Пульсация [BTS 18+]

Парни, такие красивые и сильные, 

Но они всегда первые говорят мне, что я не права. 

Парни пытаются приручить меня, да, я знаю, 

Говорят, что я странная, и не отпускают. Princesses dont cry - Aviva.

Вечеринка заканчивается далеко за полночь, но мы с Тэхёном покидаем ее гораздо раньше. Два выпитых бокала шампанского дают о себе знать, и я еле держусь на ногах от усталости. Поднявшись на второй этаж, мы сворачиваем в гостевое крыло, и, идя по пустынному широкому коридору, я вновь отмечаю, что дом просто огромен. Гуляя в одиночку по его темным лабиринтам, можно запросто заблудиться. Когда мы, наконец, подходим к двери одной из комнат для гостей, я вдруг спохватываюсь, вспомнив, что брала с собой вещи, чтобы переодеться ко сну:

 - О, - устало тяну я. - Мне бы нужно сходить за рюкзаком, - и нехотя показываю куда-то в непонятном направлении. - Я все забыла в машине... 

 Толкая дверь вперед, Тэхён спокойно отзывается:

 - Я уже распорядился, чтобы все твои вещи на всякий случай принесли сюда, - он делает шаг в сторону, пропуская меня в спальню. - Но, вообще, здесь есть все необходимое для сна и отдыха, - он чуть закатывает глаза с улыбкой, поясняя. - Мама помешана на личном комфорте, она окружает себя этим всегда и везде... и, поверь, ты сможешь найти в этих шкафчиках все, что угодно, даже то, о чем ты не догадываешься, - он смеется. - Так что, думаю, твой рюкзак тебе все равно не пригодится, бери, что захочешь... 

 Подняв на него глаза, я чуть наморщиваю лоб и выдыхаю: 

 - Спасибо... - и мне больше нечего добавить, потому что я все еще не могу поверить в то, какой заботой он меня окружает. 

 Мы входим к комнату, и я ахаю от неожиданного и искреннего восторга. Здесь все настолько великолепно, что у меня начинает рябить в глазах. Я не то, что не ночевала никогда в таких местах, я даже не видела в своей жизни ничего подобного... Светлые стены и невесомые занавеси цвета топленого молока на панорамных окнах с видом на зеленеющую лужайку и цветущий сад; широкая двуспальная кровать с шелковым постельным бельем; мягкий ворсистый ковер на полу и огромная ванная с джакузи. Краны позолочены и сверкают так, словно и правда сделаны из драгоценного металла. Шкафчики до верху забиты всем необходимым, и здесь в самом деле есть все, что нужно человеку для ухода за собой, вплоть до пижамы и предметов личной гигиены. А в уголке возле кровати стоит мой рюкзак... 

 - Иди, я подожду тебя, - негромко говорит Тэхён, подбородком указывая на дверь ванной, и я послушно киваю и оставляю его в комнате на некоторое время, чтобы привести себя в порядок и переодеться ко сну. 

 Снимать прекрасный изысканный наряд мне совсем не хочется, и я еще некоторое время смотрю на себя в зеркало, словно до сих пор не могу поверить, что это я, на самом деле я, во всем этом блистающем великолепии... 

 И будь я немного умнее и расторопнее, возможно, все это может когда-нибудь стать и моим тоже, принадлежать мне. Свести его с ума, влюбить в себя по уши, довести до исступления... Кажется, будто, для меня нет ничего проще. И он уже на крючке. 

 Встряхнув головой, я отгоняю от себя навязчивые мысли. В какой-то миг они начинают казаться мне глупыми и неуместными. Тоже мне, размечталась... Дернув бровями, я поджимаю губы, качая головой, и отвожу взгляд от своего отражения в зеркале, включая воду. Какая же идиотка... 

 Избавившись от дурацких иллюзий и приняв душ, я, наконец, выхожу из ванной комнаты и вижу, что Тэхён, как и обещал, дожидается меня здесь и стоит у окна, спиной ко мне, сунув руки в карманы, и задумчиво и молчаливо вглядывается куда-то в темную ночную даль благоухающего сада, над которым в чреном ночном небе тут и там мерцают серебристые звезды. 

