Глава 22
kingfitz: я хотел бы снова увидеться, супергерл
kingfitz: не против выпить кофе?
kingfitz: спасибо, что ты была сегодня со мной, не знаю, что бы я без тебя делал
kingfitz: ты лучше всех
kingfitz: я бы хотел, чтоб мы соорудили шалаш в кафе-мороженом и остались в нем
kingfitz: я за то, чтобы мы посетили все кафе в радиусе пяти миль вокруг и составили их рейтинг
Не говоря уже о том, что меня сводит с ума отсутствие заглавных букв в сообщениях Артура, мои пальцы трясутся от ярости, когда я прокручиваю нашу переписку. И разом все те слова, которые мне так нравились, кажутся пустыми и ничего не значащими.
Я не могу поверить, что выставила себя такой дурой.
Я днями гуглила для него информацию о стипендии. Я помогала ему обустроить комнату, чтобы он хорошо себя чувствовал в новом доме. Я выслушивала его и часами говорила с ним о том, каково пришлось нам после того, как с папой произошел несчастный случай. Что я чувствовала такое же отчаяние, хотя была маленькой девочкой и не знала, чем это все для нас обернется. Я доверила ему все свои страхи: думала, нашла человека, с которым могу говорить обо всем, даже о том, о чем не говорю с сестрой.
И что?
Теперь он устраивает вечеринку в честь новоселья, не пригласив меня и вообще не сказав мне об этом.
Я думала, мы друзья. Я думала, он готов перевести наши отношения на новый уровень. Но, кажется, я ошиблась.
«увидимся завтра?»
Это было последнее сообщение от него. Он отправил его сегодня во второй половине дня, и я была такой дурой, что сразу же ответила ему: Конечно! Теперь я не знала, как вести себя. Твердо была уверена только в одном: я не дам себя на съедение гневу.
Я нерешительно смотрела на светящиеся клавиши телефона, подыскивая подходящие слова.
Веселого тебе новоселья, предатель.
Это звучало как-то по-детски. Я тут же стерла написанное.
Уставилась в телевизор. Там Гордон Рамзи как раз орал на другого повара, и я невольно вспомнила тот вечер, когда мы с папой смотрели лучшие отрывки из этого шоу и корчились от смеха, когда Рамзи на кухне пятнадцать минут подряд только кричал.
Может, мне снова посмотреть это видео?
- Что у тебя так вытянулось лицо, солнышко? - неожиданно спросила мама.
Я вздохнула. От нее ничего не скроешь. Артур называет меня супергероиней, а я мысленно определяю так нашу маму, потому что от нее не ускользает ничего.
- У тебя когда-нибудь было так, чтобы кто-то из друзей ни с того ни с сего сделал подлость? - спросила я.
Мама отложила в сторону электронную книгу, которую только что держала перед носом. Задумчиво посмотрела на меня и поправила волосы.
- Да, в школе всякое бывало с подругами.
- И как ты с этим справлялась? - спросила я.
- Чаще всего не обращала внимания. Но однажды решила высказаться. Это случилось после того, как одна моя подруга устроила вечеринку у себя дома в день моего рождения - и ко мне никто не пришел.
- О боже, мама. Это ужасно.
- Это ты про Ангелину Волкову? - вдруг спросил отец. - Эту сволочь?
- Михаил! - возмутилась мама.
- А что, неправда? Я считаю, ты правильно сделала, что все ей высказала.
Мамины щеки порозовели:
- Спасибо, дорогой.
- А что ты сделала? - спросила я.
- Я заявила, что мне не нравится ее поведение: при одноклассниках Ангелина меня игнорировала, а как только мы оставались одни, так она сразу становилась моей лучшей подругой. Я дала ей шанс исправить ошибку, но она не захотела.
- И потом? - не отставала я.
- Я перестала с ней дружить и решила, что впредь никому не позволю так с собой обращаться. Это было для меня уроком, я научилась ценить свои чувства и желания. И тебе могу посоветовать то же самое, Соня.
