Кровь

    Со дня свадьбы прошел месяц. Как и с первой ночи с Уильямом, поэтому, Маргарет совсем не удивилась когда одним солнечным утром почувствовала тошноту, которая с каждым днем усиливалась. Пару раз ее даже вырвало, хорошо что она в это время была в ванной. Пускай про ее состояние у нее никто ничего не спрашивал, но Маргарет знала что Уильям замечает абсолютно все. Наверное, он ждет, когда Маргарет сама заговорит о беременности. Ну что же, этот день настал.

Судя по крикам из гардеробной, не у нее одной утро началось «радужно». Спустившись в гостиную, Маргарет застала уходящих Фреда, Морана, Льюиса и Бонда в город по какому-то важному делу. На вопрос, где Эмили, ей сказали что она пошла за продуктами.

— Маргарет, тебя что-то беспокоит?

Девушка улыбнулась. Он же все сам прекрасно знает, но вынуждает ее говорить это вслух.

— Уильям, — Ланкастер посмотрела на мужа. — Я беременна.

— Вот как, — Уильям улыбнулся.

— Куда пошли ребята?

— В банк. Нужно забрать одну посылку, скоро прибудет один очень важный и особый гость...

Уильям вдруг рухнул на диван и заснул. Маргарет предупредили, что иногда с ним такое бывает. Это происходит, когда Уильям переутомляется, из-за того что думает слишком много. В такие моменты, его ничем не разбудишь.

Маргарет взяла плед и укрыла мужа.

— «Первый раз вижу, как он спит», — подумала девушка.

Маргарет провела слегка дрожащей рукой по волосам Уила. Они такие шелковистые. Подушечками пальцев, Ланкастер коснулась щеки мужа.

— «Теплая. Он такой спокойный. Хотя, наверное правильней будет сказать умиротворенный», — размышляла Маргарет.

***

— Так вы и есть тот самый «особый» гость Уильяма?

Маргарет смотрела на высокого пожилого широкоплечего мужчину по имени Джек Рэйфилд. Рядом с ним стояла Ребекка, только-только прекратившая плакать. А вот Чарльз наоборот, он просто сиял от радости. Как оказалось, Чарльз и мистер Рэйфилд вместе служили в армии во время первой афганской войны, а Ребекка является его родной сестрой, который еще и обучал братьев, Морана, Фреда и еще многих других из организации.

У Маргарет внезапно закружилась голова. Она даже думать не хотела из-за чего: то ли от известия что ее дед воевал, а у бабушки есть брат, то ли из-за беременности.

— Почему вы мне раньше ничего об этом не рассказывали? — шепотом спросила Маргарет.

— Это дела уже давно минувших дней. К тому же, — Чарльз многозначительно посмотрел на внучку с ее спящим мужем, — сейчас у тебя есть заботы поважнее.

— Джек, почему не дал о себе знать? — бушевала бабушка. — Мне пришла телеграмма, что ты пропал без вести.

— Нам с Чарльзом пришлось разделиться, я попал в засаду, Чарльза ранили, но он выжил и его отправили в госпиталь. А я пропал без вести на это время. А вернулся на поле битвы уже как «Джек-Потрошитель. Вы с Чарльзом в это время поженились и ты ждала ребенка. Я решил, что вам и вашему ребенку будет намного спокойнее жить, без родственника с таким кровавым прошлым, — Рэйфилд виновато посмотрел на сестру. — Прости, Бекка.

***

— Да вы издеваетесь! — уже минуты две, сотрясал воздух Моран.

Известие что учитель Джек двоюродный дедушка Маргарет, стало настоящим ударом для полковника, а вот для остальных это радостная новость. Да и сам Рэйфилд радовался что у него такая замечательная внучка. А когда, Маргарет сообщила что ждет ребенка, эмоции усилились в два, а то и три раза.

— И все же старик, зачем ты здесь? — в своей обычной манере, спросил Себастьян.

— Ах да, — Уильям обвел всех присутствующих взглядом. Хорошее настроение вмиг улетучилось. — Как вы уже знаете, убийца из Уайтчепела, не только использовал прозвище нашего учителя, но и злоумышленно докладывал это газетам. В момент, когда я уже собирался связаться с учителем Джеком, он сам отправил мне телеграмму.

— Ее Величество тоже недовольна ситуацией в Уайтчепеле, — Маргарет помахала королевской телеграммой. — Она приказал разобраться с «Джеком-Потрошителем». Сообщать об этом полиции или нет, уже на наше усмотрение.

