ВОЗРАСТ ЛЮБВИ [16+]

Возможно ли простить того, кого всем сердцем любишь? И стоит ли он того, чтоб гордость позабыть?

Если вспомнить истину, она говорит: «В любви нет места гордости». Возможно, многим стоило бы прислушаться к этому совету. 

Последний вечер на лайнере стал для меня эмоционально тяжёлым. Кристофер позвал нас на палубу, где проходили танцы. Но я знала, что Талия не придёт. Она поверила клевете Мадлен так же, как и Тео.

После «помойного ведра», что вылил на меня Тео, я не испытывала особого желания выходить на люди, и вообще допустить возможность встречи с ним. А мы бы столкнулись. Непременно.

Признаться, я упиралась. Очень долго, пока Кристофер не привёл весомый аргумент, сказав:

    — Если ты останешься в каюте в последний вечер, накануне возвращения домой, то дашь завистникам и сплетникам пищу для разговоров.

Не совсем понимая, в курсе ли Харпер о нашей ситуации с семьёй Бэнкс, я спросила:

    — Какую? Я просто устала и не желаю выходить из своей «норки».

Молодой мужчина посмотрел на меня, сидящую на кровати в домашней одежде сверху вниз, и усмехаясь, поддел.

    — Сидни, это прощальный вечер, круиз окончен. Организаторы должны быть среди клиентов. А ты, прячешься здесь. Неужели, ты не понимаешь, что тем самым доказываешь, как сильно тебя ранил этот парень.

Сперва наступил шок, потом, мне захотелось уточнить, понимает ли он, о чем речь?

    — Ты знаешь о том, что случилось между нами с Тео?!

Харпер невольно усмехнулся, проходя к креслу.

    — Несложно было догадаться, когда и ты, забилась в свою каюту как мышка.

    — Но это может быть совпадением! — буркнула я.

    — Ну, да, — задумчиво протянул Харпер, устраиваясь в кресле. — Только, я знаю, о чем говорю.

У меня не осталось доводов спорить с ним, когда он прав.

Харпер уговорил меня, нет, он приказал одеться и быть готовой через двадцать минут, а сам пошёл к Талии.

Я осталась в своей каюте, выбирая наряд по случаю вечеринки. Меня заставляли идти. И по сути, Харпер был прав. Наши отношения с Тео не должны влиять на результат моей работы.

После неприятного разговора с ним, я перестала пытаться поговорить с Талией, даже перестала приходить к ней. Ей, скорее всего нужно время.
Она должна понять, что я никогда не пошла бы на такой шаг.

Думая обо всем, я осматривала свою одежду, большинство уже было упаковано в чемоданы, и выбор мог пасть только на несколько платьев, купленных в нашу последнюю остановку. Честь выпала вечернему платью жемчужного цвета. Свои светлые волосы я собрала в быструю прическу, к наряду надела набор: небольшие серьги с бриллиантами и кулон на цепочке.
Последним штрихом была моя туалетная вода.

Глядя на себя, я ненавидела моё отражение. Возможно, будь я брюнеткой или шатенкой, Тео относился бы ко мне по-другому, думала я. Знаю, таковы мысли незрелых девчонок. Но рядом с Тео я сама становилась маленькой, неспособной защитить себя.

Завтра, каждый из нас вернётся в свой мир, и я потеряю возможность видеться с ним. Больше не будет даже надежды на случайную встречу. А после грязной лжи Мадлен, я потеряла также возможность наведываться в гости к Бэнксам.

Дни проведенные на лайнере, навсегда останутся в моей памяти.

Взглянув на себя ещё раз, покрыла губы прозрачным блеском, и сделав глубокий вдох, медленно выдохнула через рот. После чего, решительно вышла из каюты, пока моя трусость не одолела решимость.

Я не стала искать Харпера или Талию, ожидая, что у того вряд ли вышло уговорить женщину покинуть каюту ради встречи со мной, той, которую Талия могла винить в разладах семьи.
Поднявшись на главную палубу, сперва оценила «публику», осмотрела сцену с диджеем, потом, выбрала направление к бару.
По пути натолкнулась глазами на Кристофера. Он стоял в компании двух девушек. Значит, ему не удалось уговорить Талию.

Увидев, что молодой мужчина занят, я не стала беспокоить его и прошла дальше. Кивнув свободному молодому бармену, заказала для себя легкий алкогольный коктейль. Выбрав свободный стул, уселась на него, потупив глаза в стол.

