Часть 8.
Мы успокоились так же быстро, как и завелись. Фраза, вырвавшаяся с уст Влада, заставила меня задуматься.
«Влад только что признал, что я ему нравлюсь. Как мы вообще это допустили? Как наша первая встреча переросла во множество встреч? Как легкий несерьезный флирт стал в сильной тягой, симпатией?»
Меня тянуло к нему. Я замечала за собой характерные изменения в поведении, а в особенности, когда Влад был рядом и когда его не было. Думала о нем, вспоминала встречи, ждала их, а показывала ему совсем обратное. И этот первый поцелуй, который оставил большой отпечаток в памяти.
Это влечение образовывалось в привязанность, в одержимость, в нужду. Своими словами и поступками он пробуждал во мне темную, еще не открытую до конца сторону меня. Как наваждение, укутывающее меня в свои объятия и не желающее отпускать, морочащее голову. Как магия, с которой ты столкнулся впервые, которую тебе еще предстоит изучить и использовать. Я поняла, что начинаю анализировать наше общение с ним, начинаю думать о большем. В мыслях появилось место пошлости, и я тут же отмахнула ее, зажмуриваясь и кротко кивая. Подметив странное поведение, Влад спросил:
— Ты так и будешь молчать? Ничего не ответишь?
Только сейчас я обратила внимание на него. Он был взвинчен и, не скрывая этого, напряжен. В области его висков взбухли от нервов вены, грудная клетка загуляла из стороны в сторону, а кончики пальцев издавали легкие постукивающие движения по дивану. Мы говорили о серьезных вещах так просто, будто это не имело для нас цену, но сейчас каждый из нас нервничал так сильно, что даже у пациента с серьезным диагнозом было больше шансов на выздоровление. Не подавая виду, я приподняла свой подбородок и бросила на мужчину прямой взор, отвечая:
— Нельзя ненавидеть человека, при этом любя его. Точно так же, как нельзя любить, ненавидя. Ты либо любишь, либо нет. За то время, что мы провели с тобой вместе, я смогла увидеть эту ненависть в твоих глазах.
— Я ненавижу не тебя, Ева, а твои поступки.
— Я и есть - мои поступки, Влад. Ты помогаешь мне, за это я говорю тебе спасибо. Но порой мне начинает казаться, что ты считаешь меня своей собственностью. Ты заваливаешься ко мне домой, когда тебе хочется, из ниоткуда появляешься в моей жизни, диктуешь мне свои правила, действуешь мне на нервы, а сейчас говоришь, что я тебе нравлюсь? Я даже поскорбеть не могу нормально, потому что ты мне не даешь. Я не хочу испытывать к тебе такое же больное чувство привязанности, какое ты испытываешь к демонам, с которыми работаешь.
Подобной грубости я не ожидала от самой себя. Мне хотелось ответить Владу взаимностью, крепко обнять его и даже поцеловать, но я всегда сперва говорила, а только потом думала. Прикусив губу, я ожидала, что он прямо сейчас поднимется с места и вновь уйдет от меня, но он придвинулся ближе и сгреб меня в охапку. Положил ладонь мне на макушку и тихо произнес:
— Мне кажется, сейчас самое время поехать в лес за земляникой.
— Почему ты не уходишь, Влад?
— А ты хочешь, чтобы я ушел?
Повисла долгая пауза. Прежде, чем ответить, я обдумала его вопрос, мысленно отвечая себе несколько раз: «нет, не хочу». Я положила голову к нему на грудь и закрыла глаза, слушая только биение его сердца. Оно говорило мне обо всем. На секунду мне даже показалось, что мы с ним связаны. Что - то, что сложно обозначить одним словом. Какая - то неимоверная тяга к человеку, обладающим из «хорошего» только самим словом. Мозг говорил мне: «Ева, ты сошла с ума? Разве не видишь, что он за человек? Отринь! Выбрось дурость из головы!». А сердце кричало ему в ответ: «Дуростью будет отказаться от того, кто приносит радость.».
— Мне бы очень хотелось верить в то, что это не сон, не твоя очередная шутка. Мне бы очень хотелось верить тебе.
Взглянув мне в лицо, Влад резко ответил:
— Это правда. В шутку я бы ни за что так не сказал, тем более тебе. Но есть моменты, которые меня по - прежнему смущают, если мы уж решили говорить о честности.
Подняв на мужчину взгляд, я попыталась найти в его глазах свои ответы. И я их нашла.
«Ты думаешь о том, насколько я проблемная. Знаю. И это правда.»
