Живя любовью

Хантер

Я сижу в конце аудитории, рядом со мной уселся Эдриан и Эйден. Они уже всю лекцию долбят меня, спрашивая, почему я не общаюсь со Стэнфордом, который сидит сейчас на третьем ряду вместе с Клэр. Я молча сижу и периодически увиливаю от вопроса. Когда звенит звонок, быстро собираю свои вещички и сваливаю из кабинета под возмущения профессора, не договорившего задание на дом. Он всё равно забудет о нём, а потом ещё и не добавит в тест.

Печатаю сообщение Габи, информируя, что жду около её шкафчика. Как же я ненавижу эти толкучки на переменах. Все спешат, толкаются, хер кладут на остальных, ведь им нужно быстро попасть в аудиторию. Люди, у вас целых пятнадцать минут перерыва! Я, например, не торопясь иду к нашему с Габи месту встречи, тем более мне недалеко то идти.

Как только дохожу до шкафчиков, облокачиваюсь плечом о дверцу и достаю телефон, пролистывая новости в браузере, до которых мне, по сути, нет дела, но просто нужно чем-то заняться, пока Габи плетётся ко мне. У нас ещё и общая лекция сейчас, так что пойдём до аудитории вместе.

– Я уже здесь, – запыхавшись, произносит Габи и целует меня в щёку. Я прячу телефон, осматривая её. – Хочу познакомить тебя кое с кем.

Габи разворачивается назад, а затем оглядывается по сторонам.

– А этот кое-кто видимо не хочет, – усмехаюсь я, понимая, что с Габи никто не пришёл.

– Она же шла за мной. Странно, – немного расстроившись, говорить девушка, и я обнимаю её за плечи, начиная идти.

– И как зовут эту сбежавшую? Она теперь твоя новая подруга? Надеюсь, моя не новая сводная сестра? – спрашиваю, намекая в последнем вопросе на Элмера и Еву.

– Её зовут Мэдисон. Да, мы познакомились на одной из лекций. Может, ты видел когда-то её? – Габи поднимает голову, заглядывая мне в глаза. – Она точно должна была присутствовать вместе с нами.

Я пожимаю плечами.

– Знаешь, сколько по университету таких Мэдисон ходит? Так, что понятия не имею, кто она. Может видел, а может и не видел. Если она захочет познакомится, но очевидно, что нет, только тогда я тебе и скажу свой ответ.

Габи кивает и опускает взгляд в пол. Я забираю её сумку, полную каких-то учебников, и беру за руку, сплетая наши пальцы.

Мы заходим в кабинет, и Габи вновь ищет свою подружку. Чуть расстроившись, она проходит на второй ряд, а мне остаётся только молча сесть рядом. Чтобы хоть как-то поднять её настроение, нахожу смешное видео и показываю ей. Видя улыбку Габи, чувствую на душе спокойствие. Прижимаю девушку к себе и покрываю короткими поцелуями всё лицо, отчего она начинает смеяться. Задерживаю губы на её ране и прикрываю глаза.

– Мы обязаны найти его, – уверенно шепчу я, а Габи кивает.

– И найдём.

– Нам уже через две недели ехать на свадьбу. Как оставить здесь учёбу и Неизвестного? Боюсь, что он и поездку испортит.

– На счёт учёбы нам папа поможет. Не исключено, что Неизвестный поплетётся по нашим пятам и сделает ещё одну гадость. Мы постараемся разрулить ситуацию.

– Надеюсь на это.

Отсидев на всех предметах по расписанию, не спешим ехать домой и заезжаем на побережье, чтобы недолго посидеть около моря. Песок ещё мокроват, но я расстилаю плед, а второй отдаю Габи, чтобы она не замёрзла.

– Как думаешь, стоит ли позвонить Стэнфорду? – задаю вопрос, смотря прямо на море.

– Если ты уверен, что он не виновен и тебе действительно хочется возобновить с ним общение, – выдаёт свой ответ Габи и поворачивает голову.

– Я реально скучаю по нему, – признаюсь я, заглянув девушке в глаза, – и с каждым днём убеждаюсь всё больше и больше в его невиновности. Ежедневный анализ постоянно приводит меня к тому, что Стэнфорд – не Неизвестный. Надеюсь, он поймёт меня. Мне пришлось поверить в очевидные доказательства с этим долбаным телефоном. Моя уверенность в нём растет, ведь по сути не было бы этой кражи Брайена, да и мистер Ривз бы заподозрил его, проследил за движением. Стэнфорд чист, а я повёлся на уловки настоящего Неизвестного, снова проиграл, и я признаю всю свою вину.