Холодный и запотевший бокал оказался передо мной почти сразу, бармен что-то прошептал мне с улыбкой, я не разобрала слов, просто ради приличия кивнула и взяла в руку напиток.

Эггног оказался холодный. А температура воздуха становилась все ниже и ниже, чем ближе мы становились к Америке. На улице было прохладно после теплых стран, а погода Штатов казалась суровой.

Можно выпить что-то «погорячее» и согреться. Но есть риск напиться.

Пока доводы «за» и «против» сражались в моей голове, я не  почувствовала, как кто-то оказался сзади. Лишь заметив движение справа краем глаза, повернулась к посетителю.

Это оказался Кристофер. Которому, зачем-то понадобилось оставить компанию двух сексуальных девушек. И ради чего? Ради выпивки в баре?!

Он улыбался доброй и дружеской улыбкой, а говоря:

— Привет, — одарил меня поцелуем в щёчку. Будто мы не виделись полчаса назад. — Я ждал тебя.

В Харпере произошли изменения с тех пор, как он покинул мою каюту и ушёл за Талией. Сейчас, он казался опьяневшим что ли.

— Привет. Ты что, напился? — без лишних слов, задала ему вопрос.

— Почему не предупредила, что ты вышла?

Я кивнула бокалом в сторону девушек:

— Ты был немного занят. Я не стала тебя беспокоить.

— Брось, Сидни. Ты же понимаешь, что это несерьезно. Просто был флирт с двумя хорошенькими цыпочками, с которыми я...

Я не позволила Кристоферу договорить.

— Не надо. Я не хочу знать о твоих планах насчёт них.

— Хорошо. Тогда, давай, выпьем чего-нибудь. Ты не против?

Я снова подняла свой бокал, показывая ему.

— Не-е-т, — протянул Харпер, усмехаясь. — Это последний вечер этого сезона, на который попала ты, Сидни. Так давай отметим его как следует.

— Что, по-твоему, включает в себя «отметить как следует»?

— Мы будем танцевать, — подмигнул молодой мужчина, хитро улыбаясь.

Его ответ не принёс мне никакой радости. У меня нет желания танцевать, когда на душе кошки скребутся.

— Если честно, у меня нет никакого настроения.

— А я не спрашивал, хочешь ты или нет. Это будет, — отрезал Харпер, и сделал себе заказ.

Я могла бы рассказать о моих проблемах с Тео, но что это даст? Кристофер, возможно поверит мне, даже посочувствует, но он не способен помочь. Решить эту проблему должна я, или молчать о ней и дальше.

Харпер, конечно, предупреждал, обратиться к нему в случае нужды в помощи друга. Только я не стану пользоваться им. Иначе, получится, что Тео оказался прав. Я использую мужчин, как спасительный элемент.
Это все равно что сказать миру: «Да, я шлюха, использую мужчин, не давая им взамен секс».

Как же больно думать о словах Тео. Он обидел меня. И его можно понять. Мадлен и Бен солгали.
Ладно, Мадлен, у неё были свои цели, но я не понимаю, почему солгал Бен. Мадлен, таким образом могла выкрутиться.
Почему же, мой друг поступил со мной так низко? Чем я заслужила его негативное отношение?

Выпив весь коктейль, и взяв Маргариту, мы с Кристофером вышли палубу, где народ танцевал под латиноамериканский микс.
Девушки дрыгались, парни кружили вокруг них. А те, кто не умел, или по каким-то причинам не хотел участвовать в этом, просто стоял в стороне, наблюдая за происходящим, как я и Харпер.

Он пил скотч, делая глотки изредка, мужчина сканировал взглядом толпу. Я даже не интересовалась, отчего он так смотрит на них, пока сама не увидела женщину в белом.
Талия, одетая в ослепительно белое платье, облегающее её шикарное тело, и со спадающими на спину, как шёлковый чёрный водопад волос, медленно, изгибаясь как змея, двигалась в дальнем углу танцпола, в компании очень высокого и темнокожего парня. Молодой человек был вдвое моложе неё.

Убедившись, что это действительно Талия, я чуть свой бокал не выронила из рук.

— Бог мой... Это... Талия! — запищала я, не зная, как остановить её.

Женские руки были на высоких плечах, а судя по положению её головы, Талия собиралась поцеловать незнакомца.

    — Что она творит?

— Оставь её. Это её дело, — сухо отозвался Харпер.

