Часть 30
На следующий день мафиози вернулись домой. Воскресенье пролетело, как один миг, но было странно, что Дазаю ни разу за выходные никто не позвонил из порта, хотя это радовало, значит, в мафии ничего из ряда вон выходящего не произошло. Однако дома оказалось не всё так хорошо, как хотелось бы.
Это произошло ночью и то, что случилось, не на шутку встревожило Дазая.
Лия уже спала, и Чуя с Осаму тоже легли в постель, уснули они, конечно, не сразу, часа через два и, когда Дазай уже видел десятый сон, его вдруг разбудил крик Чуи.
— Что случилось? — сев на кровати, спросил Осаму, взяв любовника за руку и глядя в его глаза. Накахара тоже сидел на постели и дико озирался по сторонам.
— Мне приснился кошмар, — немного успокоившись, проговорил эспер. — Теперь я знаю, что это такое...
— Чуя, — Дазай с непониманием посмотрел на него. — Тебе не снятся сны, для тебя это ненормально.
— Думаешь, я не знаю, умник? — взвился Накахара, подрываясь с постели и покидая комнату.
— Чуя, подожди, — Осаму проследовал за ним, по пути схватив за руку.
— Отъебись! — вскричал Чуя, вырывая руку из ладони Осаму, но тот снова поймал её, и Чуя, неожиданно врезал Дазаю по роже, от удара тот свалился на пол. — Я сказал: отвали!
— Да что с тобой? Чуя, какого хрена ты творишь? — Осаму поднялся на ноги, вытирая ладонью кровь из разбитого носа.
— Папа, что случилось? — послышался рядом детский голосок. — Почему вы с Осаму ругаетесь?
— Всё хорошо, милая. — Чуя обнял дочь и провёл её в комнату, а Дазай пошёл на кухню. Заварив себе чай, он присел за стол, размышляя о произошедшем.
Минут через пятнадцать к нему присоединился Накахара.
— Извини, — сказал он, проведя ладонью по плечу Осаму и присаживаясь напротив него. — Не знаю, что на меня нашло.
— Что тебе снилось? — спросил Дазай.
— Какая-то ерунда. Не знаю, я даже вспомнить сейчас не могу свой сон, но ощущения от него остались мерзкие.
— Это плохо. Способности, которые влияют на мозг человека для тебя опаснее, чем для кого-либо другого.
— Почему?
— Потому что из-за них может произойти сбой твоего кода и, видимо, он всё же произошёл, если тебе начали сниться кошмары. Ты точно не помнишь свой сон?
— Нет.
— Нужно съездить в лабораторию и выяснить, что с тобой происходит.
— Да ни за что! Я не собираюсь снова становиться подопытной крысой. А если я сам отдам себя в руки этих грёбанных учёных, они найдут способ добиться своего.
Чуя тоже заварил себе чай, Осаму ещё некоторое время пытался уговорить эспера обратиться к учёным, но тщетно, и вскоре оба отправились спать.
Утром мафиози поехали на работу, день прошёл спокойно и вечер тоже. В эту ночь Чуя спал, как обычно, кошмары ему не снились, но через два дня всё повторилось, и Накахара вновь был взвинчен до предела, но своих снов по-прежнему вспомнить не мог. Затем последовал перерыв в несколько дней, которые снова прошли спокойно, и опять кошмар среди ночи, а потом это начало происходить чаще. Почти каждую ночь Чуе снились кошмары, и Дазай вновь предложил ему съездить в лабораторию.
— Я лучше к психологу обращусь, чем к ним, — говорил эспер.
— И чем тебе поможет психолог?
— Не знаю, возможно, стоит пройти сеанс гипноза и хотя бы понять, что именно мне снится.
— Не думаю, что это хорошая идея, — пытался отговорить его от задуманного Дазай, опасаясь, что гипнотеропевт может каким-то образом вытащить ненужные воспоминания из подсознания наружу. — Неизвестно, как такой сеанс скажется на тебе. Всё может стать ещё хуже.
— Да ну? И что тогда делать? Я не хочу обращаться к учёным. Ты обещал найти того эспера, который стёр мою память, но до сих пор этого так и не сделал. Если он отключит свою способность, я думаю, что всё будет нормально.
— Его ищут, Чуя, но похоже, что он покинул Йокогаму, — в который раз соврал Осаму.
