(1) 1 глава. Рёв мотора.
Мне представляется , что никакой свободной мысли не существует , поскольку всякое мышление должно быть подчинено собственным законам и ограничено ими.
Джеймс Джойс. Портрет художника в юности.
Как же легко стать просто игрушкой в чьих-то руках. Это получается само собой. Кажется, что мы контролируем все свои действия, а в итоге: контролируют нас.
Даже если человек полностью уверен в своих действиях, обязательно что-то или кто-то должно заставить его сомневаться. Люди не настолько сильны, чтобы противостоять собственным желаниям, чувствам.
Какие только мысли не приходят в голову, когда начинаешь задумываться над своей жизнью.
Как бы я не старалась уснуть, сделать это никак не получалось. И виной тому, даже, не то, что мои родители заставляют меня ложиться ровно в девять, а то, что они в этот момент ругаются прям за стеной моей комнаты. Увы и ах! Эти люди даже догадаться не могут, что их дочь уже проснулась и находится на исходе своего терпения.
Кто бы мог подумать, что они продолжат ругаться даже на новом месте. Они вечно не могли ужиться друг с другом - это понятно, но, чёрт возьми, зачем орать из-за одного и того же каждый вечер?
Всё бы ничего, но это слишком меня раздражало.
Родители думают, что я сплю. Даже если так, я, что, не могу проснуться? Они всегда воспитывали меня как образец порядочности и послушания, но даже представить не могли, как всё обстоит на самом деле.
Каждый день я занималась, играя на фортепиано, чем только радовала мать и отца. Получалось у меня, действительно, хорошо, но музыка не приносила мне такого удовлетворения, когда меня заставляли играть. Они не разрешают мне сидеть в телефоне, пытаясь заменить его литературой или, ещё хуже, справочником - самоучителем по фортепиано, чтобы я совсем слетела с катушек. Теперь мне больно смотреть на этот несчастный инструмент, не то, чтобы играть на нём. Но как примерная дочь, я была обязана радовать своих родителей послушанием и преклонностью. Иначе, чего я добьюсь в своей несчастной жизни, если не буду усердно работать над собой?
Взглядом окинув свою комнату, погружённую во мрак, я поняла, что начинаю сходить с ума. Лунный свет отражал тени деревьев, словно, оживших на стенах моей непримечательной обители. Огромный деревянный шкаф нагонял вселенский ужас на моё пошатнувшееся подсознание.
Левый глаз начинал немного подёргиваться от этой обстановки. Крики родителей продолжались, а моя головная боль только усиливалась с каждым звуком. Всё, надоело!
Подскочив с кровати и переодевшись в спортивки с домашней толстовкой, я ещё долго стояла у окна. Спрыгнуть было легко, тем более, решёток здесь не было, так как родители тщетно верили, что их дочь не способна на такое безрассудство, да и городок был маленький, спокойный, ничего не угрожало. Дело в том, что решиться на такой поступок куда сложней, чем воплотить его в действие.
Подождав, пока мама и папа, после своей ночной ругани, улягутся спать, я просидела у подоконника, тщательно обдумывая каждое своё намеренное действие. Так поступать было очень опасно и легко можно было заподозрить моё отсутсвие, но, чёрт возьми, мне уже совершенно не хотелось спать, не то, чтобы просто лежать и разглядывать потолок.
Обув старые кеды, которые я вчера впопыхах закинула в свой новый скрипучий шкаф, быстренько их зашнуровала. Какой бы уверенной я себя сейчас не чувствовала, всё равно ощущалась какая-то дрожь в коленях, вызванная выбросом адреналина в кровь. Отступать было уже некогда.
Осторожно отворив окно, я ступила одной ногой на подоконник, а второй - на прикроватную тумбу. Ну, и, конечно же, не обошлось без моей неуклюжести, ведь я по пути уронила пару вещей, чему особо не придавала бы значения, не упади они с таким грохотом...
Зажмурившись, я на мгновение остановилась. После чего, полностью опираясь двумя ногами о подоконник, я посмотрела вниз. Высота небольшая, казалось бы, но всё равно страшно. Не в моих привычках вылазить по ночам из окон. Меня растили как комнатное растение, ограждая от окружающего мира.
Досчитав до трёх, я наконец решила податься вперёд и спрыгнуть с чёртова подоконника, предварительно не забыв подложить под одеяло подушки, дабы создать эффект моего присутствия. Этому я научилась, смотря втайне телевизор, пока родители отсутствовали. Не все фильмы, всё же, бесполезны...
Встав на носочки и прикрыв за собой окно, я с выдохом засунула руки в карманы своей толстовки. Хорошо, что в последний момент я решила её надеть, иначе так бы и осталась тут мёрзнуть.
Накинув капюшон на свои тёмно-каштановые волосы, я побрела вдоль улицы, неизвестно куда. Довольно холодно было, не смотря на то, что сейчас уже начало лета. Неслабый ветер дунул в лицо, заставив меня поёжиться.
Идя по тротуару, я оглядывала окна соседних домов - нигде не горел свет, только уличные фонари освещали дорогу. Как же хорошо...
Достав свой потрёпанный плеер и надев наушники, я направилась прям к главной дороге. Всё равно была тишь да гладь, никто не смел выйти на улицу в такое время, словно все чего-то боялись...
Замедлив шаг, я начала внимательно рассматривать, неизвестный мне, городок. Ничего примечательного - типичный населённый пункт со своими странностями.
Честно сказать, я до сих пор не понимала, почему мы переехали в начале лета. Могли бы подольше остаться в родном городе - Вашингтоне, но мы вынуждены переехать в Акворт, штат Джорджия. Папа работал в правоохранительных органах, что сильно осложняло нам жизнь из-за частых переездов.
Но мне этот переезд не показался таким уж и плохим. Город, действительно, красивый, жаль, что своих ровесников я здесь не замечаю. Хотя, это только первый день. Не всё ещё позади...
Идя по проезжей части, я изучала дороги и улицы, чтобы побыстрей освоиться. Ночной воздух освежал. Я решила спуститься к озеру, которое заметила, проезжая с родителями на машине.
Но только я хотела свернуть к тротуару, сзади послышался громкий визг шин. Я обернулась и яркий свет фар ударил по глазам. «Это конец» - подумала я...