Часть 10
— Ой! Черныш! Лапой тебе под хвост... Больно...
Шипя и плюясь не хуже дракона, Лиса терла ушибленное плечо. Мало ей синяков, раненой лодыжки и все еще гудящей головы! Дракон решил ее добить и приложил палкой. Хорошо хоть не в лоб. Девушка тихо ойкнула. Палкой?!
— Ох, Черныш, — радостно прошептала она. Рядом плюхнулась еще одна, а потом две сразу. Дракон нежно курлыкнул.
— Я тоже люблю тебя! — заголосила обрадованная девушка, — Очень-очень люблю!
И Лиса поскорее принялась выбирать самую подходящую кандидатку на роль освободительницы.
Любит! Она его любит! Дракон разевал пасть, желая громким ревом оповестить весь мир о своем счастье, и тут же с лязгом захлопывал ее обратно, опасаясь испугать свою Принцессу. О, каким хмельным нектаром напитали его кровь эти чудные слова! Язык нетерпеливо ворочался между зубов, желая повторить сказанные Принцессой звуки. Но выходило лишь шипение. Дракон нервно хлопал крыльями и мотал головой. Нет! Он обязан ответить! Сказать, что тоже очень любит ее и готов принести хоть целый лес! Да что там, ему и всего золота не жалко! Дракон с удвоенной силой заметался по узкому пространству бывшей залы. Ну конечно! Он покажет Принцессе свои сокровища! Ей обязательно понравиться и она больше никогда не захочет уходить к этим скучным, серым обломкам!
Полные восторга размышления прервал тихий писк. Он поспешил обратно к мелкой расщелине и заглянул внутрь. Радостное восклицание потухло, не успев родиться. Принцесса поднялась на ноги, но двигалась она неловкими рывками, при этом не переставая издавать жалобные звуки.
Надо бы поскорее достать ее оттуда! Тонкий металлический запах крови тревожил ноздри и сердце. Поскуливая в такт Принцессе, он завертелся около расщелины. Как же достать эту маленькую глупышку? Скинуть еще одну палку, длиннее? Нет, никуда он не полетит!
Стараясь быть как можно осторожней, дракон принялся крошить камень перекрытия когтями. Теперь-то Принцесса могла отойти в сторону и падающие вниз обломки не причиняли ей вреда. Хорошенько расширив трещину, он поскорее опустил туда хвост. Не прошло и нескольких минут, как тонкие ручки схватились за шипастый кончик. Очень осторожно он стал поднимать свою Принцессу наверх. Вот так, полегоньку. И почему эта здравая мысль не посетила его голову ранее?
Довольно скоро над поверхностью послышалось натужное сопение. Последнее движение и дева оказалась спасена!
Но радость была не долгой. Увидев, что стало с его нежной красавицей, дракон не выдержал и взревел.
У Лисы не было сил даже на то, чтобы прикрыть уши. Да и демон с ними! Она жива! Жива! Хотелось скакать и бить в ладоши, как маленькая девочка. Но только вот ее нога была перебита острым камнем, а руки содраны от попыток освободиться.
Лиса лежала носом в пыли и тихо постанывала от боли и усталости. Но долго так отдыхать ей не дали. Прекратив бесноваться дракон боком подобрался к ней и до невозможного осторожно соскреб ее избитую тушку с камней своими когтищами.
— Пр-с-с-са, ма-а... Пр-с-с-са, — причитал дракон, шагая по саду на задних лапах. Передними он бережно прижимал обалдевшую Лису к груди.
Нет, ей, наверное, все же мерещится! Что это за «пр-с-с-са»? Раньше он такого и близко не рычал! Похоже на... «принцесса»?! Лиса даже головой помотала. Ну, в то, что ящер может понимать человеческую речь с трудом, но она могла поверить. А чтобы говорить...
— Черныш, я брежу, — тихо созналась дракону Лиса.
Но тому было все равно. Кусты под его лапами трещали и ломались, хвост бил по несчастным деревьям, пока дракон прорывался к месту их стоянки.
