Часть 16.
— Обычно ты скупа на подобные слова... С чего вдруг решилась сказать?
— Влад, не порть всю малину...
На щеках девушки загорелся румянец, взгляд отвела. Краем глаз заметила довольную улыбку чернокнижника, по - прежнему не выпускающего тело девушки из рук. Смотрел на нее так, словно на самое драгоценное сокровище, которое он нашел сам. Так оно и было. Смотрел на нее с неописуемым восхищением, теряясь в соблазнах своих грязных мыслей. Как бы он ее не желал - ему всегда было мало. Знал бы когда - то, что испытает так скоро подобные чувства?
— Я люблю тебя так же сильно, как и ты меня, однако...
Не мог не съязвить. Заметил, как та напряглась и наконец подняла на него свои глаза, которые еще недавно смотрели на него таким же взглядом, но немного в иной обстановке. Ее изогнутые брови изобразили удивление, вперемешку с легким испугом.
— Однако, я люблю тебя все же больше, барби.
— Хотела бы я с тобой поспорить...
— Не стоит. Ты знаешь, что это так. Проиграешь, потом надуешься, как шар и лопнешь от злости.
Влад широко улыбнулся, едва касаясь пальцами ее подбородка. Вздернув его, жадно поцеловал ее губы, запоминая их вкус. Вокруг них рушился весь мир, но им вдвоем прямо сейчас было так хорошо, что оба позабыли обо всем. Стояли под прохладным душем вместе, нежились, как кошка и кот. Наслаждались этими уже эфемерными касаниями, ловя смущенные взгляды друг друга. Чернокнижник прикусил губу, проходясь взглядом по очертаниям ее тела, чувствуя как сходит с ума.
— Что, даже не поблагодаришь меня за спасение?
— Что, сейчас? Опять?
— Снова, барби... снова...
Зардела, тяжело вздохнув. Снова одарили друг друга улыбками, краснея. Кто бы знал, что закончится все именно так... Неожиданный телефонный звонок привел обоих в чувства, освобождая от нарастающей страсти. Влад вышел из душа, накидывая на себя полотенце, после чего протянул второе ей. Телефон разрывался от бесконечных звонков, от чего чернокнижник нервно пробубнил себе под нос нецензурные слова. Ответив на звонок, услышал голос коллеги.
— Сегодня съемки, не забыл? Последние дни от тебя нет вестей. Как там... Анна?
В голосе Шепса проскальзывали нотки переживания и сочувствия.
— Не забыл. Держится, как может...
— Нас с тобой отправляют на испытание в другой город. Я рад, что моя сестра в порядке. Надеюсь, она не натворит глупостей за те дни, что нас не будет.
— Она поедет с нами.
— Влад? Исключено. Кто позволит?
— Я позволю. Я не оставлю ее одну.
— Я уже разговаривал с руководством на этот счет. Не разрешили...
— Ты был недостаточно убедителен, Шепс. Меня, к счастью, талантом убеждения наградили.
— К чему сейчас конфликты? Все по - прежнему горюют с утраты...
— Хочешь, чтобы потом горевали еще больше?
— Я бы рад, поезжай она с нами. Говорю же, не разрешают.
— Послушай меня... Я бы не очень хотел конфликтовать и с тобой, учитывая то, что ты родной брат моей любимой женщины. Однако, Анна едет с нами, и это не подлежит обсуждению.
Психанув, Влад сбросил звонок. Сзади послышались тихие шаги, оборачиваться на которые чернокнижник не решился. Он знал, что она слышала этот разговор. Грубый и нравственный тон Влада нельзя было не услышать. Говорил так громко, что, казалось, вся Москва его услышала. На его плечо легла женская ладонь, проходящаяся по очертаниям массивной и сильной спины. Обхватив ее ладонь, оставил на тыльной стороне едва ощутимый поцелуй, после чего наконец развернулся в ее сторону. Поджав губы, увел глаза от осуждающего взгляда девушки.
— Поезжай на испытание, Влад. Не будь моим опекуном и нянькой. Я справлюсь...
Слова, сказанные Анной звучали неубедительно даже для нее.
— Нет.
— Влад...
— Нет.
Вены на его лице взбухли от злости, которую он едва мог усмирить. Злился от того, что не сможет взять ее с собой, как бы не желал обратного. И работу бросить не мог, и ее. Хотелось защитить, чтобы всегда была под его присмотром. Знал, что если не она натворит бед, то кто - то, кто этого очень хочет обязательно это сделает. В мыслях появился тот демон, что посмел заявиться даже в его присутствие. Посмеет ли он сделать это снова? Посмеет. Будет всеми силами переманивать ее на свою сторону, подначивать и манипулировать. Влад чувствовал, как закипает. Что будет, когда он вернется? Узнает ли он в своей Анне ту, что так сильно любит? Увидит ли эту же любовь в ответ? Понимал, что изменения будут, но ему так их не хотелось... Скрипя зубами, обдумывал все возможные ходы, но в голову так ничего и не приходило. Анна все это время наблюдала за ним, принимая сочувственный вид. Обхватив ее ладони, положил их к себе на грудь, стараясь упрятать волнение.