— Нет. Ты что?! Если Бен узнает, их ждёт развод, — возмутилась я, и передав мужчине мой бокал с коктейлем, решительно направилась сквозь толпу.

Я хотела остановить Талию, пока она не совершила самую большую ошибку в своей жизни.
Бен – её любовь, её душа, она не сможет без него. Ей нельзя совершить такой глупый поступок.

Парень, танцевавший с ней, заметил моё приближение, и насторожился.

— Эй, Тэл? — обратилась я к подруге, все ещё надеясь, что не потеряла её дружбу из-за грязной лжи Мадлен. — Поговоришь со мной?

Талия оглянулась, выглядя вполне адекватной. На её лице была лишь тень улыбки, а не отвращение, как я ожидала.

— Ой, привет, Сидни, — поприветствовала меня женщина громким криком, хотя музыка не мешала говорить, ибо мы стояли почти в самом конце палубы.

Извившись перед парнем, я не расслышала его имени, Талия взяла меня под локоть, и повела подальше от шума. Мы спустились по специальной лестнице для персонала лайнера и очутились на другом уровне ниже.

Талия отпустила меня, как только обе оказались на выступе, похожий на балкон. Звуки музыки и толпы доносились даже досюда, но не мешали говорить спокойно.

— Ты что же, решила, что я изменю Бену в отместку?

— Что? Я...

Талия жестко усмехнулась.

— Да ладно, Сид. — Моё сердце совершило сальто. Когда-то, Тео стал сокращать моё имя, Талия, услышав это, тоже, иногда стала обращаться также. — Я не глупая. Бен не простит мне измены. Я пойду на такой шаг только тогда, когда буду уверена, что не останусь с ним.

Талия выглядела непонятная для меня. Она или злится, но сдерживается, либо готова закрыть на это глаза.

— Тэл, — я потянулась и заставила её обернуться, тронув за руку. — Это неправда. Я и Бен... это нелепо!

— Конечно, неправда, — удивила меня Талия отодвинувшись от меня на небольшое расстояние, будто ей сложно было быть рядом со мной. — Я знаю тебя. Ты бы не посмотрела на Бена как на мужчину, будь он даже последним их представителем на земле.

Я не понимаю её. Если она не верит, тогда почему изменилась в отношении ко мне?

— Тогда, почему, ты вела себя в последние дни так холодно? Почему не говорила со мной?

Она резко взглянула на меня абсолютно сухими глазами и смерила упрекающим взглядом.

— Ты не предала меня, переспав с моим мужем, Сидни. Но ты знала о Мадлен, и не обмолвилась ни словом. Ничтожным намеком, что моей семье угрожает опасность.

Её слова причиняют боль, потому что она права. Я знала о Мадлен и Бене, но молчала.

Слезы раскаяния потекли по моим щекам, и с ними было сложно бороться.

— Иногда, молчание лучше, чем попытка открыть кому-то глаза, Тэл. Вы с Беном могли помириться, или рассориться окончательно, а при любом раскладе я бы потеряла кого-то из вас. Я не хотела терять вашу дружбу.

Талия хмыкнула.

— Ты все ещё веришь в вашу дружбу с ним, после того, как он очернил твоё имя, назвав своей любовницей?

Я кивнула.

— Я ещё не говорила с ним, поэтому не хочу спешить. Для начала, нужно выслушать его.

Талия снова хмыкнула. Только в этот раз удивленно.

— Ты святая, Сидни. Об тебя ноги вытирают, а ты терпишь.

— Он же...

— Я говорю не о нем! — перебила меня женщина. — Речь идёт о Мадлен. Она сука. Самая последняя тварь, змея, притворяющаяся нашей подругой, а ты, не раздавила её за клевету.

— Я была слишком разбита тем, что вы поверили им, — оправдалась я.

— Мы, или Тео? — догадалась Талия.

Мне пришлось вздохнуть без слов.

— Тео ещё мальчишка, который не ведает, что творит. Возможно он не до конца верит этому, Сид. Дай ему время.

Конечно. Дай ему время, пока он не уничтожит меня.

После короткого разговора, мы с Талией вернулись к Харперу и продолжили «веселье».
Узнав о её отношении ко мне, стало легче дышать.

Талия убедила меня пойти на один танец с Харпером, и даже пригрозила, что обольёт нас шампанским, если я не выполню её приказ. Смеясь, Кристофер взял меня под руку и повёл к толпе.
Он думал, что это поможет отвлечься от моих проблем. И ошибся.