Когда впереди замаячила перепаханная, но знакомая лужайка, Лиса очень обрадовалась. Однако восторг оказался преждевременным. Ее целенаправленно тащили в самое логово.
— Э-э-э, Черныш! Ты куда... Ого!
Темные выступы дрогнули и поплыли. Задняя стена в скалистой пещере вдруг исчезла, а то, что было за ней... Лиса даже про свою лодыжку забыла! Сокровища! Груды, нет, горы золота и драгоценностей! Небольшие магические шарики-светильники вспыхнули теплым золотым светом, и блеском отразились от драгоценных камней и металлов.
Нежные переливы всех цветов радуги играли и искрились на полированных гранях изящных украшений и грозного оружия. Разинув рот, Лиса зачарованно смотрела на все это добро, за которое с потрохами можно было купить не только Янарию, но и парочку соседних королевств.
А ящер продолжал изящно двигаться между сундуками и просто насыпями драгоценностей. Прямиком к небольшому, выложенному белой мраморной плиткой бассейну. Продолговатый водоем был полностью наполнен хрустальной водой, которая поступала прямо из родника, бившего из скалы. Его выход был выполнен в форме инкрустированной золотом драконьей головы с разинутой пастью.
Плюх! И ее окунули прямиком в ледяную воду! Лиса так и взвыла. И ладно бы от холода! Больная нога тут же отозвалась пульсирующей болью. Ее тихий всхлип подстегнул горячие слезы.
Ей было больно. Он видел это. Чувствовал и чуял. Воды источника окрасились слабым, не заметным человечьему взгляду розоватым цветом. Кровь еще сочилась из распухшей, поврежденной ножки его Принцессы. Дева хваталась трясущимися ручками за белые бортики и тихо плакала, мешая слезы с волшебной влагой. Дракон знал, что должен помочь ей. Вот только не мог безбоязненно коснуться лапой нежной кожи. А это значит, что ему нужны руки! Те, что могут ласкать, или держать палку-трость, или сжимать меч, а еще наматывать чудные, густые волосы на кулак. Желание свернуться в клубок опять засвербело в костях и он больше не сопротивлялся. Наоборот! Что есть сил дракон устремился вслед за ним, отчаянно мечтая прижать обнаженную Принцессу к своей бесчешуйчатой груди.
Похоже, у нее начались галлюцинации.
— Че-че-че-рныш?...
И заикание.
Мужчина перед ней обнажил ровные белые зубы. А потом сомкнул свои идеальнопрекрасные губы и медленно протянул.
— Пр-р-ринцесса. Мо-о-оя, — хриплое грассирующее «р» прошлось по коже легкой щекочущей волной. А последующая улыбка и вспыхнувшие довольством, алые глаза обожгли щеки жарким румянцем. Дракон стал... мужчиной?! Она отказывалась себе верить, но — да! Перед ней был мужчина! Невозможно прекрасный, высокий, широкоплечий и... голый!
Коварный румянец бросился на завоевание шеи. Теперь Лису радовал холодной воде! А еще отчаянно мечтала, чтобы на голову свалилось хоть что-нибудь, позволяющее прикрыть тело. Потому что ее разодранная, промокшая сорочка тоже мало что скрывала! А местами даже наоборот — подчеркивала!
Но дальше произошло совсем из ряда вон выходящее. Наглый мужик полез к ней!
— Эй! А ну! Ты! Ты что творишь?!
Лиса отбивалась, как могла. Бесполезно колотила в твердокаменную грудь нахала, рискуя доломать себе руки окончательно. Бесполезно! Ее бесцеремонно и уверенно схватили в крепкие тиски объятий, не переставая при этом шипеть вкрадчивое «Принце-с-с-са»
В пылу борьбы она поступила неразумно. Совершенно забывшись, оперлась на поврежденную ногу. Вспышка боли исторгла изо рта громкий стон, а из глаз слезы.
— Принцес-с-са? Принцес-с-са!
— Отвали, слабоумный, — рыдала Лиса, мешком повиснув на сильных руках, — Выметайся вон и верни мне Черныша!
