Часть 7
Камень жалобно хрустел и осыпался крошкой, не выдержав встречи с жесткой чешуей. Дракон беспокойно ворочался в своем убежище, выискивая место поудобнее. Нет, не спится! Не хочется!
Он глухо рыкнул, выпуская короткую струю пламени. Эта Принцесса никак не желала покидать голову! Мысли о ней оказались такими настырными, как крохотные, мелкие... мелкие... «Тараканы» давно забытое слово раскаленным шипом ввинтилось в полусонный мозг. Дракон яростно взревел и рванул навстречу солнцу. Хватит! Он вернется в логово! Найдет Принцессу. И убьет. Да! Нужно было избавиться от нее в самом начале. Сразу после того, как тщедушное тельце было доставлено в логово согласно Договора. Может тогда голову оставили в покое ненужные мысли и сладкий, топкий сон пришел на его зов.
Обломки скал острыми щепами брызнули во все стороны, когда мощное тело вынырнуло из-под земли. Издав еще один рев, дракон устремился в сторону голубой дымки на горизонте, за которой скрывались горы.
Лиса печально осматривала руины еще одной рухнувшей лестницы. Надежда, которая питала девушку все эти дни из бурной реки, превратилась в едва живой ручеек. Уже пятый день она исследовала развалины, а выхода так и не нашла.
Дворец был устроен очень удобно и... неприступно. Скала обнимала полукруглое строение, а в центре находился огромный сад с источником. Лиса была уверена, что при необходимости тут можно жить годами, не спускаясь в низину.
— И вода тут, и еда тут. Живи — не хочу, — буркнула она самой себе и подпихнула ногой камень. Тот с веселым стуком запрыгал по скалам и потерялся где-то внизу. Эх, вот бы и ей, как тот булыжник, так же быстро и легко очутится у подножья скалы. Лиса печально вздохнула и, поправив самодельную котомку, зашагала обратно к своему временному лагерю.
Еще в первую ночь, когда она тряслась от холода, пытаясь поглубже зарыться в многослойные юбки, Лиса твердо решила — прежде чем искать спуск, надо обустроить место для ночевки. А то вдруг поиск затянется? Не прогадала. Поиск действительно затянулся, да еще как. Но зато в саду ее теперь дожидался милый и очень теплый шалаш. От ночных морозов спасали толстые стены из веток и листьев, а подстилкой и одеялом служило платье. Правда, лазить по развалинам приходилось лишь в тонкой сорочке и панталонах, ну да ничего. Людей вокруг нет, а значит и краснеть не перед кем.
— Надо бы к ужину яиц раздобыть, — вслух рассуждала она, шагая по направлению к саду, — Фрукты фруктами, а без нормальной пищи и ноги протянуть не долго. Эх, вот бы мяса...
Жирный, истекающий соком кусочек вспорхнул на ветку над ее головой и весело чирикнул. Лиса вторила ему жалобным стоном. Ну где же ее лук и стрелы? Да хотя бы нож, а этот, хоть и острый, но все-таки камень!
Еще раз печально вздохнув, она отправилась в дебри сада. Может, ей сегодня повезет если не со спуском, то с пищей? Забравшись в самый глухой уголок, она принялась за поиски.
Через некоторое время окрестности огласил радостный вопль. Лохматая, исцарапанная, грязная, но чрезвычайно довольна Лиса вывалилась на одну из тропинок-дорожек, бережно прижимая к себе пяток голубеньких, пестрых яичек. Хоть какое-то разнообразие в ее фруктово-травяной диете.
До лагеря она добралась в мгновение ока. Чуть не залив слюной тлеющие угольки, девушка принялась разводить костер. Но полакомиться яичницей не довелось. Сквозь шум листьев и птичье щебетание пробился чуть заметный, но хорошо знакомый свист рассекаемого крылом воздуха.
Вскочив на подкашивающиеся от страха ноги, Лиса бросилась под защиту деревьев. Не успела. Лодыжка подвернулась на невидимом среди травы камне и Лиса рухнула на землю. А следом за этим прямо позади нее на лужайку перед логовом спикировал дракон. Инстинктивно Лиса перевернулась на спину и застыла. По телу прошла судорога, выталкивая из горла тоненький скулеж. Широко распахнутыми глазами она смотрела на черного, как самая густая тьма, дракона. А дракон смотрел на нее.
Это... Принцесса? Тонкий язык облизнул раздувающиеся ноздри. Дракон склонил голову чуть набок и неловко переступил задними лапами. Удивление. Давно ему не приходилось испытывать ничего подобного... Человеческая дева смирно лежала на траве и даже не дернулась, когда он решил обнюхать ее более тщательно. Вбирая воздух глубокими и малыми порциями, он почувствовал, как внутри нарастает странная дрожь. Прикрыв нижние веки, дракон еще раз глубоко вздохнул и... заурчал.
