30 лет бурана

Я шел чуть впереди, распинывая желтые листья, Егор следом. Двум идиотам приспичило покушать посреди ночи, а дома ничего не нашлось кроме банки варенья, пакета с крошками и сгнившей мандаринки. Кто-то еще говорил, что у меня дома нифига нет!

Дождь давно прошел, но кое-где дорога еще была мокрой, пахло прелой листвой и сырым грунтом.

- У меня есть для тебя предложение с подтекстом. Давай, ты мне поможешь с инвентаризацией в мастерской, а-то я был в расстроенных чувствах и как-то подзабил на это дело, а теперь там черт ногу сломит, а я помогу тебе с ремонтом?

- Уверен, что я там что-то смогу понять?

- Там не сложно. Просто одному не сподручно.

- За полторы недели управимся? Я потом на работу выйду.

- Не с твоим графиком об этом беспокоиться, - Егор потрепал меня по голове и прошагал мимо, - Да и должны успеть.

- А в чем подтекст?

- Ну-у, как тебе сказать? Будем чаще видеться, ты ко мне привяжешься и никуда больше не сбежишь.

- Или надоедим друг другу, разосремся и больше никогда друг к другу не подойдем. Что? Не смотри на меня так!

- Ты на хаски не только глазами похож. Ты еще так же любишь драматично повыть и пострадать. Откуда в тебе столько пессимизма? - он рассмеялся.

- Это ты мне говоришь? Ты, который: «О, боже мой! Настины родители такие страшные! Они отберут у меня сына! И обе мои почки продадут! Не смотрю на них! Не смотрю на них!»

- Я просто запаниковал! Эй!

- А, да-да-да-да! Как там? «Стресс накопился», да?

- Накопился, еще как! Ты меня сколько игнорил? А еще Вася! А еще в мастерской проблемы! А потом еще и эти двое!

- О-о-о-о-у-у-у-о-о!

- Да правда нервы сдали!

- Вуу-вуу-вуу-вууу!

- Ну честно!

- Воуоуоооуу!

- Иди в пень! – он дернул за ветку, под которой я проходил, и задорно расхохотался. На меня посыпалась желтая лиственничная хвоя.

- Ну, ты! – пригрозил я, вытряхивая иголки из башки и из-за шиворота.

За поворотом показался тусклый фонарь, еле освещающий небольшой магазинчик, который явно был давно закрыт. В закутке в тени светился квадрат из щелей вокруг маленького закрытого окошечка с приклеенной запиской «открыто».

- Думаешь, открыто?

- Должно быть.

Я постучал. Спустя пару мгновений окошечко распахнулось, с той стороны показалось заспанное лицо с отпечатком манжеты на щеке.

- О, Аня! Привет. Ты чего здесь?

- Ты именно это хочешь у меня спросить в... - она сощурилась на часы, - Три часа ночи, бля, Буран!

- Извини.

- Чего угодно? – прохрипела она, протирая глаза.

Я нагнулся, облокотившись на окошко.

- Есть че пожрать?

- Хм-м... Тебе прям пожрать или так, похрустеть?

- Не, прям чтоб пожрать.

- Есть... Есть... А че у нас есть? Ща, подожди! У нас есть запаривающаяся лапша и картошка, сушеная рыба еще есть, сыр-косичка.

- Давай всего по два.

- Пакетик?

- А давай!

- О-о! Да ты прям сделал мне выручку сегодня! – саркастично провозгласила она и начала скидывать продукты в пакет-майку.

- У вас Винстон синий есть?

Егор прилепился ко мне, навалившись плечом, и я почувствовал, как ладонь, легшая мне на спину, медленно сползла вниз и пролезла в задний карман джинсов, сжав ягодицу.

- Курить вредно, - повернулся я к нему с деланным равнодушием, через которое пробивалась улыбка.

- Тебя спросить забыл! - усмехнулся он, незаметно погладив меня по заднице. Наши лица оказались слишком близко, но с точки обзора продавца это еще можно было объяснить тесной дружбой и слишком маленьким и низким окошечком киоска. Со всех точек зрения вне киоска это на дружбу уже похоже не было, но на улице было темно и безлюдно.