Но мужчина проигнорировал ее просьбу. Перехватив ее за плечи одной рукой, вторую он опустил в воду и коротко выкрикнул странную, ломаную фразу, состоящую из непередаваемого сочетания букв.
Лиса дернулась, когда от растопыренной пятерни во все стороны поползли янтарно-алые ленты. Они множились, соединялись из узких в широкие, и через пару мгновений окрасили собой всю воду до последней капли. Нет, не только окрасили, но и нагрели! Тонкая вуаль пара заклубилась над поверхностью.
Пока Лиса пребывала в очередном шоке, мужчина схвати ее исцарапанную ладонь в свою широкую лапищу и очень осторожно провел мокрым и чистым (!) пальцем по самой глубокой царапине. Лёгкое золотое свечение окутало ранку и она пропала. Лиса перевела потрясенный взгляд на чудо-лекаря. Алый бархат его глаз изрезали золотые жилки. Мужчина широко улыбнулся, ослепляя бедную ее своей блестящей улыбкой.
— Помог, — радостно сообщил очевидное этот идиот-переросток, — Еще.
— Что ещ... Ай!
Ткань с громким треском пропала, оставляя Лису совершенно голой. Не размениваясь на извинения, ее начали самым наглым образом... лечить!
Поначалу Лиса пыталась брыкаться. Ее жалкие потуги были нежно осмеяны и ласково пресечены. На корню. Прекрасный, как сам Творец, дуболом методично и очень скрупулёзно лапал ее во всех местах, быстро и безболезненно убирая синяк за синяком. Вертел ее и так и эдак, не обходя вниманием и кусочка кожи, но запястья, обидно перехваченные лишь большим и указательным пальцем, не отпускал.
Щеки давно сгорели в пожаре румянца. Но наградой стало абсолютно чистое тело. До пояса.
— Нет! Нет-нет! Я не согла... М-м-м!
Рывком вытащив ее из воды, мужчина ловко перехватил ее за ногу и сцепил пальцы замком на опухшей лодыжке. Как же больно! Она опять всхлипнула, но жестокий мужлан даже не пошевелился. О, как ей хотелось сейчас ударить в эту широкую, до безобразия мускулистую спину. Она даже сжала кулак, но огонь, жадно глодавший поврежденные ткани, вдруг начал стихать.
Лиса тут же позорно капитулировала. Смущение смущением, но своему здоровью она не враг! Грызущая, злая боль разомкнула свои оковы и нехотя избавила от них совсем. Лиса облегченно перевела дух. И тут же попыталась высвободиться. Куда там! Ногу ее, конечно, отпустили, но в обмен нагло обхватили талию.
— Принцесса? — игриво мурлыкнул ее спаситель и захватчик в одном лице.
— А больше слов не выучил? — шипела она, пытаясь выбраться из нежного капкана. Ну или хотя бы свести коленки, которые самым бессовестным образом разделяло собой одно нахальное, сильное тело. Ерзанье не прошло для нее даром.
— Люблю, — вдруг прошептал мужчина охрипшим голосом, — Моя. Люблю.
И, крепко схватив ее затылок, он резко подался вперед. Меньше всего это походило на поцелуй. Черноволосый гаденыш просто столкнул их рты, норовя разбить губы в кровь. Лиса вырывалась. Пыталась кусаться, полная решимости отстаивать свою честь до победного, но сопротивляться звериному напору противника просто не могла.
Запоздалая паника резво вскинула свою мерзкую, зубастую головенку. Да, мужчина был красив и притягателен, но Лиса и думать не могла о том, что все может произойти вот так! Непонятно где и с кем! Человек-не человек, ущербный на голову и к тому же совершенно ей не знакомый, а еще...
Гибкий язык все-таки прорвал оборону зубов и проник в ее рот. А вместе с ним и странное тепло. Лиса вскрикнула. Живой огонь словно только этого и ждал. Лавой прокатившись по горлу он рухнул в куда-то вниз живота и мигом распространился по телу сумасшедшей, тянущей истомой.
