40. Гол, посвященный тебе.
Сегодня особенный день.
Важный матч. Важнее всех, что были.
И не потому что играет «Барселона». А потому что играет он.
Я стояла у входа на стадион, сжимая в руках шарф, который мне подарил Оскар. А поверх тонкой куртки — его футболка.
С его именем. С его номером.
42.
Для всех — просто цифра.
Для меня — имя.
Лара, стоявшая рядом, заметила, как на нас начали оборачиваться.
— Ты видела? Они тебя узнают.
— Думаешь?..
— Думаю. Ты сияешь громче прожекторов.
---
Трибуны гудели. Энергия была почти физической — будто воздух сжимался в груди.
Я смотрела на поле, ловя каждый его жест, каждое движение. Он был сосредоточен. Серьёзен. Настоящий.
Лукас махнул нам из скамейки запасных.
Берта с Фермином махали с другого конца.
А я просто держала кулаки.
---
Первый тайм — ничья. Напряжение росло. Я видела, как Оскар нервничает. Но и как не сдаётся.
В перерыве мы поймались взглядами. Он на секунду задержался.
Улыбнулся.
Я приложила ладонь к сердцу. Он понял.
---
Во втором тайме соперники начали давить.
Толпа кричала. Люди вставали. Кто-то уже не верил.
Но я верила.
В него.
И на последних минутах — шанс.
Передача. Бег. Остановка. Удар.
Гол.
Стадион взорвался.
Я закричала — громче всех.
А потом увидела, как он показал на трибуну. На меня.
Поднёс пальцы к губам. И бросил в воздух — поцелуй.
— Он тебе посвятил гол! — крикнула Лара, толкая меня в плечо.
— Я… я знаю… — прошептала я, чувствуя, как в груди скапливается что-то тёплое и огромное.
---
После финального свистка всё смешалось — овации, интервью, поздравления.
Я уже хотела уйти, как вдруг один из парней, работавший на стадионе, сказал:
— Останьтесь. Сейчас будет пресс.
Оскар появился через несколько минут. В форме, но с растрёпанными волосами. В глазах — блеск победителя.
Журналисты набросились:
— Что вы чувствовали, когда забили?
— Это ваша лучшая игра в сезоне?
— Вы кому-то посвятили гол — это правда?..
Он выдохнул, посмотрел прямо в объектив.
— Да. Посвятил. Своей девушке.
Пауза.
— Хотите сказать…
— Я встречаюсь с Элианой.
Он сказал это спокойно. Уверенно. Как что-то, что не требует объяснений.
Как истину.
---
Я стояла в стороне. Люди смотрели на меня. Кто-то узнавал, кто-то просто удивлялся.
Но мне было всё равно.
Потому что он не прятал меня. Не стеснялся. Не молчал.
Он выбрал сказать это громко.
На весь стадион.
---
Мы встретились у выхода из подтрибунного помещения.
Он подошёл, взъерошил волосы.
— Ну как я?
— Как герой.
— Ты плакала?
— Немного.
— Ради такого стоит забивать почаще.
Он взял мою руку, прижал к губам.
— Ты была в моей футболке?
— Да. Все это заметили.
— Я тоже. С первого взгляда.
Я улыбнулась.
— Мне было не страшно.
— Потому что ты знала: я с тобой?
— Потому что знала: я с тобой.
Позже нас позвали в комнату отдыха при стадионе.
Там было шумно. Слишком шумно. И всё же — уютно.
Ребята из команды уже начали отмечать победу: кто-то пел, кто-то кричал, кто-то снимал сторис с кривыми фильтрами.
На столах — сок, пицца, торт с надписью: «Барса — это мы!»
А в центре — Оскар.
Он сидел на высоком стуле, пока Лукас кидал в него бумажными ленточками.
— Герой дня! — крикнул кто-то.
— Ты видел, как он забил?! —
— А как посмотрел на трибуну! Вот это кино!
Я стояла у двери. А потом он поманил меня пальцем.
— Иди сюда. Это твоя победа тоже.
Я подошла. Он притянул меня за талию, а команда тут же завыла:
— О-о-о-о! Влюблённые на поле!
— Всё, Гистау теперь официально не один!
— Элиана, надеюсь, ты понимаешь, во что вляпалась!
— Да, — усмехнулась я. — В команду сумасшедших.
— В команду семьи, — поправил меня один из старших. — Если ты его, значит, и нас — тоже прими.
Они подняли тост — неформальный, весёлый.
Лукас включил музыку, кто-то потащил меня танцевать. Оскар смеялся, глядя, как я неуклюже повторяю движения.
В этот момент я поняла: я часть чего-то большего.
Не просто его девушка.
Я — часть его жизни. Его мира. Его команды.
---
Позже, когда всё чуть утихло, он обнял меня со спины, и тихо прошептал в ухо:
— Знаешь, мне плевать на трофеи.
— Даже на этот?
— Даже на этот. Потому что у меня есть главный приз.
— Какой?
— Ты.
И я знала — это был лучший день.
Из всех, что были.
И, может быть, даже из тех, что будут.
---