Исцеление души

— Что ты решил со мной сделать? — Взволнованный голос выдавал мою уязвимость перед ним. Я боюсь этого человека. Боюсь принятых им решений, от которых зависит моя жизнь. И я так устала бояться, каждый раз натыкаясь на новые испытания...

— Ничего криминального. Просто покажу тебе Париж в сентябре. Ты когда-нибудь была в Париже? — Мои глаза должно быть были в недоумении, каждый раз я сталкиваюсь с чувством, что он издевается надо мной. Какой к чёрту Париж?

— Скажи мне, тебя мама в детстве не уронила головой о что-то твёрдое? Ты в своём уме? — Я выдохнула, чтобы не срываться на крик. — Я никуда не полечу. И Париж мне твой — не нужен! — Брейден улыбнулся. Это ещё больше вывело меня из себя. — Я сказала что-то смешное?

— Ты так нервничаешь, словно я предложил тебе лечь со мной в постель за деньги, а не увидеть Францию. Это мечта любой современной девушки, а ты пытаешься ругаться из-за этого. — Его слова заставили меня подойти ближе.

— Зачем мы туда поедем? — Мой взгляд стал проще, я немного успокоилась и попыталась выйти на доверительный ответ.

— Полетим, Лише. — Ухмыляясь поправил мужчина. — У меня дела в этом городе, тебя я не оставлю. Даже не проси... Поэтому логично, что ты поедешь со мной.

— Полечу. — Тихо пробормотала я.

— Что? — Он вопросительно поднял бровь.

— Не поеду, а полечу... Какой же ты тугодум... — Я подошла к кровати и за спиной услышала тихое и удовлетворительное:

— Значит решено...

Через пару дней, я собирала чемодан и даже не представляла, что ждёт меня в этой Франции. Всё кажется слишком спонтанным, но я приняла решение, что больше не буду спорить. Мне давно пора признать, что в его решениях — мой голос бессилен. Я словно волна, которая каждый раз ударяется о скалы, но не может остановиться. Хорошо ли это? Плохо ли? Я не знаю. Но больше не хочу учавствовать в этом процессе. Потому что эти удары, как оказалось, слишком долго и болезненно заживают.

Взгляд лёг на мои израненные запястья. Я сняла бинты, но руки всё ещё истерзаны шрамами... И они попрежнему болят и бросаются в глаза. А я ведь даже не знаю, заживут ли они когда-нибудь, а может так и останутся, напоминанием о невыносимой боли, которую причинил мне этот человек.

Когда вещи были собраны, чемоданы уже были в багажнике, а я сидела в машине — меня одолела странная тревога. Возможно это как-то связано с тем, что я никогда не покидала своей страны, а возможно с тем, что никогда не летала на самолёте. Но этот страх был паническим и неприятным.

Брейден сел за руль и машина тронулась. Всю дорогу я смотрела в окно и не могла успокоиться. Мужчина заметил моё волнение и то, как нервно я натягивала рукава на запястья, чтобы прикрыть порезы.

— Тебя что-то тревожит? — Его спокойствие и уверенный голос, давали мне небольшое ощущение безопасности, но это шло в разрез с моим внутренним чутьём.

— Сама не понимаю... — Честно ответила я. — Будто что-то внутри сжимается и никак не отпускает. Что за дела у тебя в Париже? Ты опять будешь кого-то убивать? — Произнося последнее слово, сердце дрогнуло. Подумать только, с каким человеком я нахожусь рядом...

— Нет. Эта поездка абсолютно безобидная, ты зря так волнуешься. Просто несколько деловых приёмов. Это нужно для бизнеса. — А я ведь даже не знаю, чем он занимается.

— И на чём построен этот бизнес? Наркотики? Контрабанда?

— Строительство. Мы строим дома, выкупаем преимущественные земельные участки. Компания международная, поэтому эта поездка далеко не первая и не последняя. — Его слова были правдоподобными, но не утешительными. Я бы не хотела кататься с ним всю свою жизнь из одной страны в другую. — Хорошего ты обо мне мнения. Я бы не занимался ничем из тобою перечисленного. — Подметил парень.

— Ты сам виноват в том, что у тебя такая репутация. Сколько людей ты лишил жизни? — Вопрос был риторическим и я не ждала ответа.

— Четыреста восемьдесят семь. — Стальной и холодный тон Брейдена, предал этому числу ещё большей динамики и я изменилась в лице.

— Что? — Невольно вырвалось из моих уст. — Это ужасно... Брейден, неужели в тебе нет ничего святого? Ты считал каждое убийство и так спокойно говоришь об этом?

— Убийца не может не знать количество своих жертв. Я говорю об этом спокойно, потому что то, что случилось — не изменить. — Я впервые услышала нотку сожаления.

— То есть, если бы тебе дали возможность что-то исправить, то ты бы переписал свой жизненный путь? — Я внимательно посмотрела на его лицо, ожидая ответа. Неужели он жалеет о том, что решил пойти по кровавой дороге?