Что-то теплое и щекотное пробежалось по телу от головы до кончика хвоста, заставив каждую чешуйку встать дыбом. Это Принцесса! Чистая, нежна Принцесса, благоухающая как... как... такое яркое. Ароматное... Цветок! Да, цветок! Роза! Нет, Принцесса лучше розы! Гораздо, гораздо лучше, хоть еще и немножко пахнет тем жутким, въедливым запахом. Подогнув лапы, он медленно подполз на брюхе ближе и склонил голову над лежащей между крыльев Принцессой. О, какой дивный аромат! Вкусный, сочный. Его...
Лиса лежала ни жива ни мертва, пока ее один за одним окатывали жаркие, сухие порывы ветра. Кажется, ее сейчас обследовали на предмет пригодности к употреблению... Но прошла минута, другая, а дракон и не думал ее кушать. Мурлыча как большая пребольшая черная кошка, крылатый ужас после каждого вдоха жмурил глаза. Матово-черные чешуйки, покрывающие его тело, слегка топорщились, а на зубастой морде застыло такое выражение, словно он сожрал десяток принцесс за один присест, а после наткнулся на груду золота размером с эту гору.
От удивления она даже бояться перестала. Настолько, что рискнула тихо-тихо отползти назад. Лежать между двух лап-крыльев, увенчанных острыми, изогнутыми когтями размером с ее кинжал было как-то неуютно.
— М-р-р-р? — вопросительно мурлыкнул дракон и придвинулся ближе.
— Э-э-э..., - ох, вот и голос прорезался. Лиса слегка кашлянула и снова отодвинулась.
— Фыр-р-р! — ласково проворковал шипастый кошмар, двигаясь следом, — Фр-р-р-у-у...
— Я... э-э-э, тоже рада... хм, тебя видеть, — осторожно начала Лиса, дракон мило склонил голову и кокетливо моргнул, — А... Хм. А можно я... пойду? А... Ой!
Осторожно, стараясь не повредить хрупкого тела, дракон толкнул носом лежащую перед ним Принцессу. Может она еще издаст эти славные, нежные звуки? Ему понравилось слушать! Вот только тот противный запах стал как будто сильнее. И шел он совсем не от лежащей перед ним девы. Дракон задумчиво посмотрел на странный темный холмик. Аромат листвы и коры не мог скрыть, хоть и слабой, но заметной вони. Короткий огненный плевок и вонь пропала.
— А-а-а..., - Лиса чуть не заплакала, глядя как догорает ее прекрасный, чудный шалашик! Дракон оказался той еще скотиной и вместо того, чтобы сожрать, решил извести ее холодом! — Мне... Мне же конец! Понимаешь?! Конец!!!
— Фыр-р-р, — ласково поддакнула чешуйчатая сволочь.
От обиды и отчаянья Лиса даже на ноги вскочила. И как теперь быть? Греться как?!
— Ты! Ты — гад! Колючий, толстый гад! Мерзкий! Понятно? Все! Уйди! Давай, лети! Кыш! Кыш, я сказала!
Толстый, мерзкий, колючий гад улетать не спешил. И на ее гневные вопли реагировал весьма странно. Опять топорщил чешую и мурлыкал сильнее прежнего.
— Ты что, меня передразниваешь?!
— Фш-фш-фш, — запыхтел дракон и снова полез обнюхиваться.
— У, нахалюга! Уйди!
Отпихнув от себя уже совсем не страшную клыкастую морду, Лиса горько вздохнула и направилась к деревьям. Нужно было строить новый шалаш. И костры, нужно развести их со всех сторон, но так, чтобы самой не поджечься.
Уйти ей конечно не дали. От громогласного рева птицы тучей взвились в вечернее небо, а Лиса села там же где и стояла. Одним прыжком очутившись рядом, дракон перегородил собой дорогу. Острые игольчатые клыки обнажились, но вместо того, чтобы проглотить ее целиком и не жуя, дракон вдруг обиженно забулькал. Алые глаза с вытянутым зрачком часто затягивались полупрозрачной пленкой третьего века, словно ящер был готов вот-вот расплакаться.
Лиса схватилась за голову и совершенно неожиданно рассмеялась истеричным смехом. Все, похоже ее рассудок окончательно того... повредился!