Заиграла медленная музыка, Кристофер положил свои руки на мою талию и мы стали двигаться.
Было неловко стоять рядом с ним, когда сама мечтала о другом.
Никто кроме Тео, не смел нарушить мое личное пространство. И то, как сейчас Кристофер стоял так близко, наводило панику.
Это похоже на клаустрофобию.

Заметив что со мной что-то не так, мужчина спросил:

— Сидни, ты в порядке? Выглядишь, какой-то бледной.

Я покачала головой, опустив вниз лицо. А руки удерживали от падения.
Наступила странная реакция, будто я задыхаюсь, и меня тошнит.

— Извини, мне неловко, что мы стоим близко друг к другу.

— Странно, — изрек Харпер немного злясь, — это лишь танец. Мы не сексом занимаемся, Сидни. Что же тут неловкого?

Я подняла голову и оценила его эмоции, написанные на лице мужчины. Он не представлял для меня угрозу и я успокоилась. Но не моя тошнота и слабость.

— Прости, если мои слова вышли грубо.

— Да нет, это я должна извиниться. Ты прав.
Ты ведешь себя как джентельмен, а я смею жаловаться.

Он улыбнулся, заглядывая в мои глаза.

— Ты все сомневаешься в моем отношении к тебе?

Я смотрела вопрошающе.

— Я о том, что ты боишься моих ухаживаний, Сид.
Но дело в том, что с такой девушкой как ты, просто невозможно держать себя в узде.

Вот теперь, моя паника усилилась. А дыхание стало затруднённым.

— Нет-нет, Сидни. Это предложение, а не приказ. Господи...

Он убрал свои руки и отступил.

— Я твой друг, девочка. Но мне сложно быть рядом с такой красивой девушкой как ты, и не отпускать шутливые комплименты.

— Прости. Я, как всегда, все порчу, — выдохнула я виновато.

Он усмехнулся, но невесело.

— Когда-нибудь, ты привыкнешь ко мне, и перестанешь пугаться даже моих прикосновений.

После танца, немного уставшая, и немного пошатываясь, я настояла нам том, чтоб покинуть друзей и вернуться в мою каюту.
Кристофер вызвался проводить меня, но я отказалась, намекнув ему, что Талии нужна компания.

Спустившись на мой ярус, я прошлась по длинному коридору почему-то, направляясь к палубе. А не к каюте.
Перехотелось сразу возвращаться, чтоб отогнать тошноту. А на палубе можно подышать.

Пройдя проход я вышла на открытое пространство. Встала возле перил и глубоко задышала ртом.
На душе было мерзко и грустно.
Как бы я не настраивалась на безразличие к Тео, знала, у меня ничего не выйдет. Он слишком крепко засел в моем сердце.

Тошнота усиливалась, отчего потекли слезы. Они текли по щекам, но никакого облегчения это не принесло.
Нагнувшись, я прислонилась лбом об холод металла ограждения.
Я тяжело дышала.

— Эй! С тобой все в порядке?

Его голос послышался сзади. Но сейчас, я не могла повернуться. То, что было в моем желудке поднималось обратно.

— Я задал тебе вопрос, — грубо говоря, Тео поднял меня, дернув за руку. Но взглянул в лицо, нахмурился.

— Что...

— Меня... тошнит, — успела я сказать, как ощутив, что больше не сдержусь, повернулась к ограде.
Извержение началось как взрыв. Я высунулась за ограду ещё больше, и если бы не руки Тео, обхватившие меня за талию, могла бы перевалиться за борт.

Меня рвало. И было жутко.
Когда первый порыв завершился, я быстро вытерла рот тыльной стороной ладони и зашептала:

— Воды. Дай мне воды.

Тео быстро нашёл на столике не открытую бутылку и принёс для меня. Также быстро открутив крышку, дал выпить с горла.

Немного перебив рвотный рефлекс, я дёрнулась вперёд, чтоб не упасть от дрожи в коленях и уперлась лбом в его вкусно пахнущую грудь.

— Мне так ужасно плохо, — выдохнула я и упала прямо в его объятия.

Почувствовав его твердую грудь под щекой, я прикрыла глаза и задышала через рот.
Тео попытался меня пошевелить.

— Нет. Пожалуйста. Не тряси.

— Что ты пила? — спросил он недовольным тоном, беря меня на руки.