- Картой можно оплатить? - повернулся я к Ане.

- Можно, - ответила та, протягивая мне терминал.

- Буду подсматривать твой пин-код, потом украду все деньги с твоей карты, - весело заявил Егор.

- О, нет! Я так долго копил эту тыщу! - страдальчески заныл я, но расхохотался под конец, сломав весь трагизм. Анька захихикала и закинула в пакет пачку сигарет.

- Всё, приятного вам пожрать на ночь!

- Сладких снов, - пожелал Егор и обезоруживающе улыбнулся. Аня тоже улыбнулась и закрыла окошечко.

- Что у тебя там в мастерской за проблемы? – спросил я, тщательно пережевывая задними зубами сушеную рыбинку.

- Да Костик учудил.

- Чего он там?

- Я пока депрессовал, из внимания выпустил некоторые моменты, а он решил, что самый умный и красивый. Из клиентских тачек себе в машину плюшки всякие напиздил вечерами, пока никто не видел. Коврики там поменял, магнитолу, колеса переставил.

- Он че, дурак?

- Ну видимо. Мужикам даже в голову не пришло. Заметил клиент, у которого он магнитолу увел. Прикинь, как позорно было?

- И че с ним теперь?

- Че-че. Вернул все и написал по собственному. Ну, он-то ушел, а у нас-то репутация теперь пиздец. Из машин работники воруют. Бесплатно теперь пострадавшим ТО устроили. Короче, жопа полная.

- Ну, он легко отделался еще.

- Не то слово. А нам разгребать, - Егор вздохнул и потянулся, звучно хрустнув позвоночником.

Пока дошли до дома, наелись сыром и рыбой – слишком соленые. Лапшу с картошкой умяли утром. Пища богов. Кусать ничего не надо. В мастерскую приперлись уже к половине восьмого. Никого из мужиков еще не было. Копались в журналах. За дверью уже слышались голоса, но Егор все оттягивал момент, когда надо будет выбраться из коморки-кабинета в цех.

В десять он открыл дверь и вышел. Дольше тянуть было уже некуда. Перед тем, как он шагнул через порог, мне показалось, он напустил на себя суровый вид и задержал дыхание. Недолго думая, я последовал за ним, прихватив с собой журналы. На звук открывшейся коморки махом среагировали все, в нас впились недовольные взгляды, атмосфера натянулась как резинка, которая вот-вот лопнет и больно щелкнет куда-нибудь по мягкому месту. Стало необычайно тихо.

- Да ладно вам! Мужики! Ну мы же столько лет вместе бок о бок работаем, а?! - Михеич обескураженно попытался разрядить обстановку.

- В том и дело! Столько лет, и не знали, что с пидорасами в одной связке! - возмутился Игорёха.

- А схера ли я должен посвящать вас в свою личную жизнь?! - от злого голоса Егора повеяло холодом, я аж пупырками покрылся, - Не знаю, как вы, а я сюда работать хожу!

- Заметно! - Игорь бросил на меня колючий взгляд. Я ему натянуто улыбнулся, явив на всеобщее обозрение отсутствие передних зубов.

- Ох, ебать! - прокомментировал Рыжий.

- Ты в курсе, что я у вас не работаю? - сказал я Игорю.

- Ага! Ты тут перед Василичем жопой крутишь!

Я удивленно поднял брови. И когда это я перед кем тут жопой крутил? Если б Васька вам не сказал, вы б и не знали.

Егор нахмурился еще сильнее.

- Ну че уж совсем-то?! - Рыжий встряхнул Игоря за плечо.

- А че?! - огрызнулся тот.

- Че-че! Базар фильтруй! Когда такое было?

- Говорю всем! - громогласно объявил Егор и обвел взглядом всех присутствующих, глядя прямо в глаза каждому, - Если кого-то что-то не устраивает - пишете по собственному желанию, и дверь там! Ручку и листок я вам дам! Если решили работать, то работайте! - он сделал жирный акцент на последнее слово.