Дракон замолчал, вслушиваясь в отрывистые, ритмичные звуки. Обида от того, что Принцесса так не заинтересована в его компании, слегка ослабла. Возможно, дева захотела прогуляться? Он мог бы ее сопроводить! Или покатать? Странное желание. Новое и дикое. Но такое... правильное! А значит верное. И дракон, не мешкая, прилег, чтобы Принцесса поскорее могла взобраться на него. От предвкушения того, как ее нежные, тонкие ножки обхватят его шею, под паховыми пластинами зародился странный, но очень приятный зуд.
Лиса с тоской посмотрела на растянувшегося перед ней ящера. Похоже, в сад ей не попасть. Сегодня, по крайней мере. Дракон вел себя более чем странно, но пока не сделал ей ничего дурного. Разве что ночлега лишил. Еще раз пожалев себя несчастную, она поднялась на ноги и отправилась к кострищу, которое чудом избежало опаляющего пламени. Желание поужинать никуда не делось. Дракон за спиной издал разочарованное «Мр-р-р» и неожиданно поплелся следом за ней.
Принцесса не приняла его приглашение прогуляться — это расстроило, вместо этого она зачем то направилась в сторону тлеющего холмика — а это уже удивило. Что ей понадобилось там? Дальнейшие ее действия привели и без того взволнованную память в еще больший хаос. Стараясь не упустить ни одного движения маленьких ручек, он пристально рассматривал происходящее, полностью игнорируя возмущенный щебет Принцессы. А когда ноздрей коснулся новый, но такой знакомый запах, он не смог сдержать болезненного крика. Воспоминания обожгли голову огненной вспышкой.
Прижавшись к валуну, Лиса что есть силы пыталась слиться с камнем. Дракон скакал по поляне как ужаленная в круп лошадь. Да что на него нашло? Минуту назад лез к ней под руку, мешал, толкал, бурчал что-то свое, драконье, но стоило разломить пропеченное яйцо, как ее тут же смело в сторону оглушающим ревом. Передрав когтями весь дерн на лужайке и выворотив пару деревьев, дракон вдруг резко успокоился. Подогнув лапы, почти свалился на израненную землю с таким жалобным стоном, что у Лисы сердце кровью облилось. Она осторожно отлепилась от валуна и тихо позвала.
— Эм, дракон?
На нее не реагировали.
— Хм... Черныш?
Кончик хвоста дернулся. Так тому и быть.
— Черныш!
Лиса мелким шагом двинулась в сторону поскуливающего дракона. Похоже, она точно тронулась умом, но наблюдать за страданиями пусть опасного, но все-таки живого существа было слишком тяжело.
Он видел, как Принцесса семенит к нему бочком, не прекращая издавать тихие звуки. Одна часть его разума наблюдала за ней, а другая отчаянно пыталась удержать в берегах раскаленный поток воспоминаний.
Широкое пространство. Блестит. Много дев, похожих на принцесс и человеческих мужей. Они двигаются. «Танцуют» выдала ему воспаленная память. Танцуют, да! Это нелепое дерганье называется танцем! Но танцевали не все. Часть людей стояла в стороне, а между ними сновали другие, в черных, смешных одеждах. Каждый из них держал в руках плоское, блестящее... Блюдо. От него шел именно тот запах, что привел его в это состояние. Из глотки вырвался новый стон. Все кости разом скрутило тянущей ломотой. И ему нестерпимо сильно захотелось вдруг свернуться в клубок и стать маленьким-маленьким. Как Принцесса.
Не делая резких движений, Лиса огибала распластанную на траве черную тушу. Жалобный скулеж дракона резал сердце, а заодно барабанные перепонки.
— Черныш, ну не надо... Хватит...
Ладонь легла на головной гребень и после секундного замешательства Лиса бережно погладила пространство между двумя обсидиановыми отростками. Чешуя под ее пальцами была неожиданно теплой. Нет, горячей!
— Да у тебя жар, — тихонько пробормотала она, не переставая наглаживать голову стонущего дракона, — Ты заболел? Наверное, летал с открытой пастью. Точно... Вот теперь и горло болит, вон оно у тебя какое огромное, как пещера... С огнем конечно. Знаешь, есть такие. Там где вулканы. Это большие дымящие горы, мне мама рассказывала...
Постепенно огромный ящер притих. Лиса готова была поклясться, что дракон ее слушает! Присев рядом с ужасной мордой, она болтала всякие глупости при этом увлеченно оглаживая каждую костяную пластинку и шип.