Я подумала над ее словами. Я сказала ей, что мне не нравится ее поведение.
Еще никто не обижал меня так сильно, как это сделал сегодня Артур. Может, сказать ему?
Я считаю свинством, что ты устроил новоселье без меня. Я-то думала, мы друзья.
Когда я напечатала эти слова, то сама себе показалась обнаженной. Такое же ощущение возникает, когда я пишу в своем блоге что-то личное и говорю о сокровенных вещах.
Я сомневалась, но недолго, а потом взяла пример с мамы и отослала это сообщение. После отключила телефон и положила его на диван экраном вниз.
- Спасибо, мама, - тихо поблагодарила я.
- Ты хочешь мне что-нибудь рассказать, солнышко?
Я отрицательно помотала головой. Прислонилась к папиному плечу и вытеснила Артура Бабитча из своих мыслей.
Даниил
- Итак, - сказал Женя, чокаясь с Артуром бутылкой пива, - мне здесь нравится.
Артур удивленно поднял брови и осмотрелся в своей комнате, как будто сам видел ее впервые.
- Мне тоже, - поддакнул я жене, причем искренне. Может, эта комната и не такая просторная, как была у него раньше, и, может, стены в ней оклеены не такими бесстыдно-дорогими обоями, но тут очень уютно, и Артуру удалось придать ей что-то свое. Он повесил несколько картин в рамах и выставил на полке кубки по лакроссу, все, какие мы выиграли за последние годы. Женя, ж Егор и я подарили ему стеклянный набор для виски, и теперь он украшал письменный стол. Какие-то предметы мебели купили в ИКЕА, какие-то забрали из прежнего дома Артура, а посреди комнаты лежал восточный ковер.
- Дом и правда уютный, - заметила ю Юля и привалилась ко мне, и я машинально погладил ее по спине, разглядывая Артура.
Что-то с ним в этот вечер было не так. Он не выпускал из рук телефон и иногда минутами таращился на экран.
Он казался подавленным, и я думаю, это объяснялось не только тем, что в его новой комнате не нашлось места для стульев, поэтому мы все сидели на полу. Кажется, мысли его были заняты чем-то другим, и я решил, что дело в той таинственной девушке, про которую он не хотел рассказывать неделю назад на празднике костра.
- И сад у вас довольно большой, - добавил Женя. - Если будет недоставать бассейна, мы купим тебе надувной летом.
И он пошел по комнате и перешагнул через ноги Егора, не взглянув на него. Потом сел по-турецки между мной и Артуром. Егора наморщил лоб и стал перебирать пальцами кисти ковра на полу. Я подумал: наверное, они опять в ссоре.
- Мы в детстве всегда надували бассейн, - с улыбкой вспомнила Юля.
- Верно, - подтвердил я. - У вас в прихожей висят настоящие фотодоказательства.
Она толкнула меня локтем в бок. Было больно, но я улыбнулся.
- Только не говори, что на тех фотографиях ты в надувных нарукавниках, - сказал Женя.
- Не без того, - пролепетала она, слегка покраснев, но тоже ухмыльнулась, когда я отхлебнул глоток ее колы. Я никогда бы не подумал, что она будет чувствовать себя так непринужденно в присутствии моих друзей, и был счастлив, что могу провести этот вечер вместе с ней.
- Представляю, как будут рады соседки, когда ты станешь устраивать перед ними стриптиз, Артур, - размышлял Женя. - Может, они сфотографируют тебя и повесят у себя в прихожей, - и он смешно подергал бровями.
- По дороге сюда я встретил трех женщин, которые пожелали мне веселого новоселья, - добавил Егор. - Кажется, ты произвел неизгладимое впечатление на весь квартал.
Артур простонал:
- Мама слишком много болтает с ними.
- Так и надо, если настроен на добрососедство, - вставила пару слов Юля.
- Но выглядят они все очень мило, - согласился Женя, хотя его грязная улыбочка говорила другое.
