет.
— Вы двое что там будете делать? — злится Сара. Она знает, что на банкетах есть перестрелки.
— Там нужно присутствовать только парами. И Каю там необходимо быть.
— Как будущий глава всего и всех? — поднимает бровь Кет.
— С кем ты пойдёшь, Кет? — спасает меня от неудобного вопроса Сара.
— Пока не скажу!
— Ты серьёзно?
— Нууу, если сегодня выживем, тогда расскажу, — усмехается Кет, заканчивая с макияжем.
— У тебя что, Сара?
— Ох, Фари, да у меня всё как обычно. Сейчас у меня встреча с очередным клиентом, — тяжело вздыхает Сара. — А вот и он. Потом поговорим, девочки, — и отключается.
— Ладно, Кет, тогда увидимся вечером.
Я отключаю звонок и начинаю выбирать платье. Ну вчерашнюю я точно не одену. Уж не хочется, чтобы перестрелка началась раньше положенного.
- Странно, что Кай всё ещё не звонил и не писал?
Я выбираю бордовое мини-платье. Закручиваю локоны и, сделав макияж, спускаюсь в холл.
Внизу меня ждут Сиси и Дерек.
— Наконец-то, — закатывает глаза Сиси. Она одета в чёрное, открытое платье.
— Прекрасно выглядишь, Фария, — улыбается Дерек.
— Спасибо, Дерек. Ты тоже поедешь? — и мне что-то подсказывает, что Кай об этом не в курсе.
— Мы поедем, — выходит Нейт. Они оба одеты в чёрные дорогие костюмы.
— А Кай...
— Он не знает, но узнает, — усмехается Дерек.
— Это ужасная идея! — выходит Мелоди из кухни. — Брат вас не выпустит из дома.
— К счастью для вас, он будет ждать нас на месте, — заходит Джон и выглядит растерянно.
— Ну вот, — улыбается Дерек во все зубы.
— Я вас предупреждала! — злится Мелоди.
— Охххх. Да ладно вам! Всё, пошли! — Сиси выходит из дома.
— Фария... — Мелоди подходит ко мне. — Будьте осторожны. И Кайден слушает только тебя, поэтому если что, сразу идите домой. Пожалуйста. У меня странное предчувствие.
— Всё будет хорошо, Мелоди!
Она кивает, и братья, целуя её за щёки, тоже выходят. Они сели в одну машину с Сиси, а я с Джоном — в другую. Ещё с нами едут несколько машин с охраной. В таких банкетах без них никак.
— А почему Кай не пришёл? — спрашиваю я Джона, когда сели в машину.
— План немного изменился, но не беспокойся, всё хорошо, — уверяет меня Джон, но я не верю.
— Джон, он бы написал мне! Где он?
— Невестка, не беспокойся, он придёт... — его руки начинают дрожать. — Он обязан прийти.
— Джон! Где Кай? — в груди ноет, и у меня безумно плохое предчувствие. — Джон!
Он останавливает машину.
— Я... я не знаю, невестка... — его глаза наполняются слезами. — Он отправился на территорию врага, и связь оборвалась.
— Чт... Что? — у меня перехватывает дыхание, и мне трудно дышать. Слёзы начинают течь. — Джон, что ты несёшь? Где Кай? — уже кричу я. — Где мой муж?
— Есть вероятность, что его поймали, — хрипло произносит он.
— Нет! — я мотаю головой. — Нет, Джон. Это ошибка. Нет. Если его поймают...
— Его убьют или уже убили! — заканчивает Джон.
Он же обещал не отпускать меня...