Не знаю, что у него было на уме, может, Тео собирался выкинуть меня за борт, или понести к лежаку, сейчас все стало неважным.
Если бы мне не было так плохо, я бы ушла. Но я знала, что не смогу даже и двух шагов сделать.
Голова шла кругом, а в желудке горел вулкан. Все бурлило.

— Пара бокалов коктейля.

Запах Тео окутал меня, отвлекая от мерзкого привкуса во рту. Не ненадолго.
Неся меня куда-то, Тео стал задавать вопросы, хотя я хотела всего лишь заснуть.

— Что ты ела? Возможно, это отравление.

Я молчала. Даже тогда, когда он сказал:

— Тебе нужно показаться доктору.

Тео принес меня в каюту, судя по аромату — в свою, и уложил в кровать, пахнущую им же.
Но лежание не принесло нужный эффект.

— О боже, это снова начинается, —быстро предупредила я, пока не заблевала его спальню.

Тео снова поднял меня и отнес в уборную.
Как только я оказалась над унитазом, меня снова стало рвать.
Тео стоял надо мной, удерживая сзади мои волосы.
Было жутко стыдно. Но прогнать его я не могла. Без чужой помощи, я бы свалилась.

— Уйди, — все же выдохнула на издыхании надеясь, суметь справиться одной.

— Не говори глупости, — возмутился молодой человек, показывая свою власть. — Я останусь.

— Тео прошу...

— Сидни, не трать силы на свои пустые просьбы. Я сказал, что не уйду, значит, не уйду.

Я продолжила извергать, все что было в моем желудке. Но от того не становилось легче.
Когда же извержение замедлилось, я снова попросила воды.
Встав на шатающиеся ноги, сделала несколько больших глотков, пока
Тео удержал меня за талию.

— Я хочу почистить зубы, есть щётка?

Тео потянулся к шкафчику и достав новую зубную щетку, выдавил на неё пасту.

— Держи, — он протянул мне и положил свою руку на моё плечо.

Быстро почистив зубы и прополоскав рот, я избавилась от привкуса во рту, и в желудке вроде стало спокойней. Ощутив, что можно выйти, попыталась двинуться к двери.

— Куда? — возмутится парень и подняв меня на руки, сам понес в комнату.

Тео снова уложил меня на кровать, снял с меня обувь и накрыл одеялом.

— Я схожу за доктором. Побудешь немного одна?

Я застонала в ответ.

— Не надо. Пожалуйста...

Тео усмехнулся.

— Эй, я не понимаю язык пьяных, — шутливо проговорил он.

— Не хочу...

— Нужно позвать доктора. У тебя могла развиться морская болезнь или какой-нибудь вирус.

Выбора не было.

— Постараюсь... — выдохнула я, все еще лежа с закрытыми глазами.
Тео, видимо, ушел за врачом, больше не тревожа меня.

Я видела яркие сны, даже ощущала его запах на себе, и радовалась, как какая-то малолетняя девочка. Не знаю, что было дальше, может, доктор приходил, проверил меня.  Трудно судить. Но я слышала только голос Тео.

Кажется, доктор в лице симпатичной и молодой женщины задавал мне вопросы касаемо еды и напитков, есть ли у меня аллергия. Кажется, я отвечала на каждый из них. Пока, она не задала очень странный вопрос про мои интимные отношения с мужчинами. В душе меня возмутило, да какое она имеет право, спрашивать о таком личном?
Она смутила меня очень сильно.
Тем более, наш разговор слышал Тео.

    — Когда вы вступали в интимную  связь с мужчиной, и назовите последнее число менструального цикла.

Нет. Это постыдный сон. Женщина не имеет никакого права, задавать подобные вопросы. Зачем ей знать, с кем я сплю? Может, таким образом, она узнает, не спим ли мы с Тео?

Я нервно сглотнула, борясь с ужасной усталостью. И даже нашла в себе силы возмутиться.

    — А это здесь при чём?

    — Сидни, — женщина мягко произнесла моё имя. — Вы не допускали мысль, что можете быть беременны?

Беременна? Нет. Я не могу быть беременна.

    — Сидни? — снова она повторила моё имя.

    — Эм... Моя интимная жизнь...

Что я должна ответить ей? Правду? А не посчитает ли она меня жалкой? Если солгу, не станет это проблемой в будущем для моего здоровья?
Как разобраться, что у неё нет личного интереса в этом деле?

