Прощение - выход | Турбо.

Разговаривать с Валерой Аля конечно же не стала, хотя обещала об этом Вахиту, который в свою очередь намеревался поговорить с сестрой.
Обида брала верх, поэтому даже видеть его сил у Аллы не было. Один вопрос мучал ее: как он мог поверить Ефремовой?

За столом все также стояла веселая атмосфера, музыка, разговоры, поздравления и смех. Суворовой приходилось надевать маску радости, пока она находилась в этой огромной компании напротив кудрявого парня.

— Аль, хочу поздравить тебя с твоим совершеннолетием, пусть у тебя все будет хорошо, чаще улыбайся и приходи к нам, — произнес Андрей, а после добавил, — всё еще люблю тебя.

И тут улыбка с лица спала, брюнетка поставила бокал на стол и посмотрела в сторону Турбо, который пронзал взглядом Пальто.
Он встал из-за стола, врезал Андрею по челюсти, а после пошел на выход из квартиры.

— Валер! Зачем ты его ударил? — спросила Аля, стоя у двери и закрывая тем самым проход Туркину.

— А может ты тоже его любишь? М? — на ухо спросил он, после отстраняясь от нее и глядя в голубые глаза. — Может поэтому ты всегда ненавидела меня, а после решила просто побесить его, чтоб он ревновал тебя?

— Что ты несешь? — спросила она и была отодвинута от прохода, после вслед крича, — Валер! — что эхом раздалось по лестничной клетке.

Слезы полились градом, размазывая под глазами тушь и карандаш для глаз. Присев на корточки, девушка плакала, пока остальные не подозревали и веселились в гостиной под песню «Розовый вечер».

— Алюш, что случилось? — появился в коридоре Андрей, который тут же подошел к Суворовой и присел рядом с ней.

— Уйди, Андрей! Вообще не подходи ко мне, я тебя очень прошу! — сорвалась та и оттолкнула парня от себя, убегая из квартиры, забрав с собой сапоги.

Брюнетка бежала по улице, поглядывая по сторонам, сворачивая во дворы, где горели фонари, иногда мигая. Шла мимо машин, которые ослепляли светом фар. И через час села на какой-то лавочке, не переставая рыдать.

Алла сама не заметила, как зашла в чужой район, где к ней подошел парень. Русые волосы, веснушки, голубые глаза, высокий рост. Он был симпатичным. В нем она узнала своего одноклассника, который всегда относился к ней с уважением и добротой, зная кто ее братья и с кем она ходит.

— Алла Кирилловна, и что ж ты забыла у нас на районе в такое время? — подошел Паша, усевшись рядом и только после этого замечая слезы на ее лице и потертый макияж, — чего плачем, именинница? Радоваться надо, — улыбнулся он.

— Я не заметила, что уже не в своем районе, я уйду, — произнесла та и поплелась в обратную сторону, откуда и пришла.

Он не стал ее догонять, а просто проследил взглядом до тех пор, пока она не скрылась в темноте дворов.

Пока Суворова бродила, ее по улицам искали уже все гости, кто оставался в квартире после ее ухода. Каждый разошелся по двое или по одному в разные стороны.

— Аль! Аля! — кричала Айгуль, шедшая рядом с Маратом, — господи, ну куда она ушла, — переживала подруга.

— Найдется, никуда она не денется, — пытался успокоить Марат и девушку, и себя. — Аля!

— Вот и на кой черт ты вообще начал что-то говорить? — дал подзатыльник Андрею Сутулый, — знал же, что и Валера, и Алла только и умеют, что орать и пылить!

Суворова услышала крики с левой стороны и пошла вправо, смотря под ноги и уже сильно замерзая в одном тонком платье. Ключей от дома не было, поэтому она никак бы не попала туда, смысла идти домой пока что нет.

— Алечка, куда ты ушла? — подбежала к ней Наташа, рядом с которой был Вова.

Девушка стояла в объятиях кудрявой и не пыталась как-то оправдаться своему уходу. Наташа сжимала подругу в своих объятиях что-то лепеча себе под нос.

Вова снял куртку и накинул на плечи сестре, сразу начиная уводить ее в сторону дома со словами о том, чтобы она так больше не делала.

— Он мне не верит, — тихо сказала Алла, смотря себе под ноги и шоркая каблуками по мокрому асфальту.

****

— Увижу, в фанеру получишь так, что потом год из больницы не вылезешь! Ты меня услышал? — орал на кого-то по телефону Вова, заставляя сестру подслушивать.

— Ты с кем? — спросила Аля, встав в проходе своей комнаты, — кому собрался лицо расквасить?

— Турбо, — отстраненно ответил брат и ушел в свою комнату, закрыв дверь, давая понять, что заходить не нужно.

— Господи, еще этого не хватало, — пробубнила Суворова и ушла в свою комнату, рухнув на кровати, — с днем рождения, Алюшка, — сказала она самой себе и закрыла лицо руками.

На утро в доме никого не оказалось, что слегка расстроило девушку. Но включив магнитофон, все мысли ушли в другую сторону. Пританцовывая под песни Ласкового мая, брюнетка готовила себе завтрак, совсем забыв про Валеру.

Стук в дверь, затем звонок, и так продолжается.

— Кого принесло? — недовольно прошипела Алла и открыла дверь, сначала спросив, а уже после смотря на того, кто пришел, — Что надо?! — и увидела Турбо.

— Зачем ты пришел? Катись к Лизе, раз ты веришь ей, и думаешь, что я с тобой ради ревности Андрея! — разозлилась голубоглазая, которая буквально пять минут назад была спокойна как никогда.

— Аль, я не знаю, что на меня нашло. Прости меня, — начал он, но тут же получил подзатыльник со словами:

— Пацаны не извиняются.

— Перед тобой можно, — ответил он и опустил голову, чувствуя вину за свои слова и испорченное настроение в праздник, — пока не простишь, я отсюда не уйду. Буду ждать тебя здесь.

— Да пожалуйста, — усмехнулась Алла и закрыла дверь, оставив кудрявого с той стороны.

Где-то через два с половиной часа девушка собралась гулять с Яной, которая сегодня решила прогулять университет также, как и Алла школу. Только она открыла дверь, как на лестнице увидела Валеру, от которого пошатнулась назад от неожиданности, но после приняла маску безразличия и ушла по ступенькам вниз.

Туркин не стал сидеть в подъезде и поплелся за обиженной девушкой.

— Аль, ну прости ты меня. Да, я мудак, ты же тоже не ангел! — кричал он ей вслед, когда она ускорила шаг, сворачивая за угол на место встречи, — хотя для меня может и ангел.. — задумался он.

— Ты так и будешь все время ходить за мной и Яной? — спросила Суворова, повернувшись к нему лицом и продолжая идти, но уже спиной в нужную сторону. — К пацанам иди!

И он правда пошел в качалку, где сразу получил в фанеру от Адидаса, со словами:

— Я тебе за нее бошку откручу! Еще раз такой выкидон, пизда тебе! Понял меня, нет?

— Понял, Вов, понял, - вздохнул Валера и ушел к тренажерам.