– В первую очередь виноват сам Неизвестный, но не ты, – медленно, но твёрдо говорит Габи, беря меня за руку. – Любой бы на твоём месте так отреагировал, Хантер. Ты не должен корить себя за сбитую дорогу.

– Я всё равно должен извиниться перед ним.

Габи молча соглашается со мной, обнимает и накрывает частью своего пледа. Она тянется к моему лицу, и я помогаю ей, немного склоняясь. Мы сливаемся в поцелуе. Этот момент сразу даёт мне спокойствие. Прервавшись, я двигаюсь к середине пледа и тяну к себе Габи. Она садится на свои колени между моих ног и приближается к лицу. Её пальцы замирают на шее, обрывающееся дыхание опаляет губы, а яркие глаза пронизывают до глубины. Провожу ладонями по талии, останавливаясь на бёдрах. Габи опускает глаза, и только тогда я поддаюсь вперёд и целую.

Мы никак не углубляемся и не раздеваемся. Просто наслаждаемся друг другом, растягивая момент, а после сидим в обнимку, курим и смотрим на бушующие волны.

– Ты задумывался о переезде? – интересуется Габи, взглянув на меня.

– Не сказать, что думал, но иногда представлял себя в другом городе, представлял, как живу в другом ритме.

– И как?

– Ничего лучше Нью-Йорка для меня нет. Я всё-таки родился здесь и образ жизни в шумном городе мне привычней. Какой-нибудь поменьше город покажется для меня скучным. В Нью-Йорке творится много херни за день. Здесь можно хорошенько развлечься. А ты что, присмотрела себе новый городок раз спрашиваешь?

– Нет. Просто стало интересно. Я бы просто путешествовала, а жить осталась в одном месте. Не важно где, главное, чтобы я чувствовала себя уютно, – поясняет Габи, замотавшись в плед.

– И как тебе в Нью-Йорке?

– Хорошо. Стало. Сначала этот город казался мне большим и непонятным, но с каждым днём, познавая его, я привыкала и влюблялась в него. Плюс моя любовь к тебе окончательно привязала к Нью-Йорку, в хорошем смысле.

– Хотела бы ты вернуться в свой родной город? К старой жизни?

– Там тоже было хорошо, но по-другому. В том городе я провела всё своё детство, поэтому эмоционально я и к нему привязана, но постоянно жить там, до самой старости, не смогу. Я поступала в университет в Нью-Йорке не для того, чтобы вернуться обратно к родителям и работать в магазине папы. Мне нужно передвижение в своей жизни, а большой город – хороший старт для этого.

– Стечения обстоятельств помогли тебе быстрее продвинуться, – произношу я, улыбаясь и с нежностью глядя на Габи. Она отвечает мне той же улыбкой и кладёт голову на плечо.

Просидев на песке порядка час, завожу Габи домой, а сам решаю съездить в братство, чтобы поговорить со Стэнфордом. На самом деле, я волнуюсь, понимая, что сейчас встречусь с другом. Мне стыдно, я посчитал его Неизвестным, но у меня не было доказательств в его защиту.

Припарковавшись у обочины, иду к дому и проверяю, закрыта ли дверь. К моему счастью, парни не закрылись, и я без проблем попадаю внутрь. По пути к лестнице, заглядываю в гостиную и попадаюсь на глаза нескольким ребятам, которые раннее помогали мне с поиском Неизвестного. В числе сидящих на диване замечаю Джейкоба. У всех удивлённые, а затем радостные взгляды. Я подхожу к ним и поочерёдно здороваюсь, пожимая руки.

– Как ты, Джонсон? Что это решил вернуться к нам? – задаёт вопросы Джейк.

– Нормально. Я приехал к...Стэнфорду. Ты помнишь, что было здесь, когда я приезжал сюда в последний раз, – хмыкаю, опустив глаза.

– М-да. Всё-равно мы рады, что ты вернулся. Как поиски?

– Потихоньку. Нашли помощь со стороны.

– Это тоже хорошо. Ладно, не буду задерживать. Стэн у себя в комнате.

– Спасибо, – я киваю и вновь пожимаю парню руку.

Поднимаюсь на второй этаж и размерным шагом иду к двери Форда. Несколько раз стучусь и чуть отступаю назад. Когда парень видит меня перед собой, на секунду замирает. Я неловко развожу руки в стороны.

– Простишь лучшего друга? – спрашиваю, улыбнувшись.

