Проданная

Десять дней.
Ровно десять длинных, выжженных дней, за которые дом превратился в тюрьму.

Розэ перестала считать часы. Она бродила по комнатам, где каждый предмет напоминал о Джису: запах сигарет, её пальто, недопитая чашка кофе, оставшаяся на столе.
Телохранители сменялись на постах, как машины, с равнодушными лицами. Никто не говорил, где она. Никто не знал.
Или знали, но молчали.

Иногда ночью Розэ слышала, как ветер стучит в окна, и ей чудилось, будто это шаги — будто Джису возвращается.
Но тишина всё глушила.
С каждым днём эта тишина становилась опаснее.

⸻

В тот день было особенно душно. Воздух стоял тяжёлый, липкий.
Розэ сидела на полу в библиотеке, среди старых книг, пытаясь чем-то занять себя.
И тогда дверь особняка распахнулась.

Звук шагов. Глухой, уверенный. Не телохранители.
Что-то в походке было слишком властное, слишком медленное.

Розэ поднялась. В дверях стоял мужчина — высокий, в дорогом костюме, с ледяной улыбкой и взглядом, который будто разрезал воздух.
Дядя Джису. Ким Ёнджин.Старший из Кимов.

— Ну здравствуй, — произнёс он, разглядывая её, словно редкий экспонат. — Вот ты какая.

Розэ молчала. Её пальцы невольно дрожали.

— Джису нет, — сказала она ровно. — Вам лучше уйти.

Он засмеялся. Смех был сухим, неприятным, как скрежет стекла.
— Ах, я не за ней. Я за тем, что ей мешает.

— Что вы имеете в виду?

Он подошёл ближе, остановился почти вплотную.
— Я смотрю, ты не смотря на свою юность приучила к себе нашу маленькую Джису, — произнёс он с издёвкой. — Странно, да? Её ведь никогда ничто не держало. А теперь она отказывается начать войну.

— Войну? — тихо повторила Розэ.

— Кимы теряют влияние, потому что твоя сладкая Джису слушает сердце, а не разум.
Он наклонился ближе, почти шепотом:
— И всё из-за тебя.

Её дыхание сбилось.

— Ты ничего не стоишь, девчонка. Просто слабость, которая разрушает клан.
Он резко схватил её за подбородок.
— Посмотри на меня, когда с тобой говорят, — произнёс он холодно. — Из-за таких, как ты, погибают сильные.

Розэ попыталась вырваться, но хватка была железной.
Его глаза сверкали — не злобой, а каким-то опасным удовольствием.

— Может, если бы тебя не было, Джису снова стала бы собой, — произнёс он почти шепотом. — Настоящей.

В этот момент воздух изменился.
Будто сам дом замер.
Шаги. Громкие, быстрые, уверенные.

И дверь в библиотеку распахнулась с таким ударом, что одна из петель сорвалась.

На пороге стояла Джису.

Лицо холодное, глаза — как лёд.
Волосы растрёпаны, пальцы в крови, на рукаве чёрного пиджака — пороховые следы.

— Убери от неё руки, — голос был низким, хриплым, опасным.

Ёнджин обернулся.
— А вот и ты, племянница. Ровно вовремя. Мы как раз обсуждали твою слабость.

— Отойди, — повторила Джису.

— Или что? — он усмехнулся. — При всех, при телохранителях, застрелишь старшего Кима?

— Да, — спокойно сказала она.

В комнате стало нечем дышать.
Она подошла ближе. В глазах — пламя, которое нельзя было не заметить.
— Я предупреждала, — произнесла Джису. — Не трогай её. Никогда.

Он не отступил.
— Тебе стоит подумать, девочка. Ты не вечна на своём месте. И если ты...

Щёлк.
Предохранитель.

Ёнсан замолк.
Дуло пистолета упёрлось ему в лоб.

— Последний раз, — произнесла Джису тихо. —
Если ещё раз приблизишься к ней — я сотру твою фамилию из всех реестров Кимов.
Ты понял меня, дядя?

Он смотрел в её глаза и впервые — чуть дрогнул.
— Ты слишком далеко зашла, Джису.
— Нет, — прошептала она, опуская оружие. — Это вы все давно перешли черту.

Он отступил, усмехнулся и вышел, будто ничего не произошло.
Но в его взгляде остался холод, который предвещал бурю.

⸻

Когда дверь за ним захлопнулась, Розэ стояла в оцепенении.
Джису опустила пистолет, и её плечи дрожали — не от страха, а от напряжения.
Кровь всё ещё стекала по руке, но она будто не замечала.

— Джису... — тихо прошептала Розэ.

Джису посмотрела на неё.
В глазах не было прежнего тепла, только усталость и гнев.

— Тебе не должны были его видеть, — сказала она глухо. — Прости.

— Где ты была десять дней?
— В аду, — коротко ответила Джису. — И, похоже, он идёт за мной.

Она выронила пистолет и, обессиленная, опустилась на колени.
Розэ бросилась к ней, но Джису лишь прошептала:
— Всё под контролем. Только... не бойся.

Но голос её был пустым.
А в окне за спиной мелькнула чёрная тень — машина с гербом Кимов, уезжающая в ночь.

Буря только начиналась.

⸻