- Может, ты сам проделаешь номер с бассейном и очаруешь соседок? - предложил Артур. - У меня не получится.
- Не удивительно - с таким унылым выражением лица, как у тебя сегодня. - Егора отодвинул от себя чипсы, которые мы передавали по кругу.
Он возмутился:
- Эй! Чем тебе не угодило выражение моего лица?
- Оно примерно такое же радостное, как у доски с раскаленными гвоздями, если бы у нее было лицо. - Егор сдвинул брови и мрачно оглядел всех присутствующих. Дойдя до Жени, он слегка скривился и быстро отвел взгляд. Возникла неприятная пауза, во время которой Женч смотрел на Егора, наморщив лоб. Он глубоко вздохнул, и его лоб немного разгладился.
- Вообще-то надо еще немного опустить уголки губ, - сказал он все с тем же мрачным видом. - Приблизительно так.
Егора на какое-то время пришел в замешательство. Но потом, когда на его губах расползлась улыбка, она, казалось, исходила прямо от сердца.
Он сымитировал выражение лица Дани:
- Привет, я Артур Бабич и совсем не рад обществу. Оставьте меня в покое, дорогие соседи, чтобы я и впредь мог оставаться нелюдимым тинейджером, большое спасибо.
Мы с Женей и Юлей расхохотались, и, немного помедлив, к нам присоединился и Артур. Егор, довольный, оперся на локоть и улыбался своим мыслям.
- Какие же вы мерзкие. Кто-нибудь может сказать, зачем я вас пригласил? - спросил он, когда мы отсмеялись.
- Может, затем, что ты ценишь своих друзей и не хочешь коротать вечера без них? - спросил я.
- Или, может, тебе нужен человек, который освятит твой диван? - сказал Женя.
- Или потому, что ты хочешь, чтобы кто-нибудь накрошил тебе крошек на ковер? - Егор постучал по миске, и пара чипсов выпала на узорный ковер.
- Эй, ковер новый!
После этого Егор взял миску с чипсами и с улыбкой протянул ее Артуру.
- Люди, - перебил
Женя его, когда тот как раз хотел что-то сказать.
Мы все посмотрели на него. Он поднял вверх телефон, на котором появилось фото каких-то людей. Из-за фотовспышки снимок выглядел высветленным, и на первый взгляд было трудно понять, кто там изображен.
- Кажется, сегодня вечеринка у Джеймса МакКормака.
- И что? - без всякого интереса спросил Артур. Мы все терпеть не могли МакКормака. Не потому, что он являлся капитаном команды Иствью, а потому, что был заносчивым, противным типом и всегда провоцировал нас во время игры.
Я подался вперед и сощурился. И тогда понял, что имеет в виду Женя. На краешке фото был виден человек, которого поддерживали под руки еще двое, и казалось, что его вот-вот вырвет. И этот кто-то подозрительно походил на...
- Это что, Олег? - спросил Егор, наморщив лоб.
- Сто процентов, - кивнул Женя и вопросительно посмотрел на Артура.
- Выглядит погано, - сказал Артур.
Я поддакнул. Олег был бледен как смерть, волосы свисали на лоб сосульками. Кто-то направил на него телефон, чтобы сфотографировать, и он отгородился ладонью, но, кажется, оказался неспособен сделать как следует даже это.
- А ты его пригласил?
Артур кивнул:
- Пригласил, но он не ответил.
В воздухе повисло тяжелое молчание.
- Как вы думаете? - вдруг спросил Женя. - А что, если мы нанесем МакКормаку небольшой визит?
Пол вибрирует под ногами. Музыка настолько громкая, что стены дрожат. Я протискиваюсь сквозь толпу учеников: одни танцуют, другие пытаются сквозь шум разговаривать. Кто-то резко поднял свою бутылку с пивом так, что капли выплеснулись мне в лицо. Я сердито вытер щеки ладонью. Один из парней, которого я знаю по лакроссу, на ходу толкнул меня локтем в бок. Когда я бросил на него грозный взгляд, он ответил мне с вызовом. Но нам было не до того, чтобы отвлекаться на него.