 Услышав, что я вышла, он оборачивается и несколько мгновений неотрывно и пристально смотрит на меня: макияж я смыла, а шикарную укладку распустила под душем, и теперь стою перед ним свежая и чистая, с влажными вьющимися от природы волосами, в новой ароматной пижаме, которую достала из шкафчика, и белом банном халате. Отведя, наконец, глаза, Тэхён, почесав переносицу, негромко говорит:

 - Так даже лучше... Без всего вот этого... - он немного мнется, а потом добавляет. - Ты очень красивая... 

 - Тэ... - тихо зову его я, и парень опять вскидывает взгляд, и я нежно произношу. - Ну почему ты такой хороший... 

 Он хмыкает, чуть прикрывая ресницы, и отзывается: 

 - Ты меня еще совсем не знаешь, Эли... - но я перебиваю, садясь на кровать: 

 - Кажется, как будто всю жизнь... - и, забираясь под одеяло, прошу. - Останься со мной сегодня... Пожалуйста... - мне тепло и комфортно рядом с ним, так словно я и вправду знакома с ним уже сотни лет. 

 - Ты точно этого хочешь? - негромко уточняет он, делая неуверенный шаг ко мне, и я твердо отвечаю, кивнув: 

 - Да, хочу, - и откидываюсь назад, ложась на мягкую подушку, будто утопая в ней.

 - Хорошо, - парень шепчет, его голос чуть хрипловат, когда он подходит к кровати и снимает пиджак, чуть расслабляя галстук. 

 Мое сердце взволнованно бьется, когда я переворачиваюсь на бок, и чувствую, как щеки начинают пылать, алея, когда я смотрю на него из-под полуопущенных ресниц, а парень присаживается на одеяло с другой стороны кровати, и я ощущаю, как постель под ним немного продавливается. Он больше не снимает с себя никакой верхней одежды и устраивается поверх покрывала в брюках и рубашке, лицом ко мне и подложив руку под щеку. Несколько мгновений мы молча смотрим друг на друга в полутьме освещенной тусклым ночником комнаты, в полной тишине. Наши лица так близко, что я могу чувствовать его дыхание на своей коже. 

 - Спи... - тихо шепчет Тэхён, протягивая руку и едва заметно дотрагиваясь до моих волос. - Я буду здесь... - и я, доверчиво кивнув, тут же расслабляюсь, с легкой блаженной улыбкой закрывая глаза. 

 Мне так хорошо сейчас, так спокойно. Спустя всего каких-то пару минут я уже засыпаю, погружаясь в безмятежные и теплые объятия сна, и мне кажется, что я еще никогда в жизни не была настолько счастлива...

***

...Да нет, всё ок, я снова валяюсь на полу. 

Разбитая дверь, ты всегда можешь войти, 

Даже после всего этого дерьма, я не унываю. 

Ведь принцесса никогда не плачет, 

Из-за монстров по ночам... Princesses don't cry - Aviva.

Не знаю, но мне кажется, что я сплю всего пару мгновений и просыпаюсь от того, что телефон вибрирует у меня под подушкой. А когда распахиваю веки, то несколько первых секунд не могу понять, где нахожусь, ошарашенно обводя взглядом незнакомую мне комнату, но потом все же понимаю и резко сажусь.

В спальне я одна. Тэхёна здесь нет, и лишь придавленное покрывало и чуть смятая простынь на другой стороне кровати говорят о том, что парень был тут со мной некоторое время, но под утро видимо куда-то ушел. Через секунду я уже вылавливаю надрывающийся телефон из-под подушки, смотрю на экран... и мои глаза буквально лезут из орбит. 

 Чонгук! 

 Сердце бешено заходится, и я, хватая губами воздух, как ошпаренная вскакиваю с кровати, чтобы проверить заперта ли дверь, и нажимаю на кнопку "ответить": 

 - Алло! - почти задыхаюсь я и плюхаюсь на постель. Дыхание из-за него предательски сбито, голос дрожит, и я отчаянно злюсь на этого парня: 

 - Привет, маленькая, как ты? - слышу через секунду на том конце провода веселый и бодрый голос Чонгука, и отвечаю, стараясь говорить как можно более равнодушно и холодно, но получается явно плохо: 

 - Привет, не зови меня так, я уже не ребенок... 

