Глава 13.
Мы долго целуемся, и когда наконец отстраняемся, я замечаю, что теперь его глаза блестят - не пустотой, как раньше, а искрой. Настоящей верой. Живым светом.
Он запускает руку в мои волосы и почти в мои губы шепчет:
- Я чертовски скучал по тебе.
Я касаюсь его уголка рта поцелуем и отвечаю едва слышно:
- Я тоже.
Уголок его губ дёргается в усмешке, и он снова накрывает мои губы своими.
Всё происходит слишком быстро - как мы оказываемся на кушетке, я даже не понимаю. Я под ним. Его руки скользят по моей талии, по бёдрам. Он на секунду отрывается, смотрит мне в глаза, и я киваю.
Он снимает с меня майку, обнажая ключицы, живот, и тут же склоняется, оставляя влажные поцелуи, отметины, присваивая меня себе, заявляя права. Его губы ласкают шею, ключицы, грудь.
Он расстёгивает мой лифчик, высвобождая грудь. На его лице мелькает что-то между жадностью и благоговением.
- Чёрт... - вырывается у него, прежде чем он накрывает губами мой сосок.
С моих уст срывается стон. Я обвиваю его шею, пока его рот играется с соском, посасывает, перекатывает между зубов, дразнит. Другую грудь он сжимает в руке, не переставая ласкать меня. Потом переходит ко второй, так же сводя меня с ума.
Он спускается ниже, целуя живот, лаская кожу языком. Я тяну его футболку, и он поднимается ко мне, помогает снять её. Я замираю. Передо мной его тело - сильное, красивое, и в то же время израненное. Шрамы, синяки, перевязанное плечо. Внутри всё сжимается от боли: что ему пришлось пережить, чтобы я сейчас видела это?
Я осторожно провожу пальцем по каждому шраму и шепчу:
- Больно?
Он усмехается, большим пальцем гладит мою щёку и отвечает:
- Помнишь, что я говорил? С тобой ничего не болит.
Я смущенно улыбаюсь, и мои щеки розовеют. Он наклоняется и захватывает мои губы в поцелуе, параллельно снимая с меня джинсы.
Его пальцы ловко проникают под мои мокрые трусики и наконец-то касаются моей разгорячённой промежности.
Не теряя времени, он входит двумя пальцами, до самых костяшек, растягивая меня, и я громко стону в наш поцелуй. Он двигается в быстром темпе, и я таю под его руками.
Я тянусь к его брюкам, расстёгиваю и стягиваю их вместе с трусами-боксерами. Его член высвобождается, твёрдый, огромный. Я знала, что он будет большим, но не настолько. Этот мужчина буквально и правда весь огромный.
Он прижимается к моему входу, смазывает головку моими соками, проводит ею по моему пульсирующему клиторe. Я стону, извиваюсь под ним, и едва не плачу от этого напряжения. Он наклоняется и шепчет:
- Я не умею быть нежным.
Мой низ уже хнычет от желания, как и я сама. Мне срочно нужно почувствовать этого мужчину в себе.
Я отрицательно мотаю головой, обнимая его и притягивая ещё ближе:
- Не нужно... - почти умоляю я, прижимаясь к нему.
Но он усмехается, прикусывая моё ухо:
- Ты не дослушала. Я не умею быть нежным... Но с тобой я хочу.
Моё сердце сбивается с ритма. Что этот мужчина творит со мной?
Он целует меня и медленно, аккуратно входит.
Я стону, когда чувствую, как он растягивает меня. Он останавливается и начинает медленно, аккуратно двигаться во мне, вызывая во мне сотни, нет - миллионы чувств к нему.
Я обхватываю сильнее его мощные, огромные плечи. Наши языки сплетаются вместе в агонии страсти и любви.
Он толкается чуть глубже, почти во всю длину, и я снова громко стону от ощущений его члена во мне. Это очень хорошо.
Я ему киваю, и он начинает двигаться всё же плавно и аккуратно, не причиняя мне никакой боли, лишь одно удовольствие.
Он заправляет мою прядь за ухо, шепча:
- Ты такая прекрасная, моя удивительная. - и оставляет поцелуй возле ключицы.
Я выгибаюсь ему навстречу, и он ускоряется, набирая темп.
- Свела меня с ума, - признаётся он, шепча в изгиб шеи и снова оставляя влажный поцелуй.
Его член входит в меня по самое основание в быстром, но плавном темпе, и я обнимаю его сильнее, пока с моих уст слетают стоны один за другим.
Он чертовски хорошо заполняет меня, заставляя чувствовать себя невероятно.
Его губы не перестают ласкать меня. Шею, плечи, ключицы, грудь, живот. Я утопаю в его ласках, пока его член растягивает меня.
Это настолько чувственно и нежно. Я даже не знаю, можно ли назвать это сексом. Мне кажется, мы действительно занимаемся любовью. Но, так кажется только мне, верно?
Мои бёдра сводятся, я чувствую, как он пульсирует внутри меня, а мои мышцы сжимаются вокруг него.
Его рука проскальзывает между нашими телами, и он находит мой клитор, массируя круговыми движениями.
- Тайлер!
Я выкрикиваю его имя и громко кончаю, сжимаясь вокруг него. Он делает последние толчки и изливается в меня.
К счастью, я на противозачаточных. Ну, знаете, это на всякий случай. Всё-таки здесь куча военных, а я одна хрупкая девушка.
Мы оба стонем и падаем в объятия друг друга. Он целует меня в висок, и мы молча лежим несколько минут. Тогда я задаю вопрос:
- Мы... занялись сексом?
Глупый вопрос. Очень глупый. Но моя глупая голова хочет услышать ответ.
- Я не занимался с тобой сексом, Адель, - твёрдо говорит он. - Я занимался любовью с тобой.
Мои глаза распахиваются, и я приподнимаюсь на локтях, смотря на него.
Моё сердце сжимается. Он правда сказал это?
- Это значит, ты...
Он хватает меня и резко нависает надо мной, не давая договорить:
- Да, Адель. Это значит, я люблю тебя. Я очень люблю тебя. И я хочу быть твоим мужчиной. Точнее, я уже твой мужчина, а ты - моя.
Я замираю, клянусь, я даже не дышу, смотрю только на его лицо, когда он это всё выпаливает.
- Я тоже люблю тебя, котёнок, - отвечаю я, улыбаясь.
Но я, в отличие от него, говорю это не в спешке и не в смущении, а по-настоящему признаюсь ему в том, как люблю его.
Его взгляд темнеет, и он говорит:
- Как ты меня назвала?
Я глажу его лицо, лаская каждый шрам, и шепчу:
- Котёнок. Мой котёнок.
Он недовольно хмурится и говорит:
- Прекрати.
Я искренне смеюсь, обвиваю его шею руками, притягиваю и целую его губы.