Глава 8
Последние дни я только и думала о том, во что вляпалась.
Каждый вечер, закрывая за собой дверь в комнату, я чувствовала, как на плечи опускается груз. Он был тяжёлым, липким и неумолимым — груз страха, ответственности... и непонимания.
Я всё ещё не до конца понимала, что именно происходит вокруг меня.
Каким образом я, обычная девушка, всего лишь няня, оказалась в эпицентре чего-то, что больше напоминало тень мафии, чем просто богатый дом с охраной.
Каулитцы были... другими. Каждый из них.
Себастьян — холодный и расчётливый, сдержанный, но всегда будто знающий больше, чем говорит.
Билл — молчаливый, наблюдательный. С ним рядом чувствовалось, что всё видят, всё слышат, и ни один шаг не останется незамеченным.
И Том...
Слишком резкий. Слишком прямой. И в то же время именно его глаза я вспоминала по ночам. Те глаза, что так сильно напоминают Эммины, только у него в них — буря.
Я пыталась убедить себя, что просто выполняю свою работу. Что моя задача — защищать девочку.
Но чем дольше я оставалась в этом доме, тем отчётливее ощущала: теперь я часть чего-то большего. Чего-то, из чего просто так не выйти.
Не без последствий.
Я не знала, кому верить до конца. Я не знала, что скрывает этот дом.
Но знала одно — Эмма теперь для меня больше, чем просто ребёнок под присмотром.
И если я должна остаться в этом доме, чтобы быть рядом с ней — я останусь.
Что бы это ни значило.
***
— Давай доедай суп, и потом пойдём смотреть мультфильм, — сказала я Эмме, аккуратно подвигая к ней тарелку. Девочка с энтузиазмом закивала и продолжила есть.
В этот момент на кухню зашёл Билл. Он остановился в дверях, оглядел нас, и его взгляд задержался на мне.
— Лилиан, пойдём в кабинет Себастьяна, нужно поговорить, — его голос был спокойным, но с какой-то внутренней напряжённостью, которую я сразу уловила.
Я на мгновение замерла, а затем встала, кивнув.
— Эмма, я скоро вернусь, ладно? Только не забудь допить компот, — я улыбнулась ей и направилась за Биллом.
Мы с Биллом прошли по длинному коридору и остановились возле тяжелой дубовой двери. Он постучал, и изнутри послышался голос Себастьяна:
— Входите.
В кабинете стоял легкий полумрак, воздух был пропитан ароматом древесного табака и кожаной обивки старой мебели. Себастьян сидел за массивным столом, внимательно глядя на какие-то бумаги. Он поднял голову, когда мы вошли, и кивнул:
— Лилиан, присядь.
Я послушно села, бросив быстрый взгляд на Билла, который остался стоять рядом. Себастьян отложил бумаги и посмотрел прямо на меня:
— Наш клан пригласили на переговоры. Это важная встреча. Там будут представители других родов — союзников и потенциальных врагов. Мы не можем упустить этот шанс укрепить наши позиции.
Он сделал короткую паузу.
— От нас поедет Том. И ему нужна спутница.
Я нахмурилась.
— И вы хотите, чтобы этой спутницей была я?
Себастьян кивнул:
— Это не просто жест. Это политический ход. Ты — лицо семьи Каулитц, и твое присутствие рядом с Томом многое покажет. Уверенность, стабильность. К тому же... — он посмотрел на меня чуть мягче. — Ты та, кому он доверяет.
Я немного растерялась. Это было неожиданно. Молчание повисло в воздухе.
— У тебя есть выбор, — добавил Билл тихо. — Но это важно. Для всех нас.
Я опустила взгляд, обдумывая услышанное. Внутри всё сжалось — это было неожиданно и по-настоящему серьёзно. Я провела пальцами по колену, делая глубокий вдох.
— Хорошо, — произнесла я твёрдо. — Я согласна.