Лиса охнула и обмякла. Упасть ей не дали сильные и такие нежные руки.
— Принцес-с-са, — от искушающего шепота заныла грудь, а ноги сами собой раздвинулись шире, позволяя мужчине прижаться невозможно плотно, — Мо-о-оя...
О, какой голос! Только за него Лиса готова была принять самую развратную из всех возможных поз. Тихо застонав, она выгнулась и нетерпеливо двинула бедрами, вызывая ответный стон у замершего мужчины.
Словно очнувшись от созерцания обнаженного тела, он схватил ее в охапку и прижал к себе. С огромным удовольствием обвив руками мощную шею, Лиса первая потянулась к ждущим ее внимания губам.
Больше не было сомнений, страхов и прочего хлама. Все выгорело без остатка под зовущим взглядом алых глаз. Стерлось торопливыми, жадными прикосновениями широких ладоней. Истаяло от горячего жара большого тела.
Лиса как одержимая трогала, гладила и целовала самого совершенного мужчину в ее жизни. Требовательно царапала ноготками плечи. Толкалась бедрами, чувствуя, как в живот упирается то, что так хотелось ощутить не снаружи тела, а внутри.
Ее не заботила неопытность собственных ласк. Мужчина был такой же! Поцелуи граничили с укусами, на коже оставались розовые пятна от крепких пальцев, но легкая боль лишь подстегивало гложущую тело и душу жажду. Давясь собственными стонами, она готова была умолять о большем, но ее опередили.
Дрожащий, как в лихорадке, мужчина буквально отодрал ее от себя и уверенно перебросил через бортик бассейна.
— Да, да, — задыхаясь, бормотала Лиса, призывно прогибаясь в пояснице и торопливо разводя ноги. Ей было так жарко! Так пусто и больно там, в самом низу живота, что каждая секунда промедления оборачивалась чувственной и жестокой пыткой.
Крепко ухватив ее за пляшущие бедра, мужчина толкнулся в перед. И Лиса закричала. Забилась в каменной хватке сильных рук. Тело содрогалось крупной дрожью, и ей казалось, что она умирает, но не от боли, а от ослепительного, ни с чем не сравнимого наслаждения.
Непривычные, слабые руки трогали желанное тело Принцессы, а из горла вылетали смешные, мягкие звуки и восклицания. Ему было так хорошо! До боли, до рвущегося из груди сердца! То, что происходило сейчас, было лучше самого стремительного полета, будоражило сильнее охоты и кувырков под самыми облаками. Эти простые, короткие движения дарили такое удовольствие, что хотелось закатить глаза и громко рычать, но проще было умереть, чем перестать любоваться тонким, распластанным на камне телом. О, как хотелось ему двигаться быстрее! Сильнее сжимать стройные бедра и кусать до синяков нежную кожу, помечая Принцессу своими знаками и запахом. Но, повинуясь смутным ощущениям, он сдерживал себя, почему-то зная, что сейчас его желания не уместны.
Ногти скребли по гладким плитам холодного мрамора, Бедра больно терлись о твердые бортики от осторожных, но все равно резких толчков неумелого любовника, но Лисе было плевать. Вторая волна жгуче острого наслаждения приближалась стремительно и неотвратимо. Позвоночник выгнуло до хруста и новый крик удовольствия наполнил зубчатые своды пещеры. Колючие, ало-золотые звезды вспыхнули перед глазами и рассыпались, унося ее безвольное и разомлевшее сознания в никуда.
Когда Принцесса вновь забилась под ним. Когда закричала так громко и сладко, сильно сжимаясь вокруг него, внутри что-то щелкнуло. Наслаждение от собственных движений стало вдруг непереносимым и он резко прижался к замершей деве, чувствуя упругие, тянущие судороги в месте соединения их тел. И стоило им затихнуть, как полноводная река образов и воспоминаний вздыбилась и широким потоком хлынула в голову, разнося в щепы одряхлевшую плотину забвения.
Следом за Принцессой закричал и дракон. А странная вода в бассейне вспыхнула и стала вновь обыкновенной.