Живя любовью

«Ты снова провалился, Джонсон. Потерял былую ловкость» – именно это я сейчас прочла с экрана телефона Хантера. Неизвестный объявился. Конечно, рано или поздно он бы вновь дал напомнить о себе, но в этот раз он выбрал крайне жестокий способ – кража ребёнка. Если подумать, то этот парень заработал довольно много уголовных статей. Будет в радость, когда мы найдём его и увидим, как сажают этого урода за решётку.

Лишь спустя пятнадцать минут я уговорила Хантера подняться на ноги и сесть на лавочку, после чего ему и пришло то сообщение. Мы приняли общее решение и поняли, что нужно звонить мистеру Ривзу и просить его приехать сюда.

– Хантер, – слышится сбоку от нас женский голос. Я поворачиваю голову и вижу Камилль.

Парень поднимается, а француженка бросается в его объятия вся заплаканная, в слезах. Она говорит что-то неразборчиво для меня, перемешивая английские и французские слова.

– Нет, это не твоя вина, – отвечает Хантер. Очевидно, он понял всё. – Обещаю, мы всё вырулим. Брайен будет в порядке.

К нам в коридор выходит мужчина в полицейской форме. Теперь моё внимание сосредоточенно на нём.

– Вы мистер Джонсон, я так полагаю? Отец Брайена Джонсона? – задаёт он вопросы, смотря на Хантера.

– Да. Вам нужна информация от меня?

– Именно. Прошу пройти в палату, – полицейский указывает рукой на дверь, приглашая Хантера.

Мы пересекаемся взглядами, и парень уходит вместе с копом. Камилль вытирает слёзы и садится на то место, где до этого сидел Хантер.

– Они уже допросили персонал? – интересуюсь я.

– Да. Потом собираются смотреть видеозаписи, – кивнув, произносит Камилль и утыкается в свои ладони, вновь заплакав.

Я вздыхаю, обвожу взглядом коридор и всё-таки подсаживаюсь ближе к девушке, приобняв её за содрогающиеся плечи. Она рыдает, постоянно повторяя, что виновата во всём и что является плохой матерью. Даже не знаю, что сказать в такой ситуации. Слова ободрения явно не к чему.

Через десять минут выходит Хантер и одновременно с ним приезжает мистер Ривз. Мы здороваемся, он кивает Камилль, и смотрит на меня.

– Вам повезло, что я был недалеко от этой больницы.

– Вы правы, – соглашаюсь я.

Мистер Ривз отходит вместе с полицейскими на разговор, а Хантер приближается ко мне, потирая виски.

– Было много вопросов? – спрашиваю у него, положив ладонь на спину.

– Очень много, – фыркает он и переводит взгляд на Камилль. – Нам сказали ехать домой. В скором времени свяжутся, а пока остаётся ждать.

Камилль понимающе кивает и встаёт. Мистер Ривз подзывает к себе Хантера, и они вчетвером что-то недолго обсуждают. Когда парень возвращается к нам, мы направляемся к лифту. Никто из нас не решается заговорить первым, поэтому до самой парковки мы молчим.

Хантер помогает сесть Камилль на заднее сидение, захлопывает за ней дверцу и собирается обходить автомобиль, но я останавливаю его и заглядываю в глаза.

– Что тебе сказали?

Хантер бросает взгляд на Камилль через окно и понижает голос:

– Мистер Ривз договорится с полицейскими о сотрудничестве. Он уверен, что записи с камер будут интересны на улики. А я хочу добавить, чутьё его ни разу не подводило.

– Посмотрим. Не думаю, что Неизвестный настолько глуп, если засветится на камерах, но раз мистер Ривз имеет предположения, то так тому и быть, – я пожимаю плечами и открываю переднюю дверь с пассажирской стороны. – Потом обсудим ещё.

Хантер кивает и обходит машину. Приезжаем к Камилль, но не поднимаемся в квартиру, объяснив тем, что у нас ещё личные дела. Хантер обещает, что заедет либо сегодня вечером, либо уже завтра. Девушка, конечно, не рада такому развитию событий, но без вопросов покидает наше общество.