— Как ты отнесешься к тому, если мы на время поселим к тебе Лину? Или тебя к ней?
— Лина? А она об этом знает?
— Придется узнать.
Влад широко улыбнулся, рассматривая раскрасневшееся после душа лицо девушки. Смутилась, задумалась.
— А кто поедет на испытание с вами еще? И точно ли поедите именно вы с Сашей? Может это будет кто - то другой...
— Вряд ли бы он стал врать. В любом случае, сейчас мы поедем с тобой в гот. зал, где все и узнаем.
— Я поеду с тобой?
— Барби, перестань так удивляться моим решениям. Привыкнуть пора.
Ближайшие несколько часов были потрачены на сборы. Влад в спешке переворачивал свои вещи, ища что - то более подходящее. Все это время Анна с интересом наблюдала за этим представлением, изредка улыбаясь. Всегда так тщателен в выборе? Удивительно.
— Эти джинсы не подходят... Где другие? Где - то были здесь...
Не успела девушка одуматься, как одна из пар джинс полетели в ее сторону. Успев перехватить рукой, она осмотрела их.
— А эти чем плохи?
— Они не подходят под мою новую рубашку.
— Влад...
— Что «Влад»? Помогла бы лучше.
В голосе чернокнижника проскакивали нотки нервозности, от чего Анна улыбнулась. Подойдя к нему, помогла разобраться с вещами, и наконец оба взглянули на результат.
— Как тебе?
— Ммм... думаю, такого слова не придумали, чтобы описать как это хорошо...
Несколько пуговиц на рубашке Влада расстегнулись от внезапного желания брюнетки. Уловив огонь в ее глазах, сказал:
— Терпения, барби, терпения. Будь сосредоточенной и внимательной, пока будешь находиться в гот. зале. Вдруг я случайно зажму тебя где - нибудь в гримерной.
На лице Влада появилась усмешка, раззадорившая Анну еще больше. Со своими мыслями они направились к машине. По дороге много болтали, смеялись, обсуждали какие - то важные, и в то же время нелепые вещи. Видя улыбку на ее лице, он наконец поймал себя на мысли: счастлива, и я счастлив. На случай очередного приступа у него всегда лежали неподалеку ее лекарства, которые сейчас были ни к чему.
— Если все же я уеду, пообещай, что выпьешь лекарство, в случае чего... И если сама будешь не в состоянии, то тому, кто будет рядом позволишь их тебе дать.
— Обещаю.
Доехав до гот. зала, вышли из машины. Открыв дверь, Влад бегло осмотрелся, после чего прижал Анну к себе, жадно целуя ее губы. Заметил покрасневшие щеки, от чего улыбнулся.
— Нас могут увидеть...
— Не увидят. Никто не смотрит.
Знал, что если не остановится - беда. Губы сменились разгоряченной шеей. Кое - как сдержав себя, остановился, после чего взял девушку за руку и повел за собой. У порога стояли его коллеги, с интересом осматривающие пару.
— Вы, как биба и боба. Друг без друга не ходите, да?
— Еще одна подобная фраза, и ты больше не сможешь увидеть, как мы ходим, Матвеев.
— Рад, что ты чувствуешь себя хорошо, Череватый. А ты как, Анна?
Внезапный интерес Димы насторожил Влада, но тот не подал виду. Крепче обхватив ладонь девушки, подтянул к себе, заводя за спину. Лина и Дима переглянулись, едва сдерживая улыбки. Казалось, каждый, кто находился рядом почувствовал это напряжение.
— Уже знаешь, кто будет в тройке?
Лина обеспокоенно взглянула на Влада, следя за его реакцией.
— К слову, об этом... Шепс, правда?
Саша кротко кивнул, подтверждая ранее сказанные им слова. Поджав губы, Влад вновь потерялся в своих мыслях и решениях дальнейших действий.
— Лина, дело к тебе есть... На время нашего с Сашей отъезда побудешь с Анной. Не хочу, чтобы одна оставалась, а доверить больше никому не могу.
— Но...
— Ты против?
— Я не против, Влад, но как ты оставишь ее на меня, если я тоже еду на испытание?
Прижав ладонь к лицу, чернокнижник устало выдохнул. Что делать? Одну оставить? Не мог.
— Она может остаться со мной.
Голос Матвеева прошелся эхом по его ушам, создавая незримое напряжение. Знал, что тот был единственным из оставшихся, кто общался с ними, на кого мог положиться. Общался с ней... Сжав скулы, вспомнил ситуацию с клуба. Разозлился.
— Исключено.
— Как хочешь.
Влад понимал, одну оставлять Анну он не хочет. С собой взять ее тоже не получится. Оставлять ее наедине с ним он тоже не хотел. Паника понемногу охватывала его, и он сдался.
— Послушай меня внимательно, Матвеев...
Подойдя к нему вплотную, сквозь зубы процедил:
— Я замечу, даже если с ее головы упадет один, самый неприметный волосок. Замечу, если твои грязные ручонки дотронутся до нее. Я почувствую это, а после, когда вернусь оторву их. Посмеешь ослушаться меня - лишишься всего, что дорого, и что не особо.