Взъерошенный Игорь молча негодовал, Рыжий криво улыбался, Михеич одобрительно кивал головой, периодически искоса посматривая на меня.

- Если вдруг вы решите мне за что-то там мстить или работать спустя рукава, или если вдруг вы решите, что с этого дня можете поступать как Костик и хуевертить тут - отправитесь вслед за ним! Ясно?

Напоминание про Костика как-то поубавило пыл, но добавило неловкости в воцарившуюся тишину.

- Слушайте. Нормальную работу хер найдешь. Тут и условия человечные, и платят регулярно. Василич лучше себе недодаст, чем кому из работников, сами знаете, - подал голос молчавший до сих пор Илья, - Буран-то, походу, тоже ни до кого не домогался. Оказия вышла. У них там вроде как всё добровольно. Васька бомбит ясно почему - Егор ему батя. А мы-то че? Это уже их внутрисемейное. Пусть сами разбираются. Не наше дело. Работать можно.

- Главное - задом к ним не поворачиваться, - насмешливо выдал Михеич.

- Михеич, не боись, даже если ты повернешься задом, наклонишься и прицепишь записку «ебать сюда», твоя жопа будет в безопасности, - не без злорадства ответил я ему.

- Ох, я даже почти расстроился, - он заржал в голосину. Рыжий тоже засмеялся. На удивление, улыбнулся Игорь.

- Пошли работать. Если за сегодня не закончим, то нас ВСЕХ выебут, - сказал Рыжий, хлопнув его по плечу.

Медленно, но верно, все переключились на рабочий лад. Егор вскоре тоже подуспокоился и с головой ушел в инвентаризацию - шерстил по полкам и ящикам, а я помечал в журнале или на отдельных бумажках, чего нет, что есть, периодически возвращался, листал дальше, делал закладки, иногда откладывал всё и помогал копаться в железе. Мозги кипели - похоже, давно я ими не работал так усердно, но это было даже приятно. Обед откладывался несколько раз под предлогом «Сейчас еще тут проверим, и всё», в итоге мы так на него и не пошли. Ближе к вечеру Рыжий из жалости принес нам по шавухе, пришлось оторваться от дел. Хотя, дураку было ясно, что за сегодня не закончим, так что и в пропущенном обеде смысла не было.

Пятый день, как вышел со своего отпуска-больничного, близился к завершению. Первые две смены пришлось тяжело. Особенно, в дневную - самую первую. Отвык уже от того, что все вокруг могут так лупить зенки, будто ты какая-то знаменитость, замеченная в толпе. Сначала даже решил, что про меня опять какие-то сплетни распустили, но нет, все оказалось гораздо прозаичнее - свежие шрамы на холоде имеют свойство краснеть еще сильнее. Хлеба и зрелищ. Сегодня тоже таращились, но я уже начал привыкать и стал реагировать гораздо проще. Нервирует, конечно, но ничего не поделаешь. Не помру. Количество самолетов поубавилось, смены стали не такие напряженные.

Темнеть начало раньше. Когда шел домой, городок погрузился уже в глубокие сумерки. Возле соседнего подъезда в тени козырька стояло несколько нарядных силуэтов, светились красно-рыжие огоньки сигарет. Из распахнутых настежь окон на первом этаже доносились веселые крики и громкие звуки музыки. Похоже, веселье в самом разгаре. Егор сейчас тоже где-то там. Надеюсь, веселится со всеми, а не прячется в каком-нибудь углу от Настюхиных предков.

Когда подошел ближе к своему подъезду, от того мне замахали подвыпивший Рыжий и его брюнетка, кивнул Игорь. Отношения с ним у нас натянутые, оба держимся отстраненно и пытаемся делать вид, что ничего не произошло. Ну хоть так. Махнул парням рукой и заскочил в подъезд. Опять темно. Свет начинается только со второй площадки. Да хрен с ним, зато лифт до сих пор работает. С непривычки устал, пешком подниматься влом.