Себастьян кивнул, не показывая эмоций, но в его взгляде скользнуло одобрение.
— Умница. Тогда начни готовиться. Выезд через два дня. Всё, что нужно — одежда, документы, инструкции — будет у тебя завтра. А сейчас можешь идти.
Я встала, чувствуя странную смесь тревоги и ответственности. Билл посмотрел на меня с лёгкой улыбкой и кивнул на дверь. Мы вышли в коридор.
— Ты только что согласилась быть спутницей наследника мафиозного клана, — сказал он с полушуткой. — Добро пожаловать в игру.
Я хмыкнула.
— Я уже в ней, Билл.
***
Спустя два дня.
Я в последний раз посмотрела на себя в зеркало. Волосы уложены в мягкие волны, макияж подчёркивал глаза, платье — тёмно-синее, облегающее, с открытыми плечами — идеально сидело по фигуре. Я нервно сглотнула, выдохнула и вышла из комнаты.
Снизу уже ждал Том.
Он стоял в холле, в чёрном костюме и белой рубашке, без галстука. На шее — тонкая цепочка. Когда он поднял на меня глаза, его взгляд буквально скользнул по мне сверху вниз.
— Вау, — выдохнул он с лёгкой усмешкой. — Ты уверена, что не соревнуешься со мной за главный приз вечера?
Я закатила глаза, но улыбнулась.
Из кухни выбежала Эмма, в пижаме и с чашкой какао.
— Ты похожа на настоящую принцессу! — воскликнула она. — А Том тогда твой принц!
Том посмотрел на неё, потом на меня и хитро приподнял бровь.
— Принц, говоришь? Ну, тогда мне придётся соответствовать.
Я наклонилась к Эмме, поцеловала её в макушку и прошептала:
— Присмотри за Биллом, чтобы не съел весь торт без нас.
— Есть! — она отдала честь и убежала обратно.
Я повернулась к Тому. Он протянул мне руку.
— Пошли, принцесса. Вперёд — на бал.
Я взяла его за руку, стараясь не показывать, как сильно стучит сердце.
Мы сели в машину. Том занял место за рулём, я — рядом с ним.
Я теребила край платья, стараясь дышать ровно. Но руки всё равно слегка дрожали.
Том мельком глянул на меня.
— Ты вся напряжена, как струна, — сказал он спокойно, не сводя глаз с дороги. — Дыши. Мы не на войну едем.
— Легко тебе говорить, — пробормотала я, — ты к таким штукам привык.
— Я к ним не привыкаю, я просто не показываю виду, — ответил он, чуть повернув голову. — Если хочешь — держи меня за руку. Пока едем, у тебя есть на это право.
Я посмотрела на него в полупрофиль. Его лицо, хоть и сосредоточенное, было каким-то спокойным... уверенным. И это немного передавалось мне.
Я молча протянула руку, и он, не отрываясь от дороги, легко переплёл свои пальцы с моими.
— Всё будет нормально, Лилиан, — сказал он мягче. — Серьёзно. Я рядом.
Пока машина медленно подъезжала ко входу, Том наклонился ко мне ближе. Его голос стал ниже и серьёзнее, в нём больше не было той мягкости, с которой он держал мою руку в дороге.
— Значит так, Лилиан. Слушай внимательно.
Мы заходим внутрь, садимся за стол — будем вести себя спокойно. Сидим минут тридцать, максимум сорок. Улыбки, формальные фразы, всё как положено.
Я кивнула, сжав пальцы в кулак на коленях.
— Потом, — продолжил Том, — ты говоришь, что тебе нужно в уборную. Никаких нервов. Спокойно встаёшь, выходишь. Дальше направляешься по коридору к кабинету Россмана — это тот, кто организовал встречу. Его офис будет в левой части здания, третья дверь от лестницы. Охраны там быть не должно.
— И что мне делать в кабинете? — спросила я, чувствуя, как у меня холодеют ладони.
