Глава 22.
Моя семья, мой род издавно ставил опасные эксперементы на людях в надежде найти ответы на свои вопросы. Из поколения в поколения все что можно было сделать – они сделали. Неизвестно, кто из предков был первым, но наш род точно не имел ничего общего, что делало нас человеком. Ученые обнаружили у главенствующей семьи ДНК, которая не имела никаких сходств не с одним известным видом на Земле.
После таких открытий в ход пошел новый эксперемент "Нова", при которой все отпрыски главы не имеющие "выдающихся" способностей, считающейся закладом на будущее, пустили на расходный материал. "Эксперементальные кролики", как их называли, к ним относились хуже, чем с животными, под сильным давлением перед родом и их главы, и зачастую, дети, умирали весьма болезнеными способами.
Я была первой, кого еще в утребе матери заразили особой сывороткой, которой позже дали название – "Демонический яд", будущая основа множество опасных оружий и фундамент моего плана по уничтожению мира.
За мной, после убийства матери, поставили наблюдение в котором входили частые походы в нижнии лаборатории, где неоднократно эксперементировали со мной на различные взаимодействия с разными видами заклятий и проклятий. Они втыкали в меня иголки и вливали Демонический яд, но к счастью для меня, реакции не были, никакой. После этого меня оставили в покое на несколько лет. До самого рождения моей младшей сестры, которая родилась точно таким же способом, что и я.
Хината, так звали мою младшую сестру, была такой же, но в конце, когда после очередного похода в нижнии лаборатории, она потеряла память. Я не выдержала. Это была последней каплей!
Я не раз наблюдала за другими детьми главы и прекрасна понимала всю ту кашу, что заварила наша "семья" в котором все страдают, особенно невинные.
Тогда маленькая девочка для своих лет была еще наивной и понятия не имела о существовании морали, о добре и зле, и в конце-концов, о любви.
***
В кафе было необычное тихо, без постоялых поситителей, без криков и споров с Мики.
Без вечного ворчания Яманаки-сан.
Последнее, особенно взъелась в сердце, заставило все скрутить в тугой узел. Неприятный осадок после похорон все еще остался и настроение были наихудшими за все время моего проживания в этом мире. Даже Тсу сидит тихо и невысовывает свой нос куда попало.
За окном ярко светило солнце, но именно в такой момент хотелось закрыть зановески, чтобы не один луч света не проник в помещение и в поле моего зрения, чтобы не мозолил глаза своими противно светлими чуствами о тех днях проведенные вдали от прошлого.
Я в тупике.
Мысли хаотично стремились исчезнуть в общей массе серых будней, за быстро движущимися людьми, что шли по своим делам, уходя далеко от моего мирка. Маленькая Ацуши также смотрела на них, как я – на круговорот в котором варится общество со своими идеалами и безумными идеями. Они большие и страшные, от них пахнет кровью и похотью от которого сильно болела голова. Хотя, лишь в редкие моменты единицы общей массы выделялись и пахли они по-другому. По настоящему приятно.
За таких людей хотелось держаться ближе и глотать свежий аромат чистоты и непорочности мира, окунуться в их мире и увидить все, что видят они.
Что Ацуши могла в них увидеть?
И что я могу увидеть?
Что скрывается за способностью Лунного зверя?
Что скрывал директор приюта и кто стоял за той стороной и тихо наблюдал?
Вопросы мучают, не дают успокоится, а то что было моей болезнью – мигом обернулась в ключ к разгадке. Только к какой? Знала ли Ацуши о нем? Знала на что шла? И кто ее надоумил?
Кто такая Яманака-сан? Почему она передала кафе сиротке?
В будущем, когда все вопросы получать ответы, а я смогу вернутся домой, что скажет Ацуши? Она как Хината, только вот за невинной стоит что-то, что пока остается на дне темной впадины. Солнце оставляет тень, значит, тот кто светит оставляет за собой темный след?
Голова разболелась. Скорее я себя накручиваю, а мозг выдает полный бред. Галлюцинации мне до полного счастья еще не хватало. Лучше отлепится от столика и наконец, заняться нормальными делами, например, как позаботиться о Мики с ребятами и кафе, что перед смертью завещала Яманака-сан.
Опекуном до моего совершеннолетия стал Джиро-сан. Между прочим без моего ведомства! И когда они только успели? Наврятли я смогу приследовать навязчивые идеи и стремиться к целям. К чему это?
Новая жизнь в конце то концов, и я хочу прожить его как полагается подросткам моего возраста, то есть, ходить в школу, общаться, учиться, чтобы в будущем стать каким-нибудь офисным планктоном и ходить в юбке с разрезом. Возможно познакомится с парнем и выйти замуж, родить ребенка или детей, и зажить счастливо, чтобы под конец отдать эту жизнь в законные руки Ацуши. А я вернусь обратно в свой мир, либо сразу умру, выбора у меня и нет, а время не безгранично.
***
Гин с ребятами сидели дома на общем собрании без участия Иошайо и Мицуки и обсуждали дальнейшие планы на будущее которое вот-вот настанет. Акутогава стоял в сторонке и хрипел, недовольно смотря на балаган детей в котором затесалась младшая сестренка. Ему не нравилось, когда кто-то кричал в порыве чувств, готовый вот-вот расплакатся в чью нибудь кофту и оставить слюни и сопли, которые он просто терпеть не мог.
Подумаешь, что их всех взяли под опеку и скоро переедут в новый дом и пойдут в школу. Для такого мальчишки как он, слишком поздно вливаться в коллектив. Он остался старшим после того, как Иошайо ушел от них, как и другие дети по старше. Бросили, оставив на него ответственность за благополучие младших.
Мицуки не выходил на связь несколько дней сидя в кафешке, а Джиро-сан в данное время бегает за бумажками и оформляет на всех документы. Только вот у мужчины уже появились проблемы касающих "детей" в девять штук.
Акутогава толком не знает, как Джиро-сан все провернет, но если он не сможет забрать всех под опеку, то точно лишится своей головы. Уж Акутогава точно устрит ему личный арамагедон.
Глава проходная.