Вонь от натяжных потолков уже почти выветрилась. Квартира выглядит чистой и обновленной, но чрезвычайно пустой и абсолютно безжизненной. Чтобы хоть как-то забить это ощущение недавно присобачил в кухне гирлянду-штору на окно и включаю теперь ее вместо основного света. В сумраке кажется, что не так пусто.

Только успел переодеться и запустить свой старенький ноут, как в дверь постучали.

- Ну здравствуйте, - я удивленно приподнял бровь, - Что это вы тут делаете?

- Здрасти, - ответила Настя, погладив животик сквозь белоснежные складки воздушного платья, - Мы устали и сбежали к вам.

- Ну проходите, коли так, - усмехнулся я и отступил, пропуская ее в квартиру.

Неловко покачнувшись, она скинула туфли, запнув их по очереди в дальний угол прихожей.

- За что ты так с ними?

- А ты походи в них весь день, - огрызнулась она, - Господи, как у меня ноют ноги! Ненавижу!

- Иди присядь, - предложил я.

- Еще идти, - капризно захныкала она. Я улыбнулся.

Дохромав до раскладушки, которую я недавно перетащил в пустую кухню и теперь использовал как шезлонг, она плюхнулась на нее и вытянула отекшие ноги. Многослойный сетчатый подол окружил ее как маленькое белое облако.

- Я думал, что невест похищают, а не что они сбегают сами.

- Меня похищали уже сегодня. Это было до обеда.

- Будешь что-нибудь?

- Боже! Нет! Я обожралась на три месяца вперед и половину из этого выблевала. Этот запах! От всех несет перегаром!

- Бедняга, - искренне посочувствовал я.

Она тяжело вздохнула и пошевелила распухшими пальцами.

- Какая-то ты слишком несчастная для невесты.

- Да нет, я вполне счастливая! Просто этот вечер какой-то бесконечный, и все разошлись не на шутку, хотят продолжать, а я уже не могу.

- А еще первая брачная ночь впереди, - посмеялся я, присев в изножие раскладушки.

- Я тя умоляю! Какая брачная ночь?! Мне рожать через пять месяцев! - она шлепнула меня босой ступней по бедру, - А еще моего жениха напоили и он сейчас спит в ванне.

- Серьезно?

- Это ужас. Моего отца нельзя было знакомить с мужиками из мастерской!

У меня жужукнуло сообщение.

«Ты дома?»

Котовские.

«Да».

«Зайди в телемост».

Я поднялся, кряхтя как старый дед, облокотился на подоконник, нависнув над светящимся в полутьме ноутбуком, и потыкал в программу.

«Зашел», - вбил я уже на клавиатуре в веб-версии мессенджера, в ответ прилетела ссылка.

Хотел спросить, что это они задумали, но появившиеся на экране детские мордашки запели «Пусть бегут неуклюже пешеходы по лужам, а вода по асфальту рекой...» Черт! Это мило. И трогательно. В груди все сжалось, а в горле застрял ком. На заднем плане маячила Маришка с гордой улыбкой и довольный как слон Вадим.

Ребята справились только до начала второго куплета, затем Лёва начал пихать сбившуюся Любу в бок, она стала возникать, что он ей мешает петь, и началась потасовка. Я рассмеялся, вытирая глаза. Рядом раздались приглушенные рыдания. Бля! Я совсем забыл про Настю!

Она звучно высморкалась в платок и подползла по раскладушке, заглянув в экран. Возня тут же закончилась, оборвавшись на восторженном вопле Любашки о том, что у меня там живая невеста. Настоящая!

- Вы такие милахи, - умильно протянула Настя, подперев щеку рукой и тут же снова скуксилась, залившись слезами.

- Почему Вы плачете?! - встревожилась Любаша.

- Просто вы слишком милые. Я не могу, - проныла Настя. Видать, гормоны у нее пошаливали не на шутку.

- У тебя что, света нет там? - спросил в это время Вадя.

- Да не, тут гирлянда. Это ты их надоумила?