Я проглатываю ответ: «почти три недели назад». Ей необязательно это знать.

С трудом удерживая голову, я взглянула в сторону Тео, который сидел на другом краю кровати нахмурившись.

     — Мне нужно знать, вы принимаете контрацептивы?

Я уже не слушаю голос женщины, откинувшись на спину, прикрываю глаза.
Срок, вполне подходящий, если бы... Но я не беременна. Я просто перепила. Или...

Всего одна ночь. Этого не может быть. Я прогоняю прочь мысли и уношусь в объятия сладких грёз, где подушкой для меня служит крепкая и вкусно пахнущая грудь Тео, а его руки и ноги — мое одеяло.

Утром, едва моё сознание приходит в себя, ещё не открыв глаза, я ощущаю под щекой его кожу. Она гладкая. И пахнет моим любимым мальчишкой. Люблю именовать Тео моим мальчишкой, хотя он, далеко не мальчик. Тео настоящий и крепкий мужчина, рядом с которым, я сама кажусь малышкой.

Утренний Тео — мой любимый Тео. Он всегда такой спокойный. Не весёлый и не злой, он милый.

Как же я люблю его.

Лениво потянувшись в постели, даже не открывая глаз, ощущаю его рядом. Да, мой Бог, Тео рядом. Подавшись вперёд, я угождаю прямо ему в открытую шею. Он лежит на спине, раскинув руки.
Разлепив глаза я целую его кожу не раскрывая себя, — что это поцелуй, просто прижимаюсь к коже губами.

Тео двинулся, создавая между нами расстояние и взглянул на меня вниз, сонными глазами. Первый его вопрос ошарашил меня.

    — Это мой ребенок?

Сначала, меня задели его слова. Но подумав с секунду, я осознаю, что Тео не в курсе моей личной жизни. Он знает ровно столько, сколько мог видеть своими глазами. И наверно, было бы глупо сейчас закатывать истерику с стиле: да_как_ты_смеешь_сомневаться_во_мне.

Зачем вводить человека в заблуждение ещё больше, просто ответь честно, когда он задаёт конкретный вопрос.

    — Я бы не спешила...

    — Я. Задал. Вопрос. — напомнил он.

Ну что ж. Отвертеться не получится. Юлить тоже.

    — Если я беременна, в чем я очень сомневаюсь, ведь ты, наверняка предохранялся, то, возможный отец, только мой покойный муж.

Я хотела превратить этот короткий разговор в шутливый. Не вышло.
Тео оставался серьезен. Не злой. Но, отличающийся от моего любимого утреннего Тео.

Он положил руку поверх глаз и некоторое время лежал молча. Тео думал.

    — Я задал один гребанный вопрос, — раздражённо выдохнул парень, все ещё лёжа в том же положении, а я, сев, отползла на другой край.

    — Тео, тебе ведь...

    — Я задал один конкретный вопрос! — низкий голос рыкнул, Тео сел, стреляя в меня глазами. — Ответь на него!

От испуга, я сразу ответила.

    — Да.

    — Что «да»?

    — Боже. Все-то ему надо разжевать.

    — Ничего не надо мне разжевывать, — разозлился мой милый, далеко немилый мальчик, и тоже сел.

    — Бог мой. Да. Если я беременна, — отец ты. У меня не было никого.
Или я хожу беременная уже несколько лет, — саркастически съязвила в конце.

Тео некоторое время смотрел на меня, потом, хмыкнул. Но ничего не добавил.

Я откинулась на спинку и снова прикрыла глаза.

    — Ты хочешь остаться здесь? — спросил он, вставая.

Поняв его намек, я открыла глаза и стала вставать, когда Тео опередил меня и толкнул обратно в кровать.

    — Спрашивая, — я интересовался, а не имел в виду, чтобы ты уходила.
Поверь, если бы я хотел прогнать тебя, то сделал бы это вчера, без зазрения совести.

Странное поведение у него.

    — Ты злишься на меня. Но я не понимаю за что? Ты зол от мысли, что я могу носить под сердцем твоего ребёнка?

    — Я не злюсь, — прорычал он, подтверждая своей реакцией мою теорию.

    — Злишься, я же вижу. А ещё ничего не ясно. Если ты так боишься, почему не предохранялся?— возмутилась я. — В тот вечер я была слишком пьяна, чтобы мыслить разумно.

Тео усмехнулся.