Теперь мы едем в магазин за продуктами, так как холодильник и шкафчики практически пусты. Как бы плохо мы себя не чувствовали, покупку еды никто не отменял.

– Ты теперь не уверен в предательстве Стэнфорда? – спрашиваю, немного удивив Хантера своим вопросом. Он продолжает катить тележку между рядов, просматривая соусы.

– Не знаю. Мне нужны точные доказательства его непричастности ко всему, что крутится вокруг Неизвестного. Найденный мной телефон в его комнате о многом говорит, правда? Но одновременно с этим не верится, что мой друг оказался врагом.

– Я понимаю, ты запутался, – начинаю, беря с полочки макароны. – Только у любой истории есть три стороны – это моя, твоя и правда, как говорится. Так и со Стэнфордом. Есть твоя позиция, его и настоящая. Возможно, ты сможешь, а может мистер Ривз поможет нам понять, что к чему.

– Я уже не знаю, как разорваться. Ещё и Брайен пропал. Я не представляю, что сейчас с ним происходит, – Хантер останавливается и поворачивается ко мне. – Вдруг к нему плохо относятся? Как долго мы будем его искать? Найдём ли вообще? И будет ли он жив? Столько вопросов, Габи, и все без ответа.

Я кладу ладонь поверх руки Хантера и вздыхаю.

– Нужно проявить лишь терпение. От нас ничто не зависит. Придётся просто сидеть и ждать ответа. Мы можем предпринять попытки самостоятельно найти Брайена, но приведут ли они к ожидаемым результатам? Этого мы сказать точно не можем.

– К сожалению, – кивает Хантер, погрустнев.

– К сожалению, – повторяю я.

После похода в продуктовый, мы устраиваем себе вечер отдыха. Хантер включает интересный по сюжету фильм, пристраивает голову на моих ногах и полностью расслабляется. Я перебираю одной рукой его волосы, а другой достаю из упаковки чипсы. Давно мы не проводили так остаток дня. Уже и не помню, когда в последний раз нам доводилось смотреть вместе телевизор. Именно поэтому я сейчас наслаждаюсь моментом, предполагая, что не в скором времени нам удастся всё повторить.

– Они так просто показывают поиски людей, словно нужно лишь пять мнут, чтобы вычислить местоположение, – недоумевает Хантер.

– Фильмы на то и есть фильмы, чтобы отгородить от реальности, – спокойно отвечаю, поглаживая голову парня.

– Правда, они заставляют сравнивать мою жизнь с несуществующими героями, – на выдохе проговаривает он.

– Не думай о глубоком, Хантер. Просто позволь себе отдохнуть, – прошу я, проведя ладонью по его плечу.

– Сделай мне массаж, – тихо произносит Хантер, посмотрев на меня, и добавляет: – пожалуйста.

– Хорошо, – не задумываясь, соглашаюсь я и откладываю упаковку чипсов. Хантер спускается на пол, снимает футболку и устраивается между моих ног. Кладу руки на его плечи и массирую, стараясь делать и приятно и с пользой.

– Не бойся давить сильнее, – подсказывает он, и из его рта вырывается тихий стон. Добавляю силу, не переставая разминать плечи и шею Хантера.

– Ты очень напряжён, – подмечаю я. Его мышцы достаточно твёрдые и не податливые, будто он специально напрягся.

– Я максимально расслабился, если честно.

– Ничего страшного. Всё нормально, – я целую его в макушку и перевожу взгляд на телевизор.

Когда финальные кадры фильма переходят в титры, я ухожу в ванну, чтобы набрать горячей воды. Чищу зубы и умываюсь для быстрого течения времени. Хантер стучится в дверь и просит разрешения войти. Я вытираю лицо полотенцем и пропускаю его.

– Хотел узнать, будешь ли ты...

Хантер не договаривает, так как я тяну его к себе и, смотря прямо в глаза, снимаю с него домашние штаны вместе с боксёрками.

