Сердце Ведьмы |Книга №1|

Нет на свете такого человека, что ни разу бы не задумывался о своей смерти. Нам же всем интересно, что с нами будет, когда произойдёт остановка сердца, кровь перестанет циркулировать по организму, прекратится работа лëгких и, наконец, мозга, ибо он умирает в самую последнюю очередь. Далее происходит своего рода отделение души от тела, чья судьба находится отныне в руках Господа – он решит, куда ей дорога – в рай или же ад. Но и то всё это лишь догадки, не гипотезы, ведь доказать их не удастся, то бишь нам, людям, неведомо знать точного определения слова смерть и того, что она влечëт за собою.

Когда кто-то умирает, это всегда грустно. Умерший человек – это труп, лишëнный способности двигаться, говорить, дышать, моргать – короче, всего того, на что способен каждый живой человек. Этот человек уже не нуждается в еде и питье, так что ему уже всë равно, что будут делать с его телом, ведь оно вместе с жизнью лишилось и способности чувствовать боль. Жизнь – боль, смерть – свобода – эти понятия антонимы, абсолютно противоположные по смыслу слова, но они взаимосвязаны, ведь одно без другого существовать не может. Но несмотря на это, люди боятся смерти, боятся обрести столь желанную свободу, ведь, обретя еë, обратного пути уже не будет. Тем более мы не знаем наверняка, что смерть действительно является свободой. С жизнью мы боимся распрощаться из-за незнания, что нас ждëт в загробном мире, а узнать это, живя, не можем. Таинства того мира восхищают и пугают одновременно, которые ещё ни один живой человек не сумел познать.

«Я не боюсь смерти, ведь мы всë равно когда-то все умрëм, — вспомнились Ксуфирии слова названной сестрëнки, что сейчас спала мëртвым сном в могиле, покрытой толстым слоем снега».

Здесь, в лесной чаще, покоилось тело пятилетней девочки, что умерла страшной смертью: ей по приказу барина отрубили голову топором за то, что она пролила воду, которая на морозе быстро превратилась в лëд, на котором дочь помещика поскользнулась и расшибла себе затылок до крови. Фиру вместе с названным братом видела, как еë беспощадно казнили у всех на глазах, громко рыдала и была готова свершить возмездие прямо в тот момент, выхватить у приказчика топор и добить свою родную сестру, но она струсила, побоялась, что еë тоже убьют. Сейчас же, стоя у еë могилы, Ксуфирия думает, что было бы, если бы они с Бэнио умерли в один день. А ответ прост: ничего. Она одна осталась в живых из своей семьи, и если бы Фиру всë-таки умерла, то ничего бы от их семьи не осталось. Пусть они и не были связаны кровными узами, пусть они друг другу никто, но они – семья, крепкая и дружная семья, которую смогла разрушить только смерть. Вспоминая те будни, когда Бэнио и Цугуме ещё были живы, сердце Ксуфирии начинает биться по-новому, не так как обычно, а по-другому, как это было около шести лет тому назад. Эти воспоминания хранятся не в мозгу, а в сердце – в «шкатулке для ценных вещей», для которой ключ довольно трудно подобрать. Но в этот день – годовщину смерти Бэнио – шкатулка вновь открылась, позволяя взглянуть на своë содержимое.

— Иногда мне кажется, что ты где-то рядом, бегаешь по округе и меня кричишь, — с затуманенным взглядом молвила девочка, смотря на рассыпанную на могиле крупу. — Всë кричала: «Ксуфиру! Ксуфиру! Где ты?», а я специально не откликалась, потому что хотела побыть в тишине. В твоëм присутствии можно было забыть, что такое вообще тишина! Однако... — спрятала руки в карманы, — я бы никогда не променяла вас с Цугуме на тишину.

На лице девочки не было ни слëз, ни грусти, ни тоски – всë то же безэмоциональное лицо, которое очень редко изменяется под давлением эмоций; даже в момент прощения ни один мускул не дрогнул на нëм, и, в последний раз взглянув на снежный холм, выделявшийся среди других деревянным крестом и посыпанный крупой, она вернулась к своему коню, взгромоздилась на него и скоропостижно отдалилась от места погребения.

По оставленным ими же следам на снегу они добрались до дома как раз перед заходом солнца. Этот день был особенно тягостным для Ксуфирии, что вовсе ненавидела слово «поминки», как отца своего, как убийцу Цугуме и Бэнио, как саму эту жизнь, которая была слишком сложна и сурова по отношению к ней. Милосердие к ней проявили лишь еë наставницы – Гриммилин Франч, Идоксия Франгельс и Эль Рекидзоко, – которые не только выходили еë и сделали ведьмой, но и приняли в свою семью. Все они вчетвером – семья, уже третья на счету девчонки, но Ксуфирию и такой исход устраивал. Рекмунд Фуд и Айсунара Неакриде – еë родители, что породили еë; Вереса Ракмадоке – ведьма, недавшая ей умереть; Цугуме и Бэнио – дети, ставшие для неë новой семьëй, и еë спасители; Такушиби Ракмадоке – убийца еë приëмной семьи и ведьмак, оставшийся безнаказанным за свершëнные злодеяния; наставницы – члены еë нынешней семьи; Вивьен и Киширо Ассуль – дети, что наивно счли еë за своего друга; Ханна Волкер – коллега по работе и добрая женщина, что относится к ней, как к дочери; Нетсуми и Керо Паланшель – люди, которых она должна саморучно убить. Большинство из этих людей либо мертвы, либо скоро умрут, либо не играют в еë жизни особого значения, но при этом Ксуфирия Неакриде всех их помнит, всех знает и не забудет. Имена людей она запоминает с первого раза, и Фиру надеется, что эта способность не навредит ей самой.