— Человек ещё не придумал машину времени, но я точно знаю, что в тот момент — была лишь видимость, что я мог поступить иначе. Я не мог и поэтому не о чём не жалею. Хотя, когда ты порезала вены... — Его тяжёлый выдох и короткая пауза. — Я вновь почувствовал, то ощущение. Когда человек теряет что-то важное вместе с жизнью близких. Наверное он теряет самого себя, а это хуже потерянной жизни. И если мой враг чувствует себя потерянным — значит я поступаю правильно. — Его слова звучали двусмысленно. Почему моя попытка уйти из жизни, заставила его почувствовать потерю? Я же не близкий человек Брейдена. Интересно, что он имел ввиду?

Пока мы разговаривали, я и не заметила, как машина была уже у маленького частного самолёта. Странно, что у него ещё нет собственного, учитывая то, сколько у него денег.

Ветер обдувал мои волосы, а я словно прощалась с землёй под ногами. Париж, город в котором действительно мечтает побывать каждый. Каким человеком я вернусь из этого города? Изменится ли что-то в моей душе?

Когда я вошла в самолёт, внутри всё казалось таким тесным. Всего несколько кресел, приборная панель, небольшой иллюминатор и навязчивый запах топлива. Пилот, мужчина лет сорока, коротко кивнул Брейдену, явно хорошо его знал.

— Всё готово, взлетаем через три минуты. — Голос был уставшим, будто он понимал, что сегодня будет трудный день.

Брейден устроился напротив меня, на лице спокойствие, как будто он просто садился в машину. А я всё сильнее сжимала ремень безопасности — пальцы дрожали.

Самолёт взлетел мягко, почти без толчков. Внизу мелькали леса и поля, потом — облака. Я впервые видела небо так близко. Оно казалось бесконечным и пугающе тихим.

— Всё не так страшно, как ты думала, верно? — Брейден наклонился вперёд, ловя мой взгляд.

— Пока ещё нет. Это очень красиво... — Я попыталась улыбнуться, но страх никуда не ушёл.

Минут через двадцать я почувствовала странную вибрацию под ногами. Сначала лёгкую, потом — сильнее. Лобовое стекло пилота слегка задрожало.

— Что это было? — Я нахмурилась, глядя на приборы, которые внезапно начали моргать.
Пилот резко обернулся:

— Мистер Брейден... Похоже, проблемы с левым двигателем. Давление падает!

Брейден мгновенно поднялся, подошёл к кабине. Его голос стал коротким и приказным:

— Насколько серьёзно?

— Если топливо не подхватит, двигатель встанет полностью. Мы не дотянем до ближайшей площадки...

Самолёт резко тряхнуло. Я вскрикнула, вцепившись в подлокотники. В иллюминаторе небо качнулось, будто кто-то схватил самолёт и повернул его в воздухе.

— Что происходит?! — Сердце колотилось так, что я почти не слышала собственный голос.

Брейден быстро подошёл ко мне, открыл небольшой отсек и вытащил два парашюта.

— На всякий случай. — Его взгляд был спокойным, почти ледяным.

— Ты шутишь?! Мы же не собираемся... — Слова застряли в горле, когда самолёт снова дёрнуло вниз.

Пилот крикнул:
— Один двигатель отказал! Мы теряем высоту!

— Открой люк. — Сухо произнёс Брейден, пристёгивая парашют к себе.

Я не могла поверить, что всё это происходит на самом деле. Ноги отказывались двигаться.

— Я не умею прыгать! — Закричала я, чувствуя, как к глазам подступают слёзы. — Брейден, пожалуйста...

Он подошёл ближе, крепко схватил меня за плечи:

— Слушай меня внимательно. Я не позволю тебе умереть здесь. Поняла?

— Я не смогу... — Я трясла головой, как ребёнок.

— Ты прыгнешь первой, а я — сразу за тобой. Просто держись за кольцо. Не думай.

Его глаза были такими уверенными, что я, кажется, впервые поверила ему безоговорочно.

Пилот уже открывал боковую дверь — холодный воздух ворвался внутрь, свистя в ушах. Самолёт трясло, земля стремительно приближалась.

— Вперёд! — Поторопил парень.

Я стояла на краю, сердце рвалось из груди. Мир вращался вокруг. Шаг — и падение.
Воздух вырвал крик из горла. Всё вокруг стало светло и беззвучно. Я дёрнула кольцо, как он сказал, и над головой раскрылся парашют. Меня дёрнуло вверх.

Я больше не чувствовала страха — только осознание, что я всё ещё жива.

В шоковом состоянии я подняла голову вверх, в дали увидела его. Брейден снижался немного левее, ветер развевал ткань парашюта.

А я подумала, что, может, впервые за долгое время, между нами нет ни его приказов, ни боли — только небо и просторная свобода, от которой у меня немного кружится голова.

———————————————————————————

Есть кто-то, кто прыгал с парашюта?🫣💘