– Что ты хочешь сде...

Снова обрываю его, приблизившись к губам:

– Просто молчи. Я всё сделаю.

Хантер усмехается и поднимает руки вверх. Я закрываю дверь для задержания пара в комнате и быстро избавляюсь от своей одежды. Залезаю в ванну и перекрываю кран, горячая вода перестаёт течь. Взяв Хантера за руку, подвожу к себе и говорю залезть ко мне. Мы удобно садимся, я откидываюсь на грудь парня, и закрываю глаза, пока он нежно водит пальцем по шее, груди и животу.

– Только представь, в такой же, казалось бы, на первый взгляд, сентябрь мы с тобой познакомились, – заводит Хантер разговор.

– Господи, это были мои самые неспокойные времена, – смеюсь я. – Меня так бесил ты и твоя компания.

– А как же Блейк? Ты ведь с ним первая встречалась? – вспоминает он, вызывая у меня ещё больший смех.

– Я уже и забыла. Это мне кажется ещё более далёким, чем осознание того, что мы практически год вместе.

– А ты ведь ему в любви признавалась.

– Я тогда запуталась, – пожимаю плечами и поворачиваюсь к Хантеру. – Помнишь наши посиделки у моря? Было холодно, а у тебя всегда были пледы.

– Помню, – он ухмыляется. – Ты не верила в наше притяжение друг к другу. Всё твердила, что будешь с Кроуфордом, что он твой парень, а я доказывал обратное, накрывая нас пледом и целуя тебя.

– И ты заставил меня поверить, – отвечаю я, глядя в глаза и возвращаясь на год назад в те самые моменты.

– А ты заставила меня поверить в мою любовь к тебе, – трогательно произносит Хантер и наклоняется, поцеловав меня. Я не могу не улыбнуться, чем заметно поднимаю парню настроение. Кладу голову на его грудь и просто слушаю ровное биение сердца.

Хантер

Этим утром я уезжаю навестить Камилль. Сейчас как никогда нам нужна поддержка. Всё-таки Брайен наш общий сын, а сплочённые родители уже много значат. От мистера Ривза никаких вестей, но я пока терпеливо жду его звонка.

Габи не захотела со мной ехать, оправдываясь тем, что будет убираться и стирать. Заставить её я не могу, поэтому сейчас еду один в машине. Сегодня на улице периодически срывается дождь, а небо заволокло тёмными тучами, отчего даже теряешься во временном пространстве. Кажется, будто не утро, а приближающийся вечер, пока в этот момент часы показывают обратное.

Добравшись по пробкам к дому, где живёт Камилль, паркую автомобиль поближе к подъезду и быстренько захожу внутрь, чтобы не промокнуть. Поднимаюсь на лифте, подхожу к квартире француженки и жму на дверной звонок.

– Привет, – встречает меня на пороге Камилль.

– Привет, – здороваюсь я и прохожу, разуваясь. Мы идём в гостиную, и девушка предлагает кофе, от которого я не отказываюсь.

Она уходит в кухню, а я сажусь на диван, ища в комнате какие-нибудь изменения, но ничего нового. Не думаю, что задержусь здесь дольше, чем на полчаса. Ещё и у Габи были планы. Она вчера говорила мне, что хочет познакомить своих родителей с моими. Как по мне, лучше проводить эту встречу, когда мы найдём Неизвестного и сможем спокойно зажить, чтобы не волноваться о другом. Нам бы хоть как-то выбраться в октябре на свадьбу Амелии, сестры Габи. Довольно много целей.

– Добавила молоко, как и просил, – передав чашку мне в руки, говорит Камилль и садится рядом.

– Спасибо, – я делаю глоток. – Полиция с тобой не связывалась?

– Пока нет. Представить себе не могу, где сейчас Брайен, – тихо произносит она и качает головой. – А что за человек вчера приходил? Он ещё с тобой и копами разговаривал.

– Частный сыщик, – я вздыхаю и ставлю чашку на стол. Стоит ли ей рассказать? Она как никак...семья? Слишком громко сказано. Просто она мать моего ребёнка. Если я хочу, то могу делиться с ней переживаниями. – Брайена не просто так украли из больницы.

