Глава 161 - «Каток на рассвете»
Пять утра.
Город ещё спал, укрытый ватным одеялом тумана и снега. Свет фонарей бледно отражался в льду и снегу, рассеиваясь мягко, почти сказочно. Было так тихо, что слышно, как снег хрустит под ботинками, как выдох превращается в пар, и как сердце, кажется, замирает от этой ранней, ледяной, почти интимной зимней красоты.
— Ты уверен, что каток будет открыт? — зевнул Даня, кутаясь в шарф почти до глаз.
Алексей кивнул.
— Открыт — нет. Но он ведь и не закрыт. Просто пустой.
Каток действительно был пуст. Ни одного человека. Ни музыки. Ни ярких прожекторов. Только розовеющее небо вдали, тонкий слой инея на перилах и гладкий лёд, как зеркало — отражающее двоих, пришедших слишком рано, слишком тихо, слишком влюблённо.
— Ну вот, — Алексей повернулся к Дане, помогая надеть коньки. — Теперь ты точно не сбежишь.
— Я не умею кататься, — пробормотал Даня, напряжённо глядя на лёд.
— Я знаю. Именно поэтому я и держу тебя. — Алексей сказал это просто, спокойно, с тёплой усмешкой в голосе. — Держу — и не отпущу.
Они встали на лёд.
Сначала неуверенно. Даня прижимался ближе, хватался за Алексея, как за якорь, дрожал не от холода, а от страха потерять равновесие — в буквальном смысле, и не только.
— Спокойно, я рядом, — шептал Алексей. — Никуда не денусь, Дань. Дыши, как я. Раз, два. Видишь?
И Даня начинал дышать.
И ехать.
Чуть-чуть.
Совсем немного. Но ехать.
Они кружились медленно.
Один держал другого. Тепло передавалось от ладоней сквозь перчатки, от взгляда — к сердцу. Каток был их вселенной, и рассвет над ним — как обещание, что всё будет по-другому.
В какой-то момент Алексей шепнул:
— Ты слышишь?
— Что? — Даня обернулся, почти потеряв равновесие.
— Слышишь, как тихо? Как будто всё остальное исчезло.
Даня кивнул.
И впервые — отпустил руку.
На одну секунду.
Но он стоял. Сам. И даже улыбнулся.
Алексей смотрел на него с тем самым мягким, почти гордым взглядом, каким смотрят на чудо.
— Вот. Видишь? Получается.
Они катались до тех пор, пока город не начал просыпаться.
Пока первые крики чаек не прорвали небо. Пока солнце не вышло из-за облаков.
Алексей подхватил Даню под руку.
— Пойдём греться. Завтрак за мной.
— Только если он будет горячим, как твои руки, — тихо ответил Даня, позволив себе впервые прижаться чуть ближе.
И в это утро мир был снова их.
Без шума. Без боли. Без чужих глаз.
Только лёд. Каток. Рассвет. И шаги в такт дыханию.