 - Серьезно? - хохотнув, с улыбкой в голосе отзывается парень. - А на днях доказывала мне обратное, когда не хотела со мной выпить... - я молчу, не найдя что ответить, а он продолжает. - Ну? Что скажешь? 

 Я тут же вскипаю и только лишь возбужденно произношу:

 - Где ты пропадал все это время!? Неужели, не было даже минуты ответить?

 - О, это наезд? - со смехом говорит Чонгук, а я краснею еще больше, пробубнив: 

 - Нет... Я... просто я звонила тебе, и... - я заикаюсь, потому что больше не могу говорить, все это для меня слишком эмоционально. А парень все издевается:

 - И? - уточняет он, когда я не заканчиваю фразу, и я, наконец, выпаливаю:

 - И хотела услышать твой голос... Где ты был? - почти ною я... 

Господи, как это жалко! А я еще пытаюсь как-то его отчитывать... Но тут же вместо этого, принимаю иную позицию, и интонация делается извиняющейся. Будто это я пропадала столько дней, а не он. И как у него так мастерски получается каждый раз выбивать меня из колеи? 

 - У меня были кое-какие дела, Эли... - совершенно спокойно, тоном нетерпящим возражений произносит Чонгук. 

 - Какие дела? - скулю я, а парень отрезает: 

 - А вот это мою малышку не касается... 

 - Я не твоя малышка! - фыркаю я.

 - О, даже так? - он явно смеется надо мной, и по факту, ему плевать на мои скудные сопротивления. Потом он спрашивает. - Развлечемся сегодня? - и голос тут же понижается до хрипловатого полушепота. - Безумно хочу тебя увидеть в 3Д, Эли... соскучился, сил нет... Надоело пялиться на твои фотки... 

 И, конечно, вся моя спесь снова сбита, я таю, растекаясь, как фруктовый лед по тарелке: 

 - А у тебя есть мои фотки? Откуда? - я бесконечно удивлена и шокирована, а молодой человек беззаботно отвечает: 

 - Конечно, есть, - он хмыкает. - Фотографировал тебя втихаря, пока ты не видишь, прикинь? Чтобы потом любоваться. 

 - Ну, хватит... - я краснею, улыбаясь и закусывая губу. 

 - Да-да, я серьезно, - шутливо заверяет меня Чонгук. - Ты мне не веришь? 

 - Верю... - мямлю я, а он продолжает: 

 - Ну так что насчет сегодня? 

 - Сегодня? - меланхолично переспрашиваю я так, как будто еле-еле могу говорить, но здравый смысл побеждает, и я все же возражаю. - Наверное... - я мнусь. - Я не смогу...

 - Как это не сможешь? - ответ непреклонен и, кажется, парень искренне удивлен. Он говорит: - А потом я не смогу, как тогда быть?

 В этот миг в моей голове роятся мысли. Миллионы мыслей. Шестеренки усиленно работают. Что делать? Как правильно поступить? Свалить из дома Тэхёна втихаря? Сбежать, как крыса? Но это же будет отвратительно, после всего, что он для меня делает. Но в то же время будет полным бредом, когда парень, который мне так сильно нравится, зовет меня погулять, а я откажу ему? Тоже настоящая чушь и хрень! Я потом себе этого никогда не прощу. 

 - Ладно, - подумав, я все-таки сдаюсь. - Только ближе к вечеру, хорошо? 

 - Конечно, без проблем, дорогая, позвонишь мне сама, как освободишься, ок? 

 - Да, обещаю... 

 - Я буду ждать, - Чонгук почти пропевает последнее слово и отключается. 

 Господи, что это было? Я едва могу отдышаться. Я с ума с ним когда-нибудь сойду! Он пропадал почти неделю, не отвечая на мои сообщения и игнорируя звонки, а теперь падает как снег на голову, мгновенно выбивая почву из-под моих ног... 

 Сумасшедший! - и тут же в голове слышу его веселый, насмешливый голос, будто отвечающий мне: "Это ты сумасшедшая, Эли, не я..."

***

Спустя некоторое время после разговора с Чонгуком, в дверь раздается негромкий стук. Я спешу открыть и вижу перед собой Тэхёна. Он улыбается:

 - Доброе утро! - произносит парень. - Как спалось? 