— Давай так. Я не буду ничего тебе больше говорить, а просто возьму тебя сейчас с собой в одно место. Договорились? Я ведь уже не в том возрасте, чтобы много болтать, когда можно сделать.
Влад как - то по - ребячьи улыбнулся, обнажая белоснежный оскал. Следующие полчаса мы оба провели в тишине в дороге. Я была в предвкушении, куда именно везет меня Влад, а он, вероятно, продумывал все детали, чтобы удивить еще больше. Удивлять он умел. Машина завернула в сторону лесной чащи, где не были ни души. Даже пения птиц не слыхать. В нескольких сотен метрах красовался мрачноватый погост, без могильных плит, только белые массивные кресты. Атмосфера царила невероятно пугающая и зловещая. Кроны деревьев создавали некий купол, закрывающий этот дом от ненужной энергетики. Не было и на земле следов животных.
Расправив на себе джинсы, Влад направился к входной двери. Я все время осматривалась, восхищаясь эстетикой этого места.
Я будто попала в другой мир. В мир Влада Череватого.
Он сразу же принялся доставать с полок какие - то книги, инструменты, чуждые моим глазам, и многое другое. Был поглощен суетливостью и тревожностью. Я мало что понимала в тот момент, но старалась запомнить любую эмоцию.
— Присядь сюда.
Указав на диван, что стоял неподалеку от стеллажей с книгами, Влад сел сам. Пролистывая одну из книг, говорил:
— Внешне эта книга совсем неприметная. Обложка потрепанная, страницы такие же. Любой бы предпочел этой книге другую. Но есть маленькая загвоздка. Это не совсем простая книга. Внутри вместо нужных строк написаны вручную мои строки. Я делился здесь своими мыслями, рассказывал о том, какой прохожу путь. Что - то я даже смог подглядеть в своем будущем, и тоже выписал сюда. В этой книге описана вся моя жизнь. Знаешь, это своего рода... Что - то, что передастся детям и внукам по наследству. Тем, кто заинтересуется своей родовой линией.
Пролистав еще несколько страниц, Влад прочел вслух содержимое:
— Сегодня прошел ровно год с момента, как я начал заниматься черной магией. Ощущения болезненные. Мозг кипит, тело не слушается. Тяжело. Проходя этот путь, где я окажусь? На самой вершине или на дне? Сдамся или справлюсь?
Чернокнижник читал собственноручно написанные строки с неким тремором, волнением, словно боялся осуждения. А на деле он раскрывался мне с другой стороны. Я смогла разглядеть в нем в этот момент мужчину, некогда запутавшегося в себе. Ранимый, чуткий, очень нежный. Ищущий в этом мире одобрения. Его не раз ломали, но сломать так и не смогли. Вместо этого в нем взрастили нечто большее. Человечность, сострадание. Можно перечислять бесконечно, но наблюдать за этим раскрытием человеческой души интереснее было воочию.
Я смотрела на его нелепые движения трясущихся пальцев и понимала, что именно собирался показать мне Влад. Он открывал мне свою душу. Выворачивал ее наизнанку, чтобы моя уверенность в нем укрепилась. Мы оба понимали, к чему ведет наше общение. А слова симпатии, сказанные в сторону друг друга, лишь укрепили это. И я понимала, что прямо сейчас я должна либо остановить его, сказав, что наши пути расходятся, либо взять его за руку и справляться со всеми трудностями вместе. С уст чернокнижника вырвался тяжелый вздох.
— Я хочу отдать тебе эту книгу, Ева. Сама решай, что с ней делать. Хочешь - прочти, а не хочешь - сожги. Обратно я приму ее только в том случае, если ты примешь меня. Прочитав ее, ты сможешь найти для себя решение.
Не смотря в мою сторону, он протянул мне книгу, а я, не думая, отложила ее в сторону. И так же не думая, сразу ответила:
— Зачем мне книга, если ты можешь рассказать обо всем мне сам? Мне интересно тебя слушать. Я понимаю, для чего ты это делаешь. Беспокоишься о том, что, узнав тебя, я оборву связь с тобой. А может, я просто хочу так думать. Не знаю... А может, ты решил поделиться со мной этим именно поэтому. Я думаю, нас терзают одни и те же сомнения, страхи. Мы с тобой, как два воина на поле боя, где ни один не торопится нападать, выжидает нужный момент. Но так же оба понимаем, что самым верным решением будет придти к компромиссу, найти самый благополучный вариант для двоих.