— О, уже вернулась? — слегка удивлëнно спросила Эль, сидя за столом с книгой в руках. На плите что-то варилось – значит, караулит.

— Ага, — снимая с себя куртку, лениво ответила она.

— Фиру, я глубоко сочувствую тебе и понимаю, каково терять дорогих тебе людей, — решила поддержать еë беловолосая.

— Спасибо, Эль, но я в порядке, не волнуйся за меня, — спокойно отреагировала девочка. — А где Гриммилин и Доси?

— Здеся! — крикнула брюнетка, показавшись на лестнице. В еë руке была какая-то бумажка, а сама она радостно улыбалась.

— Гриммилин, что это у тебя?

— Это квитанция! — любезно пояснила она.

— То есть...

— Да! Последний ингридиент уже на почте! — вприпрыжку спустившись вниз, сказала гегемонша. — Завтра уже можно идти забирать!

— Ну да, как всегда они вовремя квитанции отправляют! — саркастично сказала Идоксия, поступью спускаясь с лестницы. — Завтра уже пир, а мы только ингридиенты ходим догоняем. Фиру надо быть во дворце уже к восьми часам, в то время как почта начинает работать только в девять. Блеск!

— Не драматизируй, Доси, — успокоила еë Гриммилин, — мы заберëм ингридиент, а потом Хака передаст его Фиру. Чего сразу паниковать-то?

— А если застукают?

— Да не должны. Хака уже на который раз вместе с ней во дворец летает – и ничего!

— Так заметят же, что у неë что-то в лапах есть!

— Да кто заметит-то? Вся прислуга во дворце теперь ошивается, по двору кроме охраны никто сильно-то и не ходит, так что...

— Вот именно, охрана ходит! Я считаю, это большой риск! — протестовала Идоксия. — Фиру, а ты-то чего молчишь?

— А?

— Б! Ты где опять витаешь? Опустись на землю в конце-то концов!

— Доси, угомонись, пожалуйста! Фиру сегодня не до этого, — заступилась за девочку Эль, подойдя к ней и положив руки ей на плечи. Жемчужновласка лишь опустила голову.

— Фиру, иди к себе, отдохни, — поддержала подругу Гриммилин.

— Я позову, как ужин будет готов, — слегка подтолкнув еë в сторону лестницы, сказала напоследок Рекидзоко и сердито посмотрела на Франгельс.

— Ладно, ладно, извиняюсь, — вздохнула она, и они продолжили обсуждать план действий. Фири же молча поднялась на второй этаж и уединилась в своей комнатке.

«Зачем я только послушала эту каргу старую? — откинув голову к двери, спросила саму себя девочка. — Мы бы могли избавиться от Паланшель раз и навсегда, но нет же, я решила довериться сестре убийцы моей семьи...!»

Голова еë была забита самобичеванием. Скатившись по двери на пол, она обняла свои щедушные* колени и уткнулась в них лицом. Ксуфирия ругала себя за то, что дала принцу в качестве подарка одну из своих серег-оберегов, что вовсе не были предназначены для украшения внешнего вида, а для защиты от колдовских чар. Так как яд, которым они планируют убить семью Паланшель, действует исключительно только на носителей сумрачных генов, то он подействует только на императрицу и еë сына, а все остальные гости останутся целы и невредимы. Но благодаря оберегу Фиру принц останется в живых, то есть их операция частично провалится. Хоть Эйси Ясуморо и говорила, что не каждый камень из пещеры Саготаго будет оберегать колдуна от чужого колдовства, всë-таки имелись некие нюансы по этому поводу, которые были подробно изложены в одной из книг из библиотеки Гриммилин. Там написано, что хозяин «парных оберегов», то есть раздвоившегося камня, может отдать кому-то половинку вне зависимости от того, человек это или колдун, и он будет защищать его так же, как и изначального хозяина. У Фиру как раз он раздвоился, но это не она решила отдать вторую половинку Керо – это ей посоветовала Вереса Ракмадоке, явившаяся к ней во сне как раз в ночь дня рождения принца.

— Зачем я тебя послушала? — увидев перед собой беловолосую женщину, спросила она. Раз она еë видела, значит, девочка уснула прямо у порога комнаты.

— Кто знает, — не дала ей точного ответа Вереса, — но ты поступила правильно, подарив ему оберег.

— Правильно? — разозлилась Ксуфирия. — Если бы я тебе не доверилась, то его бы уже завтра не стало, чего мы и добивались!

— Возможно, но ты же от чего-то решила довериться мне, — ухмыльнулась женщина. Фиру была готова придушить еë. — Вот тебе мой совет: продолжай верить мне – и ты больше не будешь жалеть ни о чëм.

— А если я не захочу?

— В таком случае ты сама себе выроешь могилу, — сказала она, видя на детском личике призрение. — Я видела твоë будущее и знаю, что для тебя будет лучше, что будет лучше для нас обеих, иначе бы я не возилась с тобою.

— Знаешь, почему-то меня это ни капли не успокаивает, — выдохнула беловласка, поднявшись на ноги. — Я не знаю, что ты там видела, но мысль довериться тебе ни на секунду не покидает меня, поэтому я не нахожу другого решения, кроме как поверить тебе.

— Хах, ещё бы тебе мне не доверять, — усмехнулась. — Как-никак по твоим жилам течëт моя кровь, что будет всегда вместе со мной подсказывать тебе верное решение. Разум может ошибаться, но кровь – никогда – помни это, Ксуфирия.

*Щеду́шный — тощий, худой, изнурëнный, слабый.