    — То же самое могу сказать и тебе.

    — Господи, Тео! Я не планировала спать с тобой. Это вышло... случайно.

    — Я... — он отошёл к стеклянной стене, сжимая руки в кулаки. — Думал, ты пьёшь таблетки. Или... Черт. Я не знаю, о чем я думал. Но это мой первый прокол.

Потрясённая тем, что всю вину Тео перекладывает на меня, хотя отчасти, может он и прав, я смерила его упрямым взглядом.

    — Тео, контрацептивы принимают  те, у кого есть сексуальная жизнь. — Боже, ну зачем я призналась, что у меня никого не было столько лет?

Судя по реакции, Тео не поверил мне.
Он выглядит слишком неуверенный в моих словах.

    — Ладно, спи. А я приму душ, — скомандовал он, поворачивая ко мне свою широкую спину, к которой так и хотелось прикоснуться. — Скоро мы окажемся на суше. Мы с тобой съездим в клинику и все выясним.

Я зло взглянула на него.
Заметив мой взгляд, когда он брал с собой полотенце, Тео замер.

    — Что ты так смотришь?

    — Если ты думаешь, что таким образом заставишь меня избавиться от ребенка, то поспешу огорчить.

    — Ты дура? — рявкнул он, возвращаясь ко мне, что я попятилась назад и переползла на другую сторону кровати. — Кто говорит тебе избавиться от него? Я лишь сказал, что мы поедем в клинику и убедимся в том, что ты беременна.

Мои внутренности дрожали от волнения.
Неужели я беременна? Нет. Да. Я хочу этого? Кажется. Если у меня будем малыш... Боже. Нет. Я не справлюсь с ним одна.
Так что же делать?

Мысли, одна за другой сменялись, хаотичными волнами, накатывая на меня и делая тревожной. Я не могла поверить, но в то же время боялась.

    — Как бы то ни было, я сама все решу.

Тео встал у одного края, угрожающе нависая надо мной.

    — Что ты сказала? То есть я, мимо проходящий человек, да? И никакого отношения к процессу не имел? Сними одежду! — вдруг приказал он, чем изрядно напугал меня.

    — Что?

    — О господи, Сид, я не собираюсь насиловать тебя. Просто, сними эту футболку, и надень что-то, в чем можно выйти.

Я все равно не понимала мыслей Тео.

    — Я хочу установить свои права, пока ты, не сделала глупость.

Я возмущена, но медленно встаю. Тут же голова кружится, и я бы упала, если бы не сильные руки Тео, перехватившие моё тело.

     — Глупая, — мягче произнес он, глядя на меня, лежащую на своих руках, — я же не говорил, вскакивать, — он улыбнулся, пока мой мозг давал команды телу.

Тео прижал меня к себе и поставил на ноги. И не сразу отпустил.

Держась за голову, я наклонилась вперёд, не боясь упасть в заботливых руках парня, и задышала ртом, прогоняя резкую тошноту.

    — Кажется, мне снова плохо, — застонала я, ощутив приближение извержения.

Тео поднял меня на руки и отнес в ванную комнату. Там меня вырвало.

    — Извини, — простонала, почти сидя на полу.

     — За что ты извиняешься? — спросил Тео, бережно удерживая меня, и что странно, он мог уйти, оставить меня одну. Но не уходил.

     — За то, что тебе приходится во... — Я не договорила, так как меня снова начало рвать. — Я уже не могу, — простонала сквозь слезы.
Тео приподнял меня и прижал к себе.

Спустя десять минут, умывшись и почистив зубы, я взглянула на своё отражение в зеркале. Тео все ещё стоял позади, удерживая меня за талию. И эта сцена, стала так мила моему сердцу, что жутко захотелось такого себе. Я хотела Тео во всех смыслах, как мужа, как любовника, как заботливого друга, хотела любить его и не отпускать.

Как же быстро ты забыла об обиде, прошептал внутренний голос.

    — Я попрошу у доктора Энджел что-нибудь от тошноты.

Тео двинулся, и его уход, как дамоклов меч завис над моей головой.
Я не хочу отпускать его к той женщине. Не хочу оставаться без него ни минуты.
Нет. Он никуда не пойдёт.

Потянувшись, я вцепилась в его руки, а Тео, удивленно посмотрел вниз на мои.

    — Что ты делаешь?

    — Не пускаю тебя к ней.

Он усмехнулся.

    — Но я никуда ещё не иду.