 - Чудесно, - с такой же приветливой улыбкой отзываюсь я, впуская его, и добавляю. - Я уже собралась, вот вещи... - я указываю на бережно свернутое на постели платье и оставленные рядом туфли, но Тэхён, снова чуть дернув уголками губ, опускает лицо и засунув руки в карманы, говорит:- О, нет-нет... Это твое, это подарок... 

 - Что? - недоверчиво хмурюсь я, словно не понимая сказанных им слов. 

 - Это тебе, - повторяет он и продолжает. - И еще кое-что... вытяни руку, - я послушно делаю так, как он говорит, и парень вытаскивает что-то из кармана. - Закрой глаза, - я закрываю, доверчиво стоя с протянутой рукой, а потом ощущаю, как кожу на запястье что-то холодит, и тут же распахиваю веки. На моей руке - браслет. Тоненький-тоненький, весь сплошь усыпанный россыпью мелких переливающихся камешков... Картье... и тут до меня доходит - бриллианты! Это все бриллианты! Я ахаю...

 - Нет... - шепчу я, но Тэхён, словно спохватившись, быстро говорит: 

 - Пожалуйста, прими это от меня... Просто на память... Прошу! Эли, пожалуйста, - он хватает меня за руку, с надеждой смотрит в мои глаза и повторяет. - Прошу... 

 Мое сердце заходится снова. Я как ошарашенная смотрю, как десятки мелких, словно крупинки, бриллиантиков блистают на моем запястье... 

 - Я не могу... Нет... Не могу... Он же стоит целое состояние... - бормочу я и вскидываю на Тэхёна глаза. 

 - Не имеет значения... - отвечает парень, но я пытаюсь его расстегнуть: 

 - Нет-нет... Что ты?.. Не могу... - но молодой человек перехватывает мою руку, крепко сжимая мою ладонь в своей и шепчет: 

 - Пожалуйста, - просит он снова. - В знак нашей дружбы и... - тут он замолкает на миг, после добавляя. - ...любви. Сделай это для меня... 

 Я выдыхаю... Не зная, как его еще отблагодарить, я привстаю на цыпочки и припадаю губами к его гладко выбритой щеке, целуя. Он прикрывает глаза, ресницы его трепещут... И когда я делаю шаг назад, шепчет:

- Спасибо... - и дотрагивается до того места, где коснулись мои губы. Потом качает головой и спрашивает. - Выпьешь кофе?

 - Нет, - я спохватываюсь, всплеснув руками, и торопливо добавляю. - Спасибо... Мне уже пора... 

 - Хорошо, я отвезу, - с готовностью добавляет Тэхён, и мы выходит прочь из комнаты. 

 В этот раз я прошу Тэхёна не подвозить меня к школе, чтобы не вызвать лишних подозрений и пересуд у моих одноклассниц, и высадить меня на автобусной остановке, что за углом. Когда мы туда подъезжаем, я пребываю в странной эйфории, ведь все, что со мной происходит в последние дни, является для меня чуть ли не сказкой и почти сбывшейся мечтой. Остановив машину, парень приоткрывает окно и, разблокировав двери, закуривает, достав пачку из бардачка и щелкнув зажигалкой. Я в первый раз вижу его с сигаретой, поэтому меня это немного удивляет. 

 - Ты куришь? - спрашиваю я, но потом сама себя смущаюсь. 

 В последнее время этот красивый молодой человек с грустными глазами представляется мне сотканным из одних только достоинств, и по моему глупому предположению вообще не может иметь никаких вредных привычек. Но все это тут же кажется мне таким идиотским, ведь он тоже обычный человек, и имеет право быть собой и делать, что хочет. 

 - У всех есть свои недостатки, - пожимает плечами парень, выдыхая тяжелый сизый табачный дым. 

Я чувствую сладко-горький аромат пряной вишни. Через мгновение мы прощаемся, я снова благодарю его за все и воодушевленная спешу к воротам школы: в моем рюкзаке - бережно сложенное шикарное платье и изящные босоножки, стоящие бешеных денег, а драгоценный браслет надежно спрятан в маленьком застёгивающемся внутреннем кармане... О чем еще я могла мечтать? 

