Экстра! Глава 4. Страх
Дождь лил стеной, барабаня по окнам с такой силой, что казалось, будто целый океан рушится с небес. Это был самый дождливый сезон в году, и сегодня он достиг своего апогея. Тяжелые свинцовые тучи, плотно нависшие над городом, превратили день в сумерки, и в воздухе стоял сырой, холодный туман, окутывая улицы призрачным покрывалом. Громыхание грозы сотрясало стены дома, а порывы ветра заставляли стекла дрожать, угрожая вырвать их с корнем. Град колотил по крыше, отскакивая мелкими ледяными шариками и оставляя после себя глухие удары, от которых у Изуку внутри все сжималось. Он сидел на своей кровати, сжавшись в комок, кутаясь в одеяло, и прикрываясь крыльями, словно они могли защитить его от разрывающего небо грома. Сердце колотилось в груди, дыхание сбивалось, и каждый удар молнии за окном заставлял его подрагивать, едва сдерживая дрожь. Он ненавидел грозу. Ненавидел эту стихию, что была слишком непредсказуема, слишком мощна. В такие моменты страх, тщательно спрятанный за маской силы, поднимался со дна его души, накатывая волной ужаса. Он знал, что должен справиться сам, что должен быть сильным. Но с каждой секундой отчаяние росло. Снаружи прогремел особенно сильный удар, и в доме на мгновение замигал свет. Мидория сжался, сдавленно выдохнув, и в какой-то момент решил, что больше не может терпеть. Он вскочил с кровати, его босые ноги мягко ступили на холодный пол, и, едва осознавая свои действия, он направился к двери. В гостиной, полулежа на диване, сидел Кейго. Он читал что-то, небрежно пролистывая страницы, и на мгновение поднял взгляд, когда Деку появился в дверях - бледный, с растрепанными зелеными перьями и волосами и широко раскрытыми глазами. Таками молча отложил книгу в сторону и внимательно посмотрел на него, не задавая вопросов. Он видел страх в его глазах, чувствовал его, даже не произнося ни слова.
- Хочешь... - начал он, но Турако уже шагнул ближе, не позволяя себе раздумывать. Он просто подошел, опустился рядом и осторожно, неловко прижался к Ястребу, пряча лицо у него на груди. Старший на секунду замер, затем с тихим вздохом перемешанным со смехом обнял его, прижимая крепче. Его руки скользнули по спине младшего, мягко поглаживали крылья и хвост, заботливо, без лишнего давления.
- Всё в порядке, птенчик, - пробормотал он, его голос был низким и теплым, словно обещал, что за этими объятиями можно спрятаться от всей этой стихии за окном.
Изуку ничего не ответил. Он просто сжал пальцы на ткани его футболки, зарываясь в нее, а затем расправил свои крылья, укрывая себя и Кейго, словно создавая вокруг них кокон. За пределами этого кокона ревел ветер, гремел гром и сверкали молнии, но здесь, в этих объятиях, было тепло и безопасно. Про-Герой в ответ тоже сложил свои крылья, как бы делая продолжения кокона, и продолжал медленно гладить его по спине, иногда зарываясь пальцами в мягкие перья у основания крыльев, и постепенно дыхание Мидории замедлялось. Дрожь в теле утихала, страх больше не сжимал его сердце стальными цепями.
- Всё хорошо, я с тобой, - ласково шепнул Таками, чуть склонившись ближе. Деку закрыл глаза, слушая ровное биение сердца старшего. Это был единственный звук, который ему сейчас нужен. Тепло, которое он боялся признать, было таким настоящим. Он заснул, все еще цепляясь за Ястреба, и в ту ночь даже самая страшная гроза не смогла добраться до него.