- Нет, просто кое-кто сегодня полдня смотрел мультики про Чебурашку. Сами придумали, - Маришка засияла как начищенный самовар, - Отмечаешь?

- Нет.

- Как Вас зовут? - с горящими глазами поинтересовался Лёва.

- Это Настя. Она убежала от своих и теперь прячется у меня.

- Я хочу посмотреть платье! - завопила Люба, - Отойдите подальше! Я хочу посмотреть платье!

- Конечно! - Настя расцвела счастливой улыбкой, сползла с раскладушки и выпрямилась во весь рост. Я обошел ее сзади и щелкнул выключателем. Яркий свет залил все пространство, мы оба сощурились.

- Какая красивая! Она похожа на волшебную фею! - заголосила Люба, повернувшись к Маришке. Настюха просто лучилась счастьем. Она отступила подальше и закружилась, пританцовывая. Похоже, напрочь забыла про свои отекшие ноги. Дети восхищенно загалдели.

В этот момент раздался тихий стук во входную дверь. Оставив ребят развлекаться, я незаметно улизнул в прихожую.

На пороге, покачиваясь и придерживаясь за стену, стоял Егор. Верхние пуговицы его белой рубашки были расстегнуты, оттянутый галстук свисал набок, снятый пиджак был перекинут через руку, но он все равно выглядел охуенно в такой строгой официальной одежде. И очень непривычно. Небрежный беспорядок и посверкивающие глаза добавляли образу сексуальности. Осоловело посмотрев на меня, он широко улыбнулся.

- Привет. Ты что, пьян? - удивленно спросил я, посмеиваясь над тем, как его болтало.

- В хламину! - заверил он и ввалился в квартиру. Он бы, наверное, упал, если бы я его не подхватил. Стараясь исправить положение, он оперся на ноги и встал поустойчивее. Пахнуло алкоголем, туалетной водой и чем-то мясным.

- Праздник уже закончился?

- Не-ет! Я сбежал, - шепотом признался он, будто нас могли подслушивать.

- Почему-то сегодня все сбегают ко мне. Устал?

- Безумно!

Он снова сильно пошатнулся, я поставил его ровнее, придерживая за талию.

- Ты такой у меня хороший, - ласково улыбнувшись, прогундел он и жадно припал к моим губам, обхватив руками шею.

- Егор! Подо...Ты... - пытаясь как-то отстраниться и при этом его не уронить, пыхтел я, но тут он вдруг наткнулся блуждающим взглядом на выглянувшую из кухни Настю и сам от меня шарахнулся.

Настюха офигевше хлопала ресницами, Егор, похоже, мигом протрезвел, как минимум, наполовину. На его лице был примерно такой же ужас, как когда Васька нас застукал.

- Охренеть! Так вот, как это выглядит, - выдохнула Настя, спустя с полминуты шокированного молчания.

- Эй, ну где вы там?! - донеслось из кухни. Измученно вздохнув, Егор закрыл лицо руками и прислонился спиной к стене. Я успокаивающе погладил его по плечу.

- Я опять облажался, - он горько усмехнулся.

- Ничего. Настя и так знала. Идем, - я потянул его за локоть. Отлипнув от стены, он поплелся следом.

Ничего же? Я очень надеюсь.

- Вот ты где! О-о, кто з! Наконец-то мы увиделись! - Маришка вклинилась между малышней, Вадя последовал ее примеру, приблизившись к камере, - Привет!

Егор пристыженно глянул на Настю и перевел взгляд на экран.

- Котовские, - напомнил я.

- Привет.

- Рады знакомству, - Вадим помахал рукой. Егор кивнул в ответ.

- В общем, Буран, мы поздравляем тебя с Днем рождения и ничего не желаем, прям как ты любишь. Вообще мы очень рады, что ты там сегодня не один.

- Так, подождите! - встрепенулась Настя и удивленно вперилась в меня. Егор тоже уставился как на лающую кошку.

- У него День рождения?! - Настя повернулась уже к Котовским.

- У тебя День рождения? - растеряно спросил Егор. Они с Настей переглянулись.