— Найти папку. Точную форму я не знаю, но она будет с нашей фамилией. "Kaulitz" — крупными буквами. Бери всё, что найдёшь по нам. Документы, распечатки, флешки — всё.
— А если там будет кто-то?
— Импровизируй. Скажи, что заблудилась. Или ищешь туалет. Главное — не паникуй. Твоя задача — сделать это быстро и тихо.
— А ты?
— Я прикрою тебя разговором. Постараюсь отвлечь Россмана и всех остальных. Главное — не задерживайся больше, чем на десять минут. Поняла?
Я глубоко вдохнула, собирая остатки храбрости в кулак, и кивнула.
— Хорошо, я всё сделаю.
Том посмотрел на меня с лёгким уважением и еле заметной улыбкой.
— Вот и умничка.
— Держи, — сказал Том спокойно, протягивая мне пистолет.
Я вздрогнула. Мгновение стояла в растерянности, не протягивая руки.
— Зачем? — выдавила я наконец, глядя на оружие, как на змею. — Том... я не буду ни в кого стрелять. Нет!
— Это только на случай, если всё пойдёт не по плану, — его голос оставался спокойным, но взгляд был напряжённый. — Я не прошу тебя геройствовать. Просто... носи с собой. Для твоей же безопасности.
— Я не умею обращаться с этим... — я покачала головой, сделала шаг назад. — Я не хочу. Я не могу. Том, ты не понимаешь...
— Послушай, — он подошёл ближе и мягко взял меня за руки. — Я всё понимаю. Ты не обязана им пользоваться. Я просто... должен знать, что у тебя есть хоть какой-то шанс, если вдруг...
— Если вдруг что? — перебила я, в глазах блеснули слёзы. — Если вдруг меня обнаружат, закроют в кабинете или... или что? Потребуют объяснений?
— Если вдруг ты окажешься в опасности, — твёрдо сказал он. — Всё может пойти не так. Мы оба это знаем.
Я на секунду опустила взгляд, сердце колотилось где-то в горле. В голове шумело. Но я знала, что отказ может быть ещё опаснее. Я глубоко вздохнула и с неуверенностью взяла пистолет, словно он мог обжечь мне ладонь.
— Я не прощаю тебе это, — прошептала я, — но я возьму его.
— Я и не прошу, чтобы ты прощала. Я прошу быть живой, Лилиан.
— Один вопрос, — я посмотрела на пистолет в его руке. — Куда мне его положить?
Том не стал улыбаться или отпускать пошлых шуток. Его взгляд оставался сосредоточенным, почти хмурым.
— Лучше всего — под пояс платья. Справа или слева, ближе к телу. Так будет меньше заметен.
— Я... — я замялась, ощущая, как дрожат пальцы. — Том, я не хочу его даже держать. Я не умею с этим обращаться.
Он сделал шаг ближе, протянув руку, но не касаясь — просто чтобы поддержать, морально.
— Я знаю. Это не чтобы ты стреляла. Это чтобы у тебя был шанс. На случай, если всё пойдёт не так. Я бы не дал тебе его, если бы не был уверен, что ты справишься.
Я молчала. От этого спокойного, уверенного Тома внутри всё холодело — и одновременно становилось чуть спокойнее. Он не был в своей обычной дерзкой роли. Сейчас он был настоящим.
— Положи, как я сказал. И забудь, что он у тебя, если всё будет идти по плану. Ты просто найдёшь папку, Лилиан. Заберёшь её — и выйдешь. Остальное — моя работа.
Я кивнула. Глубоко вдохнула и сунула оружие под пояс, чуть дрожащими пальцами.
Он наконец посмотрел прямо в глаза.
— Ты сильнее, чем кажешься. И я не позволю, чтобы с тобой что-то случилось.
— Том...
— Просто сделай, как договорились, — сказал он тихо. — А потом мы оба вернёмся домой. Поняла?
Я лишь кивнула.