 Улыбаясь сама себе, я заворачиваю за угол и в тот же миг чувствую, как табун холодных мурашек проносится по моей спине. Шаг сам собой невольно замедляется, колени будто становятся ватными, меня прошибает озноб и ледяная испарина покрывает все мое тело... Возле калитки, сунув руки в карманы, стоит мой брат...

***

Джереми сразу видит меня издалека и, сорвавшись с места, быстро двигается ко мне навстречу. Я застываю, как вкопанная, посреди улицы и истерично кручу головой в поисках машины Тэхёна. Я все еще надеюсь, что он не уехал далеко и сможет меня защитить, и впервые жалею, что не попросила его подъехать прямо к воротам школы. Но Тэхён уже укатил в другом направлении, и никто теперь меня не спасет.

 - Где ты была? - хриплым низким гортанным рыком, не похожим на человеческий голос произносит брат, останавливаясь рядом со мной. 

 Я сжимаюсь до размеров горошины, втягивая голову в плечи: 

 - Где. Ты. Была? - чеканит он, и когда я вновь не отвечаю, поднимает руку, замахивается и со всей силы бьет меня по лицу. 

 Удар приходится на скулу и висок. Это что-то среднее между оплеухой, пощечиной и обычным ударом, и кажется, будто глаз вот-вот лопнет. Моя голова откидывается в сторону, взметнув волосами, и я хватаюсь за лицо, всхлипнув. 

 - Я спросил, где ты шлялась, маленькая дрянь? - он хватает меня за плечи и яростно трясет, начиная орать мне в лицо. - Где ты была всю ночь? С кем ты была? С кем трахалась? Под кого легла? Подстилка! Дешевка! - орет он на всю улицу. - Ты опозорила нас! Опозорила всех! Дрянь! Дрянь! - он брызжет слюной, и его взгляд в эту минуту совсем безумный. 

На него словно нашел приступ сумасшествия. Он будто помешан на моей девственности и на том, кому, когда и как я отдамся. Сволочь... Через мгновение он хватает меня за предплечье, сжимая так, что явно останутся синяки, и волочет за собой в сторону остановки. Я по-прежнему молчу, склонившись, сгорбившись, и едва переставляю ноги, чтобы успеть за ним. 

 - Ты опозорила нашу мать... - клокочет голос в его горле. - Малолетняя проститутка... 

 И тут я гордо поднимаю голову, откинув с лица волосы и смотрю ему прямо в глаза: 

 - Тебя это так заботит? Почему, братик? - я с издевкой выплевываю полные желчи слова и не возражаю ему нарочно. 

Пусть подавится собственной похотью. Пусть изнывает от грязных мыслей, думая и грезя о том, как меня имели, и его трясет от гнева: 

 - Давай только приедем домой... узнаешь, сучка... потерпи... - рокочет он. Меня снова обдает волной дикого холода, глаза чуть ли не закатываются от бешеного ужаса, который леденит мое сердце. 

Мы оба одинаково подвержены вспышкам ярости, неистовой, убийственной ярости - так бывает только у родных братьев и сестер или самых близких родственников. Джереми страдает от того, что не может безнаказанно творить зло, не может повелевать злом, не только в нашем доме, везде. А я беспомощна перед этим кошмаром, сжигающим его изнутри. Когда рейсовый автобус подходит к остановке, Джереми вталкивает меня внутрь с такой силой, что я едва не падаю лицом вниз, споткнувшись на ступеньках. Мы едем на разных сидениях. Всю дорогу в полном молчании, отвернувшись в разные стороны. Мимо проплывают знакомые пейзажи. И все время в пути до моего дома я внутренне умираю то того, как это могло случиться. Кто? Кто сказал ему о том, что меня нет в школе... Как они с мамой узнали? От автобуса до дома мы тоже идем в гробовой тишине, только теперь брат крепко держит меня за руку, таща за собой. А когда входим в дом, мать, стоящая в коридоре, с ужасом смотрит на нас. На меня. Для нее это полная неожиданность. Она не знает всей правды. Она верит тому, что ей сказали. Оклеветали. Очернили. Она думает, что я и правда рискую быть отверженной обществом, гублю себя. Ей кажется, что я никогда не выйду замуж, превратившись в уличную потаскуху. Так ей все преподносит мой брат. Так он видит меня в последние годы... И тут меня вновь окатывает осознание. Все встаёт на свои места. Ведь номер моего брата был только у Тэхва... Теперь я все знаю.