– Почему ты так думаешь? Кому-то нужно было сделать это? Но ради чего? – не понимая, задаёт Камилль вопросы.

– Это всё прокручено было ради того, чтобы сделать мне больно, заставить рвать и метать, – отвечаю, опустив голову. – Есть один человек, который желает мне зла. Мы наняли сыщика, чтобы он помог найти того негодяя. Он уже достаточно долгое время портит мою жизнь. Из-за всего этого я чувствую себя виноватым за то, что безопасность Брайена под угрозой и что Неизвестный добрался и до него.

Камилль придвигается ко мне и холодными руками берёт мои. На её лице читается печаль.

– Не буду доказывать обратное, потому что ко всему ты имеешь отношение, как и я. Лучше бы я не оставляла Брайена в палате одного. Думала, быстро поговорю с доктором, подпишу бумаги, и мы уедем, но оказалось, что этих нескольких минут хватило, чтобы украсть ребёнка и скрыться.

Я обнимаю Камилль, потому что под конец своего рассказа она стала плакать, явно не раз ругая себя за совершённое. Вот и минусы молодых родителей – мы забываем, что несём ответственность за своего ребёнка. Это не просто наблюдать за ним, но и уметь что-либо предпринимать в той или иной ситуации.

– Я не могла уснуть, думала лишь о нём. У меня никогда так сердце не разрывалось от волнения, – признаётся Камилль, периодически шмыгая носом. Футболка на груди промокла от слёз девушки, но я продолжаю её обнимать.

– Понимаю тебя, – киваю и утыкаюсь носом в её волосы. – Я переживаю то же, что и ты. Но что бы ни случилось, я рядом. Мы будем преодолевать все этапы жизни Брайена вместе. Я же обещал тебе, помнишь? Мои обещания всегда выполняются.

– Я люблю тебя, – вдруг говорит Камилль, и моё сердце подскакивает от неожиданности, начиная быстро биться. Думаю, она услышала это. Я округляю глаза, пялясь в стену и думая, что стоит сделать.

Руки сами по себе расслабляются. Камилль поднимает голову, заглядывая в мои глаза. До сих пор чувствую стук в груди, мне становится не хорошо. Француженка кладёт ладонь прямо мне на сердце.

– Оно так стучит, – негромко комментирует она со слабой улыбкой.

Не давая мне шанса вдуплиться, Камилль приближается чуть ли не за миллисекунды и накрывает мои губы своими пухлыми и мягкими. Я шокировано раскрываю глаза и на рефлексе открываю рот, а Ками принимает это за согласие, валит меня на диван и с напором целует. Отодвигаю её за плечи, качая головой.

– Нет. Нет. Ты не так всё поняла, Камилль. Я не собираюсь целоваться с тобой, потому что моё сердце принадлежит другой, – объясняюсь ей, тяжело дыша, словно наш поцелуй был не три секунды, а целых тридцать.

– Раньше тебя ничто не останавливало, Джонсон. Ты даже умудрился несколько раз переспать со мной без презервативов. А сейчас боишься, что изменяешь своей подружке, невинно поцеловавшись с матерью своего сына.

Я рыкаю и переворачиваю нас, оказавшись сверху. Зажимаю запястья Камилль, на что она ухмыляется, наверняка думая, что я с ней играю, но я действительно раздражён.

– А теперь видишь во что вылилось моё «ничто не останавливало»? Я не собираюсь совершать старые ошибки. Мне хватило нашего расставания с Габи, поэтому, будь добра, перестань, нахрен, соблазнять меня, потому что я никогда в жизни не поведусь на эти гребаные уловки. Хоть разденься прямо передо мной, мне будет неважно то, как ты выглядишь. Придержи себя и своё тело для кого-то другого, для того, кто будет достоин тебя.

Поднимаюсь с дивана и направляюсь в коридор. С визитом я закончил. Больше мне здесь ничего не нужно.