Мелодичные перекаты ее голоса звучали нежнее тонких струн арфы. Забытые слова и образы по-прежнему с пронзительной болью выскальзывали из-под плотной толщи забвения, но терпеть стало легче. Тонкие пальчики Принцессы укрощали боль так же легко и незаметно, как опытный наездник укрощает дикую виверну. По чуть-чуть, шаг за шагом. Пока крылатая хищница не станет безропотно есть с рук, и громко мурчать от небрежного прикосновения к чувствительной шейной складке. Он бы и сам мурчал, но болезненные судороги еще обрывали дыхание.
Дракон осторожно повернул голову, подставляя горло для поглаживаний. Принцесса его поняла и прохладные ладошки легли под челюсть, как раз туда, где чешуйки были мягкими и тонкими. Словно испугавшись ее прикосновения, боль вдруг вспыхнула и сжалась в тугой, едва заметный комочек. Дракон распахнул глаза и неожиданно громко мурлыкнул.
— Мурчалка! Ты — мурчалка! — тихо смеялась Лиса, начесывая вибрирующее от курлыканья горло, — У-у-у, какой неженка. А так? Нравится, да? Хо-о-ороший мальчик, хороший...
Довольный дракон дергал задними лапами, как обычная собака. Чешуя опять встопорщилась, а жар от большого тела стал заметнее.
— Какая ты печка, — вздохнула Лиса, — Здорово тебе! А я мерзну...
И девушка обхватила себя руками. Пока она нежничала с драконом, словно с домашним любимцем, ночная прохлада выползла из расщелин скал и с каждой минутой все сильнее прихватывала голую кожу.
— Вот помру тут от холода, и все! Не почешет тебе никто шейку, — грустно, но, уже без особой обиды произнесла Лиса, — Да, будешь тогда знать!
На ее несерьезное замечание дракон отреагировал совсем неожиданно. Лениво, но по-прежнему грациозно он перевернулся на бок. А в следующее мгновение Лиса только и могла, что ловить ртом воздух. Дракон осторожно подхватил ее одной лапой и прижал к твердой, но очень теплой груди. А вторую поставил так, что крыло превратилось в замечательную палатку.
— Черныш! Миленький мой! Хорошенький! — радостная Лиса пыталась обнять необъятную драконью грудь. Ласково гладила широкие грудные чешуйки и не переставала шептать слова благодарности за возможность пережить ночь. Лежать под кожистым крылом было в сотню раз лучше, чем среди вороха юбок, которые к тому же и пованивали притирками.
Красивая, шипастая морда просунулась под крыло и по ее щекам прошелся тонкий, шершавый язык.
— Фру-у-у, — волна теплого воздуха окончательно выгнала из ее тела последние крохи холода, — Фр-р-р...
— И тебе спокойной ночи, — сладко зевнула Лиса, удобнее устраиваясь на сгибе толстой лапы, — хотя кажется, я и так сплю... Ночевать в обнимку с драконом! С ума сойти... да...
Принцесса говорила все тише и тише, пока совершенно не замолкла. Дракон крепче схлопнул крылья и удовлетворенно вздохнул. Нет, ему было неудобно. Гребень мешал, уязвимый живот открыт, но это было неважно. Главное, что хорошо ей. А он потерпит. Дракон еще раз облизнул мягкую щечку и Принцесса смешно цокнула. Этот тихий звук щекотным перышком коснулся сердца. Ему понравилось. Все-таки решение положить Принцессу спать рядом с собой было верным. Он по-прежнему не понимал, откуда в голове вообще возникла эта мысль, но тревожные взгляды девы на темнеющее небо подсказывали, что сейчас ей хочется отдохнуть. В тепле.
Дракон внимательно осмотрел тонкую фигурку. Вроде бы все было как надо, но что же ему так не нравилось? Вызывало раздражение и желание рычать от неудовольствия? Одежда! Да! Этот нелепый, уродливый кусок полотна, который скрывал маленькое тело его Принцессы. Ему очень хотелось подцепить когтем светлую ткань и услышать треск рвущихся волокон. А от мысли о том, что Принцесса будет обнимать его совершенно обнаженная, зуд в паховых пластинах опять дал о себе знать. Дракон на мгновение представил, как будет лизать нежную, словно лепесток розы, кожу и бережно гладить девичье тело своими руками. Унявшаяся боль тут мгновенно разрослась из маленького комочка в огромный, колючий шар.
Руками?! Откуда вдруг у него руки? Да, сильнее и больше девичьих, но равно такие маленькие! С мягкими, розовыми ногтями и кожей лишенной чешуи.
Но как бы не пестрело в глазах от новых образов и мыслей, он даже не пошевелился, продолжая тихо обдавать сладко сопящую Принцессу своим дыханием. Постепенно ее чудесный запах и редкое, мягкое бормотание успокоили бушующую память и дракон погрузился в чуткую дрему.