Я наклонился к Юле, она молча шла рядом со мной.
- Все в порядке? - громко спросил я.
Она кивнула и вымученно улыбнулась. Я не мог на нее обижаться за это. Вместо того чтобы уютно сидеть у Артура, мы забились в машину Жени, и его шофер привез нас в Иствью, где проходила эта тусовка века.
Проклятый Джеймс МакКормак.
- Если хочешь поехать домой... - начинаю я уже в который раз, но Юля лишь закатывает глаза.
- Я останусь с вами. - Она сжимает мне руку и тянет меня к лестнице, ведущей на верхний этаж виллы.
Я игнорирую взгляды людей. Мы пользуемся не лучшей славой в Иствью. Мы не только раз за разом отнимаем у здешней команды лакросса победу, но еще и Женя отличился: дважды нападал на МакКормака с серьезными последствиями. Пока мы поднимаемся по лестнице, я слышу, как кто-то глупо задирает его, и когда я бросаю взгляд через плечо, то еще успеваю увидеть, как Егор оттесняет плечом какого-то типа, который слишком близко подошел к жене.
- Не поддавайтесь на провокации, - сказал Артур, идущий впереди меня и Юля, озираясь в поисках Олега.
Музыка гулко разносится по всему вестибюлю, это бит-хаус, от которого дребезжит люстра и гудит голова. Даже жаль, что я не пьян, тогда бы не замечал этого, но об этом не может быть и речи. Мне нужна ясная голова.
- Ты хоть приблизительно представляешь, где он может торчать? - кричит Артур.
Я отрицательно мотаю головой. Дом, в котором проходит вечеринка, принадлежит родителям МакКормака, и я смутно припоминаю, что когда-то уже бывал здесь. Витые лестничные перила и жуткие картины с корзинами фруктов и старыми вазами кажутся мне знакомыми. Тогда я был настолько пьян, что теперь даже вспомнить не могу, где здесь что находится.
Мы преодолеваем последние ступени и идем по холлу к двустворчатой двери. Плечи
Артура напрягаются, и я, немного осмотревшись, понимаю почему.
На столе, где еще видны остатки игры в покер, стоит Олег. Он громко подпевает песне, которая наполняет все пространство, и держит в руке стакан виски, который выплескивается при каждом его движении. Перед ним на столе девушка, она танцует так же непринужденно и призывает выпить.
Он запрокидывает голову, осушает стакан - и швыряет его от себя. Стакан разбивается о стену, но это, кажется, никому не мешает. Наоборот: по залу разносится ликование.
Олег со смехом кланяется, спотыкается и удерживается за девушку.
- Поверить не могу, а я еще за него волновался, - Артур покачал головой.
- А я считаю, это только подтверждает, что твое беспокойство было не напрасным, - возразил Женя, подходя к нам. - Своим поведением он напоминает мне декабрьского Даню.
Это замечание подействовало на меня как удар под дых.
- Надо вытащить его отсюда, - кричу я им сквозь грохот музыки. Я переглядываюсь с ребятами, потом поворачиваюсь к Юле: - Побудешь здесь немного? Мы его заберем - и тогда сматываемся.
Юля озабоченно переводит взгляд с меня на Олега. Он, пошатываясь на столе, громко требует спиртного. Наконец Юля кивнула. Я поцеловал ее в лоб, повернулся, прошел через зал и, недолго думая, вскочил на стол.
Увидев меня, Олег наморщил лоб в недоумении. Глаза у него красные, и я не могу сказать, то ли он обдолбанный, то ли заплаканный. Его взгляд стал еще серьезнее, когда он увидел остальных. И тяжело сглотнул.