— Учитель Джек хочет предложить свою помощь в «устранении» убийцы самозванца, который использует его прозвище, и для этого, он связался со мной, — Уильям посмотрел на компанию, только что пришедшую из города. — Поэтому, я попросил вас забрать его ножи из банка. Надеюсь, никаких проблем не возникло?

Моран и Бонд нервно хихикнули, Льюис покосился на них и только Фред остался спокоен.

— Нет, никаких проблем, — замахал руками Себастьян. — Верно, Бонд?

— Вообще никаких, — поддержал Джеймс.

— Но зачем кому-то использовать твое имя? — Ребекка посмотрела на брата. — Кого он пытается обмануть?

— В газетах пишут, что он нападает только на куртизанок...

— Может он хочет избавиться от всех, чтобы настоящему ничего не достал... — перебил Чарльза Моран, желая пошутить. Но его заткнули тумаком по голове.

— Моран, чтоб тебя! Почему нужно каждый разговор испоганить своими идиотскими идеями?! — рычал Джек на бывшего ученика.

— Ой, ну все, все! Хватит меня дубасить!!! — кричал в ответ ученик.

— Теперь ясно у кого Моран научился обращению с женщинами, — довольно громко прошептал Джеймс Маргарет.

— А я поняла, благодаря кому, моя бабушка стала использовать сковородку не только как кухонную утварь, — на лице Ланкастер застыла непонятная улыбка. — И даже на ком она тренировалась.

Разговор плавно перешел на темы «кто это может быть», «что ему надо» и «чего он добивается».

— Так много вариантов, я даже не знаю откуда начать, — задумчиво сказал Джек.

— Мы узнаем о цели этого убийцы и как он связан с учителем Джеком, только после того, как найдем его. Нужно избавиться от него, как можно скорее и очистить имя учителя. Более того, — Уильям был не просто зол. Он был в ярости. — Как и сказал учитель Джек, мы должны найти тех, кто пользуется этим хаосом, чтобы охотиться, а слабых, и предать их правосудию.

***

Уайтчепел. 1864 год.

Светловолосый мальчик с красными глазами, лет десяти, сидел на ступеньках своего дома и смотрел как вот-вот должен начаться дождь. Наверху, в кровати лежала его мама и уже третью неделю не могла встать. Она кашляла кровью и у нее постоянно был жар. Денег едва хватало на хлеб, не то что на лекарства.

— Брат! — окликнул мальчика его младший брат. Тоже со светлыми волосами и красными глазами. Они были очень похожи. Настолько, что издалека их можно было принять за близнецов. — Ты чего сидишь тут? Заболеешь.

— Все хорошо, Льюис, — мальчик слабо улыбнулся. С неба упало несколько капель. — Как мама?

— Она спит. Как думаешь... папа еще придет? Он мог бы помочь маме. Отвезти ее к врачу, купить лекарств... Те что он привез в последний раз, уже закончились... — Льюис говорил все тише и тише.

— Не знаю, — выдохнул мальчик.

Их отец не появлялся уже больше недели. Когда Линда, мать мальчиков, заболела, он приезжал через каждые два-три дня. Помогал по дому, учил сыновей математике, читал с ними. Но все это длилось всего несколько часов и он уезжал. Возвращался через пару дней и снова уходил.

Мать говорила что он аристократ, очень важный человек в обществе. Вот только в Уайтчепел, он всегда приходил не как аристократ. Хотя это не удивительно — ходить в самом грязном и прогнившем районе города одевшись как дворянин, может только глупец. Но и навещать сыновей, тем более учить их чему-то, он был не обязан. Но делал. И было видно, что их отец делает это потому что сам хочет.

Но тогда почему его уже столько нет?

Дети не понимали.

Они любили и мать, и отца. Знали, почему они не могут жить все вместе — высший класс этого не позволит. Люди из низшего класса должны знать свое место. Это всего лишь ошибка, что они похожи на людей из высшего класса.

Отец был из высшего класса, а мать из низшего.

Братья видели, что к матери у их отца нет чувств, как «любовь». Но он оберегал ее и заботился о ней, как о матери своих детей. Которых, он как раз любил.

Маленькие дети, с детства видели перед собой двух родных людей, из двух разных миров, которых любили одинаково сильно. Но отцу приходилось скрывать своих детей от женщины-простолюдинки. Потому высший свет этого не простит. Не одобрит.

Осознавая это, в сердцах обоих братьев зарождалась ненависть и отвращение к классовой системе по которой, живут люди этой страны.

