глава 28.
День был пасмурный, тусклый свет скользил по подоконнику, дождь тихо тикал по стеклу, будто проверяя проснулись ли мы. Выходить совершенно не хотелось, особенно из-под тёплого одеяла, под которым мы спали вповалку: я, Гриша и наш ленивый кот, свернувшийся между нами.
Я пошевелилась и уткнулась лицом в его плечо. Он не спал дышал ровно, но взглядом упирался в потолок.
— Дождь. Это знак, что сегодня мы должны лежать в кровати до вечера.
— Милана, — хрипло сказал он, поворачиваясь ко мне. — У тебя примерка платья сегодня. Вспомнила?
— О боже... — простонала я. — Можем просто не идти?
— Нет. Выпускной через неделю. Ты будешь блистать. И я хочу это видеть.
⸻
Бутик встретил нас мягким светом и запахом дорогой ткани. Я мерила одно платье за другим, а Гриша сидел на диване, не отрывая от меня глаз. Он не листал телефон, не отвлекался просто наблюдал. Очень внимательно.
Я вышла из примерочной в светло-сиреневом лёгком, почти воздушном, с открытыми плечами и полупрозрачной вставкой на груди.
— Ну как? — я крутанулась, ловя собственное отражение в зеркале.
Он смотрел молча. Слишком долго. И слишком серьёзно.
— Сними его, — тихо сказал он.
Я замерла, сбитая с толку.
— Почему? Оно тебе не нравится?
— Оно слишком открыто. Мне не нравится, когда на тебя будут так смотреть.
— Так? — я подняла бровь. — Я выгляжу красиво.
— В этом и проблема, — выдохнул он, вставая и приближаясь. — Ты выглядишь... слишком. И не для чужих глаз.
— Гриша... — я мягко рассмеялась. — Это же просто платье.
— Нет, не просто. Ты не понимаешь, как на тебя будут смотреть. А я не хочу это видеть. Ни один из них не должен думать, что может даже представить тебя в чём-то подобном.
Он стоял близко, почти касаясь моего плеча. И впервые я поняла: он не просто ревнует. Он охраняет.
Я вернулась в примерочную, сняла сиреневое и надела другое нежно-молочного цвета, закрытое, из струящейся ткани, с длинными рукавами и лёгким вырезом на спине. Элегантное, чистое. И моё.
Когда я вышла, Гриша поднялся снова, и в его лице что-то смягчилось.
— Вот. Это ты.
— Ты уверен? — я склонила голову. — Я не слишком...
— Ты красивая. Но так, как должно быть. Я не хочу, чтобы ты пряталась, — он подошёл ближе, — но и не хочу, чтобы тебя разглядывали. Это платье показывает, что ты моя. Без слов.
Я кивнула. Не споря. Потому что где-то внутри тоже чувствовала: это именно то.
Мы вышли из бутика. Ветер был тёплый, но небо по-прежнему хмурилось. Я прижимала к себе коробку с платьем, ощущая странное послевкусие и от примерки, и от Гришиной реакции.
Он шёл рядом, молча, пальцы в карманах, внимательно смотрел на меня, будто пытался понять, как я чувствую себя в этом платье.
— Ты всё ещё злишься? — осторожно спросила я.
Он бросил на меня короткий взгляд и усмехнулся.
— Нет. Просто... трудно представить, что моя девочка выйдет в таком. Все будут смотреть.
— Я же не голая, Гриш.
— Всё равно. Ты слишком важна, чтобы кто-то мог отвлечь тебя так.
Он остановился, посмотрел на меня и тихо сказал:
— Пойдём в ресторан. Сегодня ты заслужила, чтобы тебя накормили и отвлекли от всех мыслей.
— Ресторан? — удивилась я.
— Да. Не домой, не к коту, а туда, где мы можем быть просто мы.
Я улыбнулась, почувствовав, как напряжение немного спадает.
— Хорошо. Пойдём.