43 часть
утро встретило меня привычной серостью. встав с постели, я сразу же взялась за поиск работы, как и планировала накануне. но энтузиазм вчерашнего вечера куда-то испарился. я просматривала вакансии, одно за другим открывая и закрывая страницы. ничего не нравилось. то зарплата слишком низкая, то требования завышены, то описание вакансии вызывало у меня чувство безысходности. я чувствовала себя беспомощной, словно пловец, который изо всех сил барахтается, но только сильнее тонет.
каждое предложение вызывало приступ самокритики. «я ничего не могу», — шептал внутренний голос. «я недостаточно квалифицирована, опыта мало, я слишком медлительна, не справлюсь». эти мысли, как липкая паутина, опутывали меня, сковывали, не давая двигаться вперед. страх подступал всё ближе. страх не просто неудачи, а чего-то большего, более ужасного: страх оказаться выброшенной на обочину жизни, страх изнеможения, страх оказаться никому не нужной, страх того, что меня буквально "выгонят нахрен", как я себе это грубо и цинично представила.
с этими мыслями, тяжелым грузом давящими на плечи, я всё же пошла на работу. каждый шаг давался с трудом. казалось, что ноги сами по себе несут меня, а я – лишь беспомощный пассажир в собственном теле, направляемый тем самым всепоглощающим страхом. даже привычный маршрут казался каким-то чужим, враждебным.
к концу дня напряжение достигло предела. я чувствовала себя выжатой, опустошенной, как лимон, из которого выжали весь сок. Мысли кружились в бешеном вихре, усиливая чувство безысходности. и тут, среди этого хаоса, родилось решение. резкое, неожиданное, но одновременно и очевидное. я не могла больше так жить, в постоянном страхе и напряжении. я не могла притворяться, что всё хорошо, когда внутри всё разваливалось.
медленно, словно сквозь вату, я написала заявление об увольнении. рука дрожала, оставляя неровные буквы на бумаге. каждое слово давалось с трудом, как будто я вытаскивала их из глубокой ямы. подписав заявление, я почувствовала странное облегчение, смешанное с ужасом. облегчение от того, что приняла решение, ужас от того, что теперь предстоит столкнуться с неизвестностью лицом к лицу.
возвращаясь домой, я чувствовала себя разбитой. нервы звенели, как натянутые струны, готовые вот-вот лопнуть. подавленность давила на меня со всех сторон, забирая последние силы. я шла медленно, стараясь не обращать внимания на окружающий мир, который казался мне серым, тусклым, таким же безрадостным, как и мое настроение.
звонок мамы застал меня на полпути. ее голос, полный заботы и нежности, прозвучал как-то особенно тревожно на фоне моей внутренней бури. она спрашивала, как прошел день, всё ли хорошо. и я, сквозь сжатые зубы, выдохнула: "все чудесно, мам". ложь, горькая и невыносимая, вырвалась из моих губ, как последний вздох. я знала, что обманываю её, знаю, что не могу больше скрывать от неё свое состояние, но сил признаться, поделиться своим отчаянием, у меня не было. я просто хотела, чтобы она не волновалась, хотела сохранить хотя бы видимость спокойствия, даже ценой собственной искренности. а внутри продолжала бушевать буря, оставляя за собой только разрушения и пустоту.
я медленно поднималась по лестнице, всхлипывая, стараясь сдержать рыдания. каждый шаг давался с трудом, тело словно налилось свинцом. казалось, что если я воспользуюсь лифтом, запрусь в его тесной кабине, то уже не выйду. эта мысль пугала меня ещё больше. поднимаясь, я вдруг увидела его – Артемьева! он стоял у моей двери и что-то звонил в звонок. это было настолько неожиданно, настолько... к месту, что я на мгновение застыла, не в силах пошевелиться.
я остановилась на лестничной площадке, наблюдая за ним. он, услышав мои шаги, обернулся, и наши взгляды встретились.
- вот ты где... – произнёс он, его голос звучал несколько удивлённо.
- что тебе нужно? – спросила я, стараясь, чтобы мой голос звучал ровно, несмотря на дрожь в теле. я стояла около лестницы, не делая ни шага к нему.
- я хотел... хотел увидеть тебя, – ответил он, и его взгляд был полон беспокойства.
я почувствовала, как внутри что-то дрогнуло. его слова, сказанные таким тоном, заставили меня на мгновение забыть о своей подавленности.
-увидел?-спросила я.
я двинулась к двери, собираясь открыть её и скорее уйти в квартиру, но его рука неожиданно коснулась моего плеча, остановив меня. я замерла, ожидая объяснений, ощущая его прикосновение, как электрический разряд. что он задумал? что ему нужно? мое любопытство, казалось, взяло верх над усталостью и подавленностью.
я повернулась к нему, уже не скрывая своего подавленного состояния. слезы сами собой накатывались на глаза, и я не пыталась их сдержать.
- зачем ты пришёл? – спросила я, голос слегка дрожал, но я старалась говорить чётко, чтобы он понял всю серьёзность ситуации.
он молчал несколько мгновений, пристально разглядывая мое лицо. его взгляд был внимательным, проницательным, словно он пытался разгадать какую-то сложную загадку. видимо, он понял, в каком я состоянии. наконец, он тихо ответил:
-я очень сильно скучал...
эти слова, сказанные с такой искренностью, пронзили меня насквозь. в моей голове всё смешалось: неудачный день, потерянная работа, его неожиданное появление, его слова о том, что он скучал... все это кружилось в голове, как листья в осеннем вихре.
а потом, словно очнувшись от оцепенения, я резко спросила, моя усталость и подавленность сменились раздражением:
-скучал? не написав ни одного сообщения?!- я сглотнула, чувствуя, как ком подступает к горлу. слезы, которые я до этого сдерживала с таким трудом, теперь полились рекой. я отвернулась, не желая, чтобы он увидел мою слабость.
-это не оправдание, – прошептала я, вытирая слёзы тыльной стороной ладони. голос звучал хрипло, и я сделала глубокий вдох, пыталась успокоиться. - после всего, что произошло, ты появляешься и говоришь, что скучал? как будто ничего не было.
он наконец, заговорил, голосом, в котором слышалось настоящее раскаяние, не то безразличное равнодушие, что было немного раньше. - я знаю, я был идиотом. я действительно очень скучал, но я... я не знал, как решиться тебе об этом написать, думал это будет странно из за...сама знаешь, боялся отпугнуть.
-отпугнуть, ты серьезно? мне пора идти...