Низший класс — это не люди. Они никто.

— Пойдем, брат, — Льюис дернул старшего брата за рукав. — Уже ливень.

— Да, пойдем, — рассеяно согласился мальчик.

Этой ночью, Линде стало очень плохо. Кашель раздирал женщине горло, кровь была по всюду. Женщина тяжело дышала, когда приступ кашля наконец прекращался. Пока один брат бегал за водой к колодцу, второй обтирал матери лицо. Так они менялись всю ночь.

— Льюис... — тихо позвала женщина младшего сына.

— Мама, — мальчик тщетно пытался подавить в себе рвущиеся на свободу слезы.

— Все будет хорошо. Не плачь, — Линда не сдерживала слез.

А может она и не понимала, что плачет.

Оба сына, внешностью пошли в мать. Линда, когда-то была красивой женщиной с длинными светлыми волосами и красными глазами. Из-за красоты, которую ей каким-то чудом удалось сохранить в этом прогнившем месте, многие мужчины хотели, чтобы их «обслуживала» она. Линда была куртизанкой. Так она и познакомилась с отцом своих детей. Пьяный, ввалился в бордель, смеялся как умалишенный. Он просто сказал чего хочет, ткнул пальцем, даже не посмотрев куда показывает. Представился Генри.

Когда она родила второго сына, стала стричь свои волосы и продавать их. Клиенты ругались, но Линду волновали только сыновья. Генри узнал что стал отцом уже второй раз, когда решил снова «развлечься» с Линдой, и выяснив где она живет, пришел к ней домой. А она там с двумя детьми на руках. Генри разозлился, бил посуду, раскидывал мебель. Когда успокоился, сказал, чтобы она занималась детьми, а деньги он будет ей давать. И сыновей будет обучать. Линда знала почему он не приходит в последнее время. Его отправили на войну.

— Мама, — старший подошел к постели матери, с новым ведром воды. Капли дождя падали со светлых волос, одежда промокла.

— Подойди, Грей. Послушайте меня. Я очень люблю вас обоих. И я хочу чтобы вы всегда заботились друг о друге, помогали, берегли и защищали друг друга, — братья взялись за руки, словно хотели поклясться матери что так и будет. — Не сердитесь на своего отца. Он не пришел, потому что у него на это есть причина. Он вас тоже любит. Простите меня. Я так хотела дать вам все самое лучшее, но по итогу оставляю вас на произвол судьбы... — она шептала, прощаясь с детьми, чувствуя, что ее жизнь подходит к концу.

— Мама! — одновременно закричали дети, когда взгляд Линды остекленел.

***

— Наши жизни тоже должны иметь цену, — Грей смотрел в глаза Альберта Мориарти, а у самого перед глазами стояла мертвая мать, и отец, который словно сквозь землю провалился. Он даже на похороны не пришел. — У всех нас должно быть право на счастье. Но в этой стране, этому не бывать. Классовая система — это проклятие народа. Из-за него, сердца людей черствеют, копится зло, и в итоге, рождаются настоящие дьяволы. Но если исчезнет причина, сердца людей очистятся, и проклятие будет снято. Страна преобразится и станет прекрасной. Донесете в Скотланд-Ярд? — ухмыльнувшись, поинтересовался мальчик. — Вы, все же аристократ. Вряд ли, вы бы захотели на такое смотреть.

Будущий граф смотрел на того, кто только что дал ему надежду. Надежду, что все люди будут равны.

— Вы будете жить со мной?

***

— Уильям, я тоже пойду!

— Маргарет, это опасно. Я не хочу рисковать тобой. Подумай о ребенке, — Уильям взял жену за плечи и посмотрел ей в глаза. Она волновалась, и сильно. — Там будет бойня.

— Уильям, я боюсь за вас! Если не хочешь, чтобы я волновалась, значит я тоже иду.

— Верь мне. Все будет хорошо. Я и ребята и в более опасных ситуациях были, — Мориарти подумалось, что он говорит с маленьким упрямым ребенком. Но на деле, это была его жена, которая носит его ребенка. Он не может подвергать их опасности, достаточно того, что он рискует товарищами. — Я вернусь, обещаю.

Уильяму еще никогда не было так тяжело давать обещания и уходить на свою «вторую работу». Но он скоро станет отцом, и Уильям хочет, чтобы его ребенок жил в стране, где права всех людей равны, каждый может быть счастлив, и где основа общества - достоинства и честь. Где человека определяет не его происхождение, а личностные качества и заслуги. И он для этого сделает все.