– Конечно, – посмеявшись, отвечает он. Мы обнимаемся, по-дружески хлопая друг друга по плечу. Отстранившись, Стэнфорд указывает рукой на комнату и говорит: – Проходи, поболтаем.

Кивнув, переступаю порог и иду к кровати, присаживаясь. Я прокашливаюсь и начинаю первый свою речь:

– В общем, хочу извиниться за то, что обвинил тебя в том, чего ты не делал и кем не был. Я действовал на эмоциях и, сам понимаешь, такие доказательства, которые я к тому же нашёл тогда у тебя в комнате, безусловно ставили меня под сомнение. Сейчас же мы работаем с сыщиком, который уверен в твоей невиновности, да и я это начал понимать спустя время. Просто мне нужно было обо всём подумать и теперь я готов поговорить с тобой и возобновить наше общение, ведь ты мне, как брат, который всегда рядом, в любой ситуации.

– Я понимаю все твои поступки и никак не обижаюсь. У нас такое время, что сложно кому-либо доверять, а тут Неизвестный подставил и меня, и тебя, разведя по разные стороны. Всё нормально. Я просто счастлив, что ты быстро разобрался и понял, кто враг, а кто ближний.

Я смотрю на него с благодарностью

– Да. Ты не представляешь, что я успел пережить за эти дни, – вздыхаю и складываю руки в замок.

– Что-то серьёзное? – взволнованно спрашивает он, и на душе становится тепло. Я не ошибся в нём. Стэнфорд – лучший друг, которого я когда-либо мог иметь.

– Сначала Брайен попал в больницу, а через несколько дней его украли, – начинаю я и делаю паузу. Стэнфорд ужасается, раскрыв глаза. – А потом, пока я уезжал, чтобы купить машину, к нам в квартиру проникли, подложили Брайена и отключили Габи, нанеся удар по голове.

– Офигеть! Как такое вообще возможно?

– Я тоже так думал. Мы наняли сыщика, и он по камерам проследил за девушкой, которая украла сына, но она где-то скрылась, да и лица не было видно. Так и не узнали, кто она. Может, нам повезёт как-то, и мистер Ривз, наш сыщик, сможет найти новые детали.

– Надеюсь, что найдёт. Это всё ужасно, – Стэнфорд качает головой и выдыхает. – Брайен не пострадал? Ран не было? А как Габи?

– С Брайеном всё хорошо и с Габи тоже. У неё просто небольшая рана, а в целом она в порядке.

– Даже нет слов всем поступкам Неизвестного. Каждый его шаг пропитан ненормальностью. Этого человека нужно сажать не в тюрьму, а в психушку.

– Я согласен с любым из двух мест, главное, чтобы он получил за всё содеянное. Хотя настоящий Неизвестный, уверен, уже сидит за решёткой. Просто он нанял себя нового и управляет им, как марионеткой. По-другому у него связи со мной и не будет.

– Верные мысли, – соглашается Стэн, кивая.

– Ты что-то делал до моего прихода? – задаю вопрос, оглядываясь на бумаги позади себя.

– Да, голова забита этим выпуском и темой для дипломной работы. Хочу начать писать её, чтобы потом к концу года не строчить текст, сломя голову и паникуя, что не успею сделать.

– Это предстоит делать в следующем году. Даже не хочу думать, – хмыкаю и прикусываю губу, осматривая комнату. – Не хочешь выпить?

– Ты читаешь мои мысли, – смеётся Стэнфорд. – Пошли вниз к ребятам. У нас в холодильнике что-то оставалось.

Оказывает под «что-то оставалось» подразумеваются: три бутылки водки, одна бутылка рома, текила и ящик пива. Выбор в выпивке есть, и мы начинаем с водки. Нас много, поэтому две бутылки уходят довольно быстро. Не замечаю, как начинаю перебирать с алкоголем. Мы с парнями болтаем, громко смеёмся и без остановки вливаем водку.

– Вот вы когда-нибудь задумывались о том, зачем мужикам соски? – медленно спрашивает один из «братьев», сидя на стуле и слегка пошатываясь.

– Чувак, ты не представляешь, как меня мучает этот вопрос, – поддерживает его второй, и уже все начинают болтать о мужских и женских сосках, а потом мы переходим и на растительность на теле и на то, стоит ли всё сбривать или нет.

Мужские разговоры – это пучина, в которой можно повязнуть, ведь мы обговорим любую, казалось бы, тупую тему, а потом переключимся на ещё более странную и обсудим ещё её.

– Мы уже за столько всего выпили, а теперь я хочу выпить за моего друга – Хантера Джонсона, – поднимая рюмку с водкой, говорит Стэфнорд. – Мы познакомились, когда он был на первом курсе, и так идём вместе, через любые преграды.