Девушка, которая танцевала с ним, останавливается. Кажется, она заметила, что обстановка вдруг изменилась, и со вздохом начала слезать со стола, ища помощи. А мы с Олегом в это время просто смотрим друг на друга. Я ищу в себе ту злость, которую испытывал к нему в последние две недели, но, к своему удивлению, не могу ее обнаружить. Не могу - видя, как ему плохо в эту секунду.
- Что вам здесь надо? - промямлил он заплетающимся языком.
Я тяжело сглотнул:
- Мы пришли забрать тебя отсюда.
Олег покачивается с боку на бок, не спуская с меня глаз. Взгляд у него стеклянный.
- Идем, - говорю я, кивая в сторону двери. Потом хватаю его за локоть и стаскиваю со стола при помощи Артура.
Вокруг слышны недовольные возгласы, краем глаза я вижу, как кто-то занимает место Олега на столе и от него немедленно требуют, чтобы он выпил.
Мы пытаемся удержать его в вертикальном положении -
Антуан слева, я справа, - но он то и дело проседает вниз.
- Проклятье, Олег, - стонет он. - Да можешь ты хотя бы ногами передвигать?
Олег лепечет что-то в ответ, но я слушаю его вполуха, потому что к этому моменту мы уже дошли до двери - и я не нашел Юлю.
Я тихо ругаюсь и озираюсь в поисках Жени и Егора, которые смотрят туда же, куда и я.
- Где она? - спрашивает
Женя.
Егора, самый высокий из нас, осматривается по сторонам. Когда его взгляд омрачается, я понимаю, что он, должно быть, ее увидел.
- Она стоит у галереи. С МакКормаком, - добавляет он. Я вешаю руку
Олега на плечи Егора и немедленно бегу к ней.
- Милохин! - говорит МакКормак, заметив меня. Он опирается одной рукой о перила рядом с Юлей. В другой руке у него бокал, который он поднимает, приветствуя меня. - Как хорошо, что вы появились. Я совсем не могу припомнить, чтобы приглашал вас. - Тон у него вежливый, почти такой, каким приветствуют старых друзей, но мы знаем, что все в точности наоборот.
- Как я вижу, вы беспокоитесь за этого лузера, - продолжает МакКормак. Он с отвращением кривится, оглядывая Олега с головы до ног. - Этот идиот заблевал весь туалет.
Я не хочу поддаваться на его провокацию. Действительно не хочу. Но тут он отрывает руку от перил и кладет ее на бедро Юли:
- А тебя что привело сюда?
Она отпрянула от МакКормака в тот самый момент, как я сделал шаг вперед.
Я открываю рот, но она опережает нас всех:
- Не трогай меня, - говорит она вполне дружелюбным тоном.
Я беру ее за руку, как только она оказывается рядом со мной.
МакКормак смотрит то на меня, то на Юлю. Его насмешливая ухмылка становится шире:
- Как мило. Теперь, когда мы все прояснили, убирайтесь отсюда. Отбросов вроде вас здесь не хватало...
Я чувствую, как свободная рука автоматически сжимается в кулак.
- Следи за словами, - рычу я.
- Да ладно тебе,
Даня, - тихо предостерегает меня Артур.
- А ты лучше следи за своей болонкой, Милохин.
Я сделал шаг к нему, но откуда-то возник Даня и удержал меня за локоть. Я гневно сверкнул на него глазами.
- Ты тоже обругал меня в тот раз, когда я бросился на этого придурка, поэтому не смотри так, - возмутился он. - У нас есть важные дела.
Я понимаю, что он прав. И все равно во мне кипит злость. Одно дело, когда МакКормак по-дурацки задирает меня. Но он оскорбил моих друзей и Юлю, и во мне все взывает к тому, чтобы я показал ему, что думаю об этом.
Но потом я взглянул на неё и подумал о том, что решат ее родители, если я приду домой с синяком под глазом или с ободранными костяшками пальцев.
Это однозначно плохо.
Я тяжело сглатываю и рывком отворачиваюсь.
Егора и Артур поддерживают
Олега, а я веду за руку Юлю.
Мы вместе покидаем вечеринку.