Мы не сводили друг с друга взглядов. Он смотрел в мои с надеждой, тут же себя коря за выдуманную в моменте слабость, а я смотрела в его с непоколебимостью, тут же себя коря за выдуманный в моменте эгоизм. Вспоминала, как вела себя раньше, как остро реагировала на все его поступки и как потом жалела. Я понимала, что за этим холодным взглядом и сильным стержнем внутри, скрывается нечто большее. Вопрос был только во времени и желании. Мне стало не по себе от чувства несправедливости по отношению к Владу. Но с тем пришли в мысли не самые приятные его поступки. Когда он, пугаясь того или просто предостерегаясь, мог уйти. Я привыкла к тому, что от меня многие уходят. Но его уходы били по самым больным моим местам. А сейчас все стало так по - другому. Влад сидел рядом совсем беззащитным, даже не пытаясь защититься. Будто доверял мне настолько, что был готов отдать за это жизнь. Так оно и было. Смотря в мои глаза, он думал только о полном доверии.
Я положила на его руку свою и слегка сжала ее. Все мысли в голове спутались между собой. Я уже долго выдерживала паузу и понимала, что пора ответить. Внутри все трепетало. Едва я хотела прильнуть к нему, укутаться в его объятиях и позволить себе наконец быть счастливой, как с тем пришли другие воспоминания. Перед глазами мельтешил демон. На секунду я даже будто смогла почувствовать его запах. Кровь в жилах тут же застыла. Тело окутал страх. Я понимала, что этим нужно поделиться с Владом. Но так же я чувствовала опасность, расскажи я об этом. Чаша весов не могла найти баланс.
Я сглотнула нервный ком, а после натянуто улыбнулась. Стоило мне открыть рот, как в углу комнаты, в которой мы находились, упала ваза. Разбилась с таким шумом и грохотом, будто весь нижний этаж ушел под землю.
«Ну конечно. Еще бы ты позволил мне обо всем ему рассказать.»
«Я обязательно обо всем тебе расскажу. Не сейчас. Не при таких обстоятельствах. Не хочу омрачать этот прекрасный, полный откровений вечер.»
Казалось, Влада совсем не смутила разбившаяся внезапно ваза. Он продолжал смотреть в мои глаза, думая о чем - то своем. И от его взгляда мне стало не по себе.
«Догадывается о чем - то?»
Словно прочитав мои мысли, произнес:
— За земляникой?
Тихо рассмеявшись, я попыталась унять появившееся напряжение внутри себя. А после мы отправились с Владом в сторону густого леса. Шли в полной тишине, выискивая ягоды среди растений. Найдя небольшой кустик, я радостно захлопала в ладоши и присела на корточки. Срывая землянику и скидывая ее в небольшую корзинку, радовалась как дитя. Задумалась о том, что иногда полезно себя занять чем - то неважным, чтобы забыть о важном. Мы оба не заметили, как прошли часы, а корзинка уже полностью набилась ягодами. Мы с Владом говорили обо всем, но в то же время ни о чем.
— Скажи честно, ты правда собиралась переспать со мной тогда, в день нашей первой встречи?
— А ты как думаешь? Мне нужны были деньги.
Забирая с моих рук корзинку, Влад остановился и уверенно ответил:
— Зная тебя сейчас, я бы с уверенностью тебе сказал, что ты бы этого не сделала.
— Ну а ты? Заметь тогда мое смятение, настоял бы?
— Нет.
Мы уже двигались в сторону дома, продолжая диалог:
— Помню, ты еще тогда многое рассказал о моей жизни. Признался мне, кто ты. Почему? Что за доверие к незнакомой девушке?
— Данная мне сила не всегда работает со мной. Иногда она действует против меня. Я узнал о тебе многое еще в самом начале, а потом намеренно обрубил все возможности узнавать тебя дальше. На этом фоне у меня с силами произошел конфликт. Они у меня с характером. В один момент видения с тобой вовсе прекратились, да и не было желания туда лезть. Как ты сказала: «Зачем мне книга, если ты можешь рассказать обо все мне сам?». Вот и мне не были нужны силы, чтобы понять, какого человека я держу рядом.
Поставив корзинку с ягодами на землю, Влад обхватил мои руки и осмотрел их. Думал, смотрел на то, как сплетаются наши пальцы. От мужчины веяло уверенностью и теперь уже спокойствием. Он словно закрыл для себя гештальт. Сбавив тон до минимума, спокойно сказал:
— Сегодня слишком хороший день. Такой, что кажется сном. Я к такому не привык. Но теперь мы есть друг у друга, верно? А значит, ничто не сможет это исправить.
Влад обхватил мои плечи, и мы вдвоем направились в дом.