— Замечательно. В общем так: в лабораторию я не поеду, даже не уговаривай. Если хочешь помочь, найди этого эспера или какого-нибудь другого, кто сможет всё исправить.
Дазай снова пообещал, что приложит все усилия для поиска одарённого, но Чуя уже начал в этом сомневаться. Всё выглядело довольно странно: какой-то эспер неизвестно зачем стёр ему память и исчез, а Дазай лишь делал вид, что ищет его, Чуя в этом не сомневался. Потому что, если Осаму нужно было кого-то отыскать, он это делал в кратчайшие сроки, но не на сей раз. А ещё эти сны... Они были жуткими, Чуя действительно не помнил их содержание, но перед пробуждением всегда ощущал жуткую боль в груди и жгучую ненависть к Дазаю. Поэтому частенько срывался на нём, когда просыпался, но потом всё проходило: боль, ненависть, и Накахара сам не понимал, что его так бесит.
Однако Дазай был прав в том, что сны для Чуи несут в себе опасность, и он это осознавал, поэтому сам решил отыскать какого-нибудь эспера с подходящей способностью, чтобы он помог ему всё вспомнить, несмотря на риски. И Накахара нашёл его. Точнее, её. Это была женщина по имени Тадзава Инабуне, её дар назывался «Белая Роза».
Договорившись о встрече и, конечно, утаив её от Дазая, точнее, думая, что утаил, Чуя отправился на встречу с этой девушкой, однако она не пришла, и телефон её оказался отключён.
Накахара начал подозревать, что к исчезновению Инабуне приложил руку Дазай. Чуя не верил в такие совпадения, и считал, что Осаму не хочет, чтобы к нему возвращалась память.
Сначала эспер решил ничего не говорить о своих подозрениях Дазаю, но когда вошёл к нему в кабинет, и Осаму спросил о том, где он был, Чуя не выдержал.
— Где я был? — спросил Накахара, подходя к Осаму и со злостью глядя ему в глаза. — Ты типо не знаешь?
— С чего ты решил, что я знаю? — невинно спросил тот. — Я за тобой не слежу.
— Серьёзно? А мне кажется, что как раз следишь и каждый мой шаг тебе известен.
— Чуя, у тебя паранойя.
— Ах, параноя, значит? — Чуя схватил Осаму за лацканы пиджака и прижал к стене. — Думаешь, я совсем идиот, ничего не вижу и не замечаю?
— Да о чём ты?
— Ты и не собирался искать того эспера, как там его зовут? Если он вообще существует! — прошипел Чуя в лицо Осаму. — Где Тадзава Инабуне?
— Это кто? — всё так же невинно спросил Дазай.
— Хватит ломать комедию, Дазай! Куда ты подевал эту девушку? Она может мне помочь! Я хочу вернуть себе память! — уже орал Накахара.
— Я не знаю о ком ты говоришь, Чуя. — стоял на своём Дазай. — Но я тоже хочу, чтобы ты вернул себе память.
— Лжец! — вскричал Чуя, отпустив Дазая, а затем хорошенько вмазал ему по роже, причём несколько раз, отчего Осаму свалился на пол.
— Да что с тобой? — вытирая кровь из разбитой губы, почти спокойно спросил Дазай, на самом же деле, с трудом взяв себя в руки. — Ты набрасываешься на меня без всякой причины. Всё это ненормально, тебе не кажется?
— Ненормально? А что может быть вообще нормальным в отношениях с тобой? Почему я постоянно должен слушать твои тупые указания? И почему я должен тебе верить? Я буду делать то, что хочу, и ты не сможешь меня остановить!
— Да я тебя и не пытался остановить. Что за придирки и наезды? Хочешь делать, что душе угодно? Делай. Кто запрещает? Может, тебе и правда стоит обратиться к врачу? Только вряд ли психолог поможет в твоём случае.
— Серьёзно? А кто поможет? Может, психиатр?
— Возможно, — проронил Осаму поднимаясь на ноги после удара, подходя к столу и вытирая кровь с лица влажными салфетками.
Чуя развернулся и направился к выходу из кабинета Осаму.
— Ты куда? — задал вопрос Дазай.
— К психиатру, — последовал короткий ответ.
— Пусть он тебе успокоительное выпишет, а то совсем с катушек слетел.
— Да пошёл ты! — зло бромил Накахара, громко хлопнув дверью.