- Ну да. Тридцать лет. А он не сказал? - на лице Маришки появилось выражение «я так и знала».

- Оторвите ему там уши, - посоветовал Вадя, - Так, ладно, нам тут давно пора спать. Бурана мы поздравили, так что все быстро марш чистить зубы!

Он вытолкал мелочь из кадра, махнул на прощание и сам тоже скрылся.

- Пиздюлей получишь, сучонок, - расплылась в ехидной улыбке Маришка, - Настя, красотка! Егор, приятно познакомиться! Виталик, ты жопа, но я все равно тебя люблю! Всё, пока!

Сеанс завершился. Настя с Егором снова смотрели на меня осуждающими взглядами.

- Ну ты кадр вообще! Ёжкин дрын! - Настасья стукнула меня кулаком в плечо и повернулась к Егору, - Ты знал?

- Нет! - с обидой и возмущением в голосе выпалил он. Его снова болтануло, он оперся о стену.

- Чего такого-то?

- Чиво такова-тя?! - передразнила Настя и снова стукнула меня по плечу, - Я прибью тебя! И не надейся теперь, что я забуду, когда у тебя днюха и сколько будет лет!

Тяжко вздохнув, она пошарила по своей голове.

- Будьте так любезны, отцепите уже от меня это, - она легонько подергала за фату, пришпиленную к ее волосам.

- Ну что, салон-парикмахерская на дому? - усмехнулся я, - У меня уже много опыта по вытаскиванию Любиных заколок из башки.

Я придвинул ей табурет и обошел со спины.

- Почему ты не сказал?! - возвращаясь к теме, воскликнул Егор.

- Зачем? У вас свадьба, у меня работа...

- Ой, всё! - прервала Настя, - Начал тут оправдываться! Просто так и скажи, что ты бессовестная задница и совсем нас не любишь!

- Не правда!

В отместку я потянул засевшую шпильку сильнее, она шикнула и шлепнула меня по руке.

- Василич, не поможешь ему там?

- О-о, нет-нет-нет! Я пас! У меня пацан был, я с косичками не умею!

- Там нет косичек.

- А что, не доверяешь мне? - я аккуратно выуживал шпильки по одной, распутывая залакированные волосы.

- Видать, судьба моя такая - остаться сегодня лысой, - она драматично закатила глаза.

- Не так всё плохо.

Настя начала поджимать босые ноги. Похоже, замерзла. Бросил ей на колени плед с раскладушки и подвернул под ступни. Она в благодарность растрепала мне волосы и ущипнула за бок. Ну что за женщина?!

Спокойную тишину разорвала музыка вперемешку с жужжанием. Егор вынул из кармана свой мобильник и сдвинул брови, глядя на экран.

- Видать, тебя все-таки хватились, красавица, - заглянув ему через плечо, сказал я невестушке, - Твоя маман.

- Ну ответьте.

Егор немного помедлил и все же поднес трубку к уху.

- А-алло, - он нахмурился сильнее еще до того, как ему что-то сказали. В трубке раздалось взволнованное бормотание.

- А, да. Она да. Она здесь. Мы где? Нет. В соседнем подъезде. Скоро придем. Да не переживайте Вы так! Все в порядке!

Либо он уже освоился, либо по телефону с Настиной мамой ему было общаться проще. Я вернул невесте ее отцепленную фату. В распавшейся на слипшиеся локоны прическе еще поблескивали несколько белых жемчужин.

- Она не может тебе дозвониться, - спрятав телефон в карман, сказал он.

- Ясен хрен! Вы такие интересные! Куда я вам телефон засуну?! Он дома валяется!

- Надо возвращаться.

- Я вас провожу, - я помог Насте встать и подцепил Егора под локоть. Идти ровно он пока не может. Еще шлепнется где-нибудь и нашу драгоценную уронит. Нам такого не надо.

Обувать свои красивые туфли невеста наотрез отказалась, собралась шлепать босиком. Это не дело. Еще застудится. Всунул ее ноги в свои малые кеды. В лифте Настюху затошнило. Вылетев из подъезда, она долго внаклонку поливала пожухлую травку своим праздничным ужином, а я придерживал ее волосы и пушистую юбку, благо, она не в пол, а только до колена. На улице было холодно, а она с коротким рукавом совсем не по погоде. Егор завернул ее в свой пиджак.

- Кажись, двое гомосеков-таки украли их ребенка, - тихонько шепнул я ему, когда Настю согнуло от очередного приступа тошноты. Он расхохотался.

- Нашлась пропажа, - во двор выбежал помятый Васька. Радостно подскочив к нам, он привалил к себе уставшую жену и принялся гладить по спину, вытирая ей рот рукавом своей рубашки. Вышла Ольга.

- Детка, тебя кто-то обидел? - спросила она, увидев мокрые щеки дочери.

- Токсикоз, - буркнула та.

- Ясно, - мать задумчиво улыбнулась, видимо, что-то вспомнив, но тут же строго оглядела нас, - Идемте уже! Внука мне застудите! На улице не май месяц!

В своём репертуаре тетка.

- Пойдем, воткну тебе свечку в торт, - Настя подергала меня за рукав, - Вась, ты знал, что у него сегодня днюха?

Вася прищурился, силясь припомнить, но я-то знал, что он не знает. О моем Дне рождения он задумывался примерно так же, как о возрасте Егора - никак.

- Ничего страшного. Она уже почти закончилась, - пожал я плечами, глянув на часы. Без десяти полночь.

- Не, ну ты глянь на него! Это ж надо так бессовестно просрать свой юбилей и еще радоваться! - Настя возмущенно оттянула мне ухо.

- Действительно, - ответил ее новоиспеченный супруг, - С днюхой, Буран.

Мы все засыпались в узкую прихожую. Гостей уже не было. Кажись, Ольга уже всех спровадила.

- Давай быстро-быстро-быстро! Еще успеваем! - растолкав всех, Настя прям в обуви затащила меня в комнату к еще не прибранному столу.

- Вот ты где, Звездочка! - обрадовался ее отец, хмельно поблескивая глазами от окна.

- Тихо! - скомандовала «Звездочка» и кинулась отковыривать от остатков белого торта более или менее целый кусок, - Ну-ка свечку мне быстро!

- Такую? - ее папа растеряно протянул ей парафиновую длинную свечу с подоконника, которую обычно зажигали, когда в доме не было света.

- Сойдет! - Настасья с громким стуком отрубила от нее верхнюю часть ножом и пошуровала туда-сюда, перерезая фитиль, затем стряхнула с основания парафиновое крошево и воткнула ее в торт. Смешная! Нет, такого праздничного торта у меня еще не было!

- Спички мне! Зажигалку! - приказала она.

- Да-да! Сейчас, - Егор принялся активно чиркать зажигалкой, высекая искры, пока она не пыхнула. Огонек перескочил на скрюченный фитиль.

- Загадывай и дуй! - подпихнув меня к столу, сказал Васян, откровенно угорающий со всего происходящего.

Слишком много всего можно загадать! Хочу, чтобы Васька с Егором больше не ссорились. Хочу, чтобы Настя родила без проблем. Хочу находить общий язык с людьми. Хочу, чтобы рожа зажила поскорее. Хочу суметь накопить на новые зубы. Хочу, чтобы квартирный вопрос решился успешно и быстро. Хочу, чтобы не было сплетен. Хочу, чтобы у близких все было хорошо. Хочу остаться с Егором, и чтобы никто к нам не лез. Слишком много всего хочу, но желание-то только одно! Все же решил, что будущему ребенку и его мамочке оно нужнее. С остальным сами как-нибудь справимся. Мы уже большие и взрослые, всё-таки.

Все начали хлопать, будто я совершил подвиг, а не задул свечу на франкенторте. Дальше в ход пошли объятия, рукопожатия, поздравления, улыбки. Меня даже Ольга обняла, радушно похлопав по спине. Стоявший рядом Егор украдкой сжал мою ладонь. Жизнь, вроде как, налаживается. Хех. «Вроде как».