 - Полюбуйся на нее... - шипит Джереми за моей спиной, вталкивая меня внутрь, когда на миг я замираю на пороге, встретившись с мамой глазами. 

 - Мама... - выдавливаю я. - Ничего не было... - только и могу произнести я, чувствуя, как конечности будто бы немеют, но мать словно не слышит. 

 Джереми наклоняется над моим плечом и выхватывает из рук мой рюкзак, рывком открывая его и высыпая на пол все содержимое. Оттуда вываливаются и туфли, и платье и новый телефон... 

 - Откуда? - орет брат. - Откуда все это?! - а потом медовым, вкрадчивым, ласковым голосом добавляет, обращаясь к матери. - Не верь ей, мамочка, надо узнать всю правду, любой ценой, ее нужно бить... Девчонку надо бить, - и я по голосу угадываю эти мрачные, устрашающие помыслы моего старшего брата: была бы его воля избиение бы не закончилось никогда, он забил бы меня до смерти.

В припадке отчаяния мать набрасывается на меня и хлещет по щекам, когда я, захлебываясь слезами, ору: 

 - Мама! Мамочка! Ничего не было! Он лжет! - закрываясь руками, как могу, от прилетающих со всех сторон ударов. Мать рыдает: 

 - Что же делать? Что же теперь делать? - она заламывает руки и не хочет меня слушать. 

 Она видит только мой образ, а голоса как будто не слышит, словно я - немая рыба, открываю и закрываю рот просто так. Подключается брат. Он пинками вталкивает меня в гостиную, рывком сдирает сарафан, порвав бретели, нависает надо мной, как будто принюхивается, пытаясь уловить чей-то запах, которым пропахло мое тело, но ничего нет... Он ничего не может почувствовать. Он бьет меня изо всех сил. А я кричу: 

 - Ничего не было! Не было! Я - девственница! Отведите меня к врачу! Мама! Мама! Помоги! - я пытаюсь отбиваться, со всей дури пинаю брата по коленям. - Оставь меня в покое! - он снова хватает меня за руку, и я вгрызаюсь зубами в его кожу, так сильно, что чувствую, как хрустят на зубах сухожилья. 

Он взвизгивает от боли, и я пинаю его в живот.

 - Оставь меня в покое! - вырываюсь и бегу в свою комнату, запираюсь, подтыкаю ручку стулом, прячусь там, мне страшно, впервые в жизни мне настолько страшно... Я боюсь этого чужака - моего старшего брата. 

Забиваюсь в угол и, сползая по стене, съеживаюсь, обхватив руками колени, я тычусь лицом сложенные руки. Через какое-то время, словно очнувшись, я слышу, как Джереми орет на мать, она тоже плачет и просит больше не трогать меня. Но через секунду, по тому как содрогаются половицы, я физически ощущаю его приближающиеся шаги по коридору. Спустя миг, он стучит в мою дверь, сначала тихо, потом громче, потом пытается молча плечом выбить ее, но у него ничего не получается - слабак: 

 - Джерри! Хватит! Хватит! - умоляет его мама, но это не прекращается. На карачках я ползу к вороху разбросанных братом вещей из моего рюкзака и там среди всего прочего барахла нахожу свой телефон. 

На мое счастье, в состоянии аффекта, Джереми так и оставил все валяться на полу, поэтому я, схватив гаджет, снова полусогнутая, возвращаюсь обратно в угол, разблокирую телефон, нахожу нужный номер и набираю его. Мне отвечают почти сразу: 

 - Алло... - и несколько секунд я просто молчу в ответ, тяжело дыша, чувствую, что, если начну говорить, разрыдаюсь, но голос на том конце провода весело произносит. - Малая, ты в порядке? Чего ты там сопишь?

 - Чонгуки... - выдавливаю я. - Забери меня... забери меня отсюда... - захлебываясь, молю я, и молодой человек тут же серьезнеет: 

 - Где ты? Говори адрес... - и я говорю.

Принцесса не плачет 

Сгорая, словно пламя, 

Ты чувствуешь всё это внутри, 

Но вытираешь слёзы с глаз, 

Ведь принцессы не плачут... Princesses don't cry - Aviva.