– Бро, мой следующий тост точно будет посвящён тебе, – обещаю я, и чокаюсь с ним, а затем со всеми остальными ребятами.

Когда стрелка часов переваливает за одиннадцать, Габи звонит мне. Я выхожу из кухни, чтобы разговоры парней не были громче меня.

– Хантер, где ты пропал? Когда приедешь? – обеспокоено спрашивает моя детка.

– М-м, в братстве я. Где же ещё могу быть, сладость моя? – я упираюсь рукой в стену, чтобы держать равновесие.

– Ты пьян?

– Почему сразу пьян? Просто чутка выпили с парнями. Вот сидим болтаем сейчас, – оправдываюсь, стараясь быть более-менее в нормальном состоянии. Слышу её тяжёлый вздох.

– И как ты поедешь домой в таком состоянии?

– Я могу остаться здесь, – предлагаю решение. – Мы так хорошо сидим с парнями. Я помирился со Стэнфордом. Всё прекрасно, детка.

– Как ты завтра поедешь в университет со своим похмельем? – укоризненным голосом интересуется она.

– Уф, вопросы, вопросы, бла, бла, бла. Обычно, Габи. Встану и пойду. Не впервые иду на учёбу с головной болью.

– Так, ладно. Оставайся там. Главное, приди завтра и не пропускай лекции. Это скажется на твоей учёбе.

Я закатываю глаза.

– Всё, детка. Увидимся. Целую. Спокойной ночи.

– Целую.

Прячу телефон и возвращаюсь к ребятам, как раз попав под новый разлив.

Следующим днём просыпаюсь от назойливого рингтона. Разлепляю глаза и нажимаю на принятие вызова.

– Ты обещал мне! – первое, что слышу, и морщусь от пронизывающего голоса Габи.

– Не кричи так, детка, – умоляю я, хрипло отзываясь. Переворачиваюсь на спину и смотрю в потолок.

– Закончилось второе занятие, а тебя всё ещё нет. На сообщения не отвечаешь, взял телефон лишь с шестого моего звонка. Ты нормальный? Мы вчера договаривались, Хантер, – отчитывает меня Габи, пока я без эмоционально лежу, пытаясь прийти в себя после вчерашней пьянки.

– Прости меня. Мы чутка перебрали. Наверное, будильник не сработал, вот и не проснулся. Я обязательно буду в универе. Жди меня.

– Я в столовой. Тебе повезло, что перемена будет длинной.

– Люблю тебя, – более бодро говорю я и посылаю ей поцелуйчик.

Закончив разговор с Габи, заставляю себя подняться с кровати и пойти к Стэнфорду, чтобы разбудить его, но этот говнюк уже пришёл из душа и переодевается в новую одежду.

– Как голова? – спрашивает друг.

– Жить можно, но таблетка не помешает, – потирая виски, отвечаю.

– Возьми у меня тумбочке. Очень помогают после весёлой вечеринки.

– Спасибо.

Я нахожу ту самую таблетку и запиваю её пол литровой бутылкой воды, которая стояла на тумбе.

– Надо срочно в универ гнать. Габи уже злая, – произношу я, направляясь к выходу.

– Тогда быстро собирайся. Жду внизу.

Умывшись и надев вчерашнюю одежду, спускаюсь на первый этаж и вместе с другом иду к своей машине. Я одолжил у парня очки, так как выгляжу похуже Стэнфорда. У него обычно никогда не бывает кругов или мешков под глазами после хорошей пьянки или недосыпа, а вот я страдаю этим.

По прибытию в университет прощаемся и расходимся в разные стороны. Я иду в столовую, где должна быть Габи. Среди учеников нахожу её за столом около окна. Она сидит с какой-то девушкой, а когда видит, как я приближаюсь, начинает сиять. Снимаю очки и склоняюсь к ней, целуя.

– Привет, – тихо шепчу ей в губы.

– Привет. Я соскучилась. Садись, – радостно говорит она и указывает рукой вперёд. – Как раз познакомлю тебя с Мэдисон.

Я поворачиваю голову, и моментально ловлю замешательство в этой девушке, а потом и сам начинаю испытывать его. Дальше наступает просто ступор. Вглядываясь в лицо, я с каждой секундой начинаю осознавать, кто она, и это приводит меня всё в больший и больший шок. Девушка тоже явно напугана.

– Мэдисон значит, – медленно произношу я, встречаясь с ней взглядом